Основания привлечения к юридической ответственности лиц, склоняющих несовершеннолетних к совершению общественно опасных деяний

Научная статья                                          PTS         I Attribution                                       I

Введение.

Актуальность вопроса привлечения к юридической ответственности лиц, склоняющих несо-

вершеннолетних к совершению общественно опасных деяний, обусловлена ростом числа правонарушений, затрагивающих интересы подрастающего поколения.

Российское законодательство располагает целым рядом норм, устанавливающих ответственность за подобные действия, среди которых особое значение имеют положения Уголовного кодекса РФ и Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Однако существующие нормы требуют дополнительного осмысления и научного анализа, поскольку практика их применения сталкивается с рядом сложных ситуаций и юридическими проблемами.

Необходимость тщательного рассмотрения сущности феномена «вовлечения», особенностей квалификации соответствующих деяний и учета специфики субъекта и объекта преступления диктуют потребность в проведении комплексного исследования.

Российское уголовное и административноправовое законодательство устанавливает правовые основания привлечения к юридической ответственности лиц, склоняющих несовершеннолетних к совершению общественно опасных деяний (статья 151 Уголовного кодекса РФ [1] и статья 6.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) [2].

Для дальнейшего анализа целесообразно предварительно раскрыть понятие «вовлечение». Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 февраля 2011 г. № 9, термин «вовлечение» обозначает активные действия совершеннолетних субъектов, направленные на формирование намерения у несовершеннолетних совершать уголовно наказуемые деяния или поступки, противоречащие общественной нравственности [3]. Документ выделяет следующие ключевые положения:

– Субъектами уголовного преследования являются исключительно лица старше 18 лет, действующие умышленно, аналогично трактуется состав административного правонарушения согласно статье 6.10 КоАП РФ.

– Под антиобщественным поведением понимается регулярное потребление алкоголя, наркотических препаратов, занятие бродяжничеством или нищенством.

– Если планируемое последствие не было реализовано вследствие обстоятельств вне контроля субъекта, его действия квалифицируются как покушение на преступление (часть 3 статьи 30 УК РФ) совместно со статьями 150 или 151 УК РФ.

Применение административной ответственности в подобной ситуации исключено ввиду отсутствия соответствующих правовых оснований относительно незаконченных административных проступков. Если преступление совершено ребёнком, не подлежащим уголовной ответственности, ответственность полностью возлагается на взрослого, который содействовал такому деянию.

Точное определение термина «вовлечение» и характеристик состава правонарушений, предусмотренных ст. 6.10 КоАП РФ и ст. 151 УК РФ, крайне важны для правильного и эффективного применения законов на практике, особенно при расследовании случаев вовлечения подростков в антиобщественные действия и преступления.

Обсуждение.

Федеральный закон от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ [4] определяет антиобщественные действия как совокупность поступков, включающих постоянное использование наркотиков, психотропных и иных токсичных веществ, алкогольных продуктов, занятия проституцией, бродяжничеством или попрошайничеством, а также прочие виды активности, посягающие на права и законные интересы третьих лиц.

Данное толкование нуждается в пояснении. Прежде всего, приведённые нормы Уголовного кодекса РФ и Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не исчерпывающе отражают спектр возможных форм девиантного поведения среди несовершеннолетних. Например, статья 6.10 КоАП РФ не предусматривает санкций за употребление наркотических и психотропных веществ, занятие проституцией, бродяжничеством или попрошайничеством. Объективная сторона указанного состава не включает обязательный признак повторяемости потребления, что препятствует применению категории «антиобщественные действия» ко всей полноте случаев, подпадающих под указанную статью. Аналогичным образом, статья 151 УК РФ игнорирует проблемы вовлечения детей в проституцию и употребление запрещённых веществ, ограничиваясь лишь вопросами систематического бродяжничества и попрошайничества, одновременно обходя стороной наказание за привлечение ребёнка к потреблению новых потенциально опасных психоактивных соединений. Различия в содержании объективной стороны статей 6.10 КоАП РФ и 151 УК РФ неоднократно становились предметом дискуссий учёных и законодателей. Остаются открытыми вопросы относительно причины выделения вовлечения подростка в процесс курения в отдельную сферу административного регулирования в рамках статьи 6.23 КоАП РФ и невключения этого вида поведения в перечень антиобщественных действий, предусмотренный федеральным законом № 120-ФЗ.

Несмотря на то, что лица, регулярно курящие табак, обычно не проявляют тенденции к антисоциальному поведению и криминальной активности, отрицательные эффекты от курения заключаются преимущественно в ухудшении здоровья. Однако, учитывая восприятие большинством населения курения как социальной нормы, подобное поведение подростка зачастую воспринимается как форма протеста против общественных стандартов.

Известно, что состояние протеста часто становится предвестником дальнейших нарушений закона. При выявлении случаев вовлечения подростков в антиобщественные действия сотрудники полиции и других компетентных органов обязаны разбираться в значениях юридических терминов, таких как «алкогольная продукция», определённой ФЗ № 171-ФЗ, и «наркотические средства», установленных ФЗ № 3-ФЗ.

Нужно чётко разделять понятия «вовлечение в употребление опьяняющих веществ» и «приём наркотических веществ», поскольку последнее само по себе является уголовным преступлением. Список наркотических веществ утверждён Правительством РФ [5], а перечень одурманивающих веществ периодически обновляется. Характерной особенностью процесса вовлечения выступает невозможность его реализации путём пассивного поведения. Такое деяние должно выражаться в активных действиях взрослого индивида, направляющих несовершеннолетнее лицо на выполнение антиобщественных актов.

Метод вовлечения играет роль необходимого элемента доказательной базы. Отсутствие установления способа вовлечения лишает процессуальной основы подтверждение факта наличия самого акта вовлечения.

Результаты.

Определив общие характеристики и принципиальные отличия нормативных конструкций, содержащихся в статье 151 УК РФ и статье 6.10 КоАП РФ, перейдем к детальному рассмотрению каждой из них.

По смыслу рассматриваемого положения Уголовного кодекса, под антиобщественными действиями подразумевается систематический приём алкогольных напитков или одурманивающих субстанций, ведение образа жизни бродяги или попрошайки.

Непосредственно защищаемый объект данного состава преступления составляют социальные отношения, обеспечивающие правильное воспитание и полноценное личностное становление несовершеннолетнего. Дополнительным объектом выступают индивидуальные показатели состояния здоровья пострадавшего.

Объективная составляющая преступления, согласно пункту 1 статьи 151 УК РФ, выражается в форме инициирования участия несовершеннолетнего в систематическом употреблении алкогольных и содержащих спирт жидкостей, одурманивающих веществ, ведении бродячего существования или занятия попрошайничеством. Это явление представляет опасность, поскольку следствием регулярного приёма алкоголя становятся нарушения нормального физиологического, духовного и интеллектуального развития молодого гражданина.

Одной из главных проблем применения данной правовой нормы является неясность термина «систематичность» [6, с. 134.]. Неопределённость его трактовки приводит к тому, что признак систематичности распространяется либо на все случаи вовлечения несовершеннолетних в антиобщественные действия, либо только на некоторые из них. Учёные пока не пришли к общему мнению о временных и количественных показателях, позволяющих точно установить наличие систематичности.

Отдельные специалисты предлагают ограничить период систематического вовлечения временными рамками, установленными в статье 4.6 КоАП РФ, соответствующими сроку действия первого взыскания за аналогичные действия. То есть, систематическим считается многократное вовлечение несовершеннолетнего в употребление алкоголя в короткие сроки. Преступление имеет формальный состав и считается законченным после первого зафиксированного случая такого вовлечения. Родители, вынужденные привлекать своего ребёнка к бродяжничеству из-за тяжёлой жизненной ситуации, освобождены от уголовной ответственности. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом, а субъектом является взрослый, вменяемый гражданин, достигший 18-летнего возраста. Специальная ответственность предусмотрена для родителей, воспитателей и других лиц, обязанных следить за детьми.

За содействие вовлечению несовершеннолетних в антиобщественные действия предусмотрена административная ответственность согласно статье 6.10 КоАП РФ. Эти действия наносят ущерб общественным отношениям, обеспечивающим нормальное физическое и духовное развитие подростков, дополнительно страдает здоровье детей. Нарушение выражается в активных действиях виновного, склоняющего несовершеннолетнего к употреблению алкоголя или одурманивающих веществ через предложения, обещания и подобные меры.

Согласно одной из точек зрения, суд может считать правонарушение завершённым уже тогда, когда подросток выразил согласие на предложенное действие или сам начал употреблять указанные вещества. Однако такая точка зрения кажется необоснованной, создавая трудности в понимании одинаковых юридических терминов разными отраслями права, что осложняет применение принципов административной преюдиции.

Действия лица, вызвавшие отказ несовершеннолетнего от употребления наркотиков или психотропных веществ по независящим обстоятельствам, должны квалифицироваться по статье 6.13 КоАП РФ. Следует учесть, что регионы иногда вводят дополнительные административные наказания за подобные действия, например, в Костромской области предусмотрена ответ-

ственность за попрошайничество и приставание к людям. [7]. Это приводит к следующим юридическим коллизиям:

– На территории Костромской области вовлечение несовершеннолетнего (выше 16 лет) в попрошайничество квалифицируется одновременно и как уголовное преступление (ст. 151 УК РФ), и как административное правонарушение;

– Несовершеннолетний, начавший заниматься попрошайничеством, должен быть привлечён к административной ответственности, что создает дополнительное негативное воздействие на него, в отличие от других регионов, где подобных норм нет.

Таким образом, складывается несогласованность между федеральным уголовным законодательством и региональным административным правом, что затрудняет единообразное правоприменение и может негативно сказываться на правах и интересах несовершеннолетних.

Для устранения подобных противоречий нужно рассмотреть возможность введения в КоАП РФ общей нормы, которая бы стала нормативным ориентиром для законодательства субъектов Российской Федерации. Такая норма могла бы устанавливать, что вовлечение в совершение административного правонарушения, образующего уголовно наказуемое деяние, является специальным основанием для освобождения от административной ответственности хотя бы для несовершеннолетних участников. Это позволило бы:

– снизить бюрократическое и уголовноадминистративное давление на несовершеннолетних;

– гармонизировать нормы федерального и регионального законодательства;

– повысить эффективность мер профилактики и индивидуализировать ответственность с учётом возраста и социальной уязвимости.

Заключение.

Таким образом, статья 151 УК РФ рассматривает систематичность как обязательное условие для признания состава преступления, которое отличает его от административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.10 КоАП РФ.

Главная угроза заключается в том, что действия взрослого приводят к формированию у подростка стойкого желания постоянно употреблять алкоголь или наркотические средства. Подобная привычка возникает только в результате неоднократных попыток привлечь несовершеннолетнего к подобным действиям. Поэтому закон требует обязательного признака систематичности, подчёркивая, что единичное или двукратное вовлечение не образует состава преступления.

Подытоживая изложенное, отметим две важные проблемы, отрицательно воздействующие на унификацию практики применения статьи 151 Уголовного кодекса РФ и статьи 6.10 КоАП РФ, а также снижающие эффективность защиты прав несовершеннолетних: