Оценка социальными субъектами межкультурных коммуникаций в рамках формирования поликультурного информационно-коммуникативного пространства в городе Новосибирске

Научное осмысление феномена поликультурных пространств крупнейших городов необходимо для понимания постоянно меняющейся ситуации с этносоциальной сферой в данных локациях. В связи с этим нельзя не согласиться с позицией Н.А. Костко, что «развитие города ставится в зависимость от его способности создавать средствами управления условия, активизирующие внутренние факторы и элементы системы, как общего, так и специфического характера» [1, с. 13]. Таким образом, анализируя межкультурные коммуникации, которые наполняют поликультурное пространство крупнейших городов разнообразной этнокультурной информацией, мы приближаемся к пониманию состояния поликультурного информационно-коммуникативного пространства.

Цель представленного исследования - изучение специфики межкультурных коммуникаций в поликультурном информационно-коммуникативном пространстве города Новосибирска. Для достижения поставленной цели решались следующие задачи:

• -    оценка интенсивности инфопотоков при межкультурных коммуникациях;

• -    определение барьеров, ограничивающих межкультурную коммуникацию;

• -    выявление каналов коммуникации, влияющих на межкультурную коммуникацию.

Локацией для исследования стал Дзержинский район города Новосибирска по причине компактного проживания здесь людей из стран Содружеств Независимых Государств и Юго-Восточной Азии (микрорайон «Волочаевский»). Этот микрорайон начал формироваться с начала 1990-х гг. на северо-восточной окраине города в связи с развитием оптово-розничного рынка «Гу-синобродский» [2, с. 23]. В 2015 г. на территории Дзержинского района автором было проведено социологическое исследование, с помощью метода анкетирования было опрошено 348 взрослых жителей района в возрасте от 18 до 50 лет (n = 348). Ключевыми для фиксации выборочной совокупности стали критерии: этнокультурная идентичность, трудоспособный возраст, проживание на территории города не менее 12 календарных месяцев.

Участниками опроса стали 53,7 % мужчин и 46,3 % женщин в возрастном интервале: 1825 лет - 29,7 %, 25-30 лет - 26,1 %, 30-35 лет - 30,4 %, 35-45 лет - 11,8 %, а также от 45 и старше - 1,8 %, из которых русские составляли 92,2 %, немцы - 0,3 %, татары - 1,2 %, узбеки -1,1 %, киргизы - 1,1 %, таджики - 0,6 %, азербайджанцы, казахи, украинцы и другие - 3,5 %.

Опрашиваемые были распределены по территориально-временным и этнокультурным признакам: «условно автохтонная группа»: русские, белорусы, украинцы, татары, немцы, «условно неавтохтонная группа»: азербайджанцы, езиды, киргизы, таджики, узбеки.

Для выявления уровня включенности различных этнокультурных групп в поликультурное информационно-коммуникативное пространство города Новосибирска в опроснике присутствовал вопрос об уровне внимания к этнокультурному контенту. 8,7 % респондентов ответили, что интересуются информацией о различных этнокультурах: 21,8 % – часто, 27,1 % – редко и 42,4 % не интересуются подобными сведениями. Необходимо отметить, что у представителей «условно неавтохтонных групп» был зафиксирован повышенный интерес к информации о культурном разнообразии. У «условно автохтонных групп» был определен низкий уровень интереса к этой информации. Значит, в поликультурном городском пространстве города Новосибирска интерес к этнокультурной информации будет проявляться в зависимости от степени адаптированности в этнокультурном сообществе. «Осознание своей принадлежности к какому-либо обществу, культуре, нации помогает индивиду найти свое место в поликультурном пространстве и свободно в нем ориентироваться» [3, с. 560].

Если рассматривать источники получения информации о культурном разнообразии, то наиболее востребованным является интернет – 45,7 %, далее следуют федеральное и городское телевещание – 34,6 %, друзья и знакомые – 10,2 %, федеральная и городская пресса, радиовещание – 9,5 %. Эти результаты побуждают нас обратить внимание на интернет как на средство формирования поликультурного информационно-коммуникативного пространства крупнейшего города. На текущем этапе развития социальных сетей интернета каждый пользователь может найти в них информацию о культурном разнообразии. Так, по мнению И.Н. Батайкиной, «этнокультуры способны адаптироваться в условиях информационного общества и компьютерно-информационных технологий» [4, с. 66]. Вместе с тем традиционные средства массовой информации (периодические и непериодические печатные издания, телевещание, радиовещание и др.), как и раньше, сохраняют свое влияние. Вместе с тем, как считает Л.А. Осьмук, «информационное поле не просто наполнено “застывшей” информацией» [5, с. 72].

Для всех участников опроса наиболее востребованной является информация, заключенная в следующих форматах: видеоролики – 67,6 %, текст – 17,2 %, фотографии – 8,1 % и аудиоролики – 7,1 %. Таким образом, большинство опрошенных используют средства массовой информации для пополнения сведений об инокультурности.

Своему социальному окружению в сфере распространения контента об инокультурности доверяют более 90 % опрошенных из всех этнических групп. Необходимо отметить, что данная информация имеет ряд особенностей. Во-первых, как правило, именно на этом уровне происходит существенное искажение информации вследствие личной интерпретации этнокультурных сведений. Во-вторых, данный факт говорит о текущем уровне общественного доверия к сведениям об инокультурности. Существующие позитивные ответы сигнализируют о накопленном опыте общения, то есть в социальном окружении более 50 % респондентов каждой из исследуемых этнокультурных групп есть представители других национальностей, которым они доверяют.

Наибольшим уровнем доверия среди респондентов в сфере распространения информации о национальных культурах пользуется фактор «друзья и знакомые» – 38,3 %, 26,6 % – интернет, 35,1 % – традиционные средства массовой информации. В контексте данных результатов необходимо учесть позицию А.Н. Губанкова, который считает, что «в большинстве случаев сеть есть не что иное, как продолжение повседневной коммуникации иными средствами – средствами электронной цивилизации» [6, с. 54]. Следовательно, люди именно в интернете находят продолжение отношений, начатых с референтными лицами и группами в режиме офлайн, в различных мультимедийных формах коммуникации.

По итогам социологического исследования можно утверждать, что межэтнические коммуникации в Дзержинском районе города Новосибирска имеют следующие тренды:

• –    Все группы внимательно относятся к контенту о культурном разнообразии.

• –    У «условно неавтохтонной группы» уровень интереса и потребность в этнокультурной информации выше, чем у представителей «условно автохтонных групп».

• –    «Условно неавтохтонная группа» проявляет интерес к сведениям о специфике принимающего сообщества.

• –    «Условно неавтохтонную группу» привлекает информация о традициях, нормах, ценностях большинства.

• –    Неформальный межличностный диалог является ключевым коммуникационным каналом, формирующим интерес к этнокультурной информации.

• –    Социальные сети интернета – важнейший коммуникационный канал расширения этнокультурного информационного потока.

Подводя итоги исследования, можем утверждать, что большинство респондентов понимают высокую роль информации о культурном разнообразии для построения позитивных межкультурных коммуникаций.

Обозначенные тренды позволяют выделить в поликультурном информационно-коммуникативном пространстве города Новосибирска следующие особенности:

• –    наличие множественности каналов информирования об этнокультурном разнообразии, которые без координации приводят к мозаичности пространства;

• –    доминирующие интенсивные этнокультурные инфопотоки, формируемые не в городской среде, что снижает возможности развития позитивных межличностных и межгрупповых межкультурных коммуникаций.

Ссылки:

• 1.    Костко Н.А. Теоретические основания исследования социального пространства города в системе координат муниципального управления // Вестник ЧелГУ. 2014. № 24 (353). С. 13–16.

• 2.    Этнические группы сибирского мегаполиса: взаимодействие культур, особенности поликультурного и национального образования. Новосибирск, 2003. С. 23.

• 3.    Юрочкин Д.М. Этнокультурная самоидентификация индивида в поликультурном пространстве // Современные проблемы науки и образования. 2014. № 4. С. 560.

• 4.    Батайкина И.Н. Влияние этнокультуры на информационный рынок: пути формирования и развития // Вестник ЧелГУ. 2013. № 21 (312). С. 66–70.

• 5.    Осьмук Л.А. Взаимодействие социальных миров: К проблеме конвенциональных отношений. Новосибирск, 2004. С. 72.

• 6.    Губанков А.Н. Культурное пространство города в сетевых средствах массовой информации // Вестник Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств. 2011. № 2. С. 54–62.