Нравственные начала исполнения уголовных наказаний

Н равственность как один из регуляторов общественных отношений призвана упорядочивать социальные явления, минимизировать конфликты, наполнять общественные процессы ценностным содержанием. Специфика нравственности проявляется в том, что она основана на идеях свободы, равенства, справедливости.

Право, чтобы эффективно регулировать общественные отношения, должно иметь моральную (нравственную) составляющую, которая проявляется как в общем содержании правовых норм, так и наличии бланкетных предписаний (ссылок в законо- дательстве на морально-нравственные категории). Нельзя переоценить значение нравственных начал в сферах, где допускается ограничение прав и свобод человека (в том числе частной жизни [1]) и применение принудительных мер. К числу таких сфер относится и сфера исполнения наказаний. Аксиоматично, что «в уголовно-исполнительной системе правовые отношения должны существовать в тесном единстве с нравственными отношениями» [3].

В деятельности, связанной с исполнением наказаний, перед законодателем и правоприменителем остро стоят нравственные по своей природе вопросы о соразмерности между деянием и воздаянием, целью и средствами, балансом между общественными и личными интересами, о том, насколько само наказание и деятельность по его исполнению соответствуют общечеловеческим представлениям о справедливости, добре.

Сами по себе наказания и государственная система их исполнения оказывают моральное влияние на осужденных, а также обладают предупредительным потенциалом для всего общества. Тем не менее, представители некоторых философско-правовых учений отказывают наказанию в нравственности исходя из того, что с точки зрения этих мыслителей любое насилие безнравственно, аморально. Обычно в качестве приверженцев этого подхода называют И. Бентама, Л.Н. Толстого, В.С. Соловьева и др. [11, с. 37].

Между тем мы стоим на позиции того, что наказание имеет нравственную основу и природу. Поскольку нравственность есть основа поведения, ограничивающая его определенными рамками, постольку наказание за нарушение принятых в обществе правил нравственно обоснованно: «сама идея этой меры… принимается сознательно всем сообществом как реакция, основанная на нормах нравственности» [11, с. 37]. Следовательно, назначение наказания и его последующее исполнение имеют моральную обусловленность, заключающуюся в ответе государства и общества за противоречащее их интересам деяние. Наказание как институт права предназначено для того, чтобы виновный осознал одновременную противоправность и безнравственность совершенного деяния, исправил свое поведение и был готов продолжать жить в обществе в соответствии с его требованиями. Иными словами, содержание исправления осужденных заключается в трансформации искаженных духовных ориентиров, которые и привели к совершению противоправного деяния в прошлом, на отвечающие социальным (прежде всего нравственным) нормам, принятым в обществе.

Вполне закономерно, что в законодательстве нашли свое отражение нравственные начала исполнения наказаний, причем на разных уровнях: на уровне норм-принципов; уровне каталога прав осужденных; уровне перечисления средств исправления осужденных.

Рассматривая первый аспект, нельзя не обратиться к ст. 8 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) [10], где закреплены обладающие нравственным содержанием принципы уголовно-исполнительного законодательства: законности, гуманизма, демократизма, равенства осужденных перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их пра- вопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием. Их конкретизация в тексте УИК РФ, подзаконных (в том числе ведомственных) актах и практике обеспечивают нравственность уголовно-исполнительной деятельности в целом.

Безусловно, нравственным характером обладают и субъективные права, гарантируемые осужденным УИК РФ: право на вежливое обращение со стороны персонала; запрет на унижающее человеческое достоинство обращение; право на психологическую помощь; свобода совести и свобода вероисповедания. Это своего рода морально-нравственные ограничители возможных противоправных действий сотрудников уголовно-исполнительной системы.

Нравственное воспитание в ст. 110 УИК РФ рассматривается как одна из форм воспитательной работы, реализуемых в исправительных учреждениях. В этом смысле духовно-нравственное воспитание является важной составляющей исправления осужденных. Как отмечает Т.Н. Москалькова, «эффективность процедур пенитенциарной ресоциализации невозможна без воспитания моральных и духовно-нравственных ценностей» [4]. В связи с этим важно обращать внимание на квалификацию сотрудников уголовно-исполнительной системы (далее – УИС). Согласимся с тем, что профессиональная компетентность сотрудников учреждений исполнения наказаний включает в себя не только специальные знания (юридические, педагогические, психологические и др.), но и профессионально значимые качества личности, среди которых важное значение имеют именно нравственные качества [9].

Отметим, что стратегические документы в качестве целевой аудитории духовно-нравственного воспитания называют и сотрудников УИС. Так, в качестве направления развития УИС на период до 2030 года обозначена необходимость «расширения участия религиозных организаций, относящихся к основным традиционным религиям, в духовно-нравственном просвещении и воспитании осужденных и лиц, содержащихся под стражей, а также сотрудников уголовно-исполнительной системы» [6]. С учетом сказанного ценностный компонент должен быть частью подготовки сотрудников УИС в период обучения [2].

Гуманитарной и нравственной составляющей обладает принятый в 2023 году Федеральный закон от 06.02.2024 «О пробации в Российской Федерации» [5]. Одна из главных его задач, как следует из пояснительной записки и содержания экспертных позиций, – снижение постпенитенциарной преступности, действительное, а не номинальное исправление лица и возвращение его в открытое общество. Закон предусматривает различные виды пробации, в том числе пенитенциарную.

Нравственное содержание пробации прослеживается на уровне принципов (один из них – раци- ональность применения мер принуждения, исправительного, социального и иного характера и мер стимулирования правопослушного поведения), средств и форм пробации. Деятельность духовенства положительно рассматривается в контексте пробации осужденных в рамках нравственной ресоциализации [7].

Сам по себе институт пробации имеет нравственную природу, соответствуя общим тенденциям гуманизации отношения к лицам, совершившим преступление,приоритету их интеграции в общество. Представляется, что его успешное внедрение будет отвечать общественному запросу на справедливость.

Таким образом, исполнение наказаний, как связанных, так и не связанных с лишением свободы, должно зиждиться на нравственных началах, базироваться на моральных принципах, что можно отнести к условиям профилактики коррупции. Функциони- рование уголовно-исполнительной системы и обеспечивающих ее правовых норм есть проявление нравственности отечественного законодательства, воплощение важнейших моральных принципов, ответ на общественный запрос на справедливость. Кроме того, нравственность выступает в некотором смысле содержанием деятельности по исполнению наказаний. Нравственное воспитание, привлечение к этому процессу представителей религиозных организаций, труд обладают действенным потенциалом для исправления осужденных, фактором профилактики коррупции [8]. В целях нормативного закрепления нравственных начал в уголовно-исполнительном законодательстве предлагается отразить в ст. 8 УИК РФ принцип нравственности. Данная новелла будет способствовать дальнейшему укреплению правового статуса лиц, совершивших преступление, и повышению эффективности исполнения наказаний в целом.