Посттравматический стресс матерей совершеннолетних детей с острым первичным психическим расстройством

Психологические последствия влияния на человека стрессоров высокой интенсивности включают в себя когнитивно-личностные и эмоциональные изменения у индивида, вызванные воздействием психотравмирующего переживания [1]. Среди множества факторов, приводящих к серьезным стрессовым состояниям (участие в боевых действиях, насильственные действия, смерть близкого человека, катастрофы, природные катаклизмы, тяжелые соматические заболевания и др.), выделяется такой фактор, как острое первичное психическое расстройство у близкого родственника. Среди многообразия проявлений психических заболеваний острое начало болезни с психотическим состоянием становится наиболее тяжелым психологическим стрессом для окружающих, приводит к стигматизации, самостигматизации родственников больного [2, 3], что подтверждает необходимость разработки и внедрения психообразовательных программ в состав лечебно-реабилитационных мероприятий [4]. По современным стандартам психиатрическая помощь базируется на биопсихосоциальной модели [5].

Задача данного подхода состоит не только в снижении и купировании симптомов психического заболевания, но и в социально-психологическом восстановлении пациента и в его реабилитации. Такой подход наиболее эффективен при возникновении первых психотических эпизодов, когда вся семья переживает глубокий психоэмоциональный стресс, сопровождающийся искажением самоидентификации пациента и семьи, изменением структуры внутрисемейного и социального взаимодействия [6]. Психообразовательная программа, разработанная для родственников, наряду с другими лечебнореабилитационными мерами становится значимой частью помощи пациентам с первым психотическим эпизодом и фокусируется на близких пациенту людях как на ресурсах для его выздоровления [4]. В настоящее время достоверно подтверждено значение сочетания фармакотерапии и семейноориентированного влияния, в котором участвует хотя бы один родственник пациента, испытывающий большую часть семейной нагрузки – физической, эмоциональной и финансовой [7].

Именно такой ухаживающий родственник играет определяющую роль в последующей социальной адаптации пациента. Однако психологическое благополучие и состояние родного остается за пределами многих исследований, сфокусированных на изучении влияния семейных форм поддержки на течение заболевания, предупреждение частых и повторных госпитализаций. Совершеннолетний сын или дочь, проживающие в условиях нормальной динамики семейного взаимодействия и при отсутствии заболевания, должны постепенно сепарироваться от родителей и создать собственную семью, стать относительно независимыми [8, 9]. Но в условиях возникновения психической болезни этот естественный процесс нарушается и семья обретает вновь беспомощного и требующего заботы ребенка [10, 11].

ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ

Выявление уровня посттравматического стресса и психопатологической симптоматики у матерей в ситуации острого первичного психического расстройства у совершеннолетнего ребенка, а также изменения уровня посттравматического стресса и сопутствующей ему симптоматики после участия матерей в специальной психообразовательной программе.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Исследование было проведено на выборке матерей пациентов с острым первичным психическим расстройством (давность стрессового воздействия варьировала от 2,5 до 6 месяцев), посещающих психообразовательную программу на базе Психиатрической клинической больницы № 4 имени П.Б. Ганнушкина (ПНД № 16). Объем исследовательской выборки составили 68 чел. Возраст матерей - от 39 до 70 лет, по уровню образования - от среднего специального и выше. Диагностика проводилась на двух этапах исследования: в начале и в конце посещения матерями психообразовательной программы.

Для диагностики посттравматического стресса (ПТС) использовались методики, адаптированные Н.В. Тарабриной с коллегами: 1) Миссисипская шкала (МШ), гражданский вариант; для оценки посттравматических реакций - Шкала оценки влияния травматического события (ШОВТС), при заполнении этой шкалы испытуемым давалась инструкция: пользуясь шкалой, указать, в какой степени они продолжают переживать впервые возникшее у сына или дочери психическое заболевание; 2) опросник выраженности психопатологической симптоматики SCL-90-R.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Средние данные, полученные с помощью Миссисипской шкалы для оценки ПТС и опросника выраженности психопатологической симптоматики SCL-90-R, были сопоставлены со средними значениями, ранее рассчитанными по этим показателям для разных выборок [12]. Полученные результаты показали, что уровни психопатологической симптоматики и ПТС у матерей, переживших острое первичное психическое расстройство у своего совер - шеннолетнего ребенка, превышают средние значения по показателям, выявленным в других группах респондентов, обследованных ранее.

Сравнение показателей посттравматического стресса (МШ и ШОВТС), диагностика которых проводилась до и после психообразовательной программы, показало значимые различия между ними. Уровень ПТС снизился и при оценке общего значения ПТС (по Миссисипской шкале, p<0,001) и при оценке признаков вторжения, избегания и физиологического возбуждения как психологических реакций матери на стрессовое событие в виде острого первичного психического расстройства у своего ребенка (ШОВТС, p<0,00).

Существенные и значимые сдвиги были выявлены при сопоставлении показателей психопатологической симптоматики до и после психообразовательной программы по шкалам «Соматизация», «Обсессивность-компульсивность», «Межличност-ная сенситивность», «Депрессивность», «Тревожность», «Паранойяльные симптомы», «Психотизм», по общему баллу GSI, индексу проявления симптоматики (PSI), индексу выраженности дистресса (PDSI) на уровне p<0,05, по шкале «Враждебность» на уровне p<0,01. По показателю «Фобическая тревожность» значимых различий не наблюдалось. Дополнительно были получены коэффициенты корреляции между уровнем ПТС (по Миссисипской шкале) и психопатологической симптоматикой (опросник SCL-90-R), а также данными по методике ШОВТС.

На начало психообразования выявлены следующие связи общего уровня посттравматического стресса (МШ): с показателем ПТС по методике ШОВТС (rs=0,67, p=0,00), а также со шкалами «Соматизация» (rs=0,21, p=0,028), «Обсессивность-компульсивность» (rs=0,31, p=0,014), «Межличностная сенситивность» (rs=0,17, p=0,16), «Депрессивность» (rs=0,16, p=0,14), «Тревожность» (rs=0,15, p=0,12), «Враждебность» (rs=0,28, p=0,003), «Фобическая тревожность» (rs=0,048, p=0,64), «Паранойяльные симптомы» (rs=0,17, p=0,093), «Психотизм» (rs=0,38, p=0,00), общим баллом GSI (rs=0,26, p=0,006), индексом проявления симптоматики (PSI) (rs=0,31, p=0,001), индексом выраженности дистресса (PDSI) (rs=0,17, p=0,086).

Полученные данные показали, что до участия в психообразовательной программе уровень ПТС у матерей тесно связан с различными симптомами и его повышение сопряжено с ростом показателей «Соматизация», «Обсессивность-компульсивность», «Враждебность», «Психотизм» и практически по всем индексам методики SCL-90-R. После завершения психообразования у матерей выявлены следующие связи общего уровня посттравматического стресса (МШ): с показателем ПТС по методике ШОВТС (rs=0,67, p=0,00), а также со шкалами «Соматизация» (rs=0,02, p=0,89), «Обсессивность-компульсивность» (rs=0,14, p=0,15), «Межличностная сенситивность» (rs=-0,004, p=0,97), «Депрес- сивность» (rs=0,014, p=0,88), «Тревожность» (rs=0,06, p=0,53), «Враждебность» (rs=0,21, p=0,036), «Фобическая тревожность» (rs=0,012, p=0,91), «Паранойяльные симптомы» (rs=0,175, p=0,082), «Пси-хотизм» (rs=0,13, p=0,20), общим баллом GSI (rs=0,089, p=0,35), индексом проявления симптоматики (PSI) (rs=0,083, p=0,38), индексом выраженности дистресса (PDSI) (rs=–0,009, p=0,93). Значимыми оказались только две связи – с показателем ПТС по методике ШОВТС и шкалой «Враждебность».

Таким образом, после участия в психообразовательной программе у респондентов снижается уровень ПТС, а его связи с психопатологической симптоматикой (кроме показателя враждебности) становятся незначимыми. Выявленные в работе зависимости в определенной степени можно сопоставить с данными разных исследований, выполненных под руководством Н.В. Тарабриной, в которых результаты, полученные с помощью Миссисипской шкалы, предварительно делились на высокие, средние и низкие.

Корреляция показателей Миссисипской шкалы с психопатологической симптоматикой по опроснику SCL-90-R в каждой из выделенных групп (с высокими, средними и низкими показателями по МШ) позволила обнаружить следующее. В группе лиц с высокими значениями ПТС данные, полученные по МШ, значимо коррелируют со всеми показателями опросника SCL-90-R. В группе лиц со средними значениями ПТС показатели также взаимосвязаны, но значения коэффициента корреляции не такие высокие, как в предыдущей группе. В группе лиц с низкими значениями уровня ПТС показатель МШ не связан с психопатологической симптоматикой. Н.В. Тарабрина делает заключение: «Таким образом, основное различие в корреляционных плеядах показывает, что только высокий уровень ПТС тесно взаимосвязан с характеристиками психопатологической симптоматики, общим уровнем психологического дистресса, показателями депрессивности, личностной тревожностью и возрастом, что позволяет рассматривать эти взаимосвязи в качестве симптомокомплекса, описывающего на эмпирическом уровне феномен посттравматического стресса, корреспондирующий с клинической картиной посттравматического стресса» [13].

В настоящем исследовании удалось показать, что такое событие, как внезапно возникшее психическое заболевание у собственного ребенка, является интенсивным стрессором, который вызывает симптомы посттравматического стресса. Причем при высоком уровне посттравматического стресса повышается и уровень сопутствующей психопатологической симптоматики, преимущественно уровни соматизации, обсессивности–компульсивности, враждебности и психотизма. Участие родственников, прежде всего матерей, в психообразовательной программе позволило существенно снизить уровень посттравматического стресса, а также ослабить связь ПТС с психопатологической симптоматикой.

Цель психообразования состоит в обучении родственников больных основам психиатрической и юридической грамотности, поведению в семье, основам медицинской культуры в целях повышения качества жизни больного и его близких. Помимо психиатрической грамотности, психообразовательная программа предоставляет родственникам психически больных знания и навыки, которые помогают им в решении проблем социального и юридического характера, а также в вопросах обеспечения необходимыми медицинскими средствами и предоставления профессионального лечения.

Полученные в исследовании данные имеют не только сугубо научную, но и практическую значимость, подтверждая значение психообразования в повышении качества жизни больного и его близких. Также на основе обнаруженных в настоящем исследовании зависимостей можно выделить общие и специфические особенности влияния различных стрессоров на человека, учитывая эти особенности при оказании адресной психологической помощи. Данные показали, что наиболее тесно с уровнем ПТС связаны враждебность и на уровне тенденции – паранойяльные симптомы.

Аналогичные результаты получены в исследовании, проведенном на выборке женщин с диагнозом «рак молочной железы» [12] и на выборке больных с диагнозом «менингиома» [13]. Так, при исследовании больных с диагнозом «рак молочной железы» сравнение групп больных с высокими и средними показателями ПТС с группой пациентов с низкими показателями ПТС позволило говорить о так называемой триаде психопатологических симптомов – враждебности, фобической тревожности и паранойяльных симптомах. Было отмечено, что возникновение этих симптомов может быть связано со спецификой заболевания – калечащей операцией, страхом рецидивов заболевания, боязнью негативной оценки окружающих, что, безусловно, характеризует и больных с диагнозом «менингиома».

Выявленные в настоящем исследовании результаты, по-видимому, подтверждают факт не только психического, но и выраженного социального дефекта, который нарушает привычное функционирование человека в обществе, а также влияет на психическое состояние его родственников, вызванное у них страхом рецидива болезни близкого и ожидаемым социальным порицанием и последующей изоляцией.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Острое первичное психического расстройство у совершеннолетнего ребенка можно рассматривать как стрессор высокой интенсивности, психологическим последствием которого для части родителей является посттравматический стресс и сопутствующая ему психопатологическая симптоматика. Высокий уровень посттравматического стресса тесно связан с уровнем психопатологической симптоматики (соматизацией, обсессивностью–компульсивностью, враждебностью и психотизмом).

Участие близких родственников (преимущественно матерей) в психообразовательной программе приводит к снижению уровня постстравматиче-ского стресса и ослаблению связей уровня ПТС с психопатологической симптоматикой.