Новая находка импортного стеклянного сосуда из Переяславля Рязанского

В ходе спасательных археологических исследований на территории посада Переяславля Рязанского (современная Рязань) летом 2015 г. был найден довольно редкий предмет (рис. 1: с. 360). Это венчик импортного стеклянного сосуда размерами 13-55 х 31 мм, толщиной 2 мм. Диаметр слабо отогнутого венчика -19 см. Можно предположить, что тулово сосуда имело форму, близкую к цилиндрической, и атрибутировать его как стакановидный кубок – распространенную на средневековом Востоке форму стеклянных сосудов. Согласно данным С. Ке-нессона, высота кубков с таким диаметром достигала 33 см ( Kenesson , 1998. Tab. 1).

Стекло бесцветное, хорошей прозрачности, с пузырьками воздуха, круглыми и вытянутыми параллельно краю венчика. На сохранившемся фрагменте видны нанесенные снаружи фигуры пяти (?) выполненных золотом рыбок. Золотой ободок украшает и край сосуда. Фигуры рыбок обведены тонкими линиями красной эмали, от которых почти повсюду сохранился только след, лишь местами можно с трудом разглядеть их остатки. Частично утрачена и позолота. Красные контуры часто не совпадают с основным объемом изображения и накладываются на него.

Находка происходит из комплекса хозяйственной ямы № 31, из которой, помимо этого фрагмента, происходит несколько других находок, в том числе фрагмент крученого бирюзового стеклянного браслета, железное шило, железный пробой, фрагмент дна белоглиняного горшка с клеймом в виде круга с точкой в центре, а также многочисленные фрагменты керамики, характерной для второй половины XIII – XIV в.

Археологический контекст находки – на исследованном участке присутствуют слои и комплексы двух хронологических периодов (второй половины XIII – XIV в. и конца XVI – XVIII в.) исключает возможность датировки этого изделия временем ранее середины XIII столетия.

Исследованный участок городского посада расположен к юго-западу от кремля – исторического ядра Переяславля, на междуречном плато, ограниченном с запада р. Трубежем и с востока – р. Лыбедью. Участок приурочен к правому, северо-восточному берегу верховий уже несуществующего оврага, который впадал в долину Трубежа.

Мыс, образованный оврагом и береговой террасой, в эпоху Средневековья был заселен с конца XII – начала XIII в. ( Судаков, Буланкин , 2005. С. 252), однако зона распространения слоя этого времени ограничена вершиной мыса и удалена от места находки сосуда на 200–300 м. На участке исследований было открыто несколько жилых и хозяйственных комплексов двух усадеб золотоордынского времени. Вероятно, они представляли собой периферию пригородного поселения, рост которого шел вдоль берегов оврага.

Позднее этот участок был заброшен: материалы конца XIV – первой половины XVI в., времени расцвета Переяславля как столицы Рязанского княжества, здесь полностью отсутствуют. В этот период рост городского посада проходил в другом направлении, на территории так называемого Нижнего Посада, располагавшегося к востоку от кремля на правом берегу р. Лыбеди. Вновь эта территория была заселена только в конце XVI столетия: на плато между Трубежем и Лыбедью сформировалась вторая укрепленная часть города – Острог, просуществовавший до петровского времени.

Таким образом, находка фрагмента довольно престижного импортного предмета уникальна: она происходит с периферии пригородного поселения и относится к начальному этапу становления Переяславля как крупного городского центра.

Интересно, что это не единственная здесь находка такого рода. В 2000 г. в 200 м от участка исследований 2015 г., на смежном участке посада, расположенном на соседнем мысу, приуроченном к правому, юго-западному берегу того же оврага, в комплексе ямы XIII–XIV вв. было найдено два фрагмента стеклянного бокала прозрачного стекла, украшенного золотыми дельфинами и арабскими надписями из золотых букв на синем фоне между двух красных полос (рис. 2, 2 ; Судаков , 2001). Кроме того, из того же комплекса происходят около 70 фрагментов еще нескольких стеклянных сосудов, в том числе фрагмент бокала из прозрачного стекла с арабесками и декором, выполненным позолотой и красными линиями по синему фону. В итоге, по неполным данным, сегодня из раскопок в разных частях Переяславля Рязанского известны фрагменты как минимум трех сосудов с декором-рыбками (рис. 2).

Рыбы, наряду с птицами, были самым распространенным сюжетом на стеклянных изделиях средневекового Востока. В своде К. Ламма, изданном в 1929–1930 гг., представлено, пожалуй, все разнообразие вариантов их изобра-

Рис. 2. Фрагменты сосудов с рыбками из Переяславля Рязанского

1 – находка 1988 г. в Кремле ( Судаков, Челяпов, Буланкин , 1997. С. 377. Рис. 2, 12 ); 2 – находка 2000 г. на Посаде ( Судаков , 2001)

жений (рис. 3; Lamm , 1929; Carboni , 2001; Кузина , 2011). Среди показанных в движении, «плывущих» фигур под общим названием «рыбки» можно различить черты речных и морских рыб с намеренно подчеркнутой чешуей и жаберными крышками (рис. 3, 7, 9, 10, 13, 14, 16, 19 ). Легко распознаются дельфины и акулы (рис. 3, 1, 2, 3 ). Точно выписан осетр (рис. 3, 12 ). Можно разглядеть изображение малька, если не принять его за условную стилизацию (рис. 3, 6 ). При этом бросается в глаза, что в большинстве случаев «рыбы» имеют по четыре плавника, как у акулы, и хвост, формой напоминающий этого хищника. Даже изображения дельфинов, с их узнаваемостью, снабжены этими «акульими» чертами (рис. 3, 17, 18 ). Рыбы с «правильными» хвостами и плавниками встречаются довольно редко (рис. 3, 20 ). «Акулы» изображены и на новом фрагменте из Переяславля Рязанского. Очевидно, что для мастеров, разрисовывавших кубки, был важен образ, а не точность воспроизведения, но при этом они стремились к максимальному разнообразию. В своде К. Ламма приводятся фрагменты сосудов, на которых изображения «рыбок» составляют сплошной узор, а сами рыбки обозначены предельно условно (рис. 3, 21, 22 – Lamm , 1929. Taf. 157). Имеют ли особенности изображения какое-то датирующее значение – неясно. Они украшают сосуды трех, выделенных К. Ламмом, групп сирийских сосудов. Судя по его публикации, чаще всего рыбки встречаются в дамасской

Рис. 3. «Рыбки» на ближневосточных стеклянных сосудах

1–19, 21, 22 – (по: Lamm , 1929. Taf. 100, 113, 115–117, 119, 127, 134, 143, 144, 148, 152–154, 157; 17 – (по: Кузина , 2011. Рис. 1); 20 – (по: Carboni , 2001. P. 350)

1–20 – рисунки С. С. Шполянского группе, датируемой автором 1250–1310 гг. Сплошной узор из условных изображений относится именно к ним, и, вероятно, его можно считать поздним признаком.

При изображении рыб использовались красный цвет и золото. В большинстве известных случаев тонкая красная линия оконтуривает выполненную золотом фигуру. Как вариант встречаются рыбки с золотым контуром и основным заполнением красным (Lamm, 1929. Taf. 149, 16, 19) или с золотым контуром и не закрашенные внутри, например, в коллекции из раскопок Болгара, хранящейся в фондах ГИМ1. Может ли этот признак служить датирующим, также пока неизвестно.

Помимо стакановидных кубков, золотые «рыбки» по одной-две или в большом числе украшали лампы, вазы с ручками, флаконы и изделия других форм, сочетаясь в декоре с надписями, арабесками и иными элементами. Их располагали отдельными фризами, по краю венчиков, в придонной и срединной частях или же покрывали сосуды полностью, без каких-либо дополнений (рис. 4). Кубки с размерами, подобно последней рязанской находке, С. Кенессоном отнесены к типу С, датируемому как в целом дамасская группа у К. Ламма 1250–1310 гг., но верхнюю границу он, как видно, отодвигает выше – до середины XIV столетия. По мнению С. Кенессона, эти кубки предназначались для украшения интерьера или служили в ритуальных целях ( Kenesson , 1998. P. 46).

Сосуды с рыбками найдены исследователями при раскопках других городов, например, в Киеве, Владимире, Новгороде, Твери, на Рюриковом городище. Найдены они на причерноморских памятниках и в золотоордынских слоях на территории Волжской Болгарии ( Щапова , 1962. С. 234; Колесникова , 1973. С. 253; Кузина , 2011; Плохов , 2007, С. 173; Лапшин , 2009; Валиулина , 2015). В этом списке как крупные центры домогольского времени, так и небольшие города, получившие высокий политический статус уже в новую эпоху. В числе последних – и Переяславль Рязанский.

Вопрос датирования особенно интересен при обращении к столь ярким находкам. Тверские «рыбки» связаны со слоем 1334–1385 гг. В Новгороде – с началом XIV в. – 11 ярусом. В Переяславле Рязанском, как уже говорилось, последний фрагмент датируется по слою второй половиной XIII – XIV в., а предыдущие находки – XIII–XIV вв. и первой половиной XIV в. Владимирскую находку не удалось связать с конкретным археологическим контекстом. Во всех других известных авторам случаях фрагменты сосудов с «рыбками» происходят также из слоев золотоордынского времени – второй половины XIII – XIV в., большей частью его первой половины. Вообще сосуды с декором золотом и цветными эмалями известны на древнерусских памятниках со времени, предшествующего монгольскому нашествию ( Асташова , 1998. С. 162; Столярова, Энговатова , 2013; Кузина , 2011; 2015). Логично было бы предположить, что среди них должны попадаться и «рыбки»: согласно К. Ламму, они известны уже на сосудах раккской группы (1170–1270). С. Карбони приводит фрагмент орнаментированного рыбками стеклянного кубка с именем султана Санжар Шаха, правившего в 1180–1209 гг. ( Carboni , 2002. P. 204, 205. Fig. 100). Р. Пиндер-Вильсон, не отрицающий в целом производство посуды с эмалью и золотом в Сирии и Египте с конца XII в., в качестве ранних экземпляров указывает кубок с рыбками, датируемый 1250 г. ( Pinder-Wilson , 1995. P. 131. Fig. 164). Соглашаясь с ранней датой, нельзя не заметить, что на Русь сосуды

Рис. 4. Варианты форм сосудов, декорированных рыбками.

(Штриховкой показаны участки с «рыбками».) Рисунок С. С. Шполянского

1–3 – (по: Lamm , 1929. Taf. 127, 163, 174); 4 – (по: Pinder-Wilson , 1995. P. 131. Fig. 164);

5 – (по: Lamm , 1929. Taf. 115); 6 – (по: Lamm , 1929. Taf. 179; Carboni , 2001. P. 356)

с этим сюжетом стали поступать, возможно, только в эпоху их наиболее активного производства – со второй половины XIII в. Очевидно, что с накоплением данных находки с территории Восточной Европы помогут уточнить время появления или даже место производства этих сосудов.