Морфофункциональные критерии риска развития гиперфункции щитовидной железы у женщин молодого возраста

В последние годы все большее внимание уделяется функциональным изменениям состояния организма на грани нормы и патологии, их диагностике и своевременной коррекции функциональными же методами, так как только такие изменения полностью обратимы [2]. Наиболее часто встречаются и, вместе с тем, имеют наиболее серьезные последствия функциональные нарушения эндокринной системы, в частности, щитовидной железы. Распространенность гиперфункции щитовидной железы среди взрослого населения составляет приблизительно 2%, притом большинство из них женщины [3]. Данная патология относится к наиболее частым синдромам эндокринных заболеваний. Известно, что гормоны щитовидной железы вызывают изменение общего обмена веществ и через обмен веществ действуют практически на все жизненные процессы [4]. Однако в доступной литературе, широко освещающей влияние эндокринных нарушений на морфометрические параметры, не отражена обратная зависимость, то есть взаимосвязь морфометрических параметров с возможностью развития эндокринных нарушений, в частности, гиперфункции щитовидной железы [1, 5]. В связи с этим исследования были направлены на поиск антропометрических признаков, связанных прямо или косвенно с риском развития гиперфункции щитовидной железы.

Цель исследований: выявление морфофункциональных критериев риска развития гиперфункции щитовидной железы у женщин молодого возраста, что повысило бы эффективность коррекции и профилактики.

Методика исследования. В исследованиях приняли участие 250 женщин в возрасте 19-35 лет, не страдающих общими соматическими заболеваниями в эутироидном состоянии. Из этого числа обследуемых женщин было сформировано 2 группы: группа сравнения и группа риска предрасположенности к гиперфункции щитовидной железы. В этих группах определение индивидуальной оценки соматотипов проводилось с использованием антропометрических методов. В процессе конституциональной диагностики учитывались степень и особенности жироотложения: антропометрические величины кожно-жировых складок. Уровень развития мускулатуры определялся по значениям окружности плеча и голени. Кроме этого, были оценены форма грудной клетки, живота и спины (соматоскопия). Помимо указанных характеристик, измерялись продольные и поперечные размеры, а также масса тела, рассчитывались индексы Пинье и массы тела.

Полученные результаты. Антропометрические параметры в группах сравнения и риска развития гипертиреоза щитовидной железы представлены в табл. 1 и на рис. 1. Как следует из рис. 1, достоверные различия между сравниваемыми группами выявлены по параметру массы тела. Так, обследуемые в группах сравнения и риска различаются по массе тела на 14,2% (p<0,05).

Полученные нами данные свидетельствуют о различиях в длиннотных размерах женщин групп сравнения и риска предрасположенности к гиперфункции щитовидной железы, однако они носили недостоверный характер. Различия по росту стоя составили 75%, высоте плечевой точки - 0,11%, высоте лучевой точки -0,47%, высоте пальцевой точки - 1,25%, высоте верхнеберцовой точки - 1,12%, росту сидя -0,23%, высоте верхнегрудинной точки - 1,05% соответственно.

Таблица 1. Антропометрические параметры в группах сравнения и риска развития гипертиреоза щитовидной железы, см (M±m)

Примечание: * - различия между сравниваемыми группами статистически достоверны (p<0,05).

Рис. 1. Масса тела женщин в группах сравнения и риска развития гипертиреоза щитовидной железы

масса тела, кг

Соотношение высоты верхне-грудинной точки и роста сидя также практически не отличалось в этих группах и составляло в среднем - 0,6%. В группах сравнения и риска величины акромиального диаметра, тазового диаметра, отличались на 1,69% и 1,05% соответственно. Отношение у женщин тазового диаметра к акромиальному для группы сравнения составило 0,807, а у группы риска - 0,813.

В группе сравнения оказались достоверно большими биэпикондилярный диаметр плечевой кости в среднем на 6,38% (p<0,05) и биэпикондилярный диаметр бедренной кости -на 8,83% (p<0,1). У обследуемых женщин в группах сравнения и риска различались такие показатели, как окружности грудной клетки, плеча и голени в абсолютных величинах на 3,0; 0,9 и 0,4 см или на 3,58 (p<0,05); 3,50; 1,14% соответственно. Следует отметить, что полученные нами в процессе исследования величины соответствуют средне нормативным параметрам по европейской части России для лиц молодого возраста [6- 8].

Нами были установлены достоверные различия по показателю кожно-жирового компонента. Так, у женщин групп сравнения и риска предрасположенности к гиперфункции щитовидной железы различалась толщина кожно-жировой складки в передней области плеча на 15,38% (p<0,05), задней области плеча - на 10,49% (p<0,05), подлопаточной области - на 5,34% (p<0,05), латеральной области живота - на 23,29% (p<0,05), задней области голени - на 18,54% (p<0,05) соответственно. При сравнении этих величин следует отметить, что, в целом кожно-жировой компонент в группе риска развития гипертиреоза оказался существенно ниже, чем в группе сравнения, что может быть связано с ускорением энергетического обмена при гиперфункции щитовидной железы. При этом наибольшие различия между группами отмечались по кожно-жировому компоненту, который является самой лабильной «субстанцией» в организме человека и зависит от многих факторов, в том числе, таких, как гормональный статус, питание, физическая активность.

Выводы: установленные в ходе наших исследований морфофункциональные критерии позволяют выделять среди практически здоровых женщин в эутиреоидном состоянии представителей группы риска развития гиперфункции щитовидной железы, которые в большинстве своём имеют долихоморфный тип телосложения. Такие соматометрические критерии как масса тела, биэпикондилярные размеры и параметры кожно-жирового компонента могут использоваться для прогнозирования развития гипертиреоза у женщин молодого возраста.

• 1.

• 2.

• 3.

• 4.

• 5.

• 6.

• 7.

• 8.