Предпринимательство как объект публично-правового регулирования в контексте целей социально-экономического развития

Введение.

В условиях обострения геополитической ситуации и ведения против России гибридной войны (предполагающей, в частности, применения эко- номических и идеологических средств воздействия) происходит трансформация взглядов на многие социальные явления, в том числе на предпринимательство как на один из ключевых драйверов социально-экономического развития.

Сегодня российское общество и государство заинтересованы в поиске путей гармонизации многочисленных и весьма разнообразных частных экономических интересов со стратегическими целями социально-экономического развития. В Послании Федеральному Собранию РФ 21 февраля 2023 г. Президент РФ В.В. Путин обратил внимание на то, что «именно частный бизнес на фоне внешних попыток сдержать Россию доказал, что умеет адаптироваться к быстро меняющейся конъюнктуре, в непростых условиях обеспечивать рост экономики. Поэтому каждая деловая инициатива, направленная на пользу стране, должна получить поддержку».

С начала 2000-х годов в России акцент государственного управления в области предпринимательской деятельности ставился на поддержке субъектов малого и среднего предпринимательства (далее также – МСП, субъекты МСП). Принят Федеральный закон от «Федеральный закон от 24 июля 2007 г. № 209-ФЗ «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации», а также комплекс документов стратегического планирования, задающих ориентиры публичного управления в рассматриваемой области отношений.

К числу ключевых документов стратегического планирования, отражающих перспективу развития предпринимательства в контексте приоритетных социально-экономических целей и задач, следует, в частности, отнести:

– Стратегию экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года»;

– Стратегию развития малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации на период до 2030 года;

– Концепцию развития творческих (креативных) индустрий и механизмов осуществления их государственной поддержки в крупных и крупнейших городских агломерациях до 2030 года»;

– Концепцию технологического развития на период до 2030 года» и др.

Так, Стратегия экономической безопасности в качестве целей государственной политики в сфере обеспечения экономической безопасности, в частности, определяет:

– укрепление экономического суверенитета Российской Федерации;

– обеспечение экономического роста;

– поддержание научно-технического потенциала развития экономики на мировом уровне и повышение ее конкурентоспособности;

– повышение уровня и улучшение качества жизни населения. Стратегия развития малого и среднего предпринимательства в качестве стратегической цели ставит развитие сферы малого и среднего предпринимательства как одного из факторов, с одной стороны, инновационного развития и улучшения отраслевой структуры экономики, а с другой стороны, – социального развития и обеспечения стабильно высокого уровня занятости.

Тем не менее, доля малых и средних предприятий в экономике в целом, хотя и перестала снижаться, в 2024 году составила 21,7 % [9]. Для сравнения, в 2014 г. на фоне также продолжающегося снижения доля субъектов МСП в экономике составляла 32,4 % [6].

Приведённая статистика демонстрирует, что продолжающейся на определенном этапе социально-экономического развития рост доли субъектов МСП в экономике сам по себе не говорит о социально-экономическом прогрессе.

Полагаем, что на современном этапе развития российского государства и общества всё в большей степени становится важным не столько доля граждан, вовлеченных в предпринимательскую деятельность, сколько содержание такой деятельности: её инновационность, потенциал к масштабированию, конструктивность по вкладу в общественное благосостояние и ориентированность на цели социально-экономического развития.

Предпринимательство теснейшим образом связано с широким спектром публичных интересов общества и государства, что обуславливает актуальность исследования проблем публичноправового регулирования предпринимательской деятельности.

Обсуждение.

Предпринимательская деятельность в качестве ключевой цели предполагает извлечение прибыли, в связи с чем, по своему содержанию она не всегда соответствует целям социальноэкономического развития.

В этой связи, одним из условий достижения указанных целей является участие государства в регулировании отношений в области предпринимательской деятельности. Согласимся, что метод правового регулирования предпринимательской деятельности характеризуется не «альтернативой, а сочетанием диспозитивных и императивных начал», [13, с. 11], которое проявляется в самых разных областях экономической (в частности, – предпринимательской деятельности).

При этом роль публично-правового регулирования состоит в обеспечении реализации, прежде всего, публичных интересов (хотя и в гармонии с интересами частными).

Согласны с Ю.А. Тихомировым, который к числу ключевых признаков публичного права относит, в частности, публичный интерес, «который в качестве концентрированного выражения общесо- циальных потребностей и стремлений выступает системообразующим явлением» [11, с. 4].

О публичном интересе, как объективной основе публично правового регулирования, пишет и В.М. Сырых: «Объективными основами публичного права выступают «социально-правовые явления, как публичный интерес, публичное целеполагание, публично-правовая политика, публично-правовая деятельность (практика) и общие блага как конечный результат деятельности и критерий степени реализуемости, достижения обществом публичного интереса» [10, с. 38].

В основе публичного управления и публичноправового регулирования предпринимательства должны лежать интересы государства и общества, объективированные в целях социальноэкономического развития государства. Такие цели определяются в результате стратегического планирования, под которым в научной литературе понимается форма логического преобразования с позиций права прогнозов, планов, программ, проектов, иных документов в государственную политику, обеспечивающую поступательное развитие социальных отношений [4, с. 13].

Как отмечает А.Г. Допкин, государственное стратегическое планирование представляет собой управленческую деятельность, ориентированную на формирование системы институциональных и организационно-правовых механизмов определения и достижения наиболее значимых долгосрочных целей и задач, стоящих перед государством [3, с. 10].

Рассуждая о связи публично-правового регулирования предпринимательской деятельности и стратегического планирования, отметим, что документы стратегического планирования приобретают юридическую силу в результате их утверждения административно-правовым актом. Вследствие этого, документ стратегического планирования становится обязательным для исполнения органами публичной власти.

Цели социально-экономического развития, закрепленные в документах стратегического планирования, призваны сформировать единое целеполагание, в том числе в контексте применения уполномоченными органами и должностными лицами тех или иных средств публичноправового регулирования предпринимательской деятельности.

Согласимся с Н.Г. Жаворонковой и Ю.Г. Шпаковским, которые отмечают связь стратегического планирования с государственного регулирования экономики [5, с. 173].

В рамках стратегического планирования, государство в лице системы органов публичной власти, исходя из конституционно-закрепленных ценностей и экономических основ, определяет пропорцию между рыночными и плановыми механизмами социально-экономического регулирования.

Отметим, что соотношение плановых и рыночных механизмов регулирования предпринимательства тесно связано с соотношением публичных и частных интересов. В различных социально-исторических условиях такое соотношение приобретает те или иные пропорции, ввиду чего убеждены, что гармония частных и публичных интересов в области предпринимательства требует учёта ментального отношения к предпринимательству, как общественному явлению.

Придание публичным интересам в области предпринимательской деятельности правовой формы в качестве целей социальноэкономического развития, в отрыве от системы традиционных ценностей и деловых качеств, делает такие цели заведомо ложными.

В Толковом словаре живого великорусского языка В. Даль определял «предпринимательство» как готовность «затевать, решаться исполнить какое-либо новое дело» [2, с. 445], т.е. подчеркивал новаторскую роль предпринимательства. Признак «готовность затевать» указывает на понимание предпринимательства, как совокупности качеств человека, характеризующих его предпринимательский потенциал, а не как конкретную предпринимательскую деятельность.

В рассматриваемом определении нет указания на цель в виде извлечения прибыли, а также риски осуществления предпринимательской деятельности. Такой подход, на наш взгляд, объясняется ментальным отличием эволюции предпринимательства в России от капиталистического пути Западной Европы. В массовом сознании населения России на всех этапах исторического развития сохранялось существенное влияние традиционных для русского социума аксиологических ориентиров, среди которых извлечение прибыли никогда не занимало центрального места.

Рассматривая значение историко-аксиологических детерминант экономического поведения современного российского предпринимателя, О.В. Токаренко выделяет ряд характерных для отечественного предпринимателя ценностей, опосредующих деловой успех. Средин них автор выделяет: «преобладание духовно-нравственных приоритетов жизни над материальными, культ бережливости, коллективизма, правдолюбия, нестяжательство, развитие самобытных коллективных форм хозяйства и демократии» [12, с. 6].

По мнению учёного, предпринимательство в России характеризуется самобытностью организации труда, ориентацией не только на рыночную экспансию, сколько на самодостаточность и коллективный хозяйственной деятельности. Эти качества представляют собой альтернативу жесткой конкуренции, которую, вопреки распространённому мнению, не следует воспринимать в качестве абсолютного экономического блага, влекущего лишь позитивные эффекты.

На наш взгляд, традиционные ценностные ориентиры, свойственные предпринимательству в

России, в определенной степени, сохраняются и сегодня, хотя они, в значительной степени, оказались размыты грубым внедрением западной предпринимательской идеологии, возводящей извлечение прибыли во главу угла.

Бережливость, коллективизм, умеренность при постановке целей предпринимательской деятельности и другие вышеперечисленные качества содержат в себе существенный потенциал с точки зрения организации предпринимательского сообщества в контексте достижения целей социально-экономического развития. Не случайно, в абзаце первом Указа Президента РФ от 07.05.2024 № 309 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года» отмечено, что такие цели основываются, в частности, на традиционных российских духовно-нравственных ценностях, принципах социальной справедливости и равенства возможностей. При этом среди ценностных ориентиров, закрепленных в этом же абзаце, фигурирует «экономическое развитие, основанное на честной конкуренции, предпринимательстве и частной инициативе».

Следует отметить, что аксиологическая основа и целевые ориентиры предпринимательства переживают трансформацию не только в России, но и в мире в целом.

Справедлив в своих суждениях В.С. Белых, подчёркивающий, что ориентация на достижение коммерческого успеха не является самодовлеющей целью в современном бизнесе. Наряду с извлечением прибыли для субъектов предпринимательской деятельности принципиальное значение приобретает вопрос создания собственного дела…» [1, с. 4].

Предпринимательство, зачастую, – это форма самореализации личности, средство удовлетворения потребностей вторичного уровня. В этом смысле, многими предпринимателями движет не только стремление к прибыли, но и значимость результатов предпринимательской деятельности для социума в целом.

Содержание предпринимательской деятельности находится в прямой зависимости с созданием социального блага [8, с. 27]. Цели предпринимательской деятельности очень точно определены в рамках философско-правовой концепции общего блага [7, с. 70]. В свете сказанного, аксиологическая основа публично-правового регулирования предпринимательства лежит в плоскости гармонизации отечественного хозяйственно-экономического менталитета и приобретенных (в результате заимствования, прежде всего, у стран Запада) ценностей.

Результаты.

Нет сомнений, что цели социальноэкономического развития должны быть гармонизированы с традиционными для отечественного предпринимательства ценностями. Несмотря на то, что стратегическое планирование — это деятельность органов публичной власти, документы стратегического планирования, на наш взгляд, должны служить ценностным ориентиром и для предпринимателя.

Полностью поддерживаем А.Г. Допкина, который в качестве направления совершенствования стратегического планирования выделяет «стимулирование хозяйствующих субъектов к добровольному принятию обязательств по участию в достижении стратегических целей и задач государства с задействованием инструментария государственно-частного партнёрства и долгосрочных соглашений о защите и поощрении капиталовложений» [3, с. 61].

Полагаем, что вместе с социально-правовым значением предпринимательской деятельности трансформируется и роль государства в лице органов публичного управления в предпринимательской сфере. Трансформации подлежат целевая и содержательная составляющая публично-правового регулирования. Фокус регулирования следует сместить в сторону создания условий для консолидации разрозненных находящихся в состоянии конкуренции субъектов предпринимательской деятельности, массового формирования административно-хозяйственных отношений, участники которых объединены едиными публичными интересами, нашедшими юридическое оформление в документах стратегического планирования.

В свете сказанного, предлагаем выделить цен-ностно-ориентирующую и мотивационно-интегрирующую задачи стратегического планирования в области предпринимательской деятельности.

Первая состоит в вовлечении талантливых и инициативных людей в наиболее значимые для государства и общества направления и виды предпринимательской деятельности, и воспитании социальной ответственности предпринимателей.

Вторая задача заключается в организации объединения усилий потенциальных предпринимателей на основе общих осознанных предпринимательским сообществом целей и задач социально-экономического развития.

Заключение.

Таким образом, на сегодняшний день одна из задач публично-правовых наук заключается в выработке современного подхода к пониманию предпринимательства, как объекта публичноправового регулирования, в контексте гармонии многообразных частных экономических интересов с целями социально-экономического развития государства.

Важнейшим аспектом, в этом смысле, является гармонизация отечественного предпринимательского менталитета и приобретенных (в результа- те заимствования, прежде всего, у стран Запада) ценностей.

Ключевыми аксиологемами, отражающими гармонию между традиционными и приобретёнными ценностями для российского предпринимательства выступают:

– с одной стороны – коллективизм, ответственность перед окружающими, уважение к правде;

– с другой – способность к разумному риску, умение накапливать капитал.

Важно отразить указанные традиционные ценности в виде объединяющих современных предпринимателей целей, и объективировать такие цели в документах стратегического планирования. В роли таких интегрирующих ориентиров выступают закрепленные в документах государственного стратегического планирования цели и задачи социально-экономического развития.

Цели социально-экономического развития должны быть гармонизированы с традицион- ными для отечественного предпринимательства ценностями.

Предлагается выделить ценностно-ориентирующую и мотивационно-интегрирующую задачи стратегического планирования в области предпринимательской деятельности.

Первая состоит в вовлечении талантливых и инициативных людей в наиболее значимые для государства и общества направления и виды предпринимательской деятельности, и воспитании социальной ответственности предпринимателей.

Вторая задача состоит в организации объединения усилий потенциальных предпринимателей на основе общих осознанных предпринимательским сообществом целей и задач.

Выделенные задача должны найти своё отражение в действующем законодательстве о стратегическом планировании.