М.С. Горбачев и Внеочередной Пятый съезд народных депутатов СССР: шаги к ликвидации Советского Союза
Журнал: Общество. Среда. Развитие (Terra Humana) @terra-humana
Рубрика: История и современность
Статья в выпуске: 3 (80), 2026 года.
Бесплатный доступ
Анализируется содержание работы Внеочередного Пятого съезда народных депутатов СССР, ставшего последним в истории страны. Его решения оказали огромное отрицательное влияние на единство и целостность Советского государства. Союзные структуры власти либо были еще больше ослаблены, либо совсем были ликвидированы. Высший общесоюзный государственный орган власти, Съезд народных депутатов СССР, стремившийся к сохранению СССР, был ликвидирован. Отмечается, что принятые на нем решения привели к резкому ослаблению общесоюзных структур власти и укреплению власти союзных республик, что ускорило процесс распада страны. М.С. Горбачев, как президент СССР, не стремился на съезде укрепить функции и полномочия общесоюзных структур власти и не поддерживал депутатов, проводивших подобную политику. Показано, что деятельность Горбачева на съезде была ориентирована на принятие решений, направленных на ликвидацию этого органа власти. Он и лидеры союзных республик отвергли разработанную на внеочередной сессии Верховного Совета СССР 26–30 августа 1991 г. повестку дня Пятого съезда и предложили в качестве его повестки принятое ими заявление «10+1».
Короткий адрес: https://sciup.org/140316868
IDS: 140316868 | УДК: 94(47+57) «1991» | DOI: 10.53115/19975996_2026_03_022_027
M.S. Gorbachev and the Extraordinary Fifth Congress of People's Deputies of the USSR: Movement Towards the Elimination of the Soviet Union
The article analyzes the content of the work of the Extraordinary Fifth Congress of People’s Deputies of the USSR, which became the last in the country’s history. Its decisions had a huge negative impact on the unity and integrity of the Soviet state. The union-level government structures were either further weakened or completely eliminated. The highest union-level state authority, the Congress of People’s Deputies of the USSR, which sought to preserve the USSR, was abolished. It is noted that the decisions made at the congress led to a sharp weakening of the all-union government structures and a strengthening of the power of the union republics, which accelerated the process of the country’s disintegration. M.S. Gorbachev, as the President of the USSR, did not seek to strengthen the functions and powers of the all-union government structures at the congress and did not support the deputies who pursued such a policy. It is shown that Gorbachev’s activities at the congress were focused on adopting decisions aimed at eliminating this body of power. He and the leaders of the union republics rejected the plan developed at the extraordinary.
Текст научной статьи М.С. Горбачев и Внеочередной Пятый съезд народных депутатов СССР: шаги к ликвидации Советского Союза
Общество. Среда. Развитие № 3’2026
После поражения Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП) 21 августа 1991 г. СССР вступил в период необратимого распада. Федеральные структуры власти ослабли еще больше, чем прежде. Они были не в состоянии оказать противодействие деструктивной деятельности президента РСФСР Б.Н. Ельцина в отношении Союзного центра, начавшего подчинять себе органы союзной исполнительной власти на территории России. За короткий период времени, в течение трех дней, он издал серию Указов, направленных на установление российской власти, прежде всего президента РСФСР над союзными органами исполнительной власти на территории РСФСР, в том числе и органами союзных силовых структур (Министерства обороны, КГБ и МВД), а также союзными предприятиями и средствами массовой информации, заподозренных в поддержке ГКЧП [18–21]. Российская Федерация фактически обособилась от союзных структур управления.
Другие союзные республики также стремились воспользоваться создавшейся ситуацией и добивались полной независимости от Союзного центра. Одна за другой они в одностороннем порядке провозглашали свою полную независимость: 24 августа - Украина, 25 -го - Белоруссия,
27-го Молдова, 30-го - Азербайджан, 31-го августа - Киргизия и Узбекистан [16, с. 310, 313,315, 317].
Следует особо обратить внимание на то, что подрыву союзных структур в немалой степени способствовали они сами, в том числе и Горбачев. Через пять дней после поражения ГКЧП 26 августа открылась внеочередная сессия Верховного Совета СССР, на которой «многие депутаты, – как вспоминает член фракции коммунистов в Верховном Совете СССР Р.А. Медведев, - были настроены весьма воинственно и даже агрессивно» [8, с. 538]. Сессию открыл не А.И. Лукьянов, который был отстранен от ведения сессии Президиумом Верховного Совета 22 августа 1991 г., а председатель Совета Союза Верховного Совета СССР И.Д. Лаптев. Он своим выступлением задал тон работе сессии: «Я должен произнести слова при открытии сессии в дни, когда наши сердца еще сжимаются от боли, причиненной всем нам настоящим политическим злодейством: антиконституционным, антинародным переворотом. От него пострадала наша страна, от него пострадал наш народ, от него пострадала наша политика, от него пострадал наш Президент» [1, с. 3]. Это была односторонняя и тенденциозная оценка деятельности ГКЧП, которую разделяли тогда и многие союзные депутаты как «демократической» ориентации, так и националистической. Агрессивной критике подвергалась позиция Кабинета Министров СССР и его председателя В.С. Павлова за его участие в ГКЧП, а также председателя Верховного Совета СССР А.И. Лукьянова, которого на этой сессии 28 августа освободили от занимаемой должности [2, с. 20–24], а на следующий день депутаты дали согласие на привлечение его к уголовной ответственности и арест [10, с. 15, 41, 44]. Необходимо заметить, что из высших советских руководителей Анатолий Иванович Лукьянов был самым последовательным сторонником сохранения единства и целостности СССР и подписания Союзного договора в соответствии с референдумом 17 марта 1991 г. После победы над ГКЧП, сепаратистским силам такой государственный деятель был не нужен, и они от него избавились.
Политика Горбачева как президента СССР вела к резкому подрыву влияния союзных структур. 24 августа он своим указом освободил от занимаемой должности председателя кабинета Министров СССР Павлова и вообще ликвидировал этот союзный орган. Теперь сессия подтвердила эти решения президента СССР [12]. Ликвидацию союзного правительства следует считать одним из самых деструктивных решений Горбачева и Верховного Совета СССР в годы перестройки.
В такой экзальтированной обстановке был созван внеочередной пятый съезд народных депутатов СССР, проходивший 2–5 сентября 1991 г. и оказавшийся последним в недолгой истории этого института государственной власти. М.С. Горбачев как президент СССР, представлявший на съезде союзную власть, должен был добиться принятия решений по недопущению дальнейшего развала страны. Однако его действия на этом съезде не были направлены на противодействие сепаратизму союзных республик, а способствовали именно этому.
Для подготовки съезда 27 августа на Внеочередной сессии была образована Комиссия во главе с председателем Совета Национальностей Верховного Совета СССР Р.Н. Нишановым для подготовки повестки дня предстоящего съезда, которая своевременно была представлена. Но это уже не устраивало ни президента СССР, ни руководителей союзных республик, поскольку они хотели провести съезд по собственному плану, принятому на Совете Безопасности СССР 1 сентября 1991 г. [РГАНИ, л. 2–55].
В основу работы съезда было положено «Заявление Президента СССР и высших руководителей союзных республик», которое было принято на том же заседании. Оно было подписано президентом СССР и высшими руководителями РСФСР, Украины, Белорусской ССР, Республики Узбекистан, Казахской ССР, Азербайджанской Республики, Республики Кыргызстан, Республики Таджикистан, Республики Армения, Туркменской ССР. Грузия принимала участие в качестве наблюдателя [6, с. 1–2]. Так родилась формула «10 + 1» (десять союзных республик + президент СССР).
Основные положения «Заявления…» были следующими: 1. Ввести переходный период до принятия новой Конституции и проведения на ее основе новых выборов в структуры власти; 2. Подготовить и подписать всеми желающими республиками Договор о Союзе Суверенных Государств. Формы участия в ССГ определяет сама республика; 3. Заключить экономический союз; 4. В переходный период законодательные функции должен выполнять не Съезд народных депутатов, или Верховный Совет СССР, а Совет представителей народных депутатов, делегируемых Верховными Советами республик; 5. Создать Государственный Совет в составе президента СССР и высших должностных лиц союзных республик; 6. Создать временный экономический комитет для координации управления народным хозяйством; 7. Декларировалось сохранение единых вооруженных сил [16, с. 318–319].
Это «Заявление…» было радикальным отходом от результатов референдума 17 марта 1991 г. и даже от подготовленного проекта союзного договора по итогам новоогаревского процесса, принятого 23 июля 1991 г. Оно было направлено на дальнейшее усиление сепаратистских позиций союзных республик и ослабление союзных структур власти.
Внеочередному Пятому съезду была отведена роль «легализовать заготовленные решения, одновременно принимая ответственность за разрушение государства на себя» [7, с. 132]. Определенные проблемы возникли с обеспечением необходимого количества депутатов, которые словно чувствовали, что их руками будут добиваться реализации неблаговидных дел. Горбачева этот вопрос сильно беспокоил: «Съезд может и не собраться. Что‑то сегодня еще только где‑то 700 человек зарегистрировалось на утро» [15, л. 5–6]. Все же съезд 2 сентября открылся,
Общество
хотя зарегистрировалось только 1900 депутатов [3, с. 6].
Манипулировать открывшимся съездом стало гораздо проще, поскольку в его работе уже не принимал участие председатель Верховного Совета СССР А.И. Лукьянов, который был арестован и находился в тюрьме «Матросская тишина».
На заседании Совета Безопасности 1 сентября была выработана и тактика ведения съезда со стороны Горбачева, и лидеров союзных республик. Она заключалась в том, чтобы лишить съезд самостоятель-
Общество. Среда. Развитие № 3’2026
ности и полностью взять контроль над ним: «Задать тон, – наставлял Горбачев присутствующих, – надо внести от имени республик предложение о порядке его проведения. И провести в три дня…» [15, л. 9], «если не зададим направленности, темп определенный, то, вообще говоря, этот Съезд может вырваться из рук. И я должен сказать, что круги идут очень серьезные. Выходят из шока…» [5, с. 18].
Открывший съезд председатель Совета Союза Верховного Совета СССР И.Д. Лаптев упреждающе заявил, что Президиуму «придется не раз отступать от привычных стереотипов проведения таких Съездов» [3, с. 7]. Отступления начались с первых минут работы съезда. Слово было предоставлено президенту Казахской ССР Н.А. Назарбаеву, который по уполномочию президента СССР и высших руководителей десяти республик внес предложение о проведении съезда в три дня и включении «Заявления…» в повестку дня съезда, рассмотреть предлагаемые меры и принять соответствующие решения [3, с. 7].
Поскольку «Заявление...» было подготовлено прямо накануне открытия съезда в конфиденциальной обстановке, поэтому для депутатов оно стало полной неожиданностью. Для ознакомления с содержанием Заявления в работе съезда объявлялся перерыв до 14.00 часов этого же дня.
Ознакомление с «Заявлением.» проходило по депутациям, то есть депутаты от союзных республик проводили собрания, на которых руководители республик, разъясняли им его содержание.
Оно и стало на этом съезде главным документом, обсуждение которого заняло значительное время его работы. «Все время его работы, – пишет В.Л. Шейнис, – меня не покидало ощущение, что для двух тысяч союзных депутатов проложена узкая, огороженная с обеих сторон дорога в загон и предписано не только направление движения к неминуемому коллапсу парламента, но и его темп» [22, с. 562].
После завершения объявленного перерыва, председательствовать на дневном заседании съезда 2 сентября было поручено президенту СССР М.С. Горбачеву. Именно он должен был добиться утверждения на съезде повестки дня. Для этого необходимо было убедить депутатов в правомерности и законности всех инициатив, выдвинутых в «Заявлении…». Не случайно поэтому, первым слово Горбачев предоставил председателю Комитета конституционного надзора СССР С.С. Алексееву, который, к огромному удивлению абсолютного большинства депутатов, заявил: «Комитет конституционного надзора СССР со всей определенностью поддерживает Заявление» [3, с. 11].
Затем Горбачев стал предоставлять слово выступающим от депутаций. Первым выступил представитель от депутации России, мэр Ленинграда А.А. Собчак, доложивший о том, что «народные депутаты СССР от России поддерживают заявление Президента СССР и высших должностных лиц республик о мерах по стабилизации ситуации и созданию новых государственных структур на переходный период» [3, c. 12]. Выступили также представители Украины, Белоруссии, Узбекистана, Казахстана, Азербайджана, Грузии, Кыргызстана, Таджикистана, Армении, Туркмении, Молдовы [3; 13; 15-17; 22]. Во всех выступлениях содержались свои нюансы, но в целом они тоже поддержали «Заявление…».
От депутаций трудно было ожидать другой реакции. В огромной степени их поведение определялось лидерами своих республик, на позиции которых депутаты стали ориентироваться. Участник съезда, народный депутат от Москвы, Р.А. Медведев вспоминает, что не менее 500-600 народных депутатов СССР уже открыто выступили на съезде как сторонники Ельцина. Депутаты от Казахстана поддерживали почти все предложения Н. Назарбаева. Многие из депутатов от Украины спрашивали совета не у Горбачева, а у Л. Кравчука, депутаты от Узбекистана -у Каримова и т.д. [8, с. 545].
Убедившись в том, что все депутации поддержали «Заявление…», Горбачев, продолжая тактику оказания давления на депутатов, поставил вопрос на поименное голосование, чтобы уверенно получить необходимое количество голосов для утверждения повестки дня съезда: 1350 голосами предложенная на утреннем заседании повестка Съезда была утверждена [3, с. 28–29].
Горбачев продолжал жестко управлять работой съезда. Внесение новых предложений в повестку дня не принимались. На выступления в прениях депутатам отводилось только до пяти минут, от микрофонов - до двух минут. «У нас жесткий регламент… у нас ситуация нерегламентная, нештатная, как говорят военные и космонавты», «работу съезда провести в течение трех дней» [3, с. 30]. Депутаты покорно 1337 голосами поддержали предложение Горбачева [3, с. 31]. За столь короткий промежуток времени работы съезда едва ли было возможно сформировать серьезную программу по спасению целостности СССР. Но это председательствующему на съезде президенту СССР и руководителям десяти союзных республик было и не нужно. Главная их цель заключалась в том, чтобы добиться от съезда принятие «Заявления…» и придать ему законность и легитимность.
Лейтмотивом выступлений многих депутатов от республик было признание их независимости. С.С. Шушкевич говорил, что «белорусское государство можно рассматривать только как независимое и самостоятельное государство» [3, с. 61]. Он же заявил, что Белоруссия признала независимость Литвы, Латвии и Эстонии [3, с. 61]. О признании этих республик Киргызстаном сообщил председатель Президиума Верховного Совета этой республики М. Шеремкулов [3, с. 20]. Депутат И.Д. Хадыркэ от Республики Молдова требовал признать на съезде независимость Молдовы [3, с. 26].
На съезде непросто было получить сло -во депутатам группы «Союз», выступавшим, и после победы над ГКЧП, последовательными защитниками целостности и единства СССР. Ю.В. Блохин говорил о готовности к компромиссам со всеми силами на съезде, если их итогом станет сохранение Союза республик [3, с. 74]. Он также предлагал вместо Государственного Совета образовать коалиционное правительство доверия, а на переходный период обеспечить верховенство Конституции СССР и законов СССР на всей территории страны [3, с. 74-75]. Выступивший на второй день съезда от группы депутатов‑коммунистов Р.А. Медведев, назвал «шоком» то, с какими нарушениями Конституции съезд был открыт. «Сидящие в президиуме высшие представители исполнительной власти не отчитываются перед съездом, который вместе с Верховным Советом является высшим законодательным органом, а отчитывают и на- ставляют законодателей» [3, с. 112]. Он
также призывал не проявлять торопливость с ликвидацией правительства СССР и заменой его непонятным органом «Межреспубликанским комитетом всех республик на паритетных началах», устранение Коммунистической партии, приостановку ее деятельности назвал незаконной и произвольной [3, с. 113].
Жесткой критике подверг навязанную повестку дня съезду член Межрегиональной депутатской группы депутат А.М. Оболенский, назвав Государственный совет и Совет представителей неконституционными [3, с. 68]. По его мнению, после «путча» открылась возможность для прорыва в экономической сфере, формирования коалиционного правительства народного доверия, но вместо этого «руководство республик, готовых подписать Союзный Договор 18 августа, 26 августа начинает предпринимать шаги к окончательному демонтажу союзной власти» [3, с. 70]. Он также считал необходимым рассмотреть на съезде вопросы об отстранении Горбачева с поста президента СССР, избрании нового председателя Верховного Совета СССР и проведении прямых выборов президента СССР [3, с. 72].
Однако таких депутатов, как Ю.В. Блохин, Р.А. Медведев, А.М. Оболенский, С.З. Умалатова, Е.В. Коган, В.И. Алкснис, Н.С. Петрушенко и др. на съезде оказалось значительно меньше тех, кто поддерживал сепаратистский курс руководителей своих союзных республик. Их поддерживали также многие депутаты межрегиональной депутатской группы.
Съезд одобрил все основные положения, содержащиеся в Заявлении Президента СССР и высших руководителей союзных республик. Он согласился с провозглашением т.н. «переходного периода» от прежнего СССР к Союзу Суверенных Государств[3, с. 297].
В последний, пятый день работы съезда, председательствующим был снова М.С. Горбачев. Он вел все заседания очень жестко, пресекал все попытки депутатов внести существенные изменения в обсуждаемый законопроект. Особенно это проявилось при голосовании по законопроекту «Об органах государственной власти и управления Союза ССР в переходный период». Когда его предложение о том, чтобы в состав Совета Республик входили не только представители союзных республик, но и представители автономий, дважды при голосовании было отклонено, Горбачев резко заявил: «если мы не при-
Общество
нимаем этот пункт, то дальше голосовать смысла нет. Просто мы тогда сделаем перерыв. И если договоримся – тогда на этом Съезд завершит свою работу. Съезд таким образом не способен принимать решения...» [3, с. 274]. Благодаря такому давлению и даже угрозе, он добился принятия решения по предложенному им пункту. В целом же, вышеназванный законопроект подавляющим большинством голосов был принят. Из 1788 депутатов, принявших участие в голосовании, за его принятие проголосовали 1682 или 83,2% [3, с. 280]. Это был главный документ, принятый съездом. Он объявлялся действующим на переходный период.
В соответствии с Законом высшим за-
Общество. Среда. Развитие № 3’2026
конодательным органом власти являлся Верховный Совет СССР. Верховный Совет по-прежнему состоял из двух палат - Совета Республик и Совета Союза. Прежний Совет Национальностей был заменен Советом Республик, в который каждая союзная республика делегировала по 20 депутатов из числа депутатов Верховного Совета СССР и республик и по одному из автономий, входящих в состав союзных республик. Совет Союза формировался депутациями союзных республик из числа народных депутатов СССР и по согласованию с высшими органами союзных республик. «Эти меры, – как заметил В.И. Воротников, - преследовали одну цель - убрать из Верховного Совета строптивых депутатов» [4, с. 450].
«Реформирование» Верховного Совета СССР фактически ликвидировало его как Верховный Совет, поскольку законы, принимаемые им, могли быть приостановлены, если они противоречили Конституции союзной республики. Кроме того, после принятия Закона СССР «Об органах государственной власти и управления Союза ССР в переходный период» Верховный Совет стал собираться редко и фактически его деятельность была парализована. Без преувеличения можно сказать, что по высшей законодательной власти СССР был нанесен смертельный удар.
Печальной оказалась судьба и съезда народных депутатов СССР. В принятом Законе, он уже в структуре высших органов государственной власти не был упомянут, то есть его ликвидировали, и это произошло не без стараний президента СССР М.С. Горбачева.
Распускался Кабинет Министров СССР, который заменялся Межреспубликанским экономическим комитетом, с решениями которого союзные республики уже мало считались.
На этом съезде произошла окончательная победа союзных республик над Союзным Центром. Не случайно, российский президент Б.Н. Ельцин, констатируя случившееся, говорил в своем выступлении на съезде: «… около года между Центром и республиками длилась «холодная вой‑ на», которой теперь наступает конец» [3, с. 139]. Отметим, что возникновение подобной войны он возложил на политику Союзного руководства, а не на российское, когда из - за принимаемых законов российским Верховным Советом, после принятия Декларации о государственном суверенитете, началась т.н. «война законов» [13, с. 164–174; 17, с. 230–246].
В структуре федеральной власти появился новый орган - Государственный Совет СССР, возглавляемый президентом СССР М.С. Горбачевым. Сюда также входили все высшие руководители союзных республик. Здесь принимались важнейшие решения внутренней и внешней политики страны.
Закрывая съезд, М.С. Горбачев был удовлетворен его результатами: «Он оказался на высоте в этот ответственный (без всякого преувеличения исторический) момент развития нашего государства…» [3, с. 295].
Уже ближайшие события, произошедшие в начале ноября - декабря 1991 г., покажут всю утопичность подобных незрелых выводов президента СССР. Некоторые депутаты еще в ходе работы Съезда видели ошибочность и тенденциозность принимаемых решений. В частности, А.М. Оболенский говорил: «.съезд внес свой деструктивный вклад… Руководство республик (после ГКЧП - М.П.) начинает принимать шаги к окончательному демонтажу союзной власти» [3, с. 70].
Оценивая итоги работы этого съезда, В.Л. Шейнис пришел к печальному выводу: «В конце августа - начале сентября 1991 г. был сделан второй крупный шаг к ликвидации Союза. И шаг этот - в отличие от первого - совершил не заговорщический, самозванный ГКЧП, а орган, наделенный по Конституции высшей властью [3, с. 567].
Вопреки сложившейся традиции, при закрытии съезда Государственный гимн СССР уже не исполнялся. «Мы, - вспоминает член Верховного Совета СССР Р.А. Медведев, - уходили из Кремлевско -го дворца съездов с чувством и мыслями, близкими к тем, с которыми уходят с похорон» [9, с. 169].
Первое заседание нового органа Государственного Совета состоялось уже на следующий день после закрытия съез- да – 6 сентября. Первый вопрос, который он решил под руководством Горбачева, был связан не с укреплением целостности Советского Союза, а совсем наоборот. Все три прибалтийские республики были признаны суверенными государствами без каких‑либо предварительных условий [14, с. 467], что поставило в будущем русскоязычное население, проживающее в них, в крайне трудное положение, а в области внешней политики эти республики начали ориентироваться на страны НАТО.
Можно сделать вывод о том, что решения, принятые на Пятом внеочередном съезде народных депутатов СССР окончательно подорвали Союзную власть, пре вратили союзные республики в фактически суверенные государства. Президент СССР на съезде не только не оказал противодействие этой деструктивной политике, но действовал в рамках именно этой логики. Он превратился в формальную политическую фигуру, не способную влиять на принятие решений руководителями союзных республик, особенно, Российской Федерации и Украины. Судьбоносные вопросы, касающиеся будущего СССР, с Горбачевым они уже не обсуждали, а ставили его только перед фактом. Так было, когда 8 декабря подписали Беловежские соглашения, так было и когда подписали Алма‑ Атинские соглашения 21 декабря 1991 г.