Пересборка идеи университета

Введение История университета — часть истории человечества, оставившая и создающая огромное богатство для человека и общества в «единстве знания и жизни» [1, с. 107]. Начинается она далеко не с привычной нам точки отсчета в виде европейского университета эпохи Средневековья. Александрийский университет существовал уже в V–VII вв. н. э., а самый древний из ныне действующих университетов — Каруаинский (г. Фес, Марокко) — основан в 859 г. В определенной степени прообразом университета можно назвать просуществовавшую практически 900 лет Академию Платона как пространство духовной и интеллектуальной общности людей, основным инструментом обучения в которой был диалог, способствующий рождению мысли [2; 3]. Возникновение университета обусловлено временем. Яркий пример тому — открытие новых университетов сегодня. При этом важно обратить внимание, что университет, с одной стороны, отражает время, в которое он появился, с другой — значительно опережает его, поскольку предуказывает будущее через введение человека, оказавшегося в его стенах, в Мир. Иными словами, университет предоставляет возможность человеку и обществу быть «приобщенными к цивилизации» [4]. Первые университеты, как и современные, ощущали давление общества, выражавшееся в «заказе» на формирование определенного типа человека. Это наглядно демонстрируют взаимоотношения с университетом общества, государства и церкви, поскольку преподавание санкционировалось ими для «оказания наиболее сильного и длительного влияния на народ» [5, с. 50]. С первого дня существования миссия университета заключалась в интеллектуальном образовании и воспитании, что хорошо понимали и поддерживали властные институты: «Просвещение народа есть публичное обучение народа его обязанностям и правам по отноше- нию к государству, к которому он принадлежит» [Там же, с. 210]. Например, согласно земскому уложению Пруссии 1794 г. «университеты являются учреждениями государства, которые намерены обучить юношество полезным знаниям и наукам» [6, с. 11].

Социокультурный контекст современного мира динамичен, противоречив, сложен и находится «под диктатом» глобального рынка. Происходит трансформация Идеи университета как отражения его миссии, что вполне объяснимо. Появившись в эпоху доиндустриального мира традиционного общества, университет развивался под влиянием его принципов, которые в современном постиндустриальном и цифровом обществе не могут быть применены. Однако это совсем не означает отказа от признания новациями и инновациями преемственности традиций. Передача знаний, опыта исследовательской работы, воспитание, несмотря на все социальные разломы и вызовы, остаются актуальными и приоритетными видами деятельности в любом университете — от классического до исследовательского, предпринимательского или «цифрового».

История университета насчитывает не одно тысячелетие, как и его обсуждение, что подтверждается значительным числом публикаций: «Всего найдено публикаций: 230 466 из 72 688 645», — гласит запись в поисковой строке научной электронной библиотеки eLIBRARY. ru по запросу «университет»1. Обсуждение университета неоднозначно и порой противоречиво, тем не менее одна из важных тем «университетских» дискуссий — выявление сущности идеи университета. Условно авторов публикаций об университете можно разделить на три группы.

Первые заявляют, что сегодня университет «умер» или находится «в руинах». Речь в этих публикациях идет как о кризисе классического университета, так и о том, что следует сосредоточиться лишь на поиске его новых моделей, способных приспособиться к событиям, развертывающимся в знаниевом обществе [7–9]. Исследований такого плана большинство.

Вторые пытаются найти ответ на вопрос «зачем нужен университет?» в обществе тотального господства рынка, техники и технологий коммуникации, неумолимого возрастания скорости восприятия времени социальными субъектами [10], «размывания» привычного представления о пространстве [11] и огромных массивов информации [12].

Третьи придерживаются мнения, что университет необходим, поскольку он «инновационный», «предпринимательский», «корпоративный», «цифровой», «умный», «сетевой», «социальный» и т. п. [13–15].

Несмотря на богатую палитру публикаций об университете и форматов его трансформации, малоисследованной остается проблематика сохранения его идеи как пространства универсальности развития и формирования человека.

Сущность университета заключена не в линейном процессе производства и воспроизводства знания, его трансляции от преподавателя к студенту, она — в раскрытии потенциала человека через диалог преподавателя и студента. Следовательно, университет представляет собой пространство не столько образовательное, сколько ценностно-смысловое.

Цель данного исследования — показать, что даже при «вторжении» рынка, новых техник и технологий во все сферы организации жизнедеятельности социума университет сохраняет собственную сущность, закрепляя ее в своей идее, как пространство формирования смыслов ценности единства развития личности и общества.

Материалы и методы исследования

Материалами исследования послужили отечественная и зарубежная научная (философская, социологическая, педагогическая и др.) и научно-публицистическая литература, статистические данные, выступления политиков и публикации масс-медиа об университете сегодня — от «университета в руинах до индустрии знаний и конструктора будущего» [16].

Методологические рамки исследования обосновываются предположением о современном университете как сложно- и самоорганизован-ном объекте в существующей турбулентности социальной реальности, обладающем статусом ее субъекта. Реальность настоящего времени не может быть полно и однозначно описана ни традиционными концептами (капиталистическая и/или социалистическая), ни новыми (информационная и/или постинформационная с различными «текучими» характеристиками). Поэтому методологическая рефлексия потребовала синтеза интеллектуального капитала классической и неклассической философии и педагогики, представленного метаметодологией в виде репликации принципов системного, социальноэволюционного, социокультурного и семиотико-герменевтического подходов [17–20].

Методологическая перспектива определила методы исследования, среди которых герменевтический, диалектический, контент-анализ, индуктивно-дедуктивный, историкосравнительный, обобщение.

Результаты исследования и их обсуждение

Турбулентность современного мира ведет к существенным трансформациям классического университета, выражающимся преимущественно в трансфере организационных моделей и образовательных технологий, а также становлении его агентом по предоставлению различных услуг. Сущность университета, закрепленная в формуле единства академической свободы, исследований и преподавания классиками «идеи университета» (Д. Белл, М. Вебер, В. Гумбольдт, Х. Ортега-и-Гассет, Д. Ньюмен, А. Флекснер, К. Ясперс, М. В. Ломоносов, В. В. Розанов, С. А. Смирнов, и др.), начала трансформироваться. Свобода оказалась ускользающей по всем направлениям. Сегодня можно выделить три ярких облика университета начала XXI в.

Первый — лик производственного предприятия — связывает университет с индустрией знания и номинирует его как фабрику по производству различных продуктов, в том числе и знаний. В университетах появляются сугубо производственные подразделения (инжиниринговый центр, технопарк, проектно-конструкторское бюро, малое инновационное предприятие, бизнес-инкубатор, офис стартапов, учебно-опытное хозяйство, опытная ферма и т. п.) и правила управления бизнес-корпорации (продуктовая направленность, KPI, портфель заказов, корпоративная система управления и т. д.).

Второй — лик торга — указывает, что современный университет несет преимущественно дух рынка и похож на супермаркет по предоставлению различного рода услуг. Атрибутами университета становятся рейтинг, бренд, event-маркетинг и т. п. Появляются фигура амбассадо-ра и инфлюенсера, получает развитие амбасса-дорское движение.

Третий — лик эгалитарности — обращает внимание, что университет все больше отказывается от элитарности (как сложности образования) в пользу его эгалитарности (как массовости) во имя привлечения средств.

Однако университет был и остается местом, где проявляется социальный хронотоп, в развертывании которого происходит формирование человека и будущего общества. Университет — это научение совместным бытию и деятельности.

Социальный контекст настоящего задает и предлагает иные содержание и смыслы бытия, не всегда легко вычленимые в силу природы самой социальной реальности. В результа- те усложнения деятельности сформировалась и развертывается совершенно новая реальность, гибридная и диспозиционная, постоянно изменяющаяся в зависимости от динамики культурного и, прежде всего, технико-технологического развития.

Гибридность актуальной (физической) и потенциальной (виртуальной) реальностей оказывает значительное влияние на организации жизнедеятельности социума и человека. Информационно-коммуникационная техника и технологии «пленили» их в свои объятия, создав мир ярких и привлекательных экранных образов. Стало практически невозможно различить актуальную и виртуальную реальности в потоке образов экрана, предлагающего в огромном количестве стандарты и образцы не только поведения, но и мысли. Более того, новые техника и технологии вышли за привычные границы их понимания — оказались социальной формой воплощения новой постиндустриальной эпохи [21, с. 5]. Университет приобрел совершенно иного по своей природе мощного конкурента в лице интернета, ставшего основой формирования знаниевого общества.

Оказалось, что знания можно получить одним нажатием кнопки. Библиотека с ее каталогами и огромными томами книг, чтение взахлеб остались в прошлом, как и диалог студента с преподавателем не только как обладателем знания, но и личностью. Многочисленные онлайн-платформы со всевозможными направлениями обучающих программ безгранично расширили стены аудиторий, замещая (порой и сметая) интеллектуальный багаж, предлагаемый университетом. Напряженный труд обретения и трансляции знаний оказался в значительной части отягощенным интернет-серфингом и упрощающими мир симулятивными практиками (облачная технология, мобильное пространство, вебквест, чат GPT и др.) в виде готовых моделей, алгоритмов, кодов и схем.

Необращенное к самому себе как субъекту образовательное событие становится квазиобразованием. Безусловно, у новых техники и технологий есть положительная сторона, но лишь при условии, что они являются инструментом образовательной деятельности и получения результата, не подменяя ее. С целью снижения университетских затрат были высказаны предложения о замене привычных форм университетского обучения — диалог преподавателя и студента, диалог студента и студента — виртуальным университетом [22]. Следуя логике герменевтического метода, в таком университете сам уни- верситет утрачивает роль субъекта, превращаясь в сценариста и демонстратора.

Новые экономические отношения привели к диктату цензуры рынка и, как следствие, коммерциализации образования — от рекрутирования студенчества до внедрения его результатов. Утратив монополию на процессы получения, хранения, трансляции и производства знаний, университет оказался перед лицом еще одного сильного конкурента, представленного крупными промышленными предприятиями и биз-нес-корпорациями, создающими свои корпоративные университеты (Газпромнефть, Сбер, СИБУР, Банк России, РЖД, НЛМК) [23].

Становление большой науки привело к тому, что научная деятельность начала движение от дисциплинарно организованной формы к межи трансдисциплинарной. Сами исследования потребовали огромных затрат, в результате чего университет стал дорогостоящим бизнесом.

Процесс капитализации знаний запустил процедуру разворачивания исследовательских университетских структур в различного рода агентства по выдаче справок, лицензий, сертификатов и т. п. Академические институты обретают статус рыночных единиц, когда «знание производится и будет производиться для того, чтобы быть проданным, оно потребляется и будет потребляться, чтобы обрести стоимость в новом продукте» [24, с. 4–5].

Каналы передачи знаний оказались способными не только транслировать их, но и аккумулировать, интерпретируя на основе научно-теоретических и общественно-обыденных представлений и опыта. Информация о достижениях стремительно «вырывается» за стены лабораторий, часто даже не успев быть верифицированной. Бренд, рейтинг и т. п. стали ключевыми характеристиками университета. Университет действует как предприятие (не являясь таковым на самом деле), автономия включается в отношения конкуренции с неверной интерпретацией университета как разновидности дорогостоящего бизнеса. Одним из ключевых показателей, характеризующих деятельность университета, выступает понятие «эффективность», которая постоянно пытается быть квалиметрируемой многочисленными параметрами.

Глобализации и сциентизация привели к внедрению принципов «академического капитализма», выражающихся в следующем:

• – образование и наука превращаются из ценности в товар;

  – тотальные рейтинги университетов кроме роли аналитического инструмента ранжирова-

• ния вузов приобретают функцию инструмента конкурентной борьбы;

• –    проявляется фигура «заказчика» исследований, который диктует порядок их организации, проведения и ответственности за результаты;

• –    преподаватель, не Мастер, а универсал (множественная дополнительная занятость);

• –    отказ от социально-гуманитарной обвязки образовательных программ и многое другое.

Усиливается соблазн управления университетом и превращения его в инструмент дисциплинарных практик. Поскольку университет — предприятие, ориентированное на производство «продукта» и «прибыль», то происходит интенсивное «проникновение» административных форм управления предприятием к управлению университетом и бюрократизации, когда эффективный менеджер и администратор значат гораздо больше, чем преподаватель, и «очень многие термины в разговорах о высшем образовании на самом деле пересажены из мира бизнеса» [25, с. 181].

Образование стало доступным, утратив элитарность (элитное образование не равно элитарному) с точки зрения содержания, а вместе с ним довольно часто и качество [26]. Особенно серьезно это сказалось на региональных вузах. Университет при переходе к рыночным механизмам во имя своего развития вынужден был прежде всего искать средства для выживания.

Сегодня эгалитарная система предоставления университетского знания осуществляется через формирование конструкта «впечатанный» в коллективное сознание, обладающее объяснительной силой, когда университетский курс перестает вызывать удивление и стимулировать интеллект, если точка зрения на то, что «важно», переносится на то, что «привлекательно» (визуализация, геймификация, технологии искусственного интеллекта и т. п.), это приводит к снижению качества образования. Расширение пространства новой реальности позволяет сделать «доступно-привлекательным» все — нет преград ни в чем. Фактически так университет взращивает потребителя.

Кроме того, рынок создал беспрецедентные условия для нарушений сложившегося этоса науки. Нечестность в поиске и представлении знания в ряде случаев стала нормой (генерирование текста, подтасовка фактов, получение нужного результата, плагиат и т. п.).

Университет отражает характеристики общества и стремится к стандартам, предзадан-ным реальностью.

Поэтому мы отчасти соглашаемся с Б. Ри-дингсом в том, что университет сегодня становится похожим на транснациональную корпорацию по производству знания [27]. Однако он не отдален и не отделен от национального государства, а, наоборот, тесно вплетен в ткань полотна его жизнедеятельности.

Заключение

Обращаясь к опыту прошлого и настоящего, следует указать, что идея университета трансформируется вместе с обществом.

Вместе с тем фундамент идеи университета — субъект национальной государственности, развитие человека, его духа и интеллекта, науч- ного творческого поиска, отказ от представления непререкаемой истины, научение саморазвитию — остается неизменным.

Знание — основа университета — хранение, производство и трансляция знания или, иными словами, развитие мышления.

Университет работает не только с большими массивами знания, но и с человеком. Преподаватель и студент — важнейшие субъекты жизнедеятельности университета даже если они не оказались в одном исследовательском проекте. Независимо от формы университета в нем учат и учатся мыслить. Мышление — основа самораскрытия человека.