Лишение избирательных прав служителей духовности и мулл в Восточном Казахстане (20-30-е гг. ХХ в.)

Булгынбаева А. К. Лишение избирательных прав служителей духовности и мулл в Восточном Казахстане (20–30-е гг. ХХ в.) // Вестник Бурятского государственного университета. Гуманитарные исследования Внутренней Азии. 2024. Вып. 1. С. 14‒21.

Важным этапом развития советской избирательной системы в 1920–1930-е гг. стал процесс лишения избирательных прав для отдельных категорий граждан страны. Данная мера предусматривала экономическое, административное, социальное и психологическое давление на различные группы населения, в том числе на отдельные этнические общности. Представленная практика является распространенной в условиях тоталитарного режима первых двух десятилетий советской власти. В бытовом хождении в публицистической литературе использовался термин «лишенцы» для этой категории населения. Название было присвоено в это время одной из самых многочисленных групп репрессированных людей.

В историографии проблему лишенцев условно можно разделить на два периода: советский период с 1920-х по 1980-е гг.; второй период начался со времени распада Советского Союза и представлен временем с 1990-х гг. по настоящее время. Важно отметить, что в советское время специальные исследования по данному вопросу не проводились. Есть работы по советской избирательной системе, связанные с Конституцией РКФСР (1918, 1925 гг.) и Конституцией СССР (1924, 1936 гг.). Характер данных публикаций и изданий имел ярко выраженную идеологическую и пропагандистскую направленность. Эта государственная политика оценивалась как необходимая защита революционной идеологии.

С 1950 г. ученые рассматривали лишение избирательных прав как меру социальной политики советского государства. На исследования этого периода повлияла партийно-классовая предвзятость и процесс лишения избирательных прав рассматривался как способ вытеснения классового врага в лице непролетарских слоев населения.

В 1990-е годы стали началом пересмотра некоторых страниц советской истории. Материалы фондов НКВД-ОГПУ были дополнены и расширены, что позволило ученым объективно изучить такую дискриминационную политику советского государства, как лишение избирательного права.

Специальных исследований по вопросу лишения избирательных прав в Казахстане, в том числе в Восточном Казахстане, нет. Данная тема требует индивидуального изучения в рамках нового взгляда. Проблема эта касается вопроса ликвидации исламских священнослужителей (имамов, мулл) как социального слоя. Это один из методов борьбы советского государства с религией и мечетями. Возрастные категории священников были разными. Преобладали люди пожилого возраста. Священники обычно были духовно образованными людьми. Многие религиозные деятели, не отказывавшиеся от своих взглядов и выполнявшие определенные обязанности в своих общинах (старейшины, члены совета мулл), считались необразованными. Однако имеется немало свидетельств того, что представители мусульманской религии были грамотными, знали арабский язык и использовали его в письменной форме, владели арабской графикой. Это можно проследить по архивным документам, религиозных медресе и учебниках.

Советское правительство, считавшее, что религия оказывает сдерживающее воздействие на новую систему власти, сочло целесообразным ограничить религиозные привилегии и отстранить от государственных должностей тех, кто твердо придерживается религиозных традиций. По приказу правительства от 16 января 1918 г. религиозные учреждения были распущены, а священники, служившие в них, освобождены.

23 января 1918 г. на основании декрета Совнаркома «Об отделении государства от церкви и отделении школы от церкви», приследовавшего цель господства политической идеологии, большевики пытались задушить национальное сознание, историю, язык, религию [1, с. 56].

Документом о лишении избирательного права стала Конституция РСФСР, принятая 10 июля 1918 г., которая определила категории граждан, лишенных избирательного права, как пассивных и активных. Например, среди основных категорий граждан, не имеющих права избирать и быть избранными, в статье 65, выделяются религиозные работники храмов1.

Политика правительства в отношении мусульманских народов, населявших территории страны, где до 1919 г. распространялся ислам, носила, как отметил отечественный исследователь А. С. Тасмагамбетов, противоречивый характер. С одной стороны, руководство государства пыталось установить союзные отношения с последователями ислама, а с другой стороны, на местах применялись карательные меры в отношении мусульман. К концу 1919 г.

напряженность между советскими властями и мусульманами росла. С этого времени усилилось антиисламское наступление государства посредством административных мер наказания [2, с. 45–46].

С точки зрения теории модернизации политика советской власти в области религии должна была быть ограничена декретом «Об отделении религии от государства и школы от религии». Однако Советская власть, не останавливаясь на достигнутом, проводила политику против религиозных учреждений и религиозных деятелей и широко использовала карательные меры. В докладе председателя Всесоюзного Центрального Исполнительного Комитета, касающемся религиозных объединений и храмов, за период 1918–1933 гг. на территории Казахской АССР было закрыто 1 630 храмов, из них 782 мечети. В 1931–1933 гг. было закрыто 8 религиозных зданий. По подсчетам комиссии, 879 храмов и 799 мечетей продолжили свою деятельность1.

В инструкциях Первой Всеказахстанской партийной конференции 1921 г. стали учитываться основные направления антирелигиозной пропаганды и местные условия. Была развернута широкая пропаганда, что реконструкция быта связана с улучшением экономических условий, электрификацией, и разъясняли народу, что эти меры облегчат тяжелый труд, и призывали сократить богослужения в религиозные праздники и число «святых мест». Пропагандисты пытались объяснить народу, что образование и наука помогают избавиться от тьмы и религии. Религиозные лидеры не остались в стороне и попытались организовать борьбу против советской власти.

Принятый СНК декрет «О свободе совести, церкви и религиозных обществ» отделил церковь от государства. Изданием настоящего декрета принято постановление о полной ликвидации религиозного обучения в советских школах, в сфере народного просвещения [1, с. 20–21]. Советская власть, продолжая свою борьбу с религией, не включала религиозные праздники в народный календарь.

Введение ограничений вероисповедания нашло отражение в февральском 1921 г. постановлении Верховного суда РКФСР о религиозных общинах. Согласно указу, во-первых, религиозным деятелям запрещается работать в сельских советах, облисполкомах, государственных учреждениях и предприятиях, кооперативах в сельской местности, совхозах; во-вторых, работать разрешалось только в уездных и губернских городах под особым надзором. В-третьих, бывшие священнослужители не могли заниматm ответственные должности. Они могли выполнять только второстепенные, вспомогательные и низшие обязанности. В-четвертых, строго придерживающимся религиозных традиций запрещалось служить в сфере народного образования, министерстве юстиции, сфере торговли, трудовосельскохозяйственной инспекции [3, с. 87].

В протоколе заседания Семипалатинского избирательного комитета от 1925 г. указано, что в соответствии со статьей 69 Конституции и указанием о выборах лица, лишенные избирательного права, 25 мулл с семьями были отстранены от избирательного процесса. Все они были наказаны за отправление религиозных обрядов. Кроме того, мулла и члены его семьи, жена и дети, которые зарабатывали на религиозных обрядах, также были исключены из выборной кампании1.