Особенности ценностных ориентаций подростков, предпринявших попытку суицида

Аsat G. Аbdullin, Doctor of Science (in Psychology), Professor, senior researcher of the chair of Psychology of Management and Service 1; ;

Актуальность, значимость и сущность проблемы. Проблемой ценности человеческой жизни, поиска смысла жизни и проблемой его отсутствия в разное время занимались многие исследователи (А. Адлер, К. Г. Юнг, З. Фрейд, Дж. Хиллмен, Э. Дюркгейм, К. Обуховский, Э. Шнейдман, В. М. Бехтерев, А. Г. Амбру-мова, Н. В. Дремова, Д. А. Леонтьев, Ф. С. Сафуанов, В. А. Тихоненко, Б. Г. Херсонский и др.).

Особенности ценностных ориентаций подростков, предпринявших попытку суицида, требуют глубокого анализа и понимания сложных психологических и социальных факторов. У подростков, использующих такой тип поведения, нарушаются ценностные и жизненные ориентиры. Часто наблюдается утрата смыслов и идеалов, которые раньше служили опорой для молодого человека [1].

Подростки, испытывающие кризис идентичности, могут начать растрачивать свои ценности, заменяя их негативными убеждениями и чувством безысходности [2]. На фоне депрессии и социальной изоляции у них формируется искаженное восприятие реальности, что усиливает риск принятия экстремальных решений. Нередко они не видят альтернатив своим страданиям, ориентируясь на мимолетные эмоции и давление окружающих [3].

Необходимость изучения ценностных ориентаций подростков, которые сталкиваются с суицидальными мыслями или попытками, обусловливается многими факторами. Во-первых, ценности, которые они формируют в этот период, часто зависят от межличностных отношений и идентификации с разными группами. Под давлением сверстников и социальных ожиданий подростки могут отвергать свои истинные желания и стремления, что ведет к внутреннему конфликту и кризису [4]. Во-вторых, роль семьи в формировании ценностей невозможно переоценить. Поддержка родителей и их понимание жизненных трудностей могут стать тем важным фактором, который не позволит подростку утонуть в бездне отчаяния. Открытые и доверительные отношения с родителями помогают молодым людям чувствовать себя защищенными и услышанными.

Стоит отметить также значимость школьной среды. Учителя и школьные психологи могут стать неотъемлемой частью системы поддержки, предлагая эмоциональную помощь и ресурсные мероприятия, направленные на развитие навыков саморегуляции и преодоления стресса. В конечном итоге создание обстановки, способствующей открытости, пониманию и уважению, может существенно снизить риск проявлений деструктивного поведения у подростков [5].

Важно обозначить, что профилактика суицидов среди подростков должна основываться на поддержке, открытом диалоге и создании безопасной атмосферы, где молодые люди могли бы обсуждать свои переживания и чувства [6]. Таким образом, понимание особенностей ценностных ориентаций подобных подростков становится краеугольным камнем в предотвращении суицида.

Нами была выдвинута гипотеза о том, что существуют значимые различия в особенностях ценностных ориентаций подростков, предпринявших попытку суицида, и лиц с нормативным поведением по таким шкалам, как общий уровень осмысленности жизни, цели жизни, безопасность, рациональность мышления.

Цель — выявление особенностей ценностных ориентаций подростков, предпринявших попытку суицида.

Теоретические предпосылки и состояние проблемы. Проблема ценностных ориентаций подростков, предпринявших попытку суицида, является достаточно актуальной и социально значимой в современном обществе. Важность подросткового периода для формирования смысложизненных ориентаций, приобретения и осознания смысла жизни отмечается многими учеными. С. Л. Андреева указывает, что содержание ценностно-смысловой сферы зависит от тех условий и ситуаций, с которыми сталкивается подросток [7].

Ценностные ориентации подростков — это сложная и многогранная тема, особенно в контексте случаев, когда они совершают попытки суицида. Эти ориентации формируются под влиянием различных факторов, включая семейные отношения, школьную обстановку, социальные связи и культурные условия [8].

Одной из наиболее заметных характеристик ценностных ориентаций подростков с суицидальными попытками является чувство отчуждения и изоляции. Многие из них ощущают недостаток эмоциональной поддержки и не находят понимания среди сверстников и взрослых. В результате этого у них формируются низкая самооценка и пессимистический взгляд на будущее.

Подростковый возраст — это время активного поиска себя. Успехи и неудачи в этом процессе могут сильно влиять на психоэмоциональное состояние. Многие подростки испытывают сильную потребность быть принятыми и понятыми, если это не удается, они могут чувствовать себя изолированными. Подростки, которые сталкиваются с высокой степенью стресса или не умеют справляться с неудачами, могут быть более восприимчивыми к негативным мыслям и эмоциям. Некоторые подростки ставят перед собой слишком высокие требования и, не справляясь с ними, могут принимать трагические решения [9].

То, что придает жизни смысл, как пишет Д. А. Леонтьев, может лежать и в будущем (цели), и в настоящем (чувство полноты и насыщенности жизни), и в прошлом (удовлетворенность итогами прожитой жизни). Осмысленность жизни — неоднородная структура. По мнению Д. А. Леонтьева, индикаторами смысла жизни являются смысложизненные ориентации, которые можно соотнести с основными периодами жизни: прошлым, настоящим и будущим [10].

Как отмечает Б. С. Братусь, проблема смысла жизни — то место, где в психологическом плане жизнь встречается со смертью. Поэтому для исследования особенностей смысложизненной концепции мы обратились к опыту людей, предпринявших попытку суицида. Психологический смысл суицида заключается в том, что если человек решает лишить себя жизни, то это означает, что в его сознании претерпела серьезные изменения главная этическая категория — смысл жизни. Утрата смысла жизни — это необходимое условие для суицидального поведения [11].

А. Г. Амбрумова выделяет особенности суицидального поведения подростков. Подростки, совершившие суицидальные попытки, порой воспринимают жизнь как нечто ненужное или невыносимое, что может быть связано с переживанием утрат или глубокими внутренними конфликтами [12].

Важно понимать, что поддержка со стороны семьи, друзей и профессионалов может сыграть критическую роль в изменении ценностных ориентаций и снижении риска подобных попыток. Открытый диалог о чувствах, активное слушание и внимание к потребностям подростка создают более благоприятные условия для его психологического развития и формирования здоровых ценностей [13].

Ценностные ориентации определяют направленность личности и формируют цели поведения человека. Каждый из нас ежедневно принимает по нескольку решений, а за жизнь делает несметное количество выборов, и всякий раз за ними стоят сформировавшиеся в течение жизни ключевые ценностные ориентации. Как следствие, система ценностей человека определяет его судьбу [14].

Ценности наполняют всякое решение смыслом и направляют активность человека: выбор профессии, создание семьи, отношение к себе и другим, саморазвитие, понимание духовности и идеалов. С помощью своих базовых ценностей человек отличит полезное от бессмысленного, важное от неважного и постарается объяснить младшему, что хорошо, а что плохо [13].

Ценности складываются на протяжении всего взросления человека. Информация, транслируемая семьей, обществом, культурой, постепенно переходит во внутренний мир, ценностную систему и осознание: «Что для меня важно?». Зная ценности, можно предугадать, кто и как будет действовать в определенной ситуации и будет ли у человека полное взаимопонимание с другим человеком, с иной системой ценностей [8].

По мнению Д. А. Леонтьева, ценностные ориентации являются одним из центральных личностных новообразований. Система ценностных ориентаций определяет содержательную сторону направленности личности и составляет основу ее взглядов на окружаю- щий мир, к другим людям, к себе самому, основу мировоззрения, ядро мотивации и «философию жизни» [15].

Направленность личности выражает одну из самых существенных ее характеристик, определяющую социальную и нравственную ценность личности. Содержание направленности — это, прежде всего, доминирующие, социально обусловленные отношения личности к окружающей действительности. Именно через направленность личности ее ценностные ориентации находят свое реальное выражение в активной деятельности человека [13].

Изучение жизненных ценностей подростков, совершивших попытку суицида, позволит понять их поведение, так как, выстраивая свою жизненную концепцию, подростки исходят из определенной иерархии ценностей, представленной в их сознании.

При утрате нравственных ориентиров может сформироваться тенденция к саморазрушению, которая достигает апогея в подростковом и юношеском возрасте, побуждая к употреблению алкоголя и наркотиков, и может подтолкнуть человека в острострессовой ситуации к самоубийству или к неоправданному риску, приводящему к гибели [16].

Сегодня в детском и подростковом возрасте остроактуальной проблемой является количество депрессий. Депрессии могут вызывать трудности обучения в школе с невозможностью справляться с темпом и требованиями учебной программы, насмешки и издевательства или холодное отношение одноклассников, недостаток внимания и заботы, жестокое обращение с ребенком в семье, дисгармоничное воспитание без учета потребностей ребенка в эмоциональном и когнитивном восприятии [17].

С каждым годом число подросткового суицида увеличивается из-за стремительного развития интернет-технологий. Но чаще попытки свести счеты с жизнью связаны со страхом неудач, особенно их количество возрастает в период сдачи экзаменов (по статистике, 20% самоубийств приходится на время сдачи ГИА или ЕГЭ) [1]. Чувство одиночества и бесперспективности своей жизни подросток ощущает от невозможности решить проблемы в школе или семье, при попытке избежать насилия в семье или подростковых группах [4].

Если провести с ребенком работу по снятию негативных эмоций, которые у него копятся, помочь разобраться в чувствах и отношениях с окружающими, обучить социальным навыкам и умениям преодоления стресса, оказать подростку социальную поддержку с помощью включения семьи, школы, друзей, то можно предотвратить такое страшное явление, как суицид [6].

Мы уверены, что своевременная психологическая коррекция должна осуществляться на научной основе, реализуя деятельностный и аксиологический подходы к организации работы с детьми и подростками. Дет- ский и подростковый периоды наиболее благоприятны для пусковых механизмов самоактуализации личности с четкими нравственными ориентирами как фактора профилактики противоправных действий [18].

Анализ психолого-педагогической литературы свидетельствует о том, что до сих пор не разрешены противоречия между существующей проблемой суицидального поведения подростков и отсутствием однозначной теоретической базы, касающейся их ценностных ориентаций, приводящих к суициду.

Материалы и методы

Исследование проводилось в г. Магнитогорске на базе Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областной наркологический диспансер». Обследование проходило на основании добровольного информированного согласия испытуемых. В исследовании приняли участие 56 подростков в возрасте 13–14 лет. В экспериментальную группу вошли 26 подростков, совершившие одну или несколько суицидальных попыток, не имевшие эндогенных патологий психики, состоявшие на учете и проходившие лечение в наркологическом диспансере. Давность совершения последней попытки суицида не более года. Контрольную группу составили 30 подростков с нормативным поведением. Все лица женского пола.

Для достижения цели работы и проверки гипотезы были применены следующие психодиагностические методики: «Смысложизненные ориентации» (СЖО) Д. А. Леонтьева, «Ценностный опросник» Ш. Шварца, «Диагностика наличия и выраженности иррациональных установок» А. Эллиса.

Для математического анализа эмпирических данных, полученных по вышеобозначенным методикам, был применен статистический метод исследования (t-критерий Стьюдента). Математический анализ результатов исследования осуществлялся посредством пакета прикладных программ статистической обработки данных IBM SPSS Statistics 20.0.

Результаты и обсуждение

Исследование смысложизненных ориентаций подростков, предпринявших попытку суицида. Анализируя полученные данные по методике «Смысложизненные ориентации», можно сделать вывод, что диагностические результаты в двух исследуемых группах статистически значимо (при р>0,01=2,580) отличаются по всем показателям, а именно в экспериментальной группе показатели достоверно ниже, чем в контрольной. Полученные результаты наглядно демонстрируют, что у подростков, предпринявших попытку суицида, ниже среднего уровня находятся средние значения по всем параметрам методики: «цели жизни» (X=19,5±6,78), «процесс жизни» (X=13,7±5,48), «результат жизни» (X=16,4±5,68), «локус контроля — Я» (X=14,1±4,31), «локус контроля — Жизнь» (X=19,7±6,02) и «общий уровень осмысленности жиз- ни» (х=58,5±12,24), т. е. испытуемые экспериментальной группы, в отличие от испытуемых контрольной группы («цели жизни» — х=31,2±7,23, «процесс жизни» — х=27,8±7,14, «результат жизни» — х=24,6±6,23, «локус контроля — Я» — х=22,7±4,31, «локус контроля — Жизнь» — х=32,1±8,17 и «общий уровень осмысленности жизни» — х=101,7±16,58), недостаточно удовлетворены своей жизнью в настоящем. Сам процесс жизни не воспринимается ими как интересный, эмоционально насыщенный или наполненный смыслом. При этом полноценный смысл жизни могут придавать воспоминания о прошлом или нацеленность на будущее. Пройденный отрезок жизни они оценивают как недостаточно продуктивный и осмысленный, что может свидетельствовать о неудовлетворенности своей жизнью в прошлом. Им свойственны фатализм, убежденность в том, что жизнь человека неподвластна сознательному контролю, что свободы выбора не существует и нет никакого смысла загадывать что-либо на будущее. По сравнению с испытуемыми контрольной группы подростки с суицидальным поведением характеризуются сниженной способностью выстраивать и реализовывать жизненные цели, они менее удовлетворены своей жизнью, считают прожитый отрезок жизни пустым и бессмысленным, для них характерно описывать жизнь как не поддающуюся сознательному контролю, не имеющую свободы выбора и характеризующуюся зависимостью от сложившихся обстоятельств. По результатам исследования можно констатировать, что испытуемые экспериментальной группы имеют внешний локус контроля, т. е. являются экстерналами; уровень удовлетворенности жизнью у них ниже, чем у подростков с нормативным поведением, как в прошлом, так и в настоящем; им свойственен депрессивный стиль мышления, который интерпретируется как невротическая структура личности и составляет одну из основных черт характера, формирует основу поведения.

Индивидуальные ценности подростков с суицидальными попытками. Полученные диагностические результаты исследования по методике «Ценностный опросник» Ш. Шварца позволяют констатировать следующее: для испытуемых экспериментальной группы наиболее значимыми оказались ценности «доброта» ( х =5,3±1,47) и «конформность» ( х =5,1±1,34). Для контрольной группы наиболее значимы «достижения» ( х =5,2±1,46), «самостоятельность» ( х =5,3±1,64) и «безопасность» ( х =6,1±1,53). Анализируя различия в группах по наименее значимым нормативным ценностям, можно отметить, что для испытуемых экспериментальной группы это «власть» ( х =3,3±0,82), «достижения» ( х =3,4±0,72) и «традиции» ( х =3,3±0,67). Для испытуемых контрольной группы наименее значимыми нормативными ценностями явились «стимуляция» ( х =3,6±0,56), «традиции» ( х =3,2±0,48) и «гедонизм»

( х =3,1±0,87). Следовательно, для подростков, совершивших суицидальную попытку, наиболее значима нормативная ценность «доброта», что свидетельствует о доминирующей потребности по отношению к себе со стороны окружающих, и наименее значимы нормативные ценности «достижения» и «власть», что говорит о снижении их социальной активности. У подростков с нормативным поведением показатель «гедонизм» был отнесен к наименее значимым ценностям, возможно, потому что это явление в нашем обществе с традиционным культурно-историческим укладом не приветствуется. Кроме того, нельзя исключить из внимания фактор установки на социально желательные ответы.

Достоверные статистически значимые различия выявлены по ценности «безопасность» — для экспериментальной группы нормативное значение безопасности достоверно менее значимо, чем в контрольной группе (t=2,217 при р>0,05=1,958), что может свидетельствовать о снижении критичности по отношению к безопасности, в первую очередь для себя, подростков, склонных к суициду.

Для экспериментальной группы на уровне индивидуальных приоритетов наиболее значимыми являются ценности, почти тождественные нормативным, — «стимуляция» ( х =4,5±1,28), «доброта» ( х =5,3±1,46), «гедонизм» ( х =4,7±1,73). Для контрольной группы главные индивидуальные ценности — «безопасность» ( х =5,8±1,77), «самостоятельность» ( х =5,3±1,56) и «доброта» ( х =5,1±1,34).

Статистически значимые различия выявлены по ценностям на уровне индивидуальных приоритетов — «безопасность» (t=2,016 при р>0,05=1,958) и «самостоятельность» (t=2,145 при р>0,05=1,958), т. е. для подростков, предпринявших суицидальную попытку, личностное значение данных двух ценностей достоверно менее значимо. Данный факт может свидетельствовать об отсутствии самостоятельности и опасений за свою жизнь у подростков с суицидальными склонностями.

Достоверно значимые отличия также выявлены по ценности «гедонизм». В сравнении с группой подростков, совершивших попытку суицида, у испытуемых контрольной группы ценность «гедонизм» (t=2,168 при р>0,05=1,958) оценивается значительно ниже, т. е. респондентами экспериментальной группы ценятся наслаждение или чувственное удовольствие. Низкие результаты по данной ценности объясняются большей установкой на социально желаемые ответы в контрольной группе, т. е. высокое желание соответствовать нормам общества говорит о низкой склонности к делинквентности в силу ориентации на нормативные социальные явления.

Иррациональные установки подростков, совершивших суицидальную попытку. Анализируя данные, полученные по методике «Диагностика наличия и выраженности иррациональных установок» А. Эллиса, можно констатировать достоверно значимые различия, полученные по шкалам «катастро-физация» (t=2,243 при р>0,05=1,958), «долженствование в отношении себя» (t=2,682 при р>0,01=2,580), «самооценка и рациональность мышления» (t=2,673 при р>0,01=2,580) и «фрустрационная толерантность» (t=2,168 при р>0,05=1,958), т. е. в контрольной группе иррациональные установки отсутствуют по шкалам «катастрофизация» (х=21,6±5,21), «долженствование в отношении себя» (х=24,1±6,14), «самооценка и рациональность мышления» (х=22,8±7,01) и имеется средняя вероятность возникновения и развития стресса по шкалам «долженствование в отношении других» (наличие чрезмерно высоких требований к себе, «то, что я должен другим») (х=18,4±3,51), «фрустра-ционная толерантность» (средний уровень стрессо-устойчивости) (х=19,4±5,54).

В экспериментальной группе отмечается наличие выраженных иррациональных установок по шкале «катастрофизация» ( х =14,1±4,74), откуда следует, что у подростков, совершивших суицидальную попытку, имеются ярко выраженные иррациональные установки, характеризующиеся резким преувеличением негативного характера явления или ситуации. Средние значения по шкале «долженствование в отношении себя» ( х =15,9±5,01) констатируют наличие иррациональной установки, т. е. желание манипулировать и контролировать поведение других.

Высокая выраженность иррациональных установок в группе подростков с суицидальным поведением выявлена по шкале «самооценка и рациональность мышления» ( х =11,7±4,12), что может интерпретироваться как «мое чувство собственной ценности не повышается, даже если у меня есть успехи в учебе» и «одобрение или неодобрение моих друзей или членов моей семьи не влияет на то, как я оцениваю самого себя». Иными словами, подросткам, предпринявшим попытку суицида, свойственно оценивать не отдельные черты или поступки людей, а личность в целом. Высокая оценка «фру-страционной толерантности» личности ( х =19,4±5,18) показывает низкую стрессоустойчивость в экспериментальной группе, что может нередко снижать у них способность переносить жизненные проблемы и трудности под воздействием тяжелых неблагоприятных как внешних, так и внутренних стимулов.

Выводы

• 1.    У подростков, предпринявших попытку суицида, показатели «общий уровень осмысленности жизни», «цели жизни», «процесс жизни», «результат жизни», «локус контроля — Я», «локус контроля — Жизнь» имеют одинаково низкую выраженность по сравнению с подростками нормативного типа поведения. У подростков с суицидальными намерениями отсутствуют перспективные цели, придающие жизни осмысленность, временную перспективу и направленность. Такие подростки не воспринимают процесс своей жизни как интересный, важный и наполненный смыслом.

• 2.    Подростки, совершившие суицидальные попытки, в отличие от подростков с нормативным поведением, характеризуются меньшей удовлетворенностью своей жизнью, отсутствием долговременных жизненных целей и способностью к их реализации, а также считают жизнь пустой и бессмысленной, описывая ее, как не поддающуюся личному контролю в силу сложившихся обстоятельств.

• 3.    Представления и принципы подростков с суицидальным поведением слабо структурированы и размыты. На уровне индивидуальных приоритетов для них наиболее значимыми являются ценности «стимуляция», «доброта»; наименее значимыми — «власть», «традиции», «достижения», «безопасность».

• 4.    У подростков с суицидальными намерениями отмечается наличие ярко выраженных иррациональных установок: резкое преувеличение негативного характера явления или ситуации; желание манипулировать поведением других и контролировать его; иррациональные мысли, которые свидетельствуют о том, что им свойственно оценивать не отдельные черты или поступки людей, а личность в целом; мышления, характеризующегося позицией «Все или ничего!», и дихотомичностью, что становится источником формирования патоориен-тированных, или «инвалидизированных», личностей; низкой стрессоустойчивости.

Область применения и перспективы. Результаты данного исследования позволят расширить знания о причинах суицидального поведения, а значит, они могут быть использованы для оптимизации помощи подросткам, совершившим суицидальную попытку, для создания новых программ и профилактических мероприятий по предупреждению негативных явлений в подростковой среде, что представляется серьезным шагом в борьбе с подростковой суицидальностью.