Монетизация эмоций: тактики современного Остапа Бендера

Submitted: 25 July 2025

Accepted: 21 October 2025

Цифровые трансформации современности

Сегодня мир трансформируется под воздействием технического поворота. Мы живем в эпоху становления цифрового общества и интенсивного развития цифровой социальности. Современный человек оказывается оцифрованным [5, с. 15], и его называют электронным кочевником. Завися от новых технологий и мобильных устройств, он часто находится online и перемещается в виртуальном пространстве, где находит интересующую его информацию и оперирует ею [21]. Став электронным кочевником, индивид учится действовать в режиме двоемирия – в реальности и виртуальности, осуществляя постоянные переходы из одной среды в другую. Как справедливо подчеркнул З. Бауман, в постсовременном мире все люди находятся в движении, и в нем невозможно обнаружить естественных границ [1, с. 113]. У электронного кочевника формируется цифровая социальность, обусловленная взаимодействием online в Интернете. Подобная коммуникация наряду с положительными моментами таит в себе и определенные риски. Взаимоотношения здесь оказываются специфичными (отчужденными, фрагментарными и нередко ненадежными), тем не менее современные люди активно обращаются к взаимодействию online, предпочитая его непосредственному контакту. Большинство электронных кочевников, пропуская через себя потоки транслируемой в Интернете информации, перестает в полном объеме использовать интеллектуальные способности и критическое мышление, позволяя манипулировать собой (особенно в экономической сфере). Бизнес-процессы и маркетинговые стратегии сегодня обладают высоким уровнем цифровизации, быстро продвигаясь среди пользователей Интернета. Эффективности осуществляемых в виртуальной среде коммерческих сделок способствует акцент на эмоциях и впечатлениях потребителей. Дело в том, что свершившийся сегодня технический поворот связан с увеличением неопределенности в существовании. Жизнь электронного кочевника становится нестабильной, постоянно протекающей в двух форматах – реальном и виртуальном, что отражается на его эмоциональных проявлениях. Непостоянство чувств приводит к ситуации, когда индивид приобретает привычку менять привычки (З. Бауман). Отсутствие привязанностей на фоне нестабильности существования делает индивида уязвимым, в том числе поддающимся манипулированию эмоциями. Он прибегает к разнообразным продуктам и услугам, обещающим его гармонизацию. Данный факт свидетельствует о включенности электронного кочевника в процесс монетизации эмоций. Она связана с новой отраслью - экономикой впечатлений или экономикой опыта (термин Д. Б. Пайна и Дж. Х. Гилмора), представляя собой модель потребления, где деньги инвестируются в разного рода впечатления, обусловленные эмоциональной сферой индивида. В условиях интенсивного развития цифрового общества монетизацию эмоций можно назвать актуальным цифровым брендом (А. В. Прохоров). Сама монетизация становится элементом коммерческой деятельности, в том числе в Интернете, позволяя приносить прибыль путем перевода в денежный эквивалент различных элементов [19, с. 477]. При этом электронные кочевники сегодня оказываются зависимыми от предлагаемых товаров и услуг [19, с. 477]. Спросом в современности пользуются впечатления, полученные от IT-технологий, образования, бизнеса, туристической сферы, моды и медицины, но это не предел. Монетизация эмоций захватывает все большее количество сегментов общественного устройства.

В научном дискурсе проблема монетизации эмоций также набирает обороты. Ее анализируют не только в различных сегментах общества, но и в контексте существования личности. О. Р. Чепьюк справедливо подчеркивает: сегодня в сфере экономики для получения прибыли от продукции учитываются и человеческие эмоции [18, с. 108]. В статье Е. Л. Яковлевой монетизация эмоций рассматривается как важный фактор не только для производителей товаров/услуг, но и для индивида, что учитывается создателями рекламы и провайдерами [19, с. 473]. Исследователи А. В. Попова и О. Ю. Орлова проанализировали стартапы рынка персонализированного питания, выявив, что свои предложения они выстраивают на основе улучшения качества жизни и здоровья с привлечением эмоций [14]. М. В. Козлов с группой исследователей изучает проблему монетизации эмоций в туристическом бизнесе, где с целью роста прибыли компании создают прогностические модели, учитывая эмоции людей [9]. С. С. Распопова обращает внимание на монетизацию в функционировании медиапредприятий, вследствие чего информация превращается в товар [16]. А. Ю. Демшина заключает, что чувствительность к переживаниям активно эксплуатируется цифровыми медиа, которые монетизируют эмоции, тем самым демонстрируя переход от смерти события к экономике события [4, с. 18]. И. Л. Муль находит в нативной рекламе технику языковой игры, позволяющей выплескивать эмоции [12, с. 71]. Блогеры К. Р. Романенко и А. Ю. Макарьева монетизируют свою деятельность, записывая рекламные ролики об учебных заведениях [17]. Исследователь Ш. Зубофф в контексте феномена «надзорного капитализма» анализирует проблему трансформации эмоций в материал для цифровой экономики, что способствует модификации поведения индивида [23]. Э. Грант и Дж. Грин рассматривают лайф-коуча как эффективного наставника, мотивирующего людей на достижение амбициозных целей, что улучшает их жизнь [22]. Даже небольшой перечень исследований по проблеме говорит о ее актуальности и необходимости дальнейшего изучения.

В представленной статье объектом исследования избран электронный кочевник, предметом – проблема монетизации эмоций в его существовании, осуществляемая коучами, блогерами, экспертами, консультантами и пр., а цель заключается в анализе тактик манипуляции, благодаря которым эмоции переводятся в капитал. Методом рассмотрения проблемы стал аналитический подход, базирующийся на системном анализе с применением элементов SWOT-анализа и метода аналогии. Данные методы позволяют изучить заявленную проблему, выявить ее скрытые и негативные черты, а также риски, сказывающиеся на существовании электронного кочевника как потребителя. Опираясь на идеи Е. Иллуз и Э. Каба-нас [7], осуществляется реконструкция тактик монетизации эмоций и выявляются особенности современного манипулятора.

Классификация общества в контексте проблемы монетизации эмоций

В структуре взаимоотношений по поводу монетизации эмоций можно выделить две группы коммуницирующих. Назовем (небольшую) категорию людей, управляющих сознанием и поведением электронных кочевников, манипуляторами, а их (массовую) аудиторию – потребителями. Обратим внимание, исследователь З. Бауман называет вторую категорию коммуницирующих коллекционерами ощущений, а Е. Иллуз и Э. Кабанас -психожданами. Последний термин характеризует потребительскую субъектность клиентов, ждущих развлечений и верящих, что их ценность в обществе обусловлена покупательской способностью [7, с. 206]. Дело в том, что в современном обществе потребления обязанностью личности оказывается приобретение многочисленных товаров и услуг, что является показателем ее встроенности в социальные отношения и стандарты [1, с. 116].

Особую роль в процессе монетизации эмоций в цифровом обществе занимает манипулятор, в качестве которого сегодня выступают разного рода коучи, эксперты, консультанты по разным проблемам, менторы, блогеры, ютуберы, тикто-керы, бизнес-тренеры, специалисты личностного развития и пр. Сегодня данная категория людей оказывается популярной и востребованной, а их деятельность приносит большой доход. Считается, что эксперты владеют управленческими и психологическими методами обретения счастья, помогая клиентам совершенствовать себя и жить полноценно [7, с. 56]. Неслучайно обращение к подобным специалистам считается модной практикой среди большого количества людей, относящихся к различным социальным стратам.

Отметим, эффективности взаимодействия между манипулятором и потребителем способствуют характеристики электронного кочевника. Ему присущи гиперэмоциональность, клиповость мышления, поверхностность восприятия. У манипулируемых кочевников наблюдается синдром информационной усталости. Современный индивид живет в потоках информации, обрушиваемых на него не только в реальности, но и в виртуальности. Постоянно обновляемая информация вынуждает считывать (поверхностно) ее и воспринимать, что относится к числу энергозатратных действий. Обычно в данной информации отсутствует смысл, способствуя существованию кочевника в бессмысленном пространстве [5, с. 17]. От бесконечных переходов из реальности в виртуальность и наоборот, потоков бессмысленной информации кочевник становится уставшим и несчастным, нуждается в стабилизации эмоций и обретении смыслов, что заставляет его обращаться к помощи коуча. Ощущая утомленность, тревогу, раздражительность, агрессивность и даже проблемы со здоровьем [2, с. 81–82], электронный кочевник осознает собственное бессилие изменить что-либо. Из-за синдрома информационной усталости у современных людей отсутствует адекватность восприятия себя, не развита критичность мышления, позволяющая проверить подлинность получаемых сведений. Итогом перечисленного оказываются необдуманные, спонтанные решения, связанные с потреблением продуктов/ услуг консультанта. Последний хорошо понимает, что для электронного кочевника на первом месте стоят его чувства [10, с. 87], поэтому манипулятор при общении online и offline запускает функционирование эмоциональных триггеров потребителя и программирует его на приобретение своего продукта.

Манипулятивные тактики монетизации эмоций

Разберемся с тактиками манипулятора. Начнем с того, что многие из них имеют гибридный формат, осуществляясь одновременно online и offline, что способствует эффективному достижению целей консультанта, связанных с влиянием на людей, управлением их эмоциями и поступками, а также личным обогащением. Сегодня эксперт довольно часто продвигает свои услуги/ товары посредством дополненной реальности, что делает продукт более привлекательным и расширяет возможности воздействия на потенциальных потребителей, в том числе благодаря многочисленным сайтам и сообществам в Интернете [15, с. 787–788]. Эксперт из Интернета максимально извлекает выгоду, продавая свои (нередко симулятивные) способности и услуги/ товары. Этому способствует и реклама. Большое количество консультантов продвигают свою продукцию и услуги в СМИ и виртуальных медиа [7, с. 235]. В управлении имеет место омниканаль-ность (в переводе с англ. яз. omni-channel – все каналы), предоставляющая электронным кочевникам коммуникационный опыт online и offline [15, с. 788]. Разрабатывая тактики воздействия на аудиторию, манипулятор при посредстве технологий создает гибридное пространство, где связывает offline с online. В итоге у потребителя оказываются задействованы все его органы чувств (кроме вкусовых), что вызывает определенные эмоции, способствующие покупке услуги/ товара.

В своих тактиках консультант делает ставку на счастье и благополучие личности, осознавая, что у современного электронного кочевника преобладает в существовании нестабильность. Этому способствует и счастливый поворот / happiness turn в обществе, где каждому внушается стремление к счастью [10, с. 86]. Эксперт превращает счастье и связанные с ним эмоции в коммерческий продукт, формируя экономику счастья , в которой ключевая категория счастье принимается в качестве идеологемы и воспроизводимого феномена, способного управлять алгоритмами действий и эмоций большого количества людей. Именно счастье и сопряженные с ним эмоции сегодня превратились в продукт, обладающий рыночной стоимостью. Подчеркнем, для современного общества характерна коммерциализация различных аспектов жизни, и чувства индивида оказались задействованными в данном процессе [7, с. 94–95]. Желание счастья и благополучия, характерное для каждого человека, манипулятор трансформировал в коммерческую идею. Но сама модификация экономических стратегий в эмоциональную практику индивида оказывается неочевидной [7, с. 207].

Несмотря на отчужденность при взаимодействии с клиентами, манипулятор знает потребности людей, одержимых счастьем, новизной и демонстрацией лучшей версии себя (Р. С. Око-рокова). В его понимании счастье выступает в качестве мировоззренческой системы и стандарта образа жизни, способствуя измерению ценности электронного кочевника как личности в социальных отношениях [7, с. 18]. Играя роль значимой ценности, счастье мобилизует ресурсы индивида на достижение благополучия. Коуч рекламирует в услуге/товаре массу положительных качеств, которые изменят жизнь потребителя в лучшую сторону, что помогает заинтересовать электронного кочевника и вовлечь в проект. Убежденность эксперта в измеримости счастья посредством получаемых удовольствий передается клиенту [7, с. 61].

Эксплуатация идеи счастья в тренингах заставляет потребителя активизировать ресурсы для достижения цели, быть постоянно мобильным и деятельным. Используя разнообразные методики, коуч убеждает клиента погрузиться в себя и исследовать внутренний мир в поисках ресурсов для счастья с целью выработки стратегий жизни. Но при этом среди упражнений чаще всего называют формирование оптимизма, свободу от само-рефлексии, практику благодарности, устойчивость к стрессу, присутствие в текущем моменте и способность радоваться мелочам [7, с. 107–108]. Перечень свидетельствует, что ни один из способов погружения в себя не обладает глубиной, приводя клиента к иллюзии осознания существования. Но коуч предсказывает потребителям процветание, доступное каждому, кто поверит в себя. На пути его достижения необходимо проявлять терпение и умение перезагружаться [7, с. 119]. Прибегая к подобным тактикам достижения счастья, эксперт обещает клиентам успех и значительные результаты [7, с. 211]. Необходимо признать, сегодня создается огромнейшее число «эмодуктов» счастья (Е. Иллуз, Э. Кабанас), направленных на преобразование личности. Но их реальная цель, внушаемая экспертом: в себя необходимо инвестировать. Как правило, данное инвестирование связано с приобретением услуг/товаров у коуча, обучающего определенным практикам (например, «Как стать богатым/ знаменитым/успешным»), что в будущем позволит клиенту достичь намеченной установки и вернуть затраченные денежные средства.

Довольно часто потребность в счастье и благополучии связывается с разного рода развлечениями, доставляющими удовольствие. Но еще И. Кант заметил, что стремление человека к тотальному наслаждению можно считать неразумным [8, с. 76]. В кантовской позиции улавливается критика, направленная в первую очередь на потребителя. Он должен осознать, что в его существовании количество полученных удовольствий может (никогда) не перейти в качество жизни.

Монетизации эмоций способствует и создание коучем иллюзии помощи людям в достижении счастья и благополучия. Но его не интересуют проблемы и экзистенциальные состояния клиента. Эксперт скрывает методы управления им с целью обогащения. Делая акцент на содействии в достижении благосостояния, он располагает к себе потребителя, что позволяет ему эффективно им манипулировать и постоянно расширять спектр влияния. Коуч прагматично внедряет в сознание электронного кочевника мысль о необходимости обращения к его услугам с целью улучшения себя и своего существования [7, с. 50]. Среди внушаемых формул назовем следующие: береги себя и занимайся только собой, соверши переворот в своей жизни и ищи счастье в себе, что откроет путь к успеху и общественному признанию [13, с. 42, 41]. Согласно установке ментора, покупатель его продуктов обязан изменить свои привычки, чтобы стать счастливым. В этом обнаруживается самоэкзорцизм как отказ индивидом от своих привычек и приобретение новых (нередко чуждых) с целью их контроля [13, с. 45]. Для достижения подобного состояния эксперт предлагает разного рода программы (например, обучающие курсы, семинары, практики, тренинги, тренировки, аттракционы, карточки действий). Их цель – пробудить личность к деятельной практике преобразования себя и своего образа жизни. Спекулируя на положительных эмоциях клиента, консультант вовлекает его в игру по своим правилам, оставаясь равнодушным к потребителю. Акцентируя внимание на получении кочевником уникального опыта (например, в познании себя) с массой позитивных впечатлений и эмоций, коуч одновременно высоко оценивает услугу в денежном эквиваленте.

Манипулятор в своем воздействии создает условия для эмоциональной связи (relatability) с потребителем, заставляя следовать внушаемым принципам. Осуществляя погоню за прибылью, современный консультант понимает, что его услуги должны соблазнять клиентов и пробуждать страсть к приобретению [1, с. 114]. Выстраивая свои управленческие стратегии, коуч обольщает потенциального клиента и держит его эмоции в возбужденном состоянии [1, с. 120]. Эксперт проявляет определенную открытость, непосредственность, доверительность в умении рассказывать истории и делиться проблемами, что формирует эмоциональную привязанность. Благодаря ей создаются пространства доверия, позволяя незаметно монетизировать эмоции манипулируемого.

Необходимо признать, что манипулятор обладает эмоциональным интеллектом. Он представляет собой умение пользоваться эмоциями, понимая и интерпретируя их [7, с. 214]. Демонстрируя собственные (нередко постановочные) настроения, консультант виртуозно управляет чувствами клиента, обещая достижение счастья и благополучия посредством приобщения (как в реальном, так и в виртуальном формате) к разного рода услугам/товарам.

Подчеркнем, современному человеку свойственна одержимость идеей счастья. Уверенность его приобретения у ментора делает электронного кочевника захваченным потреблением. При этом у погони за новыми потребностями и эмоциями отсутствуют границы. Современный потребитель испытывает недовольство из-за осознания того, что он еще не удовлетворил огромное количество своих желаний, а о многих из них даже не догадывается [1, с. 119, 120]. Благодаря подобному и эмоциональной связи с коучем рождается эффективная (экономическая) коммуникация: в сознание индивида внедряется идея о счастье, требующая вложения финансов. Как справедливо отметили Е. Иллуз и Э. Кабанас, в XXI веке индустрия счастья превратилась в коммерческую империю, обещающую каждому человеку счастье посредством потребления множества товаров и услуг. При этом индивид живет с убеждением, что именно количественная сторона потребления оказывается показателем его ценности в социальном пространстве [7, с. 197].

Еще одним стратегическим ходом является демонстрация манипулятором своего успеха посредством тирании позитивного мышления (Е. Иллуз, Э. Кабанас). В качестве подтверждения консультант рассказывает о собственном совершенстве и личностном росте, провозглашая владение формулой счастья и успеха. Подчеркнем, сегодня, несмотря на отсутствие продуктивности, симулятивный образ счастливого человека обладает мощной силой воздействия на людей [6, с. 18]. Он поддерживается постановочными ситуациями, которые эксперт прагматично конструирует, создавая впечатления о своей жизни и выступая в качестве менеджера образов (А. М. Зотов). Как правило, большинство потребителей не задумываются о подлинности представляемого им материала, принимая к сведению навязанные и тиражируемые образы счастья и успеха.

Эксплуатируя эмоции кочевника, ментор делает ставку на процессуальности. Именно она оказывается характеристикой эмоционального переживания во время индивидуального опыта, помогая найти потребителю необходимые ощущения [10, с. 84, 85]. Манипулятор, позиционируя себя в качестве счастливого человека, предлагает всем желающим прожить с ним позитивные эмоции, приобщившись к его коммерческому продукту. При этом он нередко идет от обратного, утверждая, что в его проекте отсутствуют боль, грусть, страдания, беспокойство. Подчеркнем, только в конце своего семинара коуч незаметно проговаривает, что достижение счастья есть отсроченное состояние, начиная рекламировать другой свой продукт или предлагая дополнительные бонусы с целью их траты в очередной услуге. Данный стратегический ход влияет на дальнейшие решения электронного кочевника, вынуждая его покупать новую услугу ментора. Ставка делается на будущий колоссальный эффект от продукта, за который кочевник платит (по сравнению с результатом) небольшую сумму [7, с. 222].

Особую роль в управлении эмоциями клиентов играют вербальные тактики . Они имеют две направленности. С одной стороны, консультант прибегает к разговорной речи, доступно и просто рассказывая о пути достижения счастья. С другой стороны, он нередко намеренно усложняет свою речь, рассуждает на отвлеченные темы, переключается с одной проблемы на другую, приводит не связанные друг с другом примеры, создавая информационный шум вокруг навязываемой услуги/ товара. К этому добавляется жестуальная активность, избыточная динамичность и повышенная экспрессивность речи. Подобными приемами коуч привлекает внимание к себе, но одновременно создает барьеры в восприятии речи с целью затруднения анализа информации и критического отношения к ней.

Среди тактик управления назовем и выстраивание диалога с потребителем в игровой форме, что формирует определенный азарт. Он создается благодаря вопросам коуча, содержащим в себе мотивацию: например, хотите жить без негативных эмоций и проблем? Хотите быстро достичь счастья? Есть ли у вас смелость для его обретения через несколько дней? [7, с. 5].

Актуальной тактикой консультанта является обращение к науке (например, позитивной психологии, медицине, нейронауке). Но нередко научные изыскания оказываются неправильно интерпретированными, или коуч использует недоказанные теории, спорные положения, искаженные данные

[7, с. 26]. Обращение эксперта к исследованиям о коэффициенте соотношения позитивного и негативного в жизни счастливой личности можно считать некорректным. Вызывают много вопросов и позиции о том, что позитивный стиль жизни свидетельствует о психическом здоровье индивида, а негативные состояния есть показатель его неадекватности [7, с. 268, 269].

Обратим внимание и на абстрактность техник достижения счастья и благополучия. Установка на достижение счастья осуществляется коучем по однотипной схеме: осознание отсутствия благополучия → желание изменить ситуацию → обращение к помощи коуча → трансформация стиля жизни и эмоций в позитивном направлении [7, с. 202]. Усвоив данные положения, потребитель должен приспособить их к своей жизни и начать самостоятельно решать возникающие проблемы. Манипулируемому предлагается осуществлять самоконтроль за мыслями и действиями, жить легко , отпуская любые проблемы. Последние необходимо перенаправлять в позитивную сторону. Потребителю вменяется систематически обращаться к услугам манипулятора с целью переформатирования жизни и осуществления перестройки внутреннего мира, неожиданно оказавшегося неправильным с точки зрения коуча [13, с. 46]. Подчеркнем, чаще всего потребитель не задумывается об этичности внедрения эксперта (с иным мировидением, опытом и советами) в свою жизнь. И здесь существуют определенные риски: электронный кочевник, взаимодействуя с консультантом, превращается для него в объект манипуляции [13, с. 49]. Данный факт говорит о негативности манипуляционных практик, делающих потребителя контролируемым со стороны коуча и зависимым от навязанных культурных стереотипов. Как справедливо заключает Р. С. Окорокова, фразы консультанта с отсутствующим смыслом проникают в сознание потребителя, превращая его в посредственность [13, с. 49].

Но сегодня все большее число людей проявляет интерес к деятельности экспертов, становясь потребителями их услуг. Несмотря на прохождение курсов и тренингов, современные электронные кочевники оказываются далеки от счастья, выказывая свою эгоцентричность, отчужденность от себя/других, пассивность. Как справедливо заключили Е. Иллуз и Э. Кабанас, потребность в счастье негативно сказывается на отношениях между людьми, делая их отчужденными друг от друга [7, с. 128]. Более того, одержимость достижением счастья делает индивида равнодушным к собственным безнравственным проявлениям. Он даже оправдывает собственные аморальные действия на пути к счастью, в чем обнаруживается моральный субъективизм [7, с. 100].

Проявление архетипа трикстера в манипуляторе

Сегодня манипулятора (коуча, эксперта, консультанта, ментора, блогера, бизнес-тренера и пр.) можно отнести к авантюрному типу личности, (эмоционально, интеллектуально, коммуникативно) гибкого в своей деятельности и осваивающего новые методы воздействия на потребителей (online и offline). Отслеживая актуальные тенденции, коуч быстро откликается на запросы времени и меняет свои продукты/услуги, не привязываясь к ним. Гибкость манипулятора подчинена логике экономики . Согласно ей, электронный кочевник обязан получить мгновенное удовлетворение: товар должен доставить удовольствие без дополнительных усилий, а удовольствие – прекратиться с окончанием его потребления [1, с. 118].

Наши рассуждения о современном манипуляторе, занимающимся в виртуальном и реальном пространстве продажей своих услуг/товаров на основе монетизации эмоций, приводят к идее о том, что в нем обнаруживает себя архетип трикстера , ярким примером которого был Остап Бендер (литературный персонаж И. Ильфа и Е. Петрова). Трикстер (в переводе с английского - хитрец, обманщик, ловкач, трюкач ) - фигура довольно противоречивая, разрушающая существующие стереотипы, склонная к обману, трансформирующая любую ситуацию в свою пользу. В поведении трикстера лежат двойные стратегии, позволяющие ему одновременно утверждать и отрицать один и тот же тезис [3, с. 240]. Ложь трикстера безгранична. При достижении поставленных целей он способен нарушать нравственные принципы, не считаясь ни с какими запретами [20, с. 211].

Манипулятор, выступая в роли современного трикстера, обладает всеми его характеристиками. Он функционирует как медиатор, производя сакральное в виде услуги/товара, необходимого для счастья и благополучия, и продавая его. Следуя тенденциям времени, современный Остап

Бендер, как коуч, постоянно меняет свои позиции и услуги, что позволяет говорить о его авантюрности и лиминальности. Но каждую свою трансформацию он превращает в театрализованное представление, где художественные эффекты скрывают прагматизм и стремление к обогащению [11]. Игнорируя нравственные ценности, эксперт-трикстер нарушает границы дозволенного/прием-лемого. Ложь ложится в основу его заигрывания с потребителями и тактик управления их эмоциями. Но Остап Бендер очарователен в своей лжи, интригуя аудиторию новым продуктом, необходимым каждому для счастья. Обращаясь к нему (и нередко понимая его лживость), потребитель (вопреки здравому смыслу) поддается соблазняющим тактикам трикстера.

Создавая иллюзию помощи в достижении счастья и борьбе с тревогой, страхом, чувством незащищенности, консультант вселяет в людей ложное представление об их возможностях. Обещаемый им долгосрочный, пролонгированный эмоциональный эффект от услуги оказывается краткосрочным или совсем отсутствует. Но манипулятора не смущает его ложь. Он циничен в своих проявлениях, отчужденно относясь к клиентам и их проблемам. При этом цинизм позволяет отстраненно воспринимать любые ситуации и возникающие в них проблемы, демонстрируя волю к власти и превосходство индивида [13, с. 40]. Коуч лицемерно заряжает (на небольшой промежуток времени) потребителей оптимизмом, связанным с планами на будущее. Цинизм манипулятора основывается на его философии жизни. Он предпочитает жить беззаботно, не вспоминая прошлого, не задумываясь о негативном опыте и не имея ни перед кем никаких обязательств [7, с. 149]. При этом консультант прагматичен в своих экономических стратегиях, постоянно повышая цены за услуги.

Эксперт знает несовершенства своей услуги, неспособной полностью/частично удовлетворить запросы потребителя. Недовольство клиента качеством услуги/товара заставляет прибегать манипулятора к уловке. Согласно ей, тренинги/се-минары эксперта оказывают воздействие только на тех, кто безоговорочно верит в свой успех [7, с. 254]. Отсутствие счастья у клиента коуч цинично ставит ему в вину как нежелание использовать превратности судьбы для своего благополучия в качестве личностного роста. Таким образом, манипулятор снимает с себя ответственность, демонстрируя циничный разум. Конфликтная ситуация разрешается и благодаря свойствам электронного кочевника, склонного не к запоминанию впечатлений, а к их бездумному коллекционированию. Современный Остап Бендер осознает, что долговечность в современных условиях оказывается пережитком прошлого, поэтому желания необходимо постоянно обновлять и расширять сферу потребностей клиентов [1, с. 118].

Характеризуя манипулятора как трикстера, назовем еще одну его черту – самолюбование при работе (online и offline) с аудиторией, что выдает в нем определенный нарциссизм . Коуч озабочен не только обогащением, но и признанием. Он является продуктом нового типа культуры, в которой взращивают нарциссический тип личности, ориентированный на самолюбование, в том числе и при взаимодействии с людьми [6, с. 14]. Нарциссизм трикстера способствует изобретению практик по монетизации эмоций, благодаря которым он будет в центре внимания, имея успех у широкой аудитории и при этом избегая конкуренции.

Особо обратим внимание на образование манипулятора. Чаще всего он не имеет профессионального психологического или управленческого образования, закончив различные курсы переподготовки, повышения квалификации или пройдя тренинги. Имея схожие проблемы с потребителями, манипулятор позиционирует себя в качестве эксперта, обращаясь в своей речи к повседневной психологии [7, с. 316].

Заметим, деятельность манипулятора обладает деструктивным характером, основываясь на принципе действия ради действия (В. А. Жилина) [5, с. 16]. Вселяя уверенность в достижении счастья и снятии напряжения путем получения новых эмоций, он не гарантирует их приобретение клиентам. Данный факт делает потребителя разочарованным и нередко озлобленным. Как заметили Е. Иллуз и Э. Кабанас, коуч внушает клиентам сконцентрировать внимание на своих эмоциях и мыслях, постоянно их контролировать и корректировать [7, с. 224]. Отсутствие наблюдения оказывается угрозой, влекущей за собой негативные последствия: индивид не достигнет благосостояния и успеха, оказавшись несчастным [7, с. 224]. Потребитель услуг коуча начинает жить по навязанным стандартам, нередко не соответствующим его натуре, что усугубляет кризисность существования. Разочарованность результатом потребления услуг/товаров эксперта способствует накоплению стресса. Но деструктивный характер тактик манипулятора не осознается индивидом. Консультант прикрывается созидательностью и деятельностью во благо людей, но это в большей степени соответствует симулякру созидательности (В. А. Жилина). Электронный кочевник, управляемый потоком речей коуча, где нередко отсутствует смысл, оказывается не способным противостоять ему [5, с. 17]. Потребитель выказывает интеллектуальное смирение, отказываясь от собственных взглядов/образа жизни и соглашаясь с чуждой ему точкой зрения. Поддаваясь манипуляциям и монетизируя эмоции, электронный кочевник осуществляет бегство от себя, что формирует пустоту в его существовании и рождает повод для очередного манипулятивного воздействия, а значит, востребованности консультанта.

Заключительные размышления, инициирующие дальнейший анализ проблемы

Современное общество, находясь на цифровом этапе развития, повлияло на формирование новой идентичности индивида, ставшего электронным кочевником. Данный период рождает для него новые возможности и риски online и offline. Актуализируется в современном устройстве общества проблема монетизации эмоций, способствуя разделению электронных кочевников на манипуляторов и потребителей. Манипуляторы, спекулируя на идее счастья и благополучия, превращают ее в коммерческий продукт и продают разного рода тренинги, семинары, лекции и пр. Необходимо признать, что потребители, обладая синдромом информационной усталости и нестабильностью в эмоциональной сфере, демонстрируют интеллектуальное смирение перед манипулированием, обращаясь к различным экспертам с целью улучшения своего существования.

Личность манипулятора авантюрна, что позволяет говорить о проявлении у него черт архетипа трикстера. Консультант гибок в своих проявлениях, подстраиваясь под тенденции времени, цинично прибегает к обману клиентов, выкручиваясь из любой ситуации. Манипулятор, осознавая обусловленность эмоциональной жизни современных кочевников потреблением, поддерживает данное состояние своими услугами/ товарами. Этому способствуют избранные им тактики управления: гибридный формат работы с клиентами online и offline, обещание счастья и благополучия при условии потребления рекламируемых им услуг/товаров, нередко имеющих развлекательный формат, создание иллюзии помощи людям и условий для эмоциональной связи, демонстрация собственного успеха и позитивного мышления, акцент на процессуальности, наличие бонусной программы, позволяющей продолжить обучение, намеренное упрощение/усложнение речи с внедрением игрового элемента в коммуникацию, апеллирование к науке, абстрактность техник достижения цели. Эффективности манипулятивных стратегий способствует нестабильность существования электронного кочевника, в том числе эмоциональная и информационная усталость. Гонка за новыми ощущениями свидетельствует об определенной нереализованно-сти себя электронным кочевником, обрекая его на постоянный поиск новых эмоций и впечатлений, дающих надежду на счастье и благополучие. Вместо самостоятельного решения проблемы потребитель перекладывает ее на коуча, который занимается собственным обогащением, монетизируя эмоции клиента. Последний не замечает манипулятивных тактик над собой, не рефлексирует о недостатках консультанта и симулятивно-сти его продукта/услуги. Он незаметно для себя превращается в марионетку, идущую на поводу своих эмоций. Потребитель не понимает, что, монетизируя их, он осуществляет всего лишь отвлекающий маневр, но не снижает количества своих проблем и уровень тревожности. Услуги манипулятора обладают краткосрочным эффектом или нередко полным отсутствием такового, а счастье оказывается отсроченным или недостижимым состоянием.

Обозначенные риски, связанные с монетизацией эмоций, требуют выработки определенных рекомендаций. Электронный кочевник должен самостоятельно осознать сильные и слабые стороны своей жизни, пытаясь минимизировать негативное без обращения к помощи коуча-манипулятора, наметить реалистичные цели, связанные со смыслом жизни, и составить план их достижения, осуществляя разумный контроль за результатом. Рациональный подход к жизни, пересмотр жизненных ценностей, управление эмоциями, развитие критического отношения к себе / происходящим событиям / поступающей информации, анализ и понимание своих чувств и желаний, внутренний диалог с собой станут основой для гармонизации существования и даже обретения счастья. К сожалению, большинство электронных кочевников не готовы к подобному. Данная ситуация способствует процветанию современных Остапов Бендеров, изобретению ими новых продуктов счастья и совершенствованию техник манипуляции, что расширяет одновременно поле их деятельности и возможность будущих научных исследований возникающих проблем.