Политика Франции в области дерадикализации мусульман в XXI в. в сфере образования

П роблема исламистского экстремизма и угрозы террористических атак, совершенных на его почве, остаются актуальными для большинства стран мира. Для борьбы с ним правительства принимают программы не только по борьбе с терроризмом, но по предотвращению распространения идей радикального исламизма, включая программы по дерадикализации мусульман. Одним из препятствий для консолидированной борьбы на международном уровне является тот факт, что до сих пор нет единого определения радикализации, в связи с чем, собственно, программы по ее предотвращению отличаются друг от друга и в большей степени актуальны для местной/региональной ситуации.

Кейс Французской республики особенно интересен для исследователей из-за негативного политического опыта дерадикализации мусульман, который стал предметом рассмотрения в диссертациях и отдельных статьях¹, а также получил широкое освещение в СМИ после заявления премьер-министра М. Вальса о провале п рограммы дерадикализации, принятой в 2016 г².

О необходимости ведения контртеррористической деятельности на повседневном уровне было указано уже в Белой книге 2006 г. В этом издании основного стратегического документа страны в области безопасности – «Франция перед лицом терроризма» – основной проблемой была обозначена новая форма терроризма, обусловленная развитием ислама радикального толка в глобальных масштабах. Для борьбы с ней в Книге были прописаны основные методы борьбы на нескольких уровнях: повседневной жизни, технологического развития и идей. Первый подразумевал содействие раннему обнаружению террористической деятельности посредством бдительности населения и агентурной разведки (здесь высока роль публичных институтов, гражданского общества, привлечение самих мусульман к выявлению радикальных элементов). Технологическое усовершенствование должно было вестись постоянно в сотрудничестве с другими европейскими странами и сопровождаться отслеживанием распространения исламистских идей и рекрутирования исламистских боевиков. Наконец, на уровне идей важно не только вести просветительскую деятельность, но и противодействовать радикальной исламистской пропаганде, ненавистническим высказываниям и нетерпимости [La France face… 2006: 16].

На уровне Европейского союза действует Стратегия по борьбе с радикализацией и вербовкой в терроризм¹, а в 2016 г. было создано Сообщество осведомленности о радикализации ( Radicalisation Awareness Network, RAN ). В рамках последнего было предложено разработать программу дерадикализации и реинтеграции экстремистов в общество (так называемая стратегия выхода) [Мухаметзарипов 2017: 170]. Во многом на эти европейские инициативы опирается и французское правительство при составлении собственных программ.

В 2014 г. французские власти выпустили первый План по противодействию радикализации» ( Plan de lutte anti-terroriste, PLAT ). В рамках реализации данного плана в 2014 г. был открыт Национальный центр помощи и предотвращения радикализации ( Centre national d’assistance et de prévention de la radicalisation, CNAPR ), при котором действовала бесплатная горячая линия. Вместе с Антитеррористической координационной группой ( Unité de coordination de la lutte antiterroriste, UCLAT ) Центр собирал информацию о лицах, проявляющих признаки радикализации, работал с семьями, оказывая им консультативную и психологическую поддержку. Тогда же министр внутренних дел отдал распоряжение префектам создать на местном уровне такие структуры, как Штаб ведомственной безопасности, который докладывал бы о наиболее опасных лицах и передавал их под наблюдение служб безопасности, а также отделы помощи и поддержки семей ( Cellules d'écoute et d'accompagnement des familles ). Одной из полезных и до сих пор работающих инициатив стало открытие сайта «стоп-джихадизм» ( Stop Jihadism ), который содержит антиэкстремистский контент и показывал реальность повседневной жизни в областях, подконтрольных ИГИЛ (организация, запрещенная в РФ).

В 2016 г. был принят План мер по противодействию радикализации и тер роризму (Plan d’Action Contre la Radicalisation et le Terrorisme, PART), который во многом повторял европейский. Главный упор в Плане был сделан на создании системы по выявлению радикалов (включая и тех, кто теоретически мог бы стать радикалом), а также на предотвращении радикализации. Для этого на разных уровнях государственных служб был объявлен дополнительный набор большого числа специально обученных сотрудников. В разработке Плана участвовал Международный центр по изучению радикализации (ICSR), который занимался выявлением типичного портрета террориста и лиц, восприимчивых к радикальной идеологии.

Кроме того, План предполагал создание 13 центров реинтеграции и гражданственности. Жизнь в этих центрах строилась по военному образцу: молодежь, которая была заподозрена в приверженности к радикализации, должна была пребывать там около 10 месяцев, носить униформу, изучать республиканские ценности и историю страны, петь гимн Франции. Именно эта дорогостоящая программа (только на содержание персонала центра был выделен 1 млн евро) была позже признана правительством провальной.

В 2018 г., следуя основным положениям стратегии PART , французские власти разработали еще два плана – PACT , план действий против терроризма ( Plan d’Action Contre Le Terrorisme ), и PNPR , национальный план действий по предотвращению радикализации ( Plan National pour la Prévention de Radicalisation ), также известный как «предотвращение с целью защиты», состоящий из 5 направлений и 60 мер по переориентации политики предупреждения радикализации [Plan d’action… 2018: 9-12]. На основании последнего были разработаны меры по внедрению PNPR в школьной среде¹.

В 2016 г. предупреждение радикализации стало одним из направлений действий Межведомственного комитета по предупреждению правонарушений, что нашло отражение и в его названии ( Comité Interministériel de Prévention de la Délinquance et de la Radicalisation, CIPDR )². Спустя год после введения плана PNRP Комитет предпринял действия по его расширению и оценке и привлек для работы государственные и местные институты, представителей гражданского общества. Основными направлениями работы Комитета в рамках Плана стали: предотвращение и пресечение радикализации в тюрьмах; интеграция действий по предотвращению радикализации и деятельности по предупреждению правонарушений; включение действий по предотвращению радикализации в программы, направленные на борьбу с бедностью, и др.³ Охват действий Комитета по предупреждению правонарушений и радикализации был еще более расширен после громкого убийства учителя Сэмюеля Пати.

Суммируя основные направления программ по дерадикализации и реинтеграции исламистских экстремистов, можно выделить проведение мер, в первую очередь на местном уровне, по предотвращению насильственной радикализации в 1) школах, 2) тюрьмах и следственных изоляторах, 3) «чувстви- тельных» (неблагополучных) районах (zones urbaines sensibles, ZUS1) и 4) местах отправления культа.

Наибольшее внимание в области предотвращения радикализации и мер по дерадикализации уделяется сфере образования и пенитенциарным учреждениям. В 2015 г. Министерство образования выпустило буклет «Предотвращение радикализации молодежи», распространяемый среди руководителей учреждений и образовательных коллективов. Его основной целью было научить учителей выявлять признаки радикализации среди учащихся и принимать соответствующие шаги. Безусловно, тут же вскрылся ряд трудностей: с одной стороны, необходимо уважать религиозные убеждения учащегося, а с другой – проводить в жизнь принцип секуляризма, часто под давлением родителей и других учеников, если последним казалось, что «они наблюдают то, что, по их мнению, является признаком радикализации». Исследовательница Ф. Фриесе отмечает, что, «стремясь защитить и обеспечить безопасность большинства, мы рискуем исключить и маргинализировать по ошибке меньшинство, став при этом инициатором радикализации студента, который был обычным верующим до того, как подвергся своего рода остракизму» [Fresse 2017: 6].

Сегодня Министерство образования определяет четыре направления политики предотвращения насильственной радикализации в школах: предотвращение, выявление и информирование, мониторинг молодых людей в процессе радикализации и обучение персонала. Ответственными за проведение этой политики выступают центральная администрация по школьному образованию ( Direction générale de l’Enseignement scolaire, DGESCO ), Управление по обороне и безопасности ( Le haut fonctionnaire de défense et de sécurité , HFDS ) и кабинет министров. В каждом образовательном учреждении должен быть референт по предотвращению радикализации, с которым могут связаться сотрудники и ученики в случае обнаружения опасных тенденций в среде обучения².

Министерство также выпустило памятки и образовательные инструменты для предотвращения насильственный радикализации. В основном они касаются принципов обучения гражданина республики, разделяющего принципы светскости, а также тонкости в освещении исторических событий (колониальное прошлое) и других потенциально опасных тем на уроках. Например, для учителей школ был выпущен учебный методический комплекс с файлами по таким темам занятий, как карикатура и рисунки в прессе, свобода слова, ценности Республики сегодня, радикализация в соцсетях, освещение текущих событий в СМИ и т.д. Также составлен список фильмов, спектаклей, сайтов и книг, которые можно показывать студентам и школьникам для реализации профилактических мер по предотвращению насильственной радикализации: сюда попал уже упомянутый нами ресурс «стоп-джихадизм»3. Также совместно с ЮНЕСКО для преподавателей подготовлены рекомендации по работе над темами о фейковых новостях, формах вербовки и радикализации, роли Интернета в радикализации.

Кроме того, в рамках молодежных программ (для детей с 11 лет) организована система кадетских классов, которые готовят кадетов гражданской безопасности ( Cadets de la sécurité civile ). Целью занятий является повышение осведомленности молодых людей о сопротивлении радикализации, предотвращение рисков, формирование навыков оказания первой помощи и «развитие гражданского чувства». В июне 2016 г. в 18 учреждениях были открыты классы для 376 учащихся, а с февраля 2020 г. они действуют на всей территории страны (360 классов) для 5 563 учащихся. Еще одна система классов организована для ассистентов по обеспечению безопасности студентов ( Élèves assistants de sécurité, ASSEC ). Ассистенты учатся коллективно реагировать и действовать в (моделируемых) опасных ситуациях и помогать во время эвакуаций¹.

Таким образом, на примере внедрения программы по дерадикализации молодежи в образовательных учреждениях мы наблюдаем движение в сторону государственного контроля над религией, что некоторые исследователи называют термином «новый секуляризм»2 (явление, при котором «духовная» религия становится частью «гражданской», а принцип религиозного авторитета распространяется на те группы людей, которые в принципе не должны были ему подчиняться). При этом коллективные меры в борьбе с радикализацией превалируют над индивидуальными. Мы видим, что политика французских властей в области радикализации и дерадикализации не стоит на месте, а постоянно адаптируется с учетом принятых ранее решений (правда, не всегда удачных). Однако основная линия ее проведения – продвижение секулярных ценностей как альтернативной исламизму идеологии – остается неизменной.