Об одном сооружении петровского времени в Ростове Великом

В 2014 г. Волго-Окская экспедиция Института археологии продолжала охранные работы в центральной части Ростова Великого. Одним из участков проведения работ была территория в центре города на пересечении ул. К. Маркса и Маршала Алексеева (рис. 1). Здесь на глубине около полутора метров от современной поверхности были зафиксированы остатки деревянного сооружения. Основная площадь постройки осталась за пределами раскопа. В раскоп

Рис. 1. План центральной части Ростова Великого и участок охранных работ вошел юго-восточный угол сруба, рубленный «в обло», а также нижнее бревно южной стенки длиной 6 м и четыре доски пола плохой сохранности. Частично был вскрыт примыкавший к стене с внешней стороны бревенчатый настил. Судя по присутствию в грунте большого количества углей и отдельных головешек, строение могло сгореть, хотя очевидного горизонта пожара прослежено не было. Постройка интересна связанными с ней находками.

Прежде всего, это необычно большое количество керамики, коллекция которой, собранная с площади около 10 кв. м, насчитывает свыше 8 000 фрагментов. В основном это мелкий бой чернолощеной и столовой посуды, плотное скопление которого характеризовало участок у наружной стороны стены.

Рис. 2. Находки в постройке

1–4 – пуговицы; 5–7, 12–14 – обломки голландских курительных трубок; 8–10 – монеты; 11 – обломок креста нательного; 15 – гребень; 16–20 – плошки и чарки

1–4 , 8–11 – цветной металл; 5–7, 12–14, 16–20 – глина, 15 – кость

Из восстанавливаемых форм можно отметить миски и кувшины с биконическим туловом (см. Археология Романова двора... С. 495. Рис. 249, 1 ). Один фрагмент принадлежал чернолощеной фляге с орнаментом в виде плоской спирали на боковой стенке. Подобные известны в материалах Москвы и Нового Иерусалима, где датируются третьей четвертью XVII в. ( Майорова , 2012. С. 408. Рис. 3, 10 ; Археология Романова двора... С. 480. Рис. 234, 1, 2 ).

Рис. 3. План города Ростова середины XVIII в. (РГИА. Ф. 1399. Оп. 1. Д. 850. Л. 3)

Среди керамики выделяется насчитывающая 64 экземпляра серия сосудов конусовидной формы, сохранившихся как в развалах, так и в целых формах. Основная масса этих изделий представляет собой небольшие чаши, с диаметром венчика 7–10 см и высотой, примерно равной диаметру (рис. 2, 16–20 ). При схожей форме и размерах они выполнены в разной технике – среди них есть как тщательно выделанные чернолощеные, так и грубые, толстостенные, часто похожие на слепленные вручную и только подправленные на гончарном круге, сделанные из теста с ощутимой примесью дресвы. Объем сосудов составляет 125–130 мл, т. е. близок русской мере объема «чарке». Кроме «чарок» есть сосуды объемом около 250 мл – «две чарки, или четушка» и около 370 мл, т. е. «тройные чарки». Самый крупный сосуд этой серии имеет объем 2,4 л – или 1/5 ведра (Русские и метрические меры, 1928. С. 51).

Кроме чаш-чарок, в этой же серии есть шесть небольших плошек, отличающихся небольшой высотой, узким дном и диаметром венчика 8–10 см (рис. 2, 17 ).

Подобная посуда хорошо известна в горизонтах XVIII–XIX вв. многих городов ( Майорова , 2012. С. 412. Рис. 7, 7 ; Зацаринный и др. , 2011. С. 140. Рис. 14, 13, 14 ; С. 177. Рис. 36, 11 ; Ершов , 2010. С. 405. Рис. 8, б, в ; Векслер и др., 2014. С. 445. Рис. 12, 4 ). Некоторые исследователи определяют их как цветочные горшки или светильники (Археология Романова двора... С. 496. Рис. 250, 1-4 ; Ершов , 2010. С. 407). Но цветочные горшки должны иметь отверстие в дне для слива, а светильники - следы масляного нагара, чего у ростовских сосудов нет.

Еще одной особенностью полученной коллекции является обилие медных монет: их обнаружено 18 - полушки, копейки, «денги» петровского времени, чеканки 1703-1719 гг. (рис. 2, 8-10 ). Среди других находок - обломки 6 голландских курительных трубок с длинным орнаментированным мундштуком (рис. 2, 5-7 , 12-14 ), пуговицы из цветного металла (рис. 2, 1-4 ), обломок креста-тельника (рис. 2, 11 ), нательная подвеска-иконка плохой сохранности, костяной гребень (рис. 2, 15 ). Найдены также два ножа, светец, сапожные подковы, обломки деревянных ложек, три бондарных донца, фрагменты льняной ткани и лыкового плетения.

Монеты позволяют датировать комплекс в пределах первой четверти XVIII в. А по составу находок можно предположить, что на исследованном месте помещался кабак. Эта версия находит подтверждение при обращении к картографическим материалам.

На плане Ростовской крепости середины XVIII в. (рис. 3) ( Леонтьев, Печкина , 2012. С. 96) на участке к югу от северо-западного бастиона земляной крепости под литерой «О» значится «Болшей Питейной дом» ( Субботина , 2006. С. 438). Этот участок в современной планировке города примерно ложится на перекресток улиц Маршала Алексеева и К. Маркса. Похоже, что незначительная часть именно этого питейного заведения и попала в площадь раскопа 2014 г. Можно отметить, что расположение трактира поблизости оставалось традиционным и в более позднее время: постоялый двор середины XIX в. с тремя ярусами дворового мощения и соответствующим вещевым материалом был зафиксирован в 30 м севернее нынешнего участка при работах на Бастионном раскопе ( Комаров , 2004. Л. 43).

Хорошо сохранившийся слой петровского времени выявлен в Ростове впервые. Отложения этого периода в центре города были уничтожены при начале каменного строительства по регулярному плану 1779 г., полностью изменившему прежнюю, исторически сложившуюся планировку. Этот квартал был застроен одним из первых в 80-е гг. XVIII в. ( Мельник , 1992. С. 125).