Особенности пищевого поведения лиц с разным уровнем эмоционального интеллекта

Актуальность исследования особенностей пищевого поведения у лиц с разным уровнем эмоционального интеллекта обусловлена высокой и продолжающей расти распространенностью нарушений пищевого поведения (РПП) в современном обществе. Данные расстройства имеют комплексную природу, где психологические факторы играют ключевую роль. В этом контексте понимание взаимосвязи между способностью человека распознавать, понимать и управлять эмоциями (эмоциональным интеллектом) и его пищевым поведением представляется чрезвычайно важным для разработки эффективных профилактических и коррекционных программ.

Особенно исследование актуально в отношении женщин, у которых происходит более выраженное влияние эмоционального состояния на пищевое поведение. Женские эмоции, особенно стресс и тревога, оказывают сильное влияние на пищевой выбор. Поэтому изучение этой темы имеет большое значение для понимания причин нарушений пищевого поведения у женщин и разработки методов их регуляции.

Теоретической основой для создания понятия «эмоциональный интеллект» (ЭИ) послужила множественная концепция интеллекта Х. Гарднера [1]. Первую научную модель ЭИ предложили Дж. Мэйер, П. Сэловей и Д. Карузо, определив данный феномен как «способность отслеживать собственные и чужие чувства и эмоции, различать их и использовать эту информацию для направления мышления и действий» [12, с. 188]. Д. Гоул-ман расширил это понятие, рассматривая ЭИ как «совокупность факторов, позволяющих личности мотивировать себя, контролировать импульсивные проявления, управлять эмоциональным состоянием, избегать фрустрации и добиваться успеха в повседневной жизни» [2, с. 12]. Р. Бар-Он определяет ЭИ в виде «непознавательной способности и определенных знаний, благодаря которым индивид успешно справляется с разнообразными ситуациями в своей жизни» [10, с. 16], а Г. Орме — как «эмоциональные, личностные и социальные способности, воздействующие на такие действия человека, которые способствуют эффективной адаптации к требованиям окружающей среды» [8, с. 40].

Пищевое поведение как комплексный поведенческий акт, находящийся на стыке физиологии и психологии, активно исследуется в современной науке. Его особенности и детерминанты изучались такими отечественными авторами, как М. А. Лычковская, О. В. Заяц [4], А. П. Михайлова, Д. А. Иванова, А. В. Штрахова [6], Е. А. Сергиенко [9]. Гендерные аспекты пищевого поведения были предметом изучения С. А. Малкиной, Н. Г. Артемцевой [5], Е. А. Петровой, С. В. Петуниной [7], Ю. Ю. Гу-дименко, Д. Р. Бондарук [3]. Однако работ, целенаправленно исследующих связь пищевого поведения именно с уровнем развития эмоционального интеллекта, остается недостаточно.

Целью настоящего исследования является выявление специфических особенностей пищевого поведения у лиц с разным уровнем эмоционального интеллекта. В соответствии с поставленной целью нами были определены следующие задачи исследования:

• 1)    провести диагностику уровня ЭИ и показателей пищевого поведения с помощью методик;

• 2)    выделить три экспериментальные группы с низким, средним и высоким уровнем ЭИ;

• 3)    определить специфику пищевого поведения в группах женщин с разным уровнем ЭИ.

Материалы и методы исследования

В эмпирическом исследовании была использована батарея стандартизированных методик. Для оценки общего уровня ЭИ и его компонентов (восприятие, использование, понимание и управление эмоциями) применялся тест эмоционального интеллекта Мэйер — Сэловей — Карузо (MSCEIT) (перекодировка ответов производилась по консенсусу [11]).

Диагностика пищевого поведения проводилась с помощью трех методик:

• 1)    голландский опросник пищевого поведения (DEBQ) — для оценки типичных моделей пищевого поведения: ограничительного (характеризуется преднамеренными усилиями, направленными на достижение или поддержание желаемого веса посредством самоограничения в питании, напри-

• мер, диетическое питание), эмоциогенного (проявляется в том, что при психоэмоциональном напряжении, волнении или сразу после окончания действия фактора, вызвавшего стресс, у человека резко усиливается аппетит и возникает желание поесть) и экстернального (проявляется повышенной реакцией не на внутренние стимулы к приему пищи, а на внешние: витрина продуктового магазина, хорошо накрытый стол, принимающий пищу человек, реклама пищевых продуктов и т. д.);

• 2)    опросник отношения к приему пищи (EAT-26) — для скрининга риска развития расстройств пищевого поведения (анорексия, булимия);

• 3)    шкала оценки пищевого поведения (Станкар-да) — для диагностики типа телосложения и связанного с ним поведенческого паттерна, где семь субшкал: «Стремление к худобе» — чрезмерное беспокойство о весе и систематические попытки похудеть; «Булимия» — побуждение к наличию эпизодов переедания и очищения; «Неудовлетворенность телом» — определенные части тела (бедра, грудь и ягодицы) воспринимаются как чрезмерно толстые; «Неэффективность» — ощущение общей неадекватности (чувство одиночества, отсутствие ощущения безопасности) и неспособности контролировать собственную жизнь; «Перфекционизм» — неадекватно завышенные ожидания в отношении высоких достижений; неспособность прощать себе недостатки; «Недоверие в межличностных отношениях» — чувство отстраненности от контактов с окружающими; «Интероцептивная некомпетентность» — дефицит уверенности в отношении распознавания чувства голода и насыщения.

Подтверждение гипотезы осуществлялось методами математико-статистической обработки дан- ных (непараметрический критерий H Краскелла — Уоллеса для выявления различий между тремя независимыми группами).

Исследование проводилось на социальной выборке жителей Челябинска и Челябинской области и носило характер пилотажного. Выборка составила 30 человек (женщины) в возрасте от 19 до 49 лет ( M = 34, σ = 9,6). Сбор эмпирических данных осуществлялся дистанционно с помощью Google Forms.

Гипотезой исследования выступило предположение: существуют особенности пищевого поведения у женщин с низким, средним и высоким уровнем ЭИ.

Результаты исследования и их обсуждение

Для выявления особенностей пищевого поведения у женщин с разным уровнем эмоционального интеллекта было проведено эмпирическое исследование.

Описательная статистика по показателям эмоционального интеллекта (MSCEIT) по всей выборке представлена в табл. 1.

На основании полученных данных можно констатировать, что в целом выборку характеризует эмоциональный интеллект с наиболее положительно выраженной стороной в области понимания эмоций ( М = 15,1; σ = 2,9) и слабой — в области управления эмоциями ( М = 10,2; σ = 2,3). Неоднородность выборки (отрицательный эксцесс по большинству шка л) является благоприятным условием для выделения групп по уровню ЭИ и проведения сравнительного анализа.

Далее вся выборка ( N = 30) была разделена на три группы по процентилям.

Группа 1 (низкий уровень (≤ 44,78): 10 человек.

Таблица 1

Table 1

Описательная статистика эмоционального интеллекта (MSCEIT) Descriptive Statistics of Emotional Intelligence (MSCEIT)

Компоненты эмоционального интеллекта	М ср	σ	Ассиметрия		Эксцесс
			Статистика	Стандартная ошибка	Статистика	Стандартная ошибка
Восприятие эмоций	12,0003	1,46373	–0,562	0,427	–0,450	0,833
Использование эмоций	12,3787	2,31013	–0,659	0,427	–0,615	0,833
Понимание эмоций	15,1103	2,91975	–0,431	0,427	–0,783	0,833
Управление эмоциями	10,1510	2,31372	–0,648	0,427	0,238	0,833
ЭИ (интегральный)	49,6403	7,54010	–0,117	0,427	–1,441	0,833

Группа 2 (средний уровень (44,79–53,64): 10 человек

Группа 3 (высокий ЭИ (≥ 53,65): 10 человек.

Для проверки гипотезы о существовании статистически значимых различий в показателях пищевого поведения между группами с разным уровнем эмоционального интеллекта был применен критерий Краскела — Уоллиса. Результаты сравнительного анализа представлены в табл. 2.

Полученные данные позволяют сделать следующие выводы об особенностях пищевого поведения у женщин с разным уровнем ЭИ. Женщины с высоким уровнем эмоционального интеллекта демонстрируют наиболее адаптивный и осознанный профиль пищевого поведения. Для них характерно ограничительное пищевое поведение (H = 11,741; p = 0,003), что в данном контексте может интерпретироваться не как ригидный контроль, а как проявление способности к сознательной саморегуляции и управлению своими пищевыми привычками. Кроме того, данная группа значимо менее подвержена экстернальному пищевому поведению (H = 9,372; p = 0,009), то есть их пищевые реакции в меньшей степени зависят от внешних стимулов (вида, запаха еды, приема пищи в компании), что свидетельствует о лучшем распознавании внутренних сигналов голода и сытости. Это подтверждает- ся и самым низким показателем интероцептивной некомпетентности (H = 6,361; p = 0,042).

Наиболее тревожные результаты выявлены в группе со средним уровнем эмоционального интеллекта. Именно эти респонденты демонстрируют статистически значимо более высокие показатели по шкалам «стремление к худобе» ( H = 14,728; p = 0,001) и «риск пищевых расстройств» ( H = 6,416; p = 0,040), а также максимальную выраженность экстернального пищевого поведения. Полученный результат может быть объяснен с позиции «зоны риска»: женщины со средним ЭИ, вероятно, в достаточной степени осведомлены о социальных стандартах красоты и испытывают связанное с ними давление, однако не обладают развитыми навыками управления эмоциями, чтобы противостоять этому давлению и формировать здоровое, автономное отношение к своему телу. Их ЭИ достаточен для осознания проблемы, но недостаточен для ее эффективного разрешения, что приводит к росту внутреннего напряжения и реализации дезадаптивных поведенческих паттернов.

Для женщин с низким эмоциональным интеллектом характерна иная картина нарушений. У них не выявлено значимых различий по поведенческим шкалам (эмоциональное, экстернальное поведе-

Таблица 2

Table 2

Сравнения выраженности показателей пищевого поведения у женщин с разным уровнем эмоционального интеллекта

Comparisons of the severity of eating behavior in women with different levels of emotional intelligence

Нарушения пищевого поведения и связанные с ними психологические факторы Средний ранг H p 1-я группа (низкий ЭИ) 2-я группа (средний ЭИ) 3-я группа (высокий ЭИ) Ограничительное пищевое поведение 7,56 16,19 20,58 11,741 0,003 Эмоциональное пищевое поведение 13,22 16,06 16,73 0,895 0,639 Экстернальное пищевое поведение 17,94 21,50 10,12 9,372 0,009 Риск пищевых расстройств 10,78 21,50 15,08 6,416 0,040 Стремление к худобе 14,11 25,19 10,50 14,728 0,001 Булимия 13,83 20,56 13,54 5,156 0,076 Неудовлетворенность телом 20,89 13,75 12,85 4,963 0,084 Неэффективность 19,17 14,06 13,85 2,492 0,288 Перфекционизм 19,56 19,00 10,54 7,566 0,023 Недоверие в межличностных отношениях 15,72 17,13 14,35 0,508 0,776 Интероцептивная некомпетентность 21,17 14,69 12,08 6,361 0,042 ние), однако ключевой проблемой является интероцептивная некомпетентность (наиболее высокая в этой группе, H = 6,361; p = 0,042). Это свидетельствует о трудностях в различении собственных эмоциональных и физиологических состояний. Группа с низким ЭИ также ассоциируется с повышенным перфекционизмом (H = 7,566; p = 0,023), что создает почву для внутреннего конфликта и хронической неудовлетворенности.

Необходимо отметить, что ряд важных показателей, таких как эмоциональное пищевое поведение, булимия, неудовлетворенность телом, неэффективность, недоверие в межличностных отношениях, не показали статистически значимых различий между группами, что, вероятно, связано с ограниченностью выборки.

Ограничения исследования включают небольшой объем пилотажной выборки и ее региональную специфику, что не позволяет экстраполировать результаты на генеральную совокупность. Перспективным направлением для будущих работ является расширение выборки по численности, а также включение в анализ мужской выборки для проведения гендерных сравнений.

Заключение

Проведенное исследование позволяет заключить, что уровень эмоционального интеллекта является значимым, но не универсальным фактором, связанным с различными аспектами пищевого поведения у женщин. Обнаружены статистически значимые различия по ряду ключевых показателей, однако их характер оказался нелинейным. Наибольший риск дезадаптивных пищевых установок и поведения наблюдается не в группе с низким, а в группе со средним уровнем эмоционального интеллекта. Это свидетельствует о том, что средний уровень ЭИ может являться особой «зоной уязвимости», где присутствует осознание социальных норм и требований, но отсутствуют эффективные эмоциональные инструменты для совладания с ними. Высокий эмоциональный интеллект выступает фактором, способствующим формированию более осознанного и саморегулируемо-го пищевого поведения, характеризующегося целенаправленным контролем (ограничительное поведение), низкой зависимостью от внешних стимулов и хорошим контактом с внутренними ощущениями. Низкий эмоциональный интеллект связан преимущественно с когнитивно-эмоциональным дефицитом (интероцептивная некомпетентность, перфекционизм), который, однако, не всегда напрямую транслируется в конкретные поведенческие паттерны.