Некоторые проблемы назначения наказания за преступления против военной службы

Укрепление воинской дисциплины – одно из приоритетных направлений не только самой военной службы, но и государственной политики России. Безусловно, исследование данного вопроса приобретает особую актуальность в современное время в условиях проведения Россией военной специальной операции на территории Украины.

Следует учитывать, что укреплению воинской дисциплины способствует не только профилактическая деятельность в воинских формированиях, но и влияние предупредительной функции наказания. Однако, для надлежащего формирования воинского правопорядка, правприменительная практика должна иметь единообразный подход при назначении наказания за преступления против военной службы. В этой связи особый интерес представляют имеющиеся в законодательстве проблемы назначения наказания за преступления против военной службы.

В санкциях статей Главы 33 Уголовного кодекса Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ1 (далее – УК РФ) мы можем увидеть различные виды наказания: например, преступные деяния наказываются ограничением по военной службе, либо содержанием в дисциплинарной воинской части, либо лишением свободы. В рамках настоящей научной статьи предлагается более подробно рассмотреть проблемы назначения такого вида наказания как содержание в дисциплинарной воинской части путем исследования примера из правоприменительной практики (подтверждающего наличие соответствующих проблем).

В частности, кассационным определением Кассационного военного суда от 10.09.2020 № 77-197/20202 было отменено постановление Нижегородского гарнизонного военного суда от 26.12.2019 об отказе в удовлетворении ходатайства адвоката Клименко В.В. – защитника осужденного З. о зачете последнему в срок наказания времени содержания под стражей на гауптвахте, поскольку в отменяемом постановлении имелись грубые нарушения правил назначения наказания. Для того чтобы сформулировать конкретные ошибки суда необходимо первоначально рассмотреть фабулу дела.

Так, по приговору от 20 мая 2019 года (приговор вступил в силу 16 июля 2019 года) военнослужащий по призыву З. был осужден к лишению свободы на 1 (один) год, которое в силу положений статьи 55 УК РФ было заменено на содержание в дисциплинарной воинской части также на 1 (один) год. Следует отметить, что суд изменил меру пресечения в отношении военнослужащего с наблюдения командования воинской части на заключение под стражу с содержанием на гауптвахте. На гауптвахте военнослужащий находился с 22 мая 2019 года по 02 сентября 2019 года. 03

сентября 2019 года осужденный З. прибыл для отбытия наказания в дисциплинарную воинскую часть.

02 декабря 2019 года защитник осужденного обратился в суд с ходатайством о зачете З. в срок отбытия наказания времени содержания на гауптвахте в период с 22 мая 2019 года по 02 сентября 2019 года из расчета 1 день за 1,5 дня нахождения в дисциплинарной воинской части. Но суд отказал в удовлетворении данного ходатайства. В апелляционном порядке постановление об отказе в удовлетворении ходатайства не рассматривалось.

В последующем в суд кассационной инстанции обратился заместитель прокурора Западного военного округа, поскольку, по его мнению, судом были допущены нарушения норм действующего уголовного законодательства. Заместитель прокурора просил суд кассационной инстанции изменить вынесенное постановление и зачесть на основании части 3 статьи 72 УК РФ в срок содержания З. в дисциплинарной воинской части время его нахождения под стражей на гауптвахте с 20 мая 2019 года и до вступления приговора в законную силу, то есть до 16 июля 2019 года.

Кассационное представление заместителя прокурора (совместно с уголовным делом) было передано для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции где постановление суда было изменено, поскольку суд не учел положения статей 7, 11 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей обвиняемых, подозреваемых в совершении преступлений»3, в соответствии с которыми гауптвахта наряду со следственным изолятором и изолятором временного содержания является одним из мест содержания под стражей военнослужащих в случаях и порядке, которые предусмотрены Уголовно- процессуальным кодексом Российской Федерации4, указанным Федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении ходатайства защитника З., суд исходил из того, что для распространения на осужденного установленного частью 3 статьи 72 УК РФ льготного правила зачета наказания осужденный должен был содержаться под стражей в учреждениях ФСИН России, а не на гауптвахте. Вместе с тем, с учетом положения статей 7, 11 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей обвиняемых, подозреваемых в совершении преступлений» данный вывод суда был ошибочным.

Следовательно, у суда были абсолютные правовые основания для зачета З. согласно части 3 статьи 72 УК РФ в срок содержания в дисциплинарной воинской части времени содержания его под стражей на гауптвахте по приговору суда с 22 мая 2019 года по 16 июля 2019 года (то есть до дня вступления в законную силу вынесенного в отношении него приговора).

Следует отметить, что в данном практическом примере мы наблюдаем ошибку защитника З., так как защитник просил зачесть наказание не до момента вступления в законную силу приговора, а по 02 сентября 2019 года (то есть до дня последнего нахождения на гауптвахте, поскольку 03 сентября 2019 года осужденный З. прибыл для отбытия наказания в дисциплинарную воинскую часть). Вместе с тем, несмотря на ошибку в ходатайстве защитника осужденного З., суд должен был удовлетворить данное ходатайство, но установить правильный период содержания под стражей (до дня вступления в законную силу приговора), который подлежал зачету.

Таким образом, в связи с явными нарушениями норм о назначении наказания, допущенными при рассмотрении судом ходатайства о применении льготного правила зачета наказания согласно части 3 статьи 72 УК РФ, суд кассационной инстанции определил направить материалы дела с ходатайством защитника осужденного З. на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.

Представляется, что данный пример является крайне показательным и аналогичные ошибки могут встречаться и у других судей при рассмотрении подобного вопроса, в связи с чем считаем необходимым дополнить положения пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания»5 четвертым абзацем следующего содержания: «При рассмотрении вопроса о применении установленного частью 3 статьи 72 УК РФ льготного правила зачета наказания, судам следует учитывать положения статей 7, 11 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей обвиняемых, подозреваемых в совершении преступлений», в соответствии с которыми гауптвахта наряду со следственным изолятором и изолятором временного содержания является одним из мест содержания под стражей военнослужащих в случаях и порядке, которые предусмотрены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, указанным Федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации».