Особенности профилактики преступлений, совершаемых женщинами-преступницами в местах лишения свободы

Ж енская преступность в последнее время претерпевает изменения: увеличивается удельный вес женщин-преступниц, совершающих тяжкие преступления, общественно опасные посягательства с использованием боевого оружия, совершающих преступления, не отбыв наказание в виде лишения свободы. В 2014 году привлечено к уголовной ответственности 79 женщин (удельный вес всех женщин-преступниц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, составил 0,4 %); 2015-м – 183(0,9 %); 2016-м – 169 (0,9 %); 2017-м – 198 (1,1%); 2018-м – 183 (1,1 %); 2019-м – 196 (1,2 %); 2020-м – 194(1,4 %); 2021-м – 192(1,3 %); 2022-м – 178 (1,3 %); 2023-м – 221 (1,4 %). При этом большинство женщин-преступниц отбывают уголовное наказание в виде лишения свободы в колонии общего режима. В 2014 году отбывание наказания в колонии общего режима было постановлено 15 039 женщинам-преступницам (удельный вес среди всех осужденных составил 14,6 %; среди всех осужденных которым назначено лишение свободы – 85,4 %); в 2015 году – 15 728 (15,3 и 86,1 % соответственно); 2016-м – 14 593 (14,8 и 87,6 %); 2017-м – 13 601 (14,4 и 86,5 %); 2018-м – 12 666 (13,9 и 82,3 %); 2019-м – 11 936 (14,3 и 80,1 %); 2020-м – 10 047 (13,6 и 79,8 %); 2021-м. – 11 001 (13,6 и 78,5 %); 2022-м – 11 536 (13,6 и 77,9 %); 2023-м – 11 542 (13,6 и 78,4 %). Удельный вес женщин-преступниц, которым назначено отбывание наказание в колонии общего режима среди всего количества осужденных женщин с 2020 по 2023 год остается на одном уровне. Обозначенное порождает необходимость выработки эффективных мер предупреждения преступлений, совершаемых женщинами в период отбывания наказания в местах лишения свободы. «Лучше предупреждать преступления, чем карать за них» [1, с. 101]. Главная форма предупреждения преступлений – их профилактика.

Профилактика женской преступности в пенитенциарных учреждениях включает в себя общие, индивидуальные и виктимологические меры, которые должны учитывать гендерные различия осужденных, способствующие эффективному профилактическому воздействию. Гендерный подход позволяет индивидуализировать профилактические меры, осуществлять исправление и ресоциализацию женщин-преступниц [2, с. 25]. Исправление женщин-преступниц в процессе отбывания уголовного наказания, их ресоциализация – задачи, стоящие перед пенитенциарны- ми учреждениями. Но реализуемые профилактические меры не в полном объеме учитывают особенности женской преступности, связанные с социальной ролью, функциями женщины [3, с. 57], образом жизни и профессиональной деятельностью [4, с. 141, 143]. При этом милосердие и гуманность должны быть базовыми принципами профилактического воздействия на женщин-преступниц в местах лишения свободы [5, с. 236].

Главная социальная роль женщины – быть матерью. Она заботится о детях, обеспечивает им безопасность, развитие. Женщина учит их основам морали и духовности, формирует их личность и готовит к самостоятельной жизни. Она играет детерминирующую роль в процессе формирования нравственных ориентиров [6, с. 1]. Женщины-преступницы, отбывая наказание в местах лишения свободы, этого не осуществляют. Для поддержания детско-родительских отношений Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации (далее – УИК РФ) предоставляет возможность женщине встретиться со своим ребенком за пределами исправительных учреждений (ч. 2, 2.1, 2.2, 3 ст. 97 УИК РФ). Согласно переписи осужденных и лиц, содержащихся под стражей, только 4,0 % женщин воспользовались правом выезда за пределы пенитенциарного учреждения для устройства ребенка, находящегося в доме исправительной колонии, у родственников или в детском доме; 4,4 % – не имели желание выезжать с указанной целью; 18,7 % – не воспользовались правом по иным причинам; 10,0 % – выезд не предоставлялся в силу ч. 3 ст. 97 УИК РФ [7, с. 50].

Не все осужденные женщины-преступницы воспользовались правом выезда за пределы пенитенциарного учреждения для свидания с ребенком-инвалидом и ребенком до 14 лет. Согласно переписи 4,7 % женщин не имели намерение выезжать; 26,8 % – не выезжали по иным причинам для свидания с ребенком до 14 лет, 16,7 % – с ребенком-инвалидом [7, с. 50-51]. О повышенной степени общественной опасности свидетельствует нежелание женщины заниматься своими детьми, отказ от ребенка, нежелание восстановить родительские права, видеться с ним, уклонение от его воспитания, в то время как связь женщины с детьми способствует формированию позитивного поведения, снижает степень общественной опасности личности женщины-преступницы. Поэтому в це- лях профилактики в местах лишения свободы следует усилить работу в этом направлении. Например, на территории Свердловской области, Краснодарского и Красноярского краев реализуется проект «Школа материнства для женщин в заключении» при поддержке Фонда Президентского гранта, направленный на появление материнского чувства, поддержание детско-родительских отношений. С женщинами-преступницами проводятся различные занятия, связанные с рождением ребенка и его воспитанием, уходом за ним, поддержанием психологического состояния женщины и ее мотивации к связи с ребенком [8]. Таких проектов, реализуемых общественными организациями, в России немного.

Причинами нереализации обозначенного права женщинами-преступницами являются возникающие проблемы его осуществления. Одной из таких проблем является то, что в субъектах РФ, в которых проживают дети, может не быть пенитенциарного учреждения для отбывания наказаний женщинами. Согласно переписи осужденных, проведенной в 2022 году, 44,4 % женщин-преступниц отбывали наказание в пенитенциарных учреждениях не в том районе (городе), но в том же субъекте РФ, где женщина имела постоянное место жительства до осуждения; 6,5 % – в другом субъекте РФ (по месту осуждения); 28,1 % – в другом субъекте РФ (не по месту жительства и осуждения) [7, с. 44]. Показатель женщин-преступниц, отбывающих наказание в ином субъекте РФ, в 2022 году по сравнению с 1989 годом уменьшился в два раза, но всё равно является значительным. Женщине-преступнице, отбывающей наказание в ином субъекте РФ, затруднительно видеться с ребенком или это невозможно: границы субъекта РФ могут быть значительными, поэтому родственникам тяжело добраться до места отбывания наказания; препятствием могут быть и высокие цены на проезд. Детско-родительские отношения подрываются, что сказывается на росте совершенных преступлений женщинами-преступницами в пенитенциарных учреждениях.

Иной проблемой выступает отказ женщины-преступницы от совместного проживания с собственным ребенком в пенитенциарном учреждении. В данной ситуации ребенок передается родственникам или в специализированное учреждение для содержания, ухода, воспитания и обучения (детский дом), в иную семью. Это негативно сказывается на исправлении. Поэтому у женщин-преступниц в местах лишения свободы следует сформировать материнские чувства, потребность в заботе о детях, определив содержание воспитательной работы [9, с. 14, 16], учитывая, что воспитательная работа с женщинами-преступницами в пенитенциарных учреждениях должна быть комплексной. В ином случае такая работа не достигнет своей цели.

В отдельных случаях отказ женщины-преступницы от совместного проживания с ребенком является вынужденным, поскольку не при каждой женской колонии имеется дом ребенка. При женских колониях функционирует всего 13 домов ребенка. Например, в Пермском крае домов ребенка при колонии нет. Уполномоченный по правам человека справедливо отмечает, что данная проблема требует решения путем создания домов ребенка при каждой женской колонии [10].

Семья – сдерживающий фактор совершения преступлений. У женщин-преступниц, отбывающих наказание, чаще, чем у мужчин, распадаются семьи: мужчины сохраняют семью в 2,5 % раза чаще, чем женщины. Расторжение брака с любимым человеком может привести к глубокой депрессии, нарушению адаптации, преступному поведению женщины. Таким женщинам трудно адаптироваться к условиям жизни в пенитенциарных учреждениях [11, с. 67]. По данным переписи, лишь 5,8 % женщин вступили в брак в местах лишения свободы. При этом брак женщины-преступницы во время отбывания наказания могут заключать с иными осужденными, что может порождать семейную десоциализацию, которая заключается во взаимодействии негативных компонентов семьи с личностью, происходит либо отрицательная коррекция личности женщины-преступницы, либо дезорганизация семьи, влекущая преступность [12, с. 60; 13, с. 84]. Поэтому необходимо выработать меры против семейной десоциализации и возможности сохранения семьи для женщин.

Женщины-преступницы тяжело адаптируются в местах лишения свободы, многие перестают ощущать себя женщинами [14, с. 46], поэтому психологическая помощь будет иметь профилактическое воздействие. Психологическая помощь положительно скажется и на формировании социально одобряемых моделей поведения. Согласно переписи осужденных и лиц, содержащихся под стражей, 2022 года психологическая помощь предоставлялась 51,2 % женщинам-преступницам; 10,3 % – не предоставлялась в силу отсутствия возможности; 38,5 % женщин-преступниц не желали получить психологическую помощь [7, с. 58]. Необра-щение за психологической помощью – особенность менталитета и воспитания. В большинстве случаев возраст женщин-преступниц составляет 30-49 лет. В 2023 году количество женщин-преступниц в возрасте 30-49 лет составило 53 729 лиц (63,3 %); в возрасте 50 лет и старше – 10 986 лиц (12,9 %). Это лица, родившиеся в СССР, где обращаться за психологической помощью было не принято. В этом случае, как правило, женщина прибегает к помощи близких, например, родственников, или других женщин-преступниц.

Используемыми формами психологической работы с осужденными выступают: педагогический ау- тотренинг, арт-терапия, группы встреч, ролевые игры. Например, в ИК-11 ГУФСИН России по Иркутской области проводится ролевая игра «Школа выживания», призванная помочь женщине найти выход из ситуации. Однако в пенитенциарных учреждениях всем женщинам-преступницам следует предоставить возможность получения психологической помощи, а также увеличить формы психологической работы. В Норвегии, например, разработана психологическая программа снижения стресса, преодоления агрессии [15, с. 116].

Профилактическое воздействие на женщин-преступниц в местах лишения свободы окажет профессиональное обучение, трудовая адаптация дан- ных осужденных и другие меры, учитывающие социально-биологические, нравственно-психологические качества и свойства личности женщины-преступницы и современные реалии.

На основании вышеизложенного можно утверждать, что профилактика преступлений, совершаемых женщинами-преступницами в местах лишения свободы, должна учитывать гендерные особенности, в связи с чем следует разработать эффективный механизм профилактики, содержащий общие, индивидуальные и виктимологические меры, пересмотреть действующее уголовно-исполнительное и иное законодательство Российской Федерации.