О понятии потерпевшего в уголовном судопроизводстве

Государство, закрепив достигнутый уровень предоставляемых личности свобод посредством конституционных предписаний, берет на себя ответственность за обеспечение равных условий реализации конституционных прав и свобод всеми лицами, проживающими на его территории, независимо от их гражданства, возраста, состояния здоровья, пола, расы, происхождения, общественного положения, отношения к религии и т.д. (ст. 17-19 Конституции РФ).

Гарантом государственной защиты лиц, вовлеченных в орбиту уголовного судопроизводства, выступает принцип охраны прав и свобод человека и гражданина, одним из способов реализации которого является обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного процесса.

Для обеспечения правовой защищенности следует, прежде всего, найти и обозначить ориентиры такой защищенности [1].

Одной из основополагающих идей, практическое воплощение которой призвано способствовать более эффективной защите прав личности в юридическом процессе, является подробная регламентация правового положения всех участников производства по делу о правонарушении.

Доминирующее положение среди участников юридического процесса занимает лицо, привлекаемое к юридической ответственности. Его процессуальное положение в законодательстве расписано более подробно по сравнению с другими участниками производства.

Традиционно проблема защиты прав личности рассматривается применительно к лицам, подозреваемым и обвиняемым в совершении преступления [2-12]. В отношении же потерпевших проблемы разрабатывались, в основном, в направлении расширения их процессуальных прав [13-18].

Совершенно справедливо указано в литературе на то, что «в результате происходящего реформирования совокупность прав, предоставляемых подозреваемым и обвиняемым, существенно приблизилась к мировым стандартам в области обеспечения прав человека, в отношении же по терпевшего от преступления практически ничего не изменилось» [19].

Анализ процессуальных новелл, принятых в последние десятилетия, позволяет сделать вывод о том, что так или иначе они тоже были направлены на обеспечение прав обвиняемого.

В современном российском законодательстве и юридической литературе лицо, в отношении которого совершено противоправное деяние, выступает в самых различных качествах. Его называют пострадавший , жертва , заявитель , потерпевший .

Приступая к рассмотрению обозначенных терминов, необходимо отметить, что прямо или косвенно они взаимосвязаны между собой, хотя не всегда взаимообусловлены друг другом.

Жертва - гражданин или юридическое лицо, которому деянием, влекущим юридическую ответственность, был непосредственно или косвенно причинен материальный либо нематериальный ущерб [20]. В словаре В. Даля жертвой назван пострадавший от чего-либо [21].

Синонимом жертвы является термин пострадавший . Он выступает категорией материального права, так как момент его появления связан с совершением противоправного деяния, повлекшим причинение морального, физического или материального вреда.

Термин заявитель не имеет четкого определения, хотя и встречается в законодательстве (в частности, в ст. 141 УПК РФ). Исходя из общего анализа, под заявителем следует понимать физическое или юридическое лицо, обратившееся с заявлением или сообщением о любом совершенном или подготовляемом преступлении.

Легальное понятие потерпевший содержится в российском уголовно-процессуальном и административном законодательстве (следует отметить, что понятие потерпевший, сформулированное в КоАП РФ, заимствовано из УПК РФ, за исключением того, что административное законодательство не предусматривает процедуры официального признания лица потерпевшим). Так, в соответствии со ст. 42 УПК РФ «потерпевшим является лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Решение о признании потерпевшим оформляется постановлением дознавателя, следователя или суда» [22].

Что касается понятия потерпевшего непосредственно, то нельзя не заметить, что законодатель употребляет его в самых разных, не соответствующих друг другу значениях, что отмечалось в литературе [23]. В этом нетрудно убедиться, достаточно сравнить между собой, например, ст. 42 и 147 УПК РФ, ст. 113 и 131 УК РФ: давая определение потерпевшему как лицу, которое становится таковым лишь после соответствующего решения следователя, дознавателя и др., в другом месте законодатель называет так жертву преступления, которая может и не стать потерпевшим в процессуальном (т.е. в том, как определил сам законодатель) смысле, если не пожелает возбуждения уголовного дела. В третьем случае потерпевшим называется лицо, подавшее жалобу в порядке частного обвинения, о котором на тот момент также никакого решения о признании потерпевшим нет. В четвертом - вообще погибшего, которому, естественно, нельзя разъяснить его права в уголовном деле, дать возможность реализовать их и т.п.

Прежде всего, при решении поставленной задачи следует учесть, что понятие потерпевшего в уголовном праве приобрело устойчивое криминологическое значение. Имеется в виду, что хотя исследования о потерпевшем в уголовном праве проводятся и в сфере изучения вопросов квалификации и уголовной ответственности, связанных с поведением пострадавшего лица [24], однако в большинстве работ, посвященных исследованию проблем потерпевшего в уголовном праве, развитие этого направления науки связано именно с криминологической проблематикой, учением о жертве преступления - виктимологией [25-28].

Представляется верной позиция тех авторов, которые считают, что понятие потерпевшего, содержащееся в законодательстве, основано на теоретических положениях материального уголовного права и практике его применения. Однако интересно, что хотя существующее процессуальное понятие они считают пригодным в качестве исходной позиции при рассмотрении вопроса о поведении потерпевшего, все же высказывают мнение, что возможное несовпадение уголовнопроцессуального и уголовно-правового понятий потерпевшего связано с различиями функций этих понятий в различных отраслях права [29].

Действительно, процессуальное понятие потерпевшего, которое имеется сейчас в законодательстве, не может быть однозначно пригодно для виктимологических исследований, поскольку само возникновение потерпевшего в процессуальном смысле связано с деятельностью следователя по возбужденному уголовному делу, а, как указывают В.С. Минская и Г.И. Чечель, для вик-тимологии представляет интерес только материальное основание признания лица потерпевшим, объективный критерий - факт причинения вреда деянием, запрещенным законом [30]. По этому поводу Л.В. Франк писал, что «... потерпевший появляется в уголовном судопроизводстве лишь после того, как компетентный орган признает его таковым. Для виктимологических исследований такое ограничение существовать не может... Хотя для виктимологии важно, с одной стороны, не отрываться слишком далеко от легального определения жертвы, но с другой - взять на вооружение наиболее расширительное его толкование» [31]. Таким образом, уголовно-правовое (виктимоло-гическое) понятие потерпевшего шире уголовно -процессуального.

Если проводить общетеоретический анализ указанной терминологии с точки зрения смысловой нагрузки, можно сделать следующие выводы.

В общем плане термины жертва , пострадавший , заявитель , потерпевший могут применяться как синонимы. Вместе с тем термин жертва (пострадавший) шире терминов заявитель и потерпевший : если не будет пострадавшего, то не будет заявителя и потерпевшего. Появление пострадавшего не зависит от воли правоприменителя при выполнении определенных процессуальных действий, а «порождено» совершением противоправного деяния.

Важно обратить внимание на то, что не каждое лицо, пострадавшее от противоправного деяния, обладает юридическим статусом заявителя . Если жертва не обратится с заявлением в правоохранительные органы, то, естественно, заявителем она быть не может. Кроме того, о противоправном деянии может заявить не сама жертва, а заинтересованные (близкие родственники или представители несовершеннолетнего, душевнобольного и т.д.) и незаинтересованные лица, любые учреждения, организации (например, медицинское учреждение может сообщить о лицах, поступивших с телесными повреждениями, и пр.).

Здесь уместно привести позицию И.Ф. Демидова, который говорит о двух возможных ситуациях: 1) когда лицо, выступающее в роли заявите- ля, имеет личный интерес и в дальнейшем может быть признано потерпевшим по возбужденному уголовному делу; 2) когда заявитель такого интереса не имеет. Во втором случае при возбуждении уголовного дела лицо может выступать лишь как свидетель, и его заинтересованность в исходе дела существенно уступает интересам потерпевшего, хотя она и значительнее, чем у свидетеля [32].

Приведенные разночтения в понимании терминов носят не только чисто теоретический характер. На наш взгляд, они оказывают влияние и на организацию правоприменительной деятельности в различных ее сферах, в частности, в укреплении правовой защищенности граждан, попавших в сферу уголовного судопроизводства. Причем, это влияние не всегда имеет положительные стороны.

• 1.    Защита прав человека в условиях перехода к рынку («круглый стол») // Государство и право. 1993. №6. С. 31.

• 2.    Карнеева Л.М. Подозреваемый в советском уголовном процессе // Соц. законность. 1959. №4.

• 3.    Дорохов В.Я. Процессуальное положение подозреваемого // Практика применения нового уголовнопроцессуального законодательства. М., 1962.

• 4.    Бекешко С.П., Матвиенко Е.А. Подозреваемый в советском уголовном процессе. Минск, 1969.

• 5.    Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе (предмет, цель, содержание). М., 1973.

• 6.    Строгович М.С. Обеспечение обвиняемому права на защиту и презумпция невиновности // Конституционные основы правосудия в СССР. М., 1981.

• 7.    Право обвиняемого на защиту в социалистическом уголовном процессе. М., 1983.

• 8.    Стецовский Ю.И., Ларин А.М. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. М., 1988.

• 9.    Зинатуллин З.З. Общие проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. Ижевск, 1989.

• 10.    Шадрин В.С. Совершенствование обеспечения прав и законных интересов обвиняемого на предварительном следствии // Проблемы демократизации предварительного следствия. Волгоград, 1989.

• 11.    Москалькова Т.Н. Честь и достоинство: как их защитить? (Уголовно-процессуальный аспект). М., 1992.

• 12.    Божьев В.П. Обеспечивается ли обвиняемому право выбора защитника? // Государство и право. 1993. №2.

• 13.    Савицкий В.М., Потеружа И.И. Потерпевший в советском уголовном процессе. М., 1963.

• 14.    Якуб М.Л. Показания свидетелей и потерпевших. М., 1968.

• 15.    Савицкий В.М. Потерпевший от преступления: расширение прав, усиление процессуальных гарантий // Советское государство и право. 1986. №5.

• 16.    Савицкий В.М. Если вы пострадали от преступления // Юридический справочник. М., 1992.

• 17.    Кокарев Л.Д. Участники уголовного процесса // Проблемы кодификации уголовно-процессуального права. М., 1987.

• 18.    Уоллер И. Преступность и жертвы преступлений; оказание помощи жертвам: лекция. М., 1992.

• 19.    Патрий А.В., Шарин В.С. Обеспечение прав потерпевшего: возможности совершенствования на основе зарубежного опыта // Правоведение. 1995. №6. С. 17–18.

• 20.    Тихомиров М.Ю. Юридическая энциклопедия. M., 1997. С. 158.

• 21.    Даль В. Толковый словарь. M., 1995. С. 535.

• 22.    Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (УПК РФ) от 18 декабря 2001 г. №174-ФЗ. URL: http://www.consultant.ru/popular/upkrf .

• 23.    Шешуков М.П. Правотворчество в свете процессуального положения потерпевшего // Потерпевший от преступления: Ученые записки Тартуского государственного университета. 1987. №756. С. 49.

• 24.    Полубинская С.В. Уголовно-правовое значение поведения потерпевшего // Проблемы совершенствования советского законодательства: Труды ВНИИСЗ. М., 1977. С. 210–212.

• 25.    Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М., 1969.

• 26.    Карпец И.И. Современные проблемы уголовного права и криминологии. М., 1976.

• 27.    Кудрявцев В.Н. Причины правонарушений. М., 1976.

• 28.    Франк Л.В. Потерпевший от преступления и проблемы советской виктимологии. Душанбе, 1977.

• 29.    Минская В.С., Чечель Г.И. Виктимологические факторы и механизм преступного поведения. Иркутск, 1988. С. 7–8.

• 30.    Там же. С. 8.

• 31.    Франк Л.В. Указ. соч. С. 52.

• 32.    Демидов И.Ф. Заявитель в советском уголовном процессе // Вопросы борьбы с преступностью. 1982. Вып. 36. С. 85–90.