Ментальное семантическое пространство микротопонимии

Одними из наиболее распространенных методов исследования ономастических единиц для выявления лингвистической сущности топонимической системы и принципов номинации долгое время считались лексико-семантическая классификация и структурно-словообразовательный анализ.

На современном этапе развития наблюдается когнитивный подход к изучению ономастической науки. Если внедрение когнитивной парадигмы позволяет рассматривать топонимикон какой-либо территории как семантическое пространство, характеризующееся общностью концептуальных установок создателей и носителей топонимической системы, то глубинное концептуальное единство на уровне языкового воплощения проявляется в существовании устойчивого и весьма консервативного набора топонимических моделей. Когнитивный подход дает возможность не только описать этот набор, но и подняться на уровень концептуальных установок, что позволит охарактеризовать картину мира носителя топосистемы [1: 23]. В микротопонимах заложен смысловой заряд, сила воздействия которого не ограничена местом и временем, потому что их содержание не замкнуто и относительно бесконечно. В разные времена они интерпретируются и воспринимаются по-разному.

Содержание микротопонима исходит из национальной концепции мира. Каждый микротопоним представляет собой субъективный образ объективного мира действительности. Эта универсальная черта любой национальной картины мира, как сказала В.И. Постовалова, «несет в себе черты своего создателя» [7: 48]. Проблема субъекта чрезвычайно важна для понимания языковой картины мира. В самом деле, в динамике отношений субъекта с другими категориями языка отражается многовековой опыт народа, высвечивается то особое мироощущение, которое присуще его представителям в видении субстанций (в том числе и самого себя), в отношении к другим субстанциям [9: 34]. Понятие субъекта пришло в языкознание из логики, где субъект обозначает предмет, о котором выносится суждение [4: 754]. Так что внутренняя форма каждого микротопонима есть результат суждения конкретного народа и исторических процессов. В микротопонимах заложено то, что оказалось важным и пригодным в попытке освоить мир. Когда говорят о микротопонимах как о памяти народа, то имеют для этого все основания: «из трудов прошлого лишь то достигает нашего времени, что заложено в языке, и наоборот, когда мы, современники, врастаем в наш родной язык, то перед нами раскрывается опыт долгих тысячелетий» [2: 130].

В татарских национальных микротопонимах Закамья (Республика Татарстан) отражены как социально-политические, экономические стороны жизни народа, так и особенности культуры, психологии, народной мудрости, быта и традиции. Например: Мулла коесы - родник муллы (Таллы Буляк, Азн. р.), Мулла бакчасы - сад муллы (Кама-Исмагилово, Альм. р.), Кызлар акланы - девичья поляна (Самарканд, Альм. р.), Изгелэр чашмэсе - родник святых (Кичучат, Маметьево, Альм. р.), Яхшысаз - превосходное болото (Тымы-тык, Азн. р.), Сабыр чашмэсе - родник терпения (Нов. Каширово, Альм. р.) и др.

Рассматривая микротопоним как микротекст, соприкасающийся с различными сферами сознательной человеческой деятельности, в частности, со сферой восприятия и познания мира человеком, видим, что в микротопонимах отражается действительность, каждый народ обнаруживает себя, и, наоборот, выражая свои чувства, мысли, показывает мир и себя в этом мире.

В. фон Гумбольдт был убежден в том, что только язык способен приблизить к разгадке тайны человека и характера народов. Нравы и обычаи от самой нации могут быть в известной степени отделены, возможно, они могут быть обособлены. «И только одно явление, - пишет В. фон Гумбольдт, - совсем иной природы - дыхание, сама душа нации, использующее язык как вспомогательное средство, было бы напрасным, поскольку только в языке запечатлен весь национальный характер» [3: 303]. Итак, микротопонимы имеют лицо своего создателя, т. е. конкретного народа, который породил это название, и лицо объективный действительности.

Географические названия произошли от терминов (и других нарицательных слов) в результате непосредственного общения человека с окружающей средой, ибо «до тех пор, пока существуют люди, история природы и история людей взаимно обусловливают друг друга» [5: 16]. Проникновение в сущность названия, т. е. установление его смыслового значения, в ряде случаев позволяет получать географическую характеристику объекта. Каждый оним - это отражение языковыми средствами осознанного восприятия человеком окружающего мира и его отношения к нему.

Для обозначения содержательной стороны микротопонимов используется термин «семантическое пространство». Семантическое пространство микротопонимии - это ментальное образование. Ментальность формируется под влиянием национального языка, народных традиций, культуры, народной мудрости. А родной язык сообразно со своей внутренней формой передает всем своим носителям общее миро-видение, которое во многом отличается от мировидения других языков [2: 120].

Таким образом, ментальное семантическое пространство микротопонимии объемно, открыто и способно выражать не только явные, непосредственно эксплицированные смыслы, но и неявные, импли-цитивные. Денотативная референциаль-ность ментального пространства микротопонимии в большей степени эксплицируется, а концептуальность чаще бывает имплицитной. Семантика топонима - это комплекс сведений об именуемом объекте, отношении говорящего к объекту, знакомство с семантикой апеллятива топо- нима и ассоциации. Чтобы понять значение географического названия, необходимо знать типовые ситуации, в которых оно употребляется [6: 26]. Значит, семантическое пространство микротопонима неравнозначно семантике ни его апеллятива, ни апеллятивного названия того объекта, которому оно дано.

Экстралингвистическая информация топонима входит в его семантику, которая не исчерпывается исторической и географической информацией, т.е. комплексом объективных знаний. В семантику топонима входят и субъективные, и объективные социально обусловленные факторы, определяющие отношение человека к объекту высказывания [10: 322 - 323].

Исследование семантического пространства микротопонимии обязательно включает такие универсалии, как «человек», «пространство», «время». Именно человек, его духовное состояние, переживания, искания, его внутренний мир всегда составляли и составляют суть и систему микротопонимии конкретного региона, определенного народа. Все топонимы имеют абсолютно антропоцентрический характер. Мы живем в мире названий. Названия окружают нас и служат надежным указателем мест, где что-то находится или что-то случилось. С помощью названий фиксируется вся жизнь человека, начиная с указания места его рождения, затем учения, проживания, работы, отдыха, маршрутов любых поездок, информация о других событиях и т. д. [8: 7].

Известно, что не каждый реальный географический объект получает наименование. Название дается только тогда, когда данный объект привлекает внимание людей, общества каким-либо отличительным или необходимым свойством или же связан с какими-то событиями, и возникает необходимость сообщить об этом через наименование. Как пишет Й.Л. Вайс-гербер, «однако только с точки зрения родного языка можно понять, почему мы мыслим именно так, а не иначе» [2: 151]. С точки зрения когнитивной лингвистики, «специфический номинативный стиль обеспечивает цельность топонимического текста» [1: 23].

Содержание знака тесно связано с познавательной деятельностью человека. В структуре знаний, стоящих за языковым выражением, в определенной степени отражается способ номинации. Мотивация при назывании обнаруживает взгляд носителей языка на тот или иной фрагмент мира, что позволяет в итоге понять специфику мировидения конкретного народа [6: 26].

Микротопонимы «заключают в себе не только информацию о действительности, а сложный мир чувств, настроений, стремлений человека. Они охватывают не только своими идеями, но и эмоциональным отношением к жизни, ощущением прекрасного и возвышенного» [11:328]. Можно сказать, что эмоциональное содержание - непременный компонент семантической структуры микротопонима.

Ментальное семантическое пространство микротопонимии требует специального рассмотрения и лингвокогнитивного анализа с выделением концептуального, денотативного и эмотивного пространств.