О гласных фонемах современного калмыцкого языка

DOI:

Фонологическая система калмыцкого языка давно привлекает внимание лингвистов [Котвич, 1929, с. 1–65; Биткеев, 1975; 2002; Павлов, 1968], однако до настоящего времени нет единого мнения о принципах выделения фонем калмыцкого языка и их количестве. В условиях, когда повысился интерес к изучению калмыцкого языка в школах, средних специальных учебных заведениях и Калмыцком государственном университете им. Б.Б. Городовикова, актуальность данного вопроса возросла.

В существующих источниках количество фонем современного калмыцкого языка неодинаково: «Хальмг-орс толь» (далее – ХОТ) фиксирует 45 фонем (18 гласных и 27 согласных) (ХОТ, с. 728–764), «Грамматика калмыцкого языка» (далее – ГКЯ) – 48 (21 гласная и 27 согласных) [Грамматика калмыцкого языка..., 1983, с. 4–47]. Это обусловлено различиями в подходах к описанию звукового строя калмыцкого языка и толковании базовых терминов. Так, существенные расхождения наблюдаются при определении основной функции фонемы. В ХОТ указано, что фонема «служит для различения звуковых видов слов и их форм» (ХОТ, с. 730), в ГКЯ отмечается, что «основная функция фонемы – участвовать в образовании звукового облика слова, морфемы, предложения» [Грамматика калмыцкого языка..., 1983, с. 4], из нее вытекает функция фонемы «служить для различения слов и морфем, которые в свою очередь выражают определенные семантические, грамматические значения» [Грамматика калмыцкого языка..., 1983, с. 4]. По-разному определяется и статус системы фонем калмыцкого языка: в ХОТ она называется «фонетической» (ХОТ, с. 730), в ГКЯ – «фонематической» [Грамматика калмыцкого языка..., 1983, с. 4]. Серьезным недостатком при описании звукового строя калмыцкого языка в указанных источниках является смешение понятий фонемы и звука речи, что привело авторов, например, к ошибочному выводу о том, что «все фонемы существуют в потоке речи» [Грамматика калмыцкого языка..., 1983, с. 4], «звуки языка – фонемы – это неделимые далее звуковые единицы» (ХОТ, с. 730). Преодоление отмеченных различий и недостатков возможно в результате выработки подхода к выявлению фонем, который опирался бы на современные теоретические положения.

Настоящая статья посвящена описанию гласных фонем современного калмыцкого языка с целью уточнить их количество. Ее реализация связана с решением следующих задач: сформулировать принципы выделения фонем; охарактеризовать условия выделения фонем в калмыцком языке; предложить алгоритм описания гласных фонем калмыцкого языка.

Материал и методы

Материалом для работы послужили лексические единицы, зафиксированные в ХОТ (26 000 слов). Этот источник представляет слова в двух формах: современной графике и транскрипции. В нашем исследовании гласные фонемы выделяются в результате сопоставления слов, словоформ и морфем с учетом их транскрипционной записи и на основе смыслоразличительной функции, реализованной в определенных условиях. В статье перевод этих единиц на русский язык дается по этому источнику.

При описании фонем мы различаем три аспекта. Первый аспект – фонологический: фонема рассматривается как единица фонологической системы языка, выполняющая смыслоразличительную функцию. Второй аспект – фонетический: изучается реализация фонемы в речи. Третий аспект – орфографиче- ский: рассматривается буквенное обозначение фонемы в современном калмыцком письме.

При изучении звуковой стороны калмыцкого языка мы, как и в ранних работах [Сусеева, 2004а; 2004б], опираемся на научные понятия фонемы и звука речи, определения которым даны в «Лингвистическом энциклопедическом словаре» и в «Грамматике современного русского литературного языка», опубликованной в 1977 г. [Грамматика современного..., 1977]. Фонема – «единица звукового строя языка, служащая для опознавания и различения значимых единиц – слов, словоформ и морфем» [Виноградов, 1990]. Звуки речи «минимальные единицы речевой цепи, являющиеся результатом сложной артикуляционной деятельности человека и характеризующиеся определенными акустическими и перцептивными... свойствами. Звуки речи относятся к сегментным средствам, поскольку соотносятся с минимальными линейными единицами языка – фонемами. Супра-сегментные звуковые средства, например тон, ударение, интонация, соотносятся с единицами большей протяженности – такими, как слог, слово, синтагма» [Бондарко, 1990].

Исходя из такого понимания звуков речи, можно определить их отношение к фонемам, словам, словоформам и морфемам. Так, звук [ә] калмыцкого языка может выразить на фонологическом уровне фонему <ә>, которая на лексическом уровне участвует в различении слов, например әрә нареч. «едва, еле, кое-как» и ө рә сущ. «комната», ә сущ. «звук чего-либо» и ө сущ. «дефект, изъян; неровность»; на морфемном уровне (под ударением) выражает корень әә - в словоформе әә ̕- h - ин «звуковой» (род. п. от ә «звук»); на грамматическом уровне выражает окончание - ә в словоформе дәә ̕ н - ә «военный» (род. п. от д ә н «война»); на грамматическом уровне выражает суффикс - ә - у глагольной формы эц ә х [э-ц әә ̕-хе] побуд. от э цх [ э цехе] «худеть, тощать».

Звуки, иногда разные по артикуляционным и акустическим свойствам, могут в системе языка реализовать одну фонему, если они входят в состав одной корневой морфемы и выполняют общую смыслоразличительную функцию, свойственную одной фонеме. Например: 1) звуки [г] и [h] выполняют функцию фонемы, которую условно можно выразить как

<г/h>, ср.: корень цуг - / цуh - (черед. г/h): цу г ин [цу г- ин] «всех» и цу h ар [цу h- аар] «вместе; все»; 2) звуки [н], [ң] и [м] выполняют функцию одной фонемы, которую условно можно выразить как <н/ң/м>; ср.: а) корень кезән - / кезәң - (черед. н/ң): кезә н ә [кэзә н -ә̕] нареч. «давным-давно» и кезя ң к [кэзә̕ ң -ке] прил. «давнишний»; б) корень түрүн- / түрүң- (черед. н/ң): түрү н прил. «передний» и түрү ң к [түрү̕ ң -ке] «передовой»; в) корень юн - / юң - / юм - (черед. н/ң/м): ю н «что» (местоименный вопрос), ю н гив «что сказал?», ю ң гад нареч. «почему», ю м б [ю м бъ] «что это»; 3) звуки [а] и [аа] выполняют функцию одной фонемы, которую условно можно выразить как <а/аа>, ср.: корень х а н - / х аа н - (черед. а/аа): им. п. хан [х а н] «хан» и род. п. хаана [х аа н-а] «хана»; 4) звуки [э] и [ээ] выполняют функцию одной фонемы, которую условно можно выразить как <э/ээ>, ср.: корень т е г - / т ее г- [т э г- / т ээ г-] (черед. э/ээ): им. п. т е г [т э г] «степь» и род. п. т ее гин [т ээ г-ин] «степи»; 5) звуки [у] и [уу] выполняют функцию одной фонемы, которую условно можно выразить как <у/уу>, ср.: корень уу - / у - (черед. уу/у): гл. уу х [ уу -хъ] «пить» и у «пей» побуд. от гл. уух .

Как свидетельствуют примеры, каждая из указанных фонем реализуется в речи несколькими звуками. Гласные фонемы могут реализоваться в речи в двух звуках – кратких и долгих, например: фонема <а> реализуется в звуках [а/аа], фонема <э> реализуется в звуках [э/ээ], фонема <у> реализуется в звуках [уу/у]. Согласные фонемы – в двух или трех звуках речи, например: фонема <г> реализуется в двух звуках [г/h], фонема <н> реализуется в трех звуках [н/ң/м]. Эти примеры свидетельствуют о том, что фонема и звук речи не тождественны.

Современное калмыцкое письмо несовершенно. Этим объясняется разнобой в выражении фонем. Например, представляются необоснованными отсутствие в современном калмыцком письме букв, обозначающих фонемы <е> и <ъ>, которые названы «неясными» и правило, согласно которому ударные гласные фонемы в первом слоге нужно выражать двумя буквами: «аа», «әә», «ии», «оо», «өө», «уу», «үү», «ээ», а ударные и безударные гласные фонемы в остальных слогах – одной: «а», «ә», «и», «о», «ө», «у», «ә», «э».

При выделении фонемы мы сопоставляем пары слов и словоформ и применяем следующие принципы анализа: 1) учет общности слоговых моделей сопоставляемых слов и словоформ; 2) учет характера ударения и места ударения в слове; 3) учет сингармонизма в организации звукового состава калмыцкого слова.

Рассмотрим, как эти принципы реализуются при выделении конкретных фонем калмыцкого языка.

В соответствии с первым принципом мы сопоставляем слова, имеющие одинаковое количество слогов сходной структуры. Например, смыслоразличительную функцию выполняют гласные или согласные фонемы в односложных словах, соответствующих модели СГ : б ө сущ. «колдун, шаман», б ә сущ. «веха; мета, цель для стрельбы», б а межд. «а, ой, эх», б и мест. личн. «я», б у сущ. «ружье»; с у побуд. «сиди» (от гл. суух «сидеть»), б у по-буд. «слезь» (от гл. буух «слезать»), з у побуд. «кусай» (от гл. зуух «кусать»).

Согласно второму принципу мы учитываем характер ударения и место ударения в слове.

В калмыцком языке ударение является динамическим. Современная наука характеризует динамическое ударение (в отличие от тонального и музыкального) такими чертами как интенсивность и долгота [Бондарко, 1977]. Характеризуя результаты экспериментальнофонетических исследований на материале русского языка, Л.В. Бондарко писала, что «самое основное различие между ударным гласным и безударным – это различие в длительности этих звуков. К этому выводу ученые пришли на основании следующих фактов: во-первых, измерение длительности ударного и неударного гласного в слове выявляет наличие существенной разницы между ними; во-вторых, при создании искусственных, синтезированных слов достаточно сделать длительность гласного большей, чем длительности других гласных в слове, что бы этот гласный воспринимался как ударный» [Бондарко, 1977, с. 152]. Экспериментальные исследования, проведенные Д.А. Павловым на материале калмыцкого языка, подтверждают, что ударные гласные в калмыцком языке обладают большей длительностью, чем безударные гласные, ср. приведенные им примеры: дерән хәлә [дэ-рәә̕н хә-ләә̕] «смотри свою подушку» и деерән хәәлә [дээ̕-рән хәә̕- лә] «искал наверху», така [та-каа̕] «курица», тергтә[тэ-рек-тәә] «с телегой», утан [у-таа̕н] «дым», билцгтә [бил-цек-тәә̕] «с кольцом», амсур [ам-суу̕р] «палочка для дегустации калмыцкой водки при ее приготовлении», делкә [дэл-кәә̕]«мир; вселенная», харадад [ха-ра-даа̕-дъ] «ласточке» и др. [Павлов, 1968, с. 194, 198–199]. При этом в калмыцком языке проявление признаков длительности и интенсивности гласных имеет специфику в силу действия закона сингармонизма, благодаря которому все гласные фонемы находятся в сильной позиции в первом слоге, независимо от того, падает на них ударение или нет, так как именно они определяют рядность звуков в слове.

При выделении гласных фонем мы учитываем место ударения в слове и различаем слова с постоянным ударением на первом слоге, например цаа ̕ сн «бумага», суу ̕ х «сидеть», слова с постоянным ударением на последнем слоге, например цасн [ца-съ̕н] «снег», цусн [цу-съ̕н] «кровь», и слова с подвижным ударением, например баh [ба-h ъ ̕] прил. «малый; дитя; мелочь», баhрх [ба-hър-х ъ ̕] «уменьшаться, сокращаться», баhрулх [баh-р уу л - хъ] «уменьшать, сокращать».

В качестве примера рассмотрим двусложные слова, реализующие модель Г + СГ. Она представлена в двух вариантах. В первом варианте ударение падает на первый слог, например: әәх [әә̕-хе] гл. «бояться», әәв [әә̕-ве] частица усилительная, аав [аа̕-въ] сущ. «отец, папа», ааг [аа̕-гъ] сущ. «язычок, крючок»; ааh [аа̕-hъ] сущ. «пиала, чаша». Под ударением фонемы <ә> и <а> реализуются как долгие звуки [әә] и [аа], что отражено в современном письме двойным написанием соответствующих букв «әә» и «аа». Во втором варианте ударение падает на второй слог, например: әвә [ә-вә̕] сущ. «мелодия; грам. фонема»; ах [а-хъ̕] сущ. «старший брат», аху [а-ху̕] сущ. «имущество; хозяйство»; аh [а-hъ̕] сущ. «княгиня, княжна», аhу [а-hу̕] сущ. «площадь; пространство»; үр [ү-ре̕] сущ. «гнездо; товарищ, друг»; иг [и-ге̕] сущ. «прялка, веретено», ик [и-ке̕] прил. «большой, крупный», эк [э-ке̕] сущ. «мать». Слова типа ах [а-хъ̕] «старший брат» и үр [ү-ре̕] «гнездо; товарищ, друг» на письме переданы двумя буквами, хотя в их составе три фонемы. Ударные гласные [ъ] и [е] не нашли своего отражения в современном письме, что вызывает большие трудности при их изучении и чтении.

В соответствии с третьим принципом мы учитываем сингармонизм, который играет существенную роль при выделении фонем в калмыцком языке. Например, в словах и словоформах, реализующих слоговую модель ГС + СГ , смыслоразличительную функцию выполняют гласные фонемы первого безударного слога, так они, находясь в сильной позиции начала слова (благодаря действующему закону сингармонизма в калмыцком языке), не только определяют рядность гласных звуков остальных слогов, но и четко произносятся, ср.: атх [ а т-х ъ ]̕ сущ. «горсть» и утх [ у т-х ъ ]̕ сущ. «нож»; олх [ол-х ъ ]̕ гл. «найти» и илх [ил-хе̕] гл. «гладить; разглаживать»; орх [ор-х ъ ̕] гл. «войти» и урх [ур-х ъ ̕] сущ. «силок, петля, ловушка»; одх [од-х ъ ̕] гл. «идти» и удх [уд-х ъ ̕] гл. «медлить, мешкать».

При этом следует различать ситуации, когда определенные звуки являются фонемами, а когда те же звуки – лишь указателями рядности звуков в словах и словоформах. В качестве примера сравним две формы имен существительных – дательного и совместного падежей. Окончание дательного падежа в современном письме представлено в двух вариантах, как -д и -т, но в транскрипционной записи в «Хальмг-орс толь» представлен в четырех вариантах -де / -дъ / -те / -тъ. Они являются результатом действия закона сингармонизма. Если основа слова оканчивается на сонорные согласные [л], [н], [м] или гласные, то используется окончание -д, например: мал-д [мал-дъ̕] «скоту» (род. п. от сущ. мал «скот»), күүн-д [күүн-де] «человеку» (род. п. от күн «человек»); мек-д [мэке-де̕] «обману (поддаваться)» (дат. п. от мек [мэке] «обман»), мока-д [мока-дъ̕] «глупому» (дат. п. от мока «глупый»). Окончание -д здесь выступает в двух вариантах [-де / -дъ], гласные звуки которых [ъ] и [е] не имеют смыслоразличительной функции. Следовательно, в рамках окончания -д гласные звуки [ъ] и [е] не фонемы, а показатели рядности звуков сопоставляемых слов и словоформ. Такая же ситуация и с окончанием -т, которое выступает в двух вариантах [-тъ / -те], а гласные [ъ] и [е] в них тоже не являются фонемами, так как не различают грамматических форм, но выражают отношение звуков словоформ дательного падежа к их рядности: гер-т [гэр-те] «дома» (дат. п. от гер «дом»), hар-т [hар-тъ] «в руке» (дат. п. от hар «дом»), үкр-т [үкер-те] «корове» (дат. п. от үкр «корова).

Совместный падеж имеет одно окончание в двух вариантах: [-та / -тә], зафиксированное в ХОТ, например: ах- та «со старшим братом» (совм. п. от сущ. ах [а-хъ] «старший брат»), hар -та «с руками» (совм. п. от сущ. hар «дом»), гер- тә «с домом» (совм. п. от сущ. гер [гэр] «дом»), үкр -тә [үкер-тә] «с коровой» (совм. п. от үкр «корова). Следовательно, в рамках совместного падежа гласные звуки [а] и [ә], входящие в состав падежного окончания [-та / -тә], не фонемы, а звуки, выражающие отношение падежных словоформ совместного падежа к рядности.

Однако в результате сравнения словоформ дательного и совместного падежей калмыцкого языка обнаруживается, что звуки [ъ] и [е], не отраженные в современном письме, составляют одну фонему <ъ/е>, а звуки [а] и [ә] – другую фонему <а/ә>, благодаря которым сегодня различаются грамматические значения окончаний дательного [-тъ / -те] и совместного [-та /-тә] падежей.

Результаты и обсуждение

В современном калмыцком языке на основе смыслоразличительной функции можно выделить 10 гласных фонем: <а>, <о>, <у>, <э>, <ө>, <ү>, <ә>, <и>, <ъ>, <е>. При характеристике гласных фонем мы акцентировали внимание на фонематическом, фонетическом и орфографическом аспектах их изучения.

Фонема <а>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <а> выполняет смыслоразличительную функцию.

  • 1.1.    Фонема <а> участвует в различении слов, если находится под ударением:

• а)    в первом слоге, например: цаасн [ц аа ̕-сън] сущ . и цәәсн [ц әә ̕ - сен] прич. «светлеющий» (от гл. цәәх «белеть, светлеть»), где выделяются гласные фонемы <а> и <ә>, находящиеся под ударением и реализованные в звуках [аа] и [әә]. В этом случае учитываем

закон сингармонизма, в соответствии с которым ударные и безударные гласные, стоящие в первом слоге, определяют рядность остальных гласных в составе слов и словоформ. Этим объясняется то, почему в словах и словоформах типа цаасн [цаа̕-сън] появляется во втором слоге звук [ъ], а в словах и словоформах типа цәәсн [цәә̕-сен] во втором слоге появляется звук [е];

• б)    во втором слоге: тарха [тар-х а ̕] сущ. уст. «голова» и тарх [тар-х ъ ̕] гл. «расходиться; рассеиваться»;

• в)    в третьем слоге: тасрха [та-сър-х а ̕] сущ. «обрывок, клок» и тасрх [та-сър-х ъ ̕] гл. «рваться, отрываться».

• 1.2.    Фонема <а> участвует в различении слов, если находится в начале слова. В силу действия закона сингармонизма гласные начального (первого) слога, даже без ударения, находятся в сильной позиции, произносятся четко и ясно и определяют рядность остальных звуков словоформы, ср.: алх [ а л-хъ̕] гл. «убить» и олх [ о л-хъ̕] гл. «найти»; амн [ а -мъ̕н] сущ. «рот; уста» и әмн [ ә -ме̕н] сущ. «жизнь»; арсн [ а р-съ̕н] сущ. «шкура; кожа» и орсн [ о р-съ̕н] прич. «вошедший» (от гл. орх «войти»); нар [н а р] сущ. «косточка, кубик (игральный)» и нәр [н ә р] сущ. «праздник».

• 1.3.    Фонема <а> участвует в различении грамматических форм одного слова, например: hарта [hар-т а ̕] «с рукой» (совм. п. от сущ. hар «рука») и hарт [hар-т ъ ̕] «в руке» (дат. п. от сущ. hар «рука»).

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <а> реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [а], который встречается в любых безударных слогах, например: цасн [ц а -съ̕н] «снег», така [т а- ка̕] «курица», багла [б а г-ла̕] «связка, узел», харада [х а- р а -да̕]. Второй звук – долгий [аа], который встречается в разных слогах под ударением, например: баатр [б аа ̕-тър] «богатырь, герой», даах [д аа ̕ - хъ] «ручаться, брать ответственность»; тарах [та-р аа ̕ - хъ], дава [да-в а ̕] «перевал», мана [ма-н а ̕] «стража»; давхцан [дав-хъ-ц а н]̕ «давка; учащенное дыхание», татуhар [та-ту-h- а р̕] нареч. «недостаточно, мало», таҗрхаhар [та-җър-ха-h- а р̕] нареч. «редко, не густо», тагтаhа [таг-та-h а ]̕ «горлица обыкновенная».

• 3.    Орфографический аспект. На письме фонема <а> в любых слогах (ударных и без-

• ударных) передается одной буквой «а», ср.: насн [на-съ̕н] «возраст» и адhах [ад-hаа-хъ] побуд. форма «торопить» от адhх [адhх] «торопиться, спешить». Исключение составляют случаи, когда фонема <а> находится в первом слоге под ударением. В таких случаях она передается двойным написанием буквы «аа», например: ааh [аа-hъ] «пиала», цаасн [цаа-сън] «бумага», таалх [таал-хъ] «ласкать».

Фонема <ә>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <ә> выполняет смыслоразличительную функцию.

  • 1.1.    Фонема <ә> участвует в различении слов, если находится в последнем слоге без ударения, ср.: түүк ә [түү̕-к ә ] «сырой; недоваренный» и түүк [түү-к е ] «повесть; сказание».

  • 1.2.    Фонема <ә> участвует в различении слов, находясь в первом слоге без ударения, благодаря сингармонизму, например: б ә рх [б ә р-хе̕] гл. «держать в руках» и б а рх [б а р-хъ̕] гл. «положить конец»; ә мн [ ә -ме̕н] сущ. «жизнь» и а мн [ а -мъ̕н] сущ. «рот; уста»; ә рүн [ ә -рү̕н] прил. «чистый» и ө рүн [ ө -рү̕н] прил. «утро»; ә сущ. «звук» и ө сущ. «дефект, изъян, неровность»; ә ңгин [ ә ң-гин] «родовой; отдельный» (род. п. сущ. ә ңг [ ә ң-ге] «род; племя») и а ңгин [ а ң-гин] «звериный» (род. п. от сущ. аң «зверь»); х ә «ищи» (побуд. от гл. хәәх «искать» и ха «закрой» (побуд. от гл. хаах «закрыть»).

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <ә> реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [ә], который встречается в любых безударных слогах, например: әдл [ ә -де̕л] «подобный, похожий», әмн [ ә- ме̕н] «жизнь», әрүн [ ә -рү̕н] «светлый, прозрачный»; көөhәч [көө̕-h ә -че] «гонщик; угонщик», келкәтә [кел-к ә -тә̕] «нанизанный», тәрәнә [т ә -р ә -н ә ̕] «хлебный; зерновой». Второй звук – долгий [әә], который встречается в разных слогах под ударением, например: тәәҗ [т әә ̕-җе] «тайджи, князь», әәх [ әә ̕-хе] «бояться», бәәх [б әә ̕-хе] «быть; существовать», бәәрн [б әә -̕рен] «помещение, место»; керә [ке-р әә ̕] «ворона», келнә [кел-н ә ̕] род. п. от келн «языковый», келт ә [кел-т әә ̕] совм. п. от келн «имеющий язык», бәрәч [бә-р әә ̕-че] «строитель», тәрән [тә-рә ә ̕н] «хлеб; зерно», тәрәч [тә-р әә ̕-че] «хлебороб; сеяльщик»; келтркә [кел-тер-к әә ̕] «осколок; обломок», келмhә [ке-лем-h әә ̕] «говорливый,

• 3.    Орфографический аспект. На письме фонема <ә> в любых слогах (ударных и безударных) передается одной буквой «ә». Исключение составляют случаи, когда фонема <ә> находится в первом слоге под ударением. В этих случаях фонема <ә> передается двойным написанием буквы «әә», например: әә мг [әә̕-мег] «аймак», әә рг [әә̕-рег] «айран», с әә хн [сәә̕-хен] «красивый, прекрасный», д әә ләч [дәә̕-лә-че] «завоеватель».

болтливый», ичмхә [и-чем-х әә ̕] «стыдливый», кемҗәләч [кем-җә- ләә -̕че] «измеритель (о приборе)».

Фонема <о>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <о> выполняет смыслоразличительную функцию только в первом слоге.

  • 1.1.    Фонема <о> различает слова, находясь в ударной позиции: б оо х [боо̕-хъ] гл. «завязывать» и б уу х [буу̕-хъ] гл. «спускаться».

  • 1.2.    Фонема <о> участвует в различении слов, находясь в первом слоге без ударения, благодаря сингармонизму, ср.: о рн [ о рън] сущ. «место» и у рн [ у рън] сущ. «мастер; мастерство»; о дх [од-хъ] гл. «пойти» и у дх [уд-хъ] гл. «медлить; замешкаться»; о дн [о-дън] сущ. «звезда» и у дн [у-дън] сущ. «ива»; о ра сущ. «вершина; верхушка» и у ра междометие; о рсн [ор-съ̕н] прич. «вошедший» (от гл. орх «войти») и а рсн [ар-съ̕н] сущ. «шкура; кожа».

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <о> реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [о], который встречается в первом слоге без ударения, например: о ва [ о -ва̕] «куча; насыпь», о в [ о -въ̕] «хитрость», о да [ о -да̕] «теперь, сейчас», о дх [ о д-хъ̕] «идти», т о сн [т о -съ̕н]. Второй звук – долгий [оо], который встречается только в первом слоге под ударением, например: б оо х [б оо ̕-хъ] «заворачивать, обертывать», оо шк [ оо ̕ш-къ] анат. «легкие», т оо сн [т оо ̕-сън] «пыль», т оо рм [т оо ̕-ръм] «вихревая пыль», т оо лх [т оо ̕л-хъ] «считать». Исключение составляют производные слова, образованные с помощью отрицательной частицы уга «не / нет», которая трансформировалась в словообразовательный суффикс - го с конечной гласным звуком [о]. Этот суффикс появляется во всех производных словах как с гласными заднего, так и переднего ряда, например:

• 3.    Орфографический аспект. Фонема <о> встречается только в первом слоге и на письме в безударной позиции она передается одной буквой «о», например: орн [ о -ръ̕н] «страна», ору [ о -ру]̕ «прибыль»; сольх [с о ль-хъ] «сменять», сохр [с о -хъ̕р] «слепой», в ударной позиции фонема <о> передается двумя буквами «оо», например: оон [ оо -̕нъ] «сайгак», оольх [ оо л̕ь-хъ] «побежать прочь», ооср [ оо ̕-сър] «веревка», боох [б оо ̕-хъ] «связывать».

гемг о [гэм-го] прил. « невинный, безвредный » (от сущ. гем «вина»), әәдг о [әә̕-де-го] прил. « храбрый » (от прич. әәдг «боязливый»), нөкрг о [нө-кер-го] прил. «не имеющий друга; незамужняя» (от сущ. нөкр «друг, товарищ»), ицгго [и-цег-го] прил. «ненадежный, безнадежный» (от сущ. ицг «вера, надежда»).

Фонема <ө>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <ө> выполняет смыслоразличительную функцию.

  • 1.1.    Фонема <ө> участвует в различении слов, если находится под ударением, ср.: өөрх [ өө ̕р-хе] прил. «близкий» и үүрх [ үү ̕р-хе] гл. «разбиваться»; өөдго [ өө ̕д-го] прил. «неспособный, бестолковый» и әәдго [ әә ̕д-го] прил. «храбрый»; өө мх [ өө ̕м-хе] гл. «плавать» и үүмх [ үү ̕м-хе] гл. «волноваться, беспокоиться».

  • 1.2.    Фонема <ө> участвует в различении слов, находясь в начальном слоге без ударения, благодаря сингармонизму, например: өдн [ ө -де̕н] сущ. «пух, перо птицы» и эдн [э-де̕н] мест. «те»; өдр [ө-де̕р] сущ. «день» и идр [и-де̕р] прил. «возмужалый; молодой»; өрә [ө-рә̕] сущ. «комната» и үрә [ү-рә̕] сущ. «лошадь на третьем году; трехгодовалая лошадь»; өмсх [ ө мc-хе̕] «надевать» и үмсх [үмс-хе̕] «целовать»; өвртә [ө-вер-тә̕] сущ. «имеющий рога; рогатый» (совм. п. от сущ. өвр «рог») и әвртә [ә-вер-тә̕] «гневный; раздражительный; большой» (совм. п. от сущ. әвр «поведение; нрав»).

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <ө> реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [ө], который встречается только в первом безударном слоге, например: өдр [ ө -де̕р] «день», өвгн [ ө в-ге̕н] «старик», өдмг [ ө д-мег̕] «хлеб», өскх [ ө с-ке-хе]̕ «выращивать», бөдүрх [б ө -дү̕р-хе] «толстеть; взрослеть». Второй звук – долгий [өө], который встреча-

• ется под ударением только в первом слоге, например: бөөр [бөө̕-ре] «почка», өөкн [өө-̕кен] «жир, сало»; өөмх [өөм̕-хе] «плавать», өөдлх [өө̕-дел-хе] «подниматься»; өөрхн [өө̕р-хен] «близкий / близко», өөр [өө-̕ре] нареч. «близко, вблизи».

• 3.    Орфографический аспект. Фонема <ө> встречается только в первом слоге и на письме в безударной позиции она передается одной буквой «ө», например өкәр [ ө -кә̕р] «миловидный», в ударной позиции фонема <ө> передается двумя буквами «өө», например өөмсн [ өө ̕м-сен] «чулки; носки».

Фонема <у>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <у> выполняет смыслоразличительную функцию.

  • 1.1.    Фонема <у> участвует в различении слов, если находится под ударением в первом слоге, например: буух [б уу ̕-хъ] «спускаться» и боох [б оо ̕-хъ] «завязывать», уух [ уу ̕-хъ] гл. «пить» и әәх [ әә ̕-хе] гл. «бояться».

  • 1.2.    Фонема <у> участвует в различении слов, находясь в начале слова без ударения, благодаря сингармонизму, например: урн [у-ръ̕н] сущ. «мастер» и орн [о-ръ̕н] сущ. «место»; удх [уд-хъ̕] гл. «медлить, мешкать, задерживаться» и одх [од-хъ̕] гл. «идти»; урх [ур-хъ] гл. «силок, петля, ловушка » и орх [ор-хъ̕] гл. «войти»; урн [у-ръ̕н] сущ. «мастер» и үрн [ү - ре̕н] сущ. «ребенок, дитя».

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <у> реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [у], который встречается в первом безударном слоге, например: уг [ у -гъ̕] «основание, корень», уга [ у -га̕] «отсутствие», угатя [ у -га-тя̕] «бедный», урсх [ у рсъ-хъ̕] «течь, протекать»; унжу [ у н-жу̕] «висящий, висячий», унжур [ у н-жу̕р] «подвеска», зутаhул [з у -та-hу̕л] «неряшливость; позорящий». Второй звук – долгий [уу], который встречается в разных слогах под ударением, например: ууhн [ уу -̕ hън] «первенец», уул [ уу ̕ - лъ] «гора», уульха [ уу ̕ль - ха] «пузырьки»; уух [ уу- ̕ хъ] «пить», уульх [ уу ль - хъ] «плакать»; унул [у-н уу ̕л] «падение», урчуд [ур-ч уу ̕д] «умельцы», утхур [ут-х уу ̕р] «ведро (кожаное)», утлулх [ут-л уу ̕л-хъ] «отрезать» побуд. от гл. утлх «резать», услулх [ус-л уу л̕-хъ] «напоить водой» побуд. от гл. услх «поить водой».

• 3.    Орфографический аспект. На письме фонема <у> в первом безударном слоге и во втором ударном слоге передается одной буквой «у», например: бух [б у -хъ̕] «бык», ухан [ у -ха̕н] «разум», утур [у-т у ̕р] «отпечаток». Исключение составляют те случаи, когда фонема <у> находится в первом слоге под ударением. В этих случаях она передается двойным написанием буквы «уу», например: буух [б уу ̕-хъ] «спускаться», зуух [з уу ̕-хъ] «кусать», суух [с уу ̕-хъ] «сидеть», уудг [ уу ̕-дъг] «питьевой», уут [ уу ̕-тъ] «кожаный мешок».

Фонема <ү>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <ү> выполняет смыслоразличительную функцию.

  • 1.1.    Фонема <ү> участвует в различении слов, если находится под ударением в первом слоге, ср.: зүүх [з үү -̕хе] «носить» и зөөх [з өө ̕-хе] «возить», бүүр [б үү ̕-ре] «кочевье; стойбище» и бөөр [б өө ̕-ре] «почка».

  • 1.2.    Фонема < y >  участвует в различении слов, находясь в начальном слоге без ударения благодаря сингармонизму, например: үслх [ ү -сел-хе̕] гл. «заправлять чай молоком» и услх [у-съл-хъ̕] гл. «поить водой»; үлгүр [ ү л-гүү̕р] сущ. «пример, образец» и өлгүр [өл-гүүр] сущ. «вешалка»; ymcx [YMC—хе] гл. «целовать, поцеловать» и емсх [емс-хе] гл. «надевать что-либо; одеваться»; бүрх [бүр-хе̕] гл. «заворачивать; укрывать» и бэрх [бэр-хе] гл. «держать в руках»; зүсн [зү-сен] сущ. «масть животного» и зусн [зу-сън] сущ. «клей»; үрн [ ү -рен] сущ. «ребенок» и өрн [ө-рен] сущ. «долг; задолженность»; үргх [үр-ге-хе] гл. «пугаться» и өргх [өр-ге-хе] гл. «поднимать».

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <ү> реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [ү], который встречается в любых безударных слогах, например: үмсх [ ү м-се̕-хе] «целовать», үлх [ ү л-хе̕] «излишествовать», үрх [ ү р-хе̕] «разрушаться», үг [ ү -ге̕] «слово», үрн [ ү -ре̕н] «дитя, ребенок». Второй звук –дол-гий [үү], который встречается в первом слоге под ударением, напр.: шүүх [ш үү ̕-хе] «проверять, экзаменовать», түүх [т үү- ̕ хе] «собирать»; түүк [т үү ̕ - ке] «повесть, сказание», түүкә [т үү ̕ - кә] «сырой», гүүх [г үү ̕-хе] «бежать», нүүх [н үү ̕-хе] «кочевать», үүдн [ үү ̕-ден] «дверь», үүлн [ үү -лен] «облако, туча».

• 3.    Орфографический аспект. Фонема <ү> на письме выражается в любых слогах (как ударных, так безударных) одной буквой «ү», например: үвл [ ү -вел̕] «зима», үг [ ү -ге]̕ «слово», үзг [ ү -зе̕г] «буква», үзх [ ү з-хе̕] «смотреть, увидеть»; бөдүн [бө-д ү ̕н] «толстый; взрослый», хөрүл [хө-р ү ̕л] «запрет», өрүн [ө-р ү ̕н] «утро». Исключение составляет только случай, когда фонема <ү> находится в первом слоге под ударением. В этом случае фонема <ү> выражается двойным написанием буквы «үү», например: бүүр [б үү̕ -ре] «кочевье», үүрлх [ үү ̕-рел-хе] «дружить», үүрмг [ үү ̕р-мег] «мелкий».

Фонема <и>

• 1.    Фонематический аспект . Фонема <и> выполняет смыслоразличительную функцию.

  • 1.1.    Фонема <и> участвует в различении слов, если находится под ударением, ср.: иигдх [ ии ̕г-де-хе] «прясть веретеном» (производный глагол от сущ. иг «прялка») и ээгдх [ ээ ̕г-де-хе] «греться» (страд. от гл. ээх «греть»).

  • 1.2.    Фонема <и> участвует в различении слов, если находится в начале слова. В этой позиции в силу действия закона сингармонизма она произносится четко и ясно даже без ударения, поскольку определяет рядность остальных гласных (а иногда и согласных) звуков в слове: илгн [ил-ге̕н] сущ. «овечья или козлиная шкура» и элгн [эл-ге̕н] сущ. «родственник»; илх [ил-хе̕] гл. «гладить» и элх [эл-хе̕] гл. «изнашиваться»; ир [и-ре̕] сущ. «лезвие; острый край» и эр [э-ре̕] сущ. «мужчина»; ичр [и-че̕р] сущ. «стыд, позор» и очр [о-чъ̕р] сущ. уст. «скипетр»; ирх [ир-хе̕] гл. «приходить», эрх [эр-хе̕] гл. «закручивать; просить» и өрх [өр-хе] гл. «расставлять»; ицх [иц-хе] гл. «надеяться, возлагать надежды» и эцх [эц-хе̕] гл. «худеть, тощать»; ирх [ир-хе̕] гл. прийти» и үрх [үр-хе̕] гл. Їпропасть»; ик [и-ке̕] «большой» и эк [э-ке̕] «мать».

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <и> реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [и], который встречается в любых безударных слогах, например: иг [ и -ге̕] «веретено», идән [ и-д ә̕н] «пища, еда», ик [ и -ке̕] «большой»; инжихә [ин-ж и -хә̕] «сайгачонок», мәнжин [мән̕-ж и н] «брюква», нуурин [нуу-̕р и н] «озерный» (род. п. от сущ. нур «озеро»). Второй звук – долгий [ии], который встречается

• 3.    Орфографический аспект. На письме фонема <и> (как под ударением, так и без ударения) передается одной буквой «и». Исключение составляют только такие случаи, когда фонема <и> находится в первом слоге под ударением. В этих случаях фонема <и> передается двойным написанием буквы «ии», например: тиигх [т ии ̕г-хе] «делать так», иим [ ии ̕-ме] «такой».

в разных слогах под ударением, например: ниитә [н ии ̕-тә] «дружелюбный» (совм. п. от сущ. ни «дружелюбие»), бешин [бэ-ш и ̕н] «печной» (род. п. от сущ. беш «печь»); биилх [б ии ̕л-хе] «танцевать»; билчих [бил-ч ии ̕-хе] «сильно распухать», бөгдих [бөг-д ии ̕-хе] «горбиться, сгибаться», бүлтих [бүл-т ии ̕-хе] «смотреть неподвижным взглядом».

Фонема <э>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <э> выполняет смыслоразличительную функцию.

  • 1.1.    Фонема <э> участвует в различении слов, если находится под ударением в первом слоге, ср.: ээх [ ээ ̕ - хе] «греть, нагревать» и өөх [ өө ̕-хе] «браковать», ээлх [ ээ ̕л-хе] «щадить, обходиться благополучно» и өөлх [ өө ̕л-хе] «чувствовать себя оскорбленным», ээдрх [ээ̕-дер-хе] гл. «киснуть, кваситься» и аадрх [аа̕-дър-хъ] гл. «быть отвлеченным; быть растрепанным»; ээрх [ээ̕р-хе] гл. «прясть шерсть» и үүрх [үү̕р-хе] гл. «нести на себе тяжесть».

  • 1.2.    Фонема <э> участвует в различении слов, если находится в начале слова в безударной позиции. В силу действия закона сингармонизма она произносится четко и ясно, поскольку как звук начального слога определяет рядность гласных (иногда согласных) звуков в слове, ср.: эрх [ э р-хе̕] гл. «закручивать, завинчивать» и ирх [ и р-хе̕] гл. «приходить»; эм [ э -ме̕] сущ. «лекарство» и им [ и -ме̕] сущ. «метка (в виде подреза на ушах у скота)», эк [ э -ке̕] «мать» и ик [и-ке̕] «большой».

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <э> реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [э], который встречается в безударных слогах, например: эв [ э -ве̕] «согласие», эвдх [ э в-де-хе̕] «ломать, разбивать», эвлүн [ э в-лү̕н] «мирный, сговорчивый», эмәх [ э -мәә̕-хе] «стесняться». Второй звук – долгий [ээ], который

• 3.    Орфографический аспект. На письме в любых слогах (как ударных, так и безударных) фонема <э> передается буквами «э» либо «е», например: телх [тэл-хе̕] «растягивать», элх [эл-хе̕] «изнашиваться», тег [тэг] «степь», эмгн [эм-ге̕н] «старуха». Исключение составляют только такие случаи, когда фонема <э> находится в первом слоге под ударением. В этих случаях фонема <э> выражается двойным написанием букв «ээ» или «ее», например: ээм [ээ̕-ме] «плечо», бееля [бээ̕-ля] «рукавицы, перчатки».

встречается под ударением, например: ээвр [ ээ -̕вер] «солнцепек», ээж [ ээ -̕же] «мать», ээзгә [ ээ ̕з-гә] «брынза»; ээдрх [ ээ ̕-дер-хе] «киснуть, кваситься», ээрх [ ээ ̕р-хе] «прясть шерсть», ээмдх [ ээ ̕м-де-хе] «нести на плече».

Фонема <е>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <е> выполняет смыслоразличительную функцию.

  • 1.1.    Фонема <е> различает слова, находясь под ударением: сүв [сү-в е ̕] сущ. «ушко, дырочка» и сүвә [сү-в ә ]̕ сущ. «боковая часть грудной клетки»; үкрт [ү-кер-т е ̕] «корове» (дат. п. от сущ. үкр «корова») и укртә [ү-кер- тә ]̕ «с коровой» (совм. п. от сущ. үкр «корова»); үзл [ү-з е л̕] сущ. «видимое» и үзүл [ү-з ү ̕л] «покажи» (по-буд. от гл. үзх «видеть»), иткл [ит-к е л̕] «вера» и иткүл [итк- ү л̕] «доверие, вера», ишк [иш-к е ]̕ «козленок» и ишкә [иш-к ә ]̕ «войлок», илх [ил-х е ]̕ «гладить» и илхә [ил-х ә ]̕ «нижняя губа».

  • 1.2.    Фонема <е> участвует в различении грамматических форм одного слова, например: ирсн [ир-с е ̕н] «пришедший» (прич. от гл. ирх «приходить») и ирсән [ир-с ә н] «пришедшего» (прич. от гл. ирх «приходить» в форме вин. п.).

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <е> никогда не бывает в начале слова, она появляется в словах и словоформах, начиная со второго слога, и реализуется в двух звуках. Первый звук – краткий [е], который встречается в любых безударных слогах, например: әәдг [әә̕-д е г] «боязливый», бәәдл [бәә̕-д е л] «состояние», төөрх [төө̕р-х е ] «заблудиться» Второй звук – долгий [ее], который встречается под ударением, например: әмн [ә - м е ̕н] «жизнь», иткл [ит-к е ̕л] «вера», ишк [иш-к е ̕] «козленок», илх [ил-х е ̕] «гладить».

• 3.    Орфографический аспект. Фонема <е> в современном письме не находит своего вы-

• ражения. В ХОТ она отражена в транскрипционной записи слов как под ударением, так и без ударения. В транскрипции фонема <е> передана буквой «е», ср.: хөөн [хөө̕-не] послелог «после» и хөөнә [хөө̕-нә] «овцы; овечий» род. п. от сущ. хөн «овца».

Фонема <ъ>

• 1.    Фонематический аспект. Фонема <ъ> выполняет смыслоразличительную функцию в следующих условиях.

  • 1.1.    Фонема <ъ> участвует в различении слов, если находится под ударением: ах [а-х ъ ̕] сущ. «старший брат» и аху [а-х у ̕] сущ. «хозяйство»; ул [у-л ъ ̕] сущ. «подошва» и ула [у-л а ̕] «подвода»; тасрх [та-сър-х ъ ̕] гл. «рваться» и тасрха [та-сър-х а ]̕ сущ. «обрывок», хаврт [ха-вър-т ъ ]̕ «весной» (дат. п. от сущ. хавр «весна») и хаврта [ха-вър-т а ̕] «с весной».

  • 1.2.    Фонема <ъ> участвует в различении грамматических форм одного слова, например: йосн [йо-с ъ ̕н] им. п. «власть» и йосан вин. п. «власть» (от сущ. йосн «власть»); һосн [һо-с ъ ̕н] им. п. «сапог; сапоги» и һосан [hо-с а ̕н] вин. п. «сапог»; ср.: Ус үзлго бәәҗ һосан бичә тәәл букв. «Не видя воды, не снимай сапоги» (ср. рус. Не зная броду, не суйся в воду ).

• 2.    Фонетический аспект. Фонема <ъ> встречается в любых слогах, кроме первого и реализуется в двух звуках речи. Первый звук – краткий [ъ], который встречается в любых безударных слогах, например: цаасн [цаа̕-с ъ н] сущ. «бумага», хаавр [хаа̕ - в ъ р] сущ. «запрет», хуур [хуу-р ъ ] сущ. «музыкальный инструмент», баатр [баа̕-т ъ р] «богатырь, герой»; даах [даа̕-х ъ ] гл. «ручаться, брать ответственность»; тарах [та-раа-̕х ъ ] гл. «закрывать, распускать», таалх [таа̕л-х ъ ] гл. «ласкать», тоолх [тоо̕л-х ъ ] гл. «считать». Второй звук – долгий [ъъ], который встречается под ударением, например: авх [ав-х ъ ̕] «взять»; ут [у-т ъ ̕] «длинный», бат [ба-т ъ҆҆ ] «крепкий, прочный», хар [ха-р ъ ̕] «черный»; цасн [ца-с ъ ̕н] «снег», насн [на-с ъ҆҆ н] «возраст», хавр [ха-в ъ ̕р] «весна», тасрх [та-сър-х ъ ̕] «рваться, обрываться».

• 3.    Орфографический аспект. Фонема <ъ> в современном письме не имеет своего начертания и находит отражение только в ХОТ в транскрипционной записи слов как под ударением, так и без него. В транскрипции

фонема <ъ> передана буквой «ъ», например: дал [да-л ъ ̕] анат. «лопатка», сумн [су-м ъ ̕н] «пуля», тасрх [та-с ъ р-х ъ ̕] «рваться».

Гласные фонемы современного калмыцкого языка

Итак, в калмыцком языке можно выделить только 10 гласных фонем: <а>, <о>, <у>, <э>, <и>, <ә>, <ө>, <ү>, <ъ>, <е>, а не 18, как указано в ХОТ, и не 21, как представлено в «Грамматике калмыцкого языка». Шесть из них (<а>, <ә>, <и>, <э>, <у> и <ү>) встречаются в ударной и безударной позициях в любых слогах, реализуясь под ударением в виде долгого гласного звука, а в безударной позиции – в виде краткого гласного звука. Четыре фонемы (<о>, <ө>, <ъ>, <е>) встречаются только в определенных слогах. Фонемы <о> и <ө> появляются только в первом слоге как под ударением, так и без него. Фонемы <е> и <ъ> появляются в любых слогах, кроме первого, а под ударением – только в конечном слоге.

В связи с динамическим характером ударения и сингармонизмом все гласные фонемы произносятся в первом слоге без ударения ясно как в акустическом, так и артикуляционном отношении. Если на гласную первого слога падает ударение, то она приобретает дополнительный признак – долготу в звучании. Поэтому одна и та же гласная фонема в первом слоге слова под ударением приобретает признак долготы, а без ударения произносится как обычная гласная.

В результате анализа установлено, что в калмыцком языке нет долгих гласных фонем, так как нет условий для их проявления, однако есть обычные гласные, которые под ударением приобретают долготу. Утверждение о том, что пары слов типа цаасн «бумага» – цасн «снег», тоосн «пыль» – тосн «масло», таах «гадать» – тах «подкова», даарх «мерзнуть» – дарх «давить» свидетельствуют о наличии долгих гласных фонем [Грамматика калмыцкого языка..., с. 14–24; Павлов, 1968, с. 43] неверно, так как для сопоставления взяты слова с разными позициями ударения. В словах цаасн «бумага», тоосн «пыль» и уусн «выпивший» ударение падает на гласные первого слога, а в словах цасн «снег», тосн «масло» и усн «вода»

ударение падает на гласные второго слога. Следовательно, для выделения в словах типа цаасн , тоосн , уусн долгих гласных фонем [аа], [оо] и [уу], находящихся под ударением, нет условий для их выделения, так как в словах типа цасн , тосн и усн , содержащиеся в первом слоге гласные [а], [о] и [у] находятся в безударной позиции. Эти слова, хотя имеют одинаковые фонемный состав и слоговую структуру, различаются местом ударения. В этих и подобных им словах смыслоразличительную функцию выполняют не фонемы, а ударение.

Подобное явление наблюдается, например, и в русском языке, ср.: з а ̕ мок [заа̕-мък] и зам о ̕ к [за-м о ̕к], которые, совпадая по фонемному составу и количеству слогов, вне контекста различаются только благодаря ударению. При этом гласные под ударением тоже приобретают признак долготы, но они в русском языкознании не признаются долгими фонемами.

Исследуемый лексический материал, представленный в «Хальмг-орс толь», дал основание для выделения в качестве самостоятельных фонем гласных и <ъ>, которые в транскрипции обозначаются соответствующими знаками [е] и [ъ]. Однако современная орфография игнорирует эти фонемы и не отражает их на письме, несмотря на ряд фактов, позволяющих признать эти гласные самостоятельными фонемами. Так, хотя в калмыцком языкознании гласные [е] и [ъ] называют «редуцированными», «неясными», трудно поддающимися анализу, они могут быть четко описаны в акустико-артикуляционном отношении, если опираться на известную теорию академика Л.В. Щербы о двух стилях произношения: полном и разговорном [Щерба, 1974, с. 141–146]. В соответствии с этой теорией в калмыцком языке тоже можно выделить два стиля произношения: полное (литературное) и разговорное (просторечное). В литературном произношении эти звуки могут быть описаны следующим образом: [ъ] – звук твердого (заднего) ряда, среднего подъема, нелабиализованный; [е] – звук мягкого (переднего) ряда, среднего подъема, нелабиализованный. Еще одним фактом, подтверждающим фонемный статус гласных [е] и [ъ], является их смыслоразличительная функция, ср.: аh [аh ъ ] «княгиня» и аh у «площадь; пространство»; аhр [аh ъ р]

«сандаловое дерево» и аhар [аh а р] «воздух»; шуурх [шуурх ъ ] «треснуть; разорваться» и шуурха «трещина»; хорх [хорх ъ ] «проявлять робость; перен. расправляться» и хорха «червяк»; үр [үр е ] «друг, товарищ; гнездо» и үрә «лошадь на третьем году; трехлетка»; үнр [үн е р] «запах» и үнәр нареч. «правда, действительно»; үмк [үмк е ] «кусок» и үмкә «вонючий, тухлый»; үсн [үс е н] «волосы» и үсән «свои волосы» вин. п. сущ. үсн «волосы» и т. д.

В связи с признанием гласных [е] и [ъ] фонемами актуальным становится вопрос об отражении их в современной калмыцкой графике. О ее несовершенстве писал известный калмыковед А.Ш. Кичиков (см., например: Известия Калмыкии. 1998. 21 мая (№ 105). С. 1–2). Причинами этого являются признание ударных гласных долгими фонемами и сохраняющееся в лингвистике двойственное отношение к фонемам <е> и <ъ> в калмыцком языке: одни ученые считают их «редуцированными звуками», которые не должны находить своего обозначения на письме [Павлов, 1968]; другие считают их фонемами, при этом отождествляя фонемы со звуками речи [Грамматика калмыцкого языка..., 1983]. Усовершенствование современной калмыцкой графической системы возможно только после решения вопроса об обозначении на письме ударных и безударных гласных, а также вопроса о признании звуков [е] и [ъ] гласными фонемами <е> и <ъ>.

Выводы

• 1.    При анализе звуковой стороны калмыцкого языка необходимо опираться на такие научные понятия, как уровни языка, фонема, звук речи, которыми располагает современная наука о языке.

• 2.    Для выделения фонем калмыцкого языка необходимо соблюдать три принципа: а) учет слоговой структуры сопоставляемых слов и словоформ; б) учет характера ударения и места ударения в слове; в) учет сингармонизма в организации звукового состава калмыцкого слова.

• 3.    Применение вышеназванных принципов позволило выявить в калмыцком языке 10 гласных фонем: <а>, <о>, <у>, <э>, <и>, <ә>, <ө>, <ү>, <ъ>, <е>.

• 4.    Назрела необходимость выделения специального раздела в грамматике современного калмыцкого языка – фонологии, который, в отличие от фонетики, будет изучать его фонологическую систему, гласные и согласные фонемы.

• 5.    Актуальным становится вопрос о совершенстве современного калмыцкого письма, совершенствование которого возможно на основе решения вопроса о правилах обозначения на письме ударных и безударных гласных, а также вопроса о признании звуков [е] и [ъ] гласными фонемами <е> и <ъ>.