Паремии в компьютерном дискурсе

Полыхают зори, курятся туманы, Над резным окошком занавес багряный.

С. Есенин

Поэзия это особый вид творчества, в нём передаются мысли и чувства через понятия и символы. В поэзии сокрыт глубокий философский смысл, и не всегда удаётся его распознать. Примером может послужить поэзия С.А. Есенина.

В эпиграфе приведены строки о любви поэта к своей Родине. И вряд ли можно назвать имена тех, кто настолько сильно любил Россию и воспевал ее в своих стихах так, как С. Есенин. Его стихи о России подобны прекрасным картинам, они настолько легки и просты, что доступны каждому читателю, от мала до велика. Простота, но не та простота, которая синонимична примитивизму, а та, в которой прослеживается ясность и четкость, и в его стихах, и в его душе. Произведения Сергея Александровича наполнены жизнью, как самого поэта, так и всего русского народа. Они полны гениальности, легкости и завораживают любого читателя.

В стихах С.А. Есенина содержится что-то необъяснимо-притягательное. Читатель погружается в поиски ответов на вечные вопросы. И возникает неустранимое противоречие: мысль С. Есенина донельзя ясна, и в то же время в стихах русского национального поэта сокрыт какой-то более глубокий смысл, который невозможно уловить. Противоречивость – свидетельство гениальности, эти два понятия переплетены воедино так же, как и свобода, и непредсказуемость. Свобода под стать творцу, это есть атрибут творческого процесса. Со свободой связано понятие непредсказуемости или спонтанности, ведь то, что предопределено невозможно соотнести со свободой. Непредсказуемость же, в свою очередь, сопоставима с противоречивостью.

Любой гений противоречив, и любой гений вкладывает всю душу в свои творения. Творения гения должны, даже обязаны раскрывать и саму сущность гения, именно этим доказуемо то, что в них вложено все без остатка, вся душа, вся сущность самого гения. Бог сотворил человека по образу и подобию своему. Гений же творит свои произведения по образу и подобию своему.

Быть поэтом это значит тоже,

Если правды жизни не нарушить,

Рубцевать себя по нежной коже,

Кровью чувств ласкать чужие души [1, с. 6].

Глубок смысл понятия «поэт», и тяжело раскрыть значение данного слова для самого С.А. Есенина, как и то, что значило для Сергея Александровича писать и творить. Раскрыть свою сущность такой, какая она есть, да и еще в столь ясном изложении – нелегкая, подчас непосильная задача для творца. Остаётся открытым вопрос о том, удалось ли С.А. Есенину достичь в своих произведениях раскрытия своего «Я».

• С.    Есенин остается для нас одновременно поэтом близким по духу, родным, и в тоже время

  – загадкой. Его стихи для нас просты и понятны, легки, как для понимания, так и для запоминания, но в то же время сложны и противоречивы. Глубочайшим, ярким смыслом они наполняют нашу душу и наше сердце любовью к России, к природе, они раскрывают нам, как прекрасны чувства, как может возродить к жизни человека – любовь.

• С.    Есенина вдохновляло все то, что рядом, все то, чем он жил, все то, чему он радовался, о чем мечтал, все те, кого он любил, те, которые были ему друзьями… Именно это обстоятельство и объясняет «легкость», неописуемую «легкость» его строк. Роднение, единение его стиха с простой человеческой душой прослеживается в его творчестве.

«Радуясь его стиху, силе слова и буйствующему крестьянскому разуму, я всячески силился представить себе поэта Сергея Есенина. И в моем мозгу непременно возникал образ мужика лет под тридцать пять, роста в сажень, с бородой как поднос из красной меди» [2, с. 25]. Эти слова Мариенгофа подтверждают то, что стихи С.А. Есенина были предназначены для любого человека. Но эти слова не являются подтверждением того, что С. Есенин раскрывает в своей поэзии свою сущность, показывает своё «Я». Всплывают два несовместимых между собою образа: гениальный народный поэт и простой мужик.

Во-первых, это слова лишь одного Мариенгофа, а во-вторых, невозможно познать всю суть, не рассмотрев противоречащие между собою факты, утверждения.

Все же остается всем известный факт, что творчество С. Есенина пропитано теплотой и легкостью, любовью к простому народу, любовью к Родине.

• С.    Куняев пишет о есенинском таланте не только творить, но и жить: «Аж страшно подумать – почему у него был такой талант, кроме поэтического, и такая легкая ли, может быть, наоборот, такая тяжелая рука» [3, с. 80]. Жить и при этом радоваться каждому мгновению, не уставая творить, жить во имя творчества, творить во имя жизни, вот что умел С.А. Есенин, и чему бы следовало поучиться у него.

Голубая, да веселая страна!

Пусть вся жизнь моя за песню продана.

Но за Гелию в тенях ветвей

Обнимает розу соловей [1, с. 34].

Он был необыкновенно весел, и веселость его порой раздражала других. Возможно ввиду его излишней веселости либо любви к простому народу, лирике, природе, его станут сильно критиковать. Так Н.И. Бухарин назовет С. Есенина «поэтом некрофилии», нелестно отзовется о нем даже И. Бунин. Также, к большому сожалению, прервалась дружба Н. Клюева с С. Есениным. Вот, что напишет Н. Клюев после выхода в свет есенинского «Хулигана»:

Не хочу цилиндром и башмаками

Затыкать пробоину в барке души!

Цвету я, как луг, избяными коньками,

Улыбкой озер в песнозвонной тиши [4, с. 64].

С.А. Есенин на критику отвечал достойно. «Помню в первые дни по приезде из Баку Есенин, просматривая свои новые стихи, словно осматривал оружие, которым он еще не раз прибьет всяких штабс-маляров, газетных певцов и обсасывателей слова» [5, с. 15].

Я вам не кенар!

Я поэт!

И не чета каким-то там Демьянам.

Пускай бываю иногда я пьяным,

Зато в глазах моих

Прозренья дивный свет. [6, с. 142]

Да, С. Есенин не был пролетарским поэтом, но был национальным поэтом, и его стихи интересовали публику гораздо больше, нежели стихи пролетарских творцов. В этом, на наш взгляд, и должна проявляться истинная сущность поэта – в борьбе, в борьбе за первенство в признании быть лучшим поэтом, быть любимым народом.

С.А. Есенин был любим, его слушали с упоением, его не отпускали со сцены… Он был человеком с широкой душою, с открытым сердцем, он очень чутко переживал, когда что-то не ладилось. Его окружение было для поэта частью его «Я». Любые неурядицы заставляли Сергея Есенина волноваться. Так после небольшой ссоры с Сергеем Есениным Е.А. Гурвич рассказывал: «… Я предложил Есенину сняться с членами кружка. Он охотно согласился. Через несколько дней я получил карточки и раздал их. После занятий ко мне подошел Есенин, забрал у меня карточку и удалился в кабинет редактора Чагина. Вскоре вышел и молча вернул мне карточку, а сам ушел. Я случайно перевернул снимок и увидел там написанные Есениным стихи» [5, с. 35].

• С.    Есенин подчинил всю свою жизнь писанию стихов. Для него не было никаких ценностей в

жизни, кроме его стихов. Все его выходки, бравада и неистовство вызывались только желанием заполнить пустоту жизни от одного стихотворения до другого. В этом смысле он ничуть не был похож на того пастушка с деревенской дудочкой, которого нам поспешили представить его оппоненты.

В его стихах говорится о непреходящих проблемах человеческого существования, в них внутреннее «Я» поэта ведет диалог со всем окружающим миром, природой, вселенной, пытаясь ответить на вечные «почему». С.А. Есенин ставит множество вопросов, обращенных в первую очередь к самому себе: чем я жил, что я успел, для чего пришел в этот мир?

… не знали вы,

Что в сонмище людском

Я был, как лошадь, загнанная в мыле, Пришпоренная смелым ездоком.

Не знали вы…

Поразительному таланту поэта были подвластны самые глубокие и сокровенные человеческие переживания.

Я покинул родимый дом,

Голубую оставил Русь.

В три звезды березняк над прудом

Теплит матери старой грусть [7, с. 44].

Одни стихи – это наплыв чувств, светлых, радостных:

Пой, ямщик, вперекор этой ночи, -

Хочешь, сам я тебе подпою

Про лукавые девичьи очи,

Про весёлую юность мою [7, с. 100].

Другие полны безысходности, отчаянья: Не жалею, не зову, не плачу.

Всё пройдёт, как с белых яблонь дым.

Увяданья золотом охваченный,

Я не буду больше молодым [7, с. 50].

Есенин всегда ощущал себя частью этого мира, искал и находил согласие и оклик в мире природы, поэтому его пейзажная лирика наполнена философскими мотивами, аналогией между законами человеческой жизни и законами природы, в ней слышно созвучие природы с сущностью человека.

Я навек за туманы и росы

Полюбил у березки стан,

И её золотистые косы,

И холщовый её сарафан [7, с. 99].

Но, несмотря на это, многие считали поэта «ребенком». Так Б. Пастернак писал, что С.А. Есенин отнесся к жизни как к сказке. Он предстал в образе Ивана-царевича на сером волке, который перелетел океан и, как жар-птицу, поймал за хвост Айседору Дункан. Б. Пастернак также считал, что и стихи Есенин пишет сказочными способами. Можно найти массу таких примеров в литературе о С. Есенине.

Сергей Городецкий писал, что как-то застал С. Есенина на полу, над россыпью мелких записок, он стал объяснять свою идею о «машине образов». На каждой бумажке было написано какое-нибудь слово - название предмета, птицы или качества. Он наугад брал в горсть записки, подкидывал их и потом хватал первые попавшиеся. Иногда получались яркие двух- и трехстепенные имажинистские сочетания образов.

Образы в поэзии С.А. Есенина всегда полны жизни, они всегда антропоморфны, поэтому понятны и притягивают всех.

Говоря о творчестве как форме познания, мы можем выделить две стороны: когда творец, познавая мир, создаёт образы и при этом является субъектом познания, а его творения выступают результатом познавательной деятельности. И тогда, когда то, что создано человеком, выступает в качестве объекта познания для других людей. Но возможен и следующий вариант, когда сам творец выступает объектом познания, а субъектом - все остальные. Субъект-объектные отношения смешиваются и иногда совершенно теряют границы, в связи с этим рождается ряд проблем, связанных не только с этими отношениями, но и проблемы процесса познания. Во-первых, мы можем потерять объект познания и увлечься чем-либо другим, при этом глубоко заблуждаясь; во-вторых, не распознать, изучая объект познания, что есть действительность, и какую роль она сыграла в создании мирового шедевра того или иного творца, гения культуры; и в-третьих, мы способны потерять объект познания, при этом будет нарушено восприятие.

Понимание того, что же является для творца действительностью, раскрывает связь между практикой и искусством. В искусстве раскрывается множество прикладных задач. Искусство - это, прежде всего большой труд для творца и всего мира в целом, и только после уже вдохновение. Труд всегда тесно соприкасается с пользой. То, что принесёт человечеству искусство, настолько оно и будет полезно.

Из сказанного вытекает, что, изучая стихи С. Есенина и его образы, мы всегда распознаем, что является объектом, мы никогда не заблудимся в лабиринте своего разума, потому что у С. Есенина образы символичны, антропоморфны, они ясны и понятны. А искусство Сергея Александровича есть его дневник, изучая его поэзию, мы изучаем самого поэта.

1914 г.

Чую радуницу божью –

Не напрасно я живу,

Поклоняюсь придорожью,

Припадаю на траву [1, с. 68].

С.А. Есенин говорит о том, что он не напрасно живет, в начале стихотворения. Возможно, это связано с тем, что предчувствие божественного рядом с собою дает поэту новые силы, вдохновляет его.

Между сосен, между елок,

Меж берез кудрявых бус,

Под венком, в кольце иголок,

Мне мерещится Иисус.

Он зовет меня в дубровы,

Как во царствие небес,

И горит в парче лиловой

Облаками крытый лес.

Голубиный дух от бога,

Словно огненный язык,

Завладел моей дорогой,

Заглушил мой слабый крик [1 с. 68].

Символ ели усиливает тему обращения к Богу в данном стихотворении.

Ели, сосны, березы – все это настолько символично, все это настолько явно показывает, раскрывает любовь к России поэта.

Льется пламя в бездну зренья,

В сердце радость детских снов,

Я поверил от рожденья

В богородицын покров [1 с. 68].

С.А. Есенин, может быть, самый русский поэт, ибо ничья другая поэзия настолько не происходила из шелеста берез, из мягкого стука дождевых капель о соломенные крыши крестьянских изб, из ржания коней на затуманенных утренних лугах, из побрякивания колокольцев на шеях коров, из покачивания ромашек и васильков, из песен на околицах. Стихи Есенина будто не написаны пером, а пропеты самой русской природой. Его стихи, рожденные фольклором, постепенно сами превратились в фольклор.

Через обращение к Богу, через религиозную тематику прослеживается линия любви к России, и единения с простым народом.

Все то, что было важно в те времена простому крестьянину, всё это нашло отражение в стихах Есенина.

Скажи:

Отойдут ли крестьянам

Без выкупа пашни господ? [6, с. 176]

Веет родной деревней, хочется выйти в поле, упасть на росистую траву, помолиться. Гений всегда народен, считал А. Блок. И это ясно видно на примере конкретного стихотворения Сергея Александровича.

Гениальность Сергея Александровича неоспорима, и по сей день не утихают споры о том, кем он был на самом деле, чем он жил, как ему удавалось создавать столь великолепные произведения. Не утихают споры и о его поэзии, к какому жанру принадлежит его поэтический слог, его образы, используемые в стихотворных произведениях.

Его творческое наследие живет и сейчас в умах молодого поколения, и им не престают восхищаться. Его образ настолько тонок, многогранен и противоречив, что невозможно показать, раскрыть всю сущность Сергея Есенина.

Величие русского поэта Сергея Александровича Есенина еще и в том, что прожив столь короткую жизнь, ему при этом удалось оставить столь большое культурное наследие. Сергей Есенин воистину настоящий поэт, мыслитель, философ как прошлого столетия, так и настоящего. К его творчеству как нельзя более подходят слова Шекспира:

И камень, и земля, и медь,

И моря безграничного поток,

И даже дивной красоты исток

Сокроет смерть и не отпустит впредь.

О, как прелестный мёда запах

Вдохнуть, во времена крови,

Где даже скалы погибают от любви

Холодной смерти, в жадных лапах?

Но как для красоты убежище найти?

Но как от разрушения уйти, Часы остановив рукою?

Надежды нет.

Возможно лишь рука поэта

Спасёт и мир и свет…

Шекспир В. Сонет № 54/(перевод Антипиной Е.)