О насущных проблемах раскрытия и расследования преступлений
Автор: Ищенко Е.П.
Журнал: Вестник Восточно-Сибирского института Министерства внутренних дел России @vestnik-vsi-mvd
Рубрика: Дискуссионная трибуна
Статья в выпуске: 3 (82), 2017 года.
Бесплатный доступ
В статье предпринят краткий анализ насущных проблем, затрудняющих раскрытие и расследование совершаемых в стране тяжких преступлений: качественные изменения российской преступности, которая постепенно становится все более организованной и транснациональной; низкий профессиональный уровень следователей и дознавателей; нестабильность действующего законодательства; дальнейшая компьютеризация всех сфер жизнедеятельности российского общества, проникновение Интернета в самые отдаленные уголки страны и связанные с этим новые информационные технологии, используемые в противоправных целях; очень широкое распространение мобильной телефонной связи и др. Внесены некоторые предложения по разрешению этих проблем.
Транснациональная организованная преступность, качество расследования, следователь, интернет, новые информационные технологии, мобильная телефонная связь, отслеживание и документирование преступной деятельности в киберпространстве, "электронный обыск"
Короткий адрес: https://sciup.org/14335823
IDR: 14335823
Текст научной статьи О насущных проблемах раскрытия и расследования преступлений
В последние годы в Российской Федерации имеет место не только увеличение количества совершаемых тяжких преступлений и ухудшение их раскрываемости, но и качественные, сущностные изменения преступности, в первую очередь это повышение степени организованности, опасности и жестокости посягательств, усиление вооруженности и технической оснащенности отечественного криминалитета, активное использование в противоправных целях профессиональных знаний специалистов, хорошо разбирающихся в новых информационных технологиях и цифровой экономике, дальнейшая консолидация преступных формирований на межрегиональном и международном уровнях, активный обмен криминальным опытом и др.
Давно перестали считаться чрезвычайными происшествиями террористические акты и заказные убийства, крупный наркобизнес, а также преступления в финансовой сфере: многомиллионные взятки и хищения, в которых замешаны высокопоставленные государственные чиновники, хотя о борьбе с коррупцией говорится довольно много, но мало что делается.
В Стратегии национальной безопасности РФ абсолютно правильно сказано об открытой конкуренции преступного мира и государства, подчеркивается, что обеспечению национальной безопасности и повышению качества жизни российских граждан будут способствовать снижение уровня организованной преступности, активное противодействие преступным формированиям и сообществам, прогнозируется дальнейшее возрастание угроз, связанных с различными формами транснациональной организованной преступности.
И в литературе справедливо указывается, что в настоящее время государственная политика, направленная на борьбу с преступностью в стране, не отвечает состоянию и тенденциям развития последней. Тенденции современной российской организованной преступности столь неблагоприятны, что вполне правомерно говорить о том, что она создает реальную угрозу национальной безопасности РФ [1. С. 29].
Уточним, что под транснациональной организованной преступной деятельностью понимается «осуществление преступными организациями незаконных операций, связанных с перемещением потоков информации, денег, физических объектов, людей, других материальных и нематериальных средств через государственные границы с целью использования благоприятной рыночной конъюнктуры в одном или нескольких иностранных государствах для получения существенной экономической выгоды, а также для эффективного уклонения от социального контроля с помощью коррупции, насилия и использования значительных различий в системах уголовного правосудия разных стран» [2. С. 31–32].
Транснациональная преступность характеризуется большим разнообразием своих проявлений, имеет стратегической целью не только гарантированное удовлетворение корыстных интересов и стабильное получение финансовой прибыли. Она старается влиять на политические, социальные и экономические процессы, происходящие в российском обществе, действуя незаконными или полузаконными методами, активно использует различия в законодательстве разных государств.
Однако вопреки всему главный отличительный признак проводимой в стране судебной реформы состоит в том, что законодатель либерализацию общественных отношений проводит не только путем смягчения санкций уголовного закона, но и путем расширения прав участников процесса на стороне защиты с одновременным ограничением (либо существенным усложнением порядка реализации) полномочий правоохранительных органов – стороны обвинения. Следствием такой уголовной политики выступает разрозненность и противоречивость отдельных норм и целых институтов уголовного и уголовно-процессуального законодательства, что не может не сказаться на качестве деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, основная тяжесть которой ложится на органы внутренних дел.
Качество предварительного расследования совершаемых в стране миллионов преступлений зависит от целого ряда объективных и субъективных факторов. Наиболее важными из них представляются: количество и уровень профессионализма (криминалистическая сложность) расследуемых преступлений; количественный и профессиональный состав следственного и дознавательского аппарата страны; уровень оперативно-розыскной деятельности; уголовно-процессуальные условия, в которых работают следователи, до- знаватели и оперативные сотрудники, обусловливающие их субъективное отношение к выполнению профессионального долга по поддержанию в России законности и правопорядка; технико-криминалистическое обеспечение предварительного расследования и др. [3].
Качественно расследовать любое преступление может лишь следователь, способный грамотно, профессионально организовать этот процесс, который по сложным уголовным делам вполне можно отнести к творческим. Качественный состав следственного корпуса страны уже подробно обсуждался [4]. За прошедшие годы ничего к лучшему не изменилось. Общая же ситуация такова: уровень профессионализма преступников постепенно повышается, в то время как профессиональный уровень следователей, дознавателей, оперативных сотрудников в лучшем случае перестал снижаться.
В этой связи не могу не напомнить, что следователи, работающие в системе МВД России, это на 52 % молодые женщины. Третья часть следователей не имеют высшего юридического образования, работают по специальности до трех лет. Об уровне профессионализма дознавательских кадров и упоминать не хочется. А ведь они тоже раскрывают и расследуют целый ряд преступных составов. Даже у юридически очень грамотного, многоопытного следователя современная законодательная «чересполосица» не может не вызвать оторопь. Чего же ждать от основной массы следователей? Отнюдь неспроста текучесть следственных кадров доходит до 10 % в год.
Определяя изменения преступности, произошедшие за последнее десятилетие, нужно заострить внимание на основных, тесно взаимосвязанных между собой опасных тенденциях. Во-первых, следует назвать изменение преступных мотивов, которые в абсолютном большинстве случаев стали корыстными. Во-вторых, совершение преступлений становится бизнесом, а в условиях глобализации, открытости общества и «прозрачности» межгосударственных границ – бизнесом международным и трансграничным, сориентированным на быстрое получение сверхдоходов. Потому правоохранительным органам все чаще приходится иметь дело со сложно и хорошо организованными криминальными «предприятиями», объединяющими десятки, а то и сотни функционеров, в том числе опытнейших адвокатов. Еще одной характерной чертой современной преступности является высокая техническая оснащенность российского криминалитета.
Последняя представляется следствием не только «импорта» преступных технологий из-за рубежа (вместе с техническими новинками и услугами), но и вооружения «традиционной» преступности современными техническими средствами и технологиями. Не только в обществе в целом, но и в преступной среде наибольшие изменения вызваны распространением обще- доступных коммуникационных технологий, в особенности таких, как Интернет и мобильная связь, которая, как известно из кибернетики, является необходимым условием любой организации.
Размышления о сущности Интернета позволяют заключить, что его необходимо рассматривать как некий глобальный феномен, оказывающий мощное влияние на характер и структуру современной преступности. В качестве такового он обладает целым рядом специфических свойств, научный анализ которых позволит глубже понять криминалистические проблемы раскрытия и расследования сетевых и связанных с использованием IT-технологий преступлений.
Это очень актуально, поскольку, представители общеуголовной преступности первыми осознали те преимущества, которые им предоставляет Интернет (различные виды мошенничества, распространение детской порнографии, реализация запрещенных товаров и услуг и т. д.). Не отстали от них и представители хакерского сообщества, занявшиеся взломами зарубежных и отечественных серверов, хищениями конфиденциальной информации, блокированием работы сетевых объектов и другими атаками на закрытые сайты.
Интернет, как известно, «стирает» границы и исключает «территориальность», ибо человек, сидящий за компьютером в одной стране, имеет практически неограниченные возможности по противо- правному воздействию на компьютеры, находящиеся в других государствах.
В этой связи нельзя не отметить, что новые информационные технологии усложнили не только следовую картину содеянного и такие понятия, как место и время совершения преступлений, но и круг предметов и документов – судебных доказательств [5]. Появилась особая группа доказательств со свойственной им электронной спецификой. Исключительно важным становится использование в качестве судебных доказательств электронных документов, элементов интернет-порталов, цифровых объектов – виртуальных машин и торрент-трекеров. И во всех этих виртуальных феноменах следователи должны очень хорошо, профессионально разбираться [6]. Нужно ли уточнять, что таких следователей в следственном корпусе страны считаные единицы?
Выявление, фиксация, расшифровка электронных следов, в массовом порядке остающихся в виртуальном пространстве, будет способствовать раскрытию и расследованию самых различных преступлений, становящихся в последнее время все более изощренными и опасными, даст в руки следствия современные судебные доказательства.
Появление около 20 лет назад средств мобильной телефонной связи и ее последующее очень широкое распространение среди всех слоев населения существенно повлияло и на организованную преступность, и на методы работы правоохранительных органов. Мобильный телефон вследствие своего удобства и общедоступности сразу же был взят на вооружение криминальными группировками всех направлений.
Понимая, что схема телефонных соединений точно отражает структуру преступного формирования, а сами переговоры позволяют раскрыть содержание криминальной деятельности, правоохранительные органы не могли не воспользоваться этой уникальной возможностью. В результате современная система борьбы с организованной преступностью стоит на трех «китах»: прослушивании телефонных переговоров, анализе добытой информации и судебно-фоноскопической экспертизе [7].
Современный мобильный телефон (смартфон) становится все более похожим на миникомпьютер. Поэтому уже в ближайшем будущем возникнут проблемы, связанные с «освоением» преступным сообществом целого ряда новых ин-тернет-технологий. Уже сейчас правонарушители взамен привычной телефонной связи, все активнее пользуются ICQ (централизованная служба мгновенного обмена сообщениями через Интернет) и Scype, что лишает органы правопорядка многих наработанных позиций.
И тем не менее прослушиванию телефонных переговоров, накоплению и анализу криминалистически значимой информации пока нет альтернативы, ибо только этим способом можно распознать за группой вроде бы отдельных преступлений хорошо замаскированную, скоординированную и профессионально отлаженную криминальную деятельность организованных преступных формирований. Значение судебно-фоноскопической экспертизы трудно переоценить, поскольку она почти единственный метод «бесконтактной» идентификации личности, проверки и закрепления оперативных материалов, легализованных следственным путем.
В оперативно-розыскной деятельности традиционные сыскные технологии в последние годы заметно уступили место таким оперативно-техническим мероприятиям, как использование систем технических средств для обеспечения результативности специальных оперативнорозыскных мероприятий, снятие информации с технических каналов связи, прослушивание телефонных переговоров, использование средств пеленгации, анализ телефонного трафика, в том числе предусматривающий привязку к базовым станциям, обращение к автоматизированным информационным ресурсам и др. Появилось новое оперативнорозыскное мероприятие «получение компьютерной информации», обобщенный опыт реализации которого будет иметь положительное влияние на раскрытие и расследование киберпреступлений [8].
Задача использования в раскрытии и расследовании преступлений информации, перехваченной оперативно-техническими метода- ми, потребовала усиленного развития судебных экспертиз. Так, для обнаружения и изъятия информации, содержащейся в изымаемых у преступников мобильных телефонах и прочих электронных устройствах, активно совершенствуются средства и методики компьютернотехнической экспертизы. Получение и анализ информации о телефонных соединениях прочно вошли в следственную практику, став «стандартным», отработанным приемом в работе следователей, в особенности после того, как в УПК РФ появилась ст. 186-1 «Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами».
Пожалуй, самой насущной проблемой, стоящей сегодня на пути активного применения в раскрытии и расследовании преступлений современных информационных технологий, стало отсутствие в следственных органах специальных подразделений, ответственных за эту работу. Множественность ресурсов, условий доступа, технологий обработки и анализа информации указывают на высокую сложность самостоятельного использования их следователями.
Давно назрела необходимость создания специальных аналитических отделов при следственных подразделениях для обслуживания собственных информационных ресурсов, обеспечения доступа к ним и использования накапливаемых сведений, осуществления квалифицированного информационного по- иска и технологически сложного анализа информации при помощи специального программного обеспечения. Существенную помощь эти подразделения могли бы оказать и в работе по нераскрытым преступлениям прошлых лет, массив которых становится с каждым годом все больше.
Компьютеризация следственной деятельности ставит на повестку дня решение проблем компьютерного планирования работы следователя, выдвижения и проверки версий, разработки алгоритмов производства следственных действий, компьютеризированных методик расследования. На этом направлении видится и решение проблемы наполнения криминалистической характеристики расследования практически полезным содержанием за счет компьютерного анализа репрезентативных массивов уголовных дел нужной категории для установления ее основных структурных элементов и определения корреляционных связей между ними, специфичных для разных регионов страны.
Решению задачи документирования преступной деятельности на стадии оперативной разработки могло бы помочь использование специального программного обеспечения, позволяющего получать негласный доступ к информации и управлению отдельными устройствами на компьютерах злоумышленников. Такая программа используется полицией ФРГ для раскрытия и расследования наиболее опасных преступлений. Будучи аналогичной по своей природе вирусу «троянский конь», программа распространяется через Интернет и, «поразив» нужный компьютер, позволяет следить за активностью его пользователя в интернет-браузерах, программах связи типа Skype, электронной почте и чатах, другими словами, обеспечивает производство «электронного обыска». Программа может делать скриншоты (снимки экрана), которые в германских судах принимаются в качестве веских доказательств преступной деятельности.
Помимо прослушивания разговоров и слежки за перепиской на компьютере, снабженном такой программой, можно дистанционно включить микрофон или вебкамеру. Таким образом, полиция способна прослушать и увидеть то, что происходит в помещении, где находится компьютер. Кроме того, программа позволяет фиксировать все, что печатается на клавиатуре, и даже просматривать файлы на жестком диске.
Полученные данные, включая записи, сделанные с помощью микрофона и видеокамеры, могут быть сохранены на служебном компьютере, с которого была загружена программа типа «троянский конь». Разработка аналога такой программы и его использование в деле борьбы с компьютеризированной преступностью позволило бы существенно упростить раскрытие и расследование многих преступлений, а также обеспечить суд уникальной возможностью воочию увидеть преступников «за работой».
Полученная с компьютеров правонарушителей информация в ходе расследования может быть перепроверена целым комплексом экспертных исследований. Так, файлы, скриншоты, аудио- и видеозаписи могут быть изучены на предмет аутентичности и возможности создания на исследуемом компьютере путем проведения компьютерно-технической экспертизы. Изображения лиц можно предъявить для опознания, а также подвергнуть криминалистической портретной экспертизе; голоса и речь фигурантов – фоноскопической экспертизе и т. д.
Вопрос о применении данной технологии для осуществления «электронного обыска» в рамках оперативно-розыскного мероприятия «снятие информации с телефонных каналов связи» не лишен дис-куссионности. Однако нельзя отрицать, что с распространением широко доступных интернет-технологий общественная жизнь во всех ее проявлениях получила новое, виртуальное измерение.
В интересах обеспечения общественной безопасности правоохранительные органы страны обязаны своевременно «осваивать» это новое информационное пространство, а ученые-криминалисты и теоретики ОРД проводить в этом направлении активные научные изыскания. Совместные усилия практиков и теоретиков позволят сократить разрыв между преступ- ным и законным использованием в Интернете современных информационных технологий, будут способствовать повышению качества раскрытия и расследования преступлений.
В этой связи потребуется совершенствование законодательства о защите законных интересов пользователей, дополнение Закона об оперативно-розыскной деятельности, издание необходимых подзаконных актов, детально регламентирующих проведение оперативнорозыскных мероприятий в киберпространстве. На пути применения подобных технологий в нашей стране нет непреодолимых препятствий, поскольку практика борьбы с организованной и технически хорошо вооруженной преступностью требует адекватного ответа на ее вызовы законности и правопорядку.
Развитие современных информационных технологий остановить или запретить нельзя. Поэтому российские правоохранительные органы и ученые-криминалисты должны, учитывая наработанный зарубежный опыт, заранее прогнозировать «побочные эффекты» от внедрения новых компьютерных технологий, готовиться к их появлению по всем актуальным направлениям борьбы с преступностью, в особенности организованной [9].
В этой связи нельзя не поддержать точку зрения, согласно которой необходимо глобально переосмыслить некоторые аспекты доктрины прав и свобод человека и гражданина. «Необходимо перейти от доктрины индивидуализма и установления гарантий для отдельного индивида к доктрине приоритета обеспечения национальной безопасности Российской Федерации, т.е. обеспечения прав большинства населения, всего Российского государства, без чего невозможно гарантировать права каждого отдельного человека. Только такой подход, реализованный на законодательном уровне и повсеместно внедренный в правоохранительную практику, позволит добиться позитивных сдвигов в сфере борьбы с преступностью» [1. С. 33].
Список литературы О насущных проблемах раскрытия и расследования преступлений
- Мельниченко А.Б. Противодействие преступности -важное направление реализации уголовной политики в сфере обеспечения национальной безопасности Российской Федерации//Современные проблемы уголовной политики: материалы II междунар. науч.-практ. конф. В 2 т. Краснодар: Краснодар. ун-т МВД России, 2011. Т. 2.
- Транснациональная организованная преступность и Россия: монография/кол. авт; науч. ред. В.А. Номоконов. Владивосток: Изд-во Дальневост. федер. ун-та, 2010.
- Ищенко Е.П. К вопросу о качестве предварительного расследования//Воронежские криминалистические чтения: Федеральный научно-практический журнал. 2017. № 2 (19). С. 63-71.
- Ищенко Е.П. Следственный аппарат в России: современное состояние и проблемы преодоления негативных тенденций//Академический юридический журнал. 2009. № 2 (36). С. 37-43.
- Кушниренко С.П. Пространственно-временная категория в структуре преступлений в сфере высоких информационных технологий//Криминалистика и судебная экспертиза: наука, обучение, практика. СПб., 2012. С. 541-546; Электронные носители информации в криминалистике: монография. М.: Юрлитинформ, 2017. С. 127-234.
- Иванов Н.А. Экспертиза электронных документов и машинограмм. М.: Юрлитинформ, 2009. С. 8-135; Агибалов В.Ю., Мещеряков В.А. Виртуальные следы электронных документов в компьютерных системах//Воронежские криминалистические чтения: сб. науч. тр. Вып. 14. Воронеж: Изд-во Воронежского гос. ун-та, 2012. С. 15-24.
- Ищенко П.П. Преступные сообщества (преступные организации) в сфере незаконного оборота наркотиков: науч.-практ. пособие. М.: Юрлитинформ, 2017. С. 189-233.
- Фойгель Е.И., Проценко А.Г. К вопросу о проблемах практической реализации нового оперативно-розыскного мероприятия «Получение компьютерной информации» при раскрытии и расследовании преступлений в сфере компьютерной информации//Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения: научный журнал. Иркутск, 2016. Вып. 6 (14) С. 73-82.
- Ищенко Е.П. Новое законодательство и результаты правоприменительной практики//О криминалистике и не только: избранные труды. М.: Проспект, 2016. С. 206-217.