Отражение политической деятельности полот-хана в рукописном источнике «Тарихи Азизи»

Бюллетень науки и практики / Bulletin of Science and Practice

УДК 94 (575.1)                                   

История освободительных движений народов Центральной Азии во второй половине XIX века представляет собой важнейший пласт в изучении социально-политической динамики региона. Ферганская долина, как один из стратегических центров, стала ареной острейших конфликтов, вызванных усилением внешнего давления и внутренней нестабильностью Кокандского ханства. В эти годы особую роль сыграли харизматичные лидеры, способные сплотить различные этнические и социальные группы вокруг идеи сопротивления. Среди них особо выделяется фигура Исхака Асан уулу, вошедшего в историю под именем Полот-хан. Возглавив восстание 1873‒1876 годов, он проявил себя не только как военный руководитель, но и как политический деятель, чьи действия оказали значительное влияние на ход и характер антиколониальной борьбы против экспансии Российской империи.

Важнейшие сведения о политической деятельности Полот-хана и его окружения сохранились как в устных преданиях, так и в письменных источниках, некоторые авторы этих произведений были непосредственными свидетелями и участниками событий. Особое место среди таких материалов занимает рукописный труд «Тарихи Азизи». Этот источник уникален тем, что сочетает в себе историческую хронику, личные наблюдения и оценочные комментарии, позволяя не только восстановить последовательность событий, но и понять, как воспринимались те или иные политические шаги восставших современниками. Автор «Тарихи Азизи» Мулла Азиз бин Мулла Муххамад-Риза Маргинани передает эмоциональный фон эпохи, отражает взгляды и настроения, господствовавшие в среде участников движения, а также фиксирует политические оценки, характерные для второй половины XIX века.

Обращение к данному источнику в контексте изучения фигуры Полот-хана открывает широкие исследовательские перспективы. Оно дает возможность глубже осмыслить особенности политического лидерства в условиях социального кризиса, выявить механизмы мобилизации многоэтничных сообществ и проследить, каким образом формировался образ лидера в исторической памяти народов Ферганской долины. Анализ содержания «Тарихи Азизи» также способствует расширению представлений о политической культуре и стратегиях сопротивления, сложившихся в регионе на фоне трансформации власти и внешнеполитического давления в рассматриваемый период.

Материалом для исследования послужила рукописная книга «Тарихи Азизи», в которой содержатся ценные сведения о политической деятельности Полот-хана и событиях, связанных завоевательных действий Российской Империи. В качестве источников использованы как полный текст рукописи, так и ее фрагменты, относящиеся к периоду активной деятельности Полот-хана. Дополнительно были привлечены опубликованные исторические труды и устные предания, что позволило провести комплексный анализ материала. Методологическая база исследования включает историко-сравнительный метод для выявления сходств и различий между описаниями в «Тарихи Азизи» и другими источниками; источниковедческий анализ для определения достоверности и особенностей изложения событий; а также контент-анализ текста рукописи, направленный на выявление авторской позиции, стилистики и политической оценки личности Полот-хана. Такой подход позволил выявить, каким образом автор рукописи интерпретировал политическую деятельность Полот-хана, и определить значимость этих сведений для реконструкции исторических событий второй половины XIX века.

Произведение Мулла Азиз бин Мулла Муххамада-Риза Маргинани «Тарихи Азизи» представляет собой письменный памятник, обладающий значительной исторической ценностью. Единственный дошедший до наших дней экземпляр был переписан самим автором и в настоящее время хранится в фондах Института востоковедения Академии наук Узбекистана под номером 11108 [3].

Автор произведения — Мулла Азиз бин Мулла Муххамад-Риза Маргинани, который на протяжении 27 лет служил писарем в канцелярии начальника Маргиланского уезда. Его отец, происходивший из кишлака Чимён, был местным ашофом и занимал должность придворного чиновника [3].

Мухаммад Азиз Маргинани создал своё произведение на узбекском и таджикском языках. Заключительные две главы «Тарихи Азизи» посвящены истории Средней Азии, в частности – политическим и социальным процессам в Кокандском ханстве [3].

Впервые информацию о произведении опубликовал Ахмад Заки Валиди [2].

В настоящее время в научной литературе оно именуется как «Тарихи Азизи» и как «Тасниф-и Гариб». Рукопись состоит из 436 страниц, 5 глав и 166 небольших разделов. В последнее время узбекскими учёными Ш. Вахидовым и Д. Сангировой было подготовлено специальное исследование по произведению «Тарихи Азизи», а также защищена диссертационная работа. По мнению Д. Сангировой, труд был написан в 1910 г, а его автор скончался после 1910 г [9].

До определённого времени Р. Н. Набиев в своём труде «Из истории Кокандского ханства», опираясь на сведения из рукописной книги, относящиеся к периоду правления Худояр-хана, упоминал это произведение под названием «Тасниф-и Гариб» [8].

Однако последующие исследования подтвердили, что его подлинное название — «Тарихи Азизи» [1].

В первых трех главах произведения автор передает информацию о разных династиях, правителях, знаменитых людях, сведения об истории городов, фрагменты из «Цеховых трактатов» (рисала), краткие истории. Однако стиль описания меняется в 4 и 5-х главах, посвященных истории кокандских правителей, здесь автор переходит к более систематическому изложению событий, выражая к ним свое отношение. Особенно та часть, которая посвящена событиям, связанным с ликвидацией Кокандского ханства и превращение его в колонию Российской империи, написаны на основе наблюдений самого Мулла Азиза и могут быть оценены как историко-мемуарная часть. С этой точки зрения, учитывая содержание этой части, название «Тарих-и Азизи» (История Азизи) вполне логично [6].

Данный труд отличается богатым фактическим материалом и содержит достоверные сведения по истории региона. Отражение политической деятельности Полот-хана в рукописной книге «Тарихи Азизи» представлено через подробное описание его правления, включая ключевые внутренние и внешние события. В книге освещаются реформы, направленные на укрепление государственной власти, а также военные кампании и дипломатические отношения с соседними государствами. Особое внимание уделяется политическим вызовам и способам их преодоления, а также роли Полот-хана в стабилизации региона. Источник отражает историческую обстановку того времени и показывает взгляд современников на деятельность Полот-хана, раскрывая важные аспекты политической жизни и управления в данном историческом периоде.

«Тарихи Азизи» фиксирует не только фактологическую канву событий, но и ментальное восприятие борьбы за власть и независимость, сложившееся среди представителей кокандской историографической школы. Полот-хан в этом нарративе предстает не просто как военный лидер, но как политическая фигура, чья деятельность была направлена на мобилизацию различных этнических и социальных групп Ферганской долины. Его стратегия включала не только вооружённые действия, но и активное использование политических символов, обращённых к исламской идентичности и традициям местного управления. Таким образом, введение «Тарихи Азизи» в научный оборот позволяет уточнить мотивацию и политические цели Полот-хана, увидеть, как они воспринимались его современниками, и понять, каким образом его фигура вписывалась в более широкий контекст антиколониального сопротивления конца XIX века. Также в данной работе отмечается, что «Мулла Азиз (как и некоторые другие историки) полагал, что если бы в Коканде сохранялась спокойная обстановка, русские не решились бы на ликвидацию ханства. Конечно, это был наивный взгляд, поскольку автор едва ли был осведомлен о всех перипетиях колониальной политики в Туркестане и военных амбициях Фон Кауфмана» [6].

Кроме того, автор отмечает, что в 1873 г Худояр-хан издал указ «махрум мерос» (лишённый наследства), согласно которому хан получил право претендовать на имущество, оставленное умершими в период его правления. Это нововведение вызвало серьёзное недовольство и стало одним из факторов усиления внутренних конфликтов в ханстве. Автор повествует от лица правителя, который утверждает, что уже двадцать пять лет занимает трон благодаря собственному усердию и воле. За это время он неоднократно отменял решения о наследстве и договора, нарушающие порядок, установленный султанским указом, и заменял их новыми постановлениями, обеспечивающими равное распределение наследства между всеми наследниками. В источнике говорится о том, что хан в гневе отменял решения и наказывал подданных, применяя разные политические меры. Однако спустя некоторое время он жалел о своих действиях, но уже было поздно — документы и бумаги, связанные с наследственными и имущественным и делами, переписывались заново, требовались новые печати, а народ пребывал в страхе и вынужденном подчинении. Нарушение норм шариата и традиционных правил привело к накоплению доходов, которые превратились в значительное ханское сокровище. Судьи и приближенные, пользуясь ситуацией, также обогатились [5].

Сведения об указе Худояр-хана «махрум мерос» («лишённый наследства») содержатся также в рукописной книге Мирза Алима Тошкандия «Ансобу-с-салатин ва тавориху-л-хавокин». В источнике отмечается: «Лишение наследства получило широкое распространение, поэтому хан объявил старые васики недействительными. Это не нравилось улемам, учёным людям и амирам, однако они не осмеливались просить хана отменить своё решение и вынуждены были терпеть». На этом фоне начались волнения среди кыргызов: они выдвинули собственного хана, а человек по имени Маъмур выступил против Худояр-хана, что вызвало серьёзное беспокойство и тревогу правителя. Для подавления выступлений Худояр-хан отправил своего брата Султана Мурадбека, правителя Маргилана, с большим военным отрядом [4].

Однако обстановка осложнилась выступлением Полот-хана, вспышками недовольства в Намангане, Тура-кургане, Андижане и попыткой подавить эти выступления силами отрядов Головачева, Троцкого и Скобелева. Вали-хан-тура будто бы получил от Полот-хана в управление Маргилан, и удерживал город «от грабежа восставших». Вскоре на Маргилан стал претендовать Султан-Мурад-бек (младший брат Худояр-хана), что еще больше накалило обстановку. Вали-хан-тура получает от казиев города фетву, которая содержала решение о том, что против Султан-Мурада можно вести войну, «так как он стал человеком русских», стало быть, отступником. И к тому же была дана фетва на то, что в день сражения отменяется пост. Собранные отряды напали на крепость Файзабад, где сидел Султан-Мурад-бек. Последнему удалось с трудом убежать в сторону Коканда. Однако по пути он был пойман «людьми селения бачкир», ограблен и «за то, что продался русским», был отправлен в Асаку к Полот-хану. Тогда же «бессовестные простолюдины» (по характеристике автора) схватили и убили богословов Коканда, кто незадолго до этого встретил русских с мирной делегацией. Затем толпа ворвалась

в крепость Коканда, однако Наср-аддин-хан успел сбежать. Десять дней продолжался грабеж крепости [5].

Такого рода драматические и противоречивые события показывают, что разные богословы Коканда не сходились в своих оценках событий и возможных действиях мусульман в отношении интервентов с точки зрения норм фикха. С востока от Оша и Андижана собрались киргизы, кипчаки и разные мятежные люди. Полуцарю доложили, что Фулодхон поднялся на престол и начал наступление. Полуцарь, не успев отъехать из Маргилана и достичь реки Наманган, оказался в сложном положении: в Маргилане у ворот Вали-хана-тура собрались смутьяны, среди которых было несколько юношей из Йормозора во главе с человеком по имени Хайтбой-привратник. Они выразили поддержку Вали-хану-тура. В то же время в орде Отакул-бахадурбаши открыто перешёл на сторону русских и выступил против мусульман, предав их и сожгя многих из них [5].

Выше сказанное отражает сложную и многослойную политическую ситуацию в Коканде в период восстания, связанного с деятельностью Полот-хана, и позволяет глубже понять его роль и влияние на ход событий. Во-первых, упоминание мнения Муллы Азиза, который считал, что русская ликвидация Кокандского ханства была бы невозможна при сохранении спокойствия в регионе, подчеркивает ограниченность некоторых исторических взглядов. Как указано, этот взгляд является наивным, поскольку игнорирует стратегические интересы Российской империи и её военные планы в Центральной Азии. Это подчеркивает, что Полот-хан и другие участники восстания действовали в условиях уже сформировавшихся колониальных амбиций, а не просто реагировали на внутренние конфликты. Во-вторых, активная роль Полот-хана в восстании и связанная с ним вспышка недовольства в ключевых городах региона (Наманган, Андижан, Тура-Курган) показывает его как важного лидера, чье влияние способствовало дестабилизации ситуации и вызвало ответные меры со стороны царских войск (отряды Головачева, Троцкого, Скобелева). В-третьих, политическая интрига с Маргиланом, где Вали-хан-тура, поддерживаемый Полот-ханом, удерживает город от восставших, а затем конфликтует с претендентом Султан-Мурадом, свидетельствует о сложной внутренней борьбе за власть в ханстве. Фетва казиев против Султан-Мурада, обвиняемого в сотрудничестве с русскими, демонстрирует религиозно-политическую легитимизацию борьбы с «предателями», что типично для эпохи, когда политика и религия тесно переплетались.

Арест и передача Султан-Мурада Полот-хану, а также убийства богословов, встречавших русских, подчеркивают радикализацию конфликта и жесткость позиций различных групп внутри Коканда. Массовые грабежи и хаос в крепости дополнительно иллюстрируют кризис центральной власти и высокий уровень социального напряжения. В итоге, этот фрагмент показывает Полот-хана как основного человека, чья политическая деятельность и военное руководство напрямую влияли на развитие восстания, а также на усиливающееся противостояние между традиционными властными структурами Коканда и колониальными силами России. Его деятельность демонстрирует попытку сохранить и переформатировать власть в условиях колониального давления, что привело к драматическим и противоречивым событиям, усилившим раскол в обществе и религиозных кругах ханства. Также в ней говорится о том, что тем временем Полот-хан освободил привезенного Султан-Мурад-бека и обещал ему дать должность, но поставил условием, чтобы тот при всех разбил свою печать, что озночало отказ от притязаний на власть. В ту же ночь Полот-хан приказывает своим киргизским нукерам казнить Султана-Мурада, который был похоронен на кладбище в Асаке. Убиты были и другие отпрыск дома Мингов, преимущественно малолетние дети (включая грудных), прижитые от наложниц [5].

Мулла Азиз говорит, что люди восприняли это как месть за тех многих киргиз, который Худояр-хан и его брат Султан-Мурад-бек жестоко казнили, посадив на кол, или зарезав. Автор предполагает (и, очевидно, вполне резонно), что в действительности экзекуция имела целью очистить собственный путь к трону, физически устранив любого возможного претендента из потомков Худояр-хана и его ближайших родственников. Кроме того, экзекуции подвергались все те, кого подозревали в связях с русскими или симпатиях к ним. Казни обрели самый широкий размах. Параллельно амиры из киргиз были обласканы дорогими подарками, жалованными грамотами и должностями. Слухи о таких деяниях быстро распространились и усилили внутренний раскол в коалиции. И тем более, придать таким действиям религиозное обоснование Полот-хан едва ли решился бы, а, впрочем, и не пытался. Эти события Мулла Азиз комментирует специальным отступлением, в виде риторических вопросов об отношениях сильных мира сего друг к другу. Самый символический вопрос — может ли Полот-хан претендовать на мусульманство? [6].

Далее Мулла Азиз напрямую обвиняет Полот-хана и его соратников в веротступничестве [5].

Итак, автор в своей характеристике Полот-хана использует религиозно-этические мерки, фактически усомнившись в притязаниях этого лже-хана на «мусульманскость». Главное обвинение основано на жестокой и быссмысленной казни малолетних детей — отпрысков последних ханов Коканда и других невинных людей [6].

Здесь также вышесказанное характеризует Полот-хана как жестокого и прагматичного правителя, который для укрепления своей власти не щадил даже малолетних детей и невинных людей из рода прежних правителей. Его действия были направлены на устранение всех потенциальных претендентов на трон, что отражает типичную для того времени борьбу за власть с применением крайних мер. При этом автор, Мулла Азиз, ставит под сомнение религиозную легитимность Полот-хана, обвиняя его в вероотступничестве из-за неспособности соблюдать исламские нормы и мораль, особенно учитывая массовые казни беззащитных детей. Это осуждение имеет большое значение в мусульманском обществе, где право на власть тесно связано с религиозной этикой. Политика Полот-хана вызвала серьезный раскол внутри коалиции и ослабила его позиции, несмотря на попытки сохранить поддержку части элиты через щедрые подарки и должности. В целом, действия Полот-хана можно рассматривать как попытку достичь политической стабильности и власти через жестокость и репрессии, что, однако, вызвало глубокие моральные и социальные конфликты, ставя под вопрос его правомерность и усиливая кризис в ханстве.

Итак, следует отметить, что рукописный труд Мулла Азиза бин Мулла Мухаммада-Риза Маргинани «Тарихи-Азизи» является ценным источником для изучения политической борьбы народов Ферганской долины против власти Кокандского ханства и завоевательной политики Российской империи, а также для более глубокого понимания социально-политических процессов, происходивших в регионе во второй половине XIX века. В произведении заметное место занимает описание событий, связанных с деятельностью Полот-хана (Исхак Асан уулу), который стал символом вооружённого сопротивления и одним из ключевых лидеров антифеодального и антиколониального движения 1873‒1876 годов. Через призму повествования автора видно, что фигура Полот-хана рассматривалась не только как предводителя военных действий, но и как политического деятеля, способного объединить различные этнические и социальные группы региона в борьбе против внешнего господства. В тексте «Тарихи Азизи» отражены настроения времени – недовольство колониальной политикой, сопротивление насильственной централизации власти и стремление к сохранению местных традиций управления.

Таким образом, анализ данного источника позволяет заключить, что политическая деятельность Полот-хана была неразрывно связана с общим процессом противостояния колониальной системе в Средней Азии. Его образ в «Тарихи Азизи» является важным элементом исторической памяти, в котором сочетаются черты народного вождя, военного стратега и защитника независимости, что придаёт труду Мухаммада Азиза не только историческую, но и политико-культурную ценность.