Представления о святом месте в восприятии и толкованиях молодых людей в Красноярске

Посвящается светлой памяти профессора А.Д. Васильева

П остановка проблемы . Авторы пытаются выявлять контуры предстоящего более масштабного изучения ментальности сибиряков в аспекте соотношения показаний возрастных страт через вербальные реакции на стимулы от «родного (дома)» к «святому (месту)». Шире можно рассматривать эти параметры как аксиологические характеристики сообщества, проецируемые на миропредставление персоны.

На протяжении ряда лет авторами в сотрудничестве с коллегами проводятся работы по изучению связи между локальным сознанием, то есть сознанием общественной группы, обусловленным локусом ее проживания, и факторами ее укрепления, такими как смыслы «своего», «родного», «дома», «святого», в итоге - «святости». Материалом для изучения названного комплекса смыслов становятся экспедиционные наблюдения в Восточной Сибири, по рекам Енисей, Хатанга, Ангара, записи включенного наблюдения в населенных пунктах Красноярского края, данные анкетных опросов, фрагменты провоцируемых собирателями нарративов.

В качестве этапов исследования рассматривается выявление отношения представителей различных групп к понятиям «родной», «дом», дополнительных характеристик названных понятий. Здесь представлены результаты исследования, проведенного в сентябре-октябре 2025 г., в среде студенчества города Красноярска.

Предметом исследования стала специфика ценностного отношения студентов красноярских вузов к «святому» месту и понятиям «святое» и «святость». Опрос построен на приеме продолжения высказывания, дополненном приемом толкования лексем, стимулирующих вербальную активность. Выясняется ряд особенностей понимания молодых людей в отношении названных понятий.

В целом с ранней истории православной Руси (т.е. не менее чем с X в.) возникает дилемма становления и возрастания в русском человеке и обществе православного сознания, проблема рефлексии по поводу призвания русской государственности [Федотов1, 2015, с. 366]. Как считают некоторые ученые, конфессиональную жизнь России характеризует противостояние традиционных и относительно новых форм религиозности.

Обзор литературы . Констатируется умножение верующих за счет тех, кто рос и воспитывался в атеистической или нерелигиозной среде и не склонен к канонической воцерковленной жизненной практике, за счет приобщения к вариантам разных вер из-за секуляризации сознания в постмодернистскую эру, что обусловлено и характерным «сопротивлением» давлению глобального атеизма, агностицизма, вплоть до сатанизма [Дутчак и др., 2013, с. 80]. Что интересно, подобное явление характеризуется и на материале иных, в частности тюркских, этносов, ср. [Ташбаева, 2017].

Исследования отношений человека и религии показывают, что святость является сложным понятием, ассоциативно связанным с понятиями «Бог», «человек», «вера», «церковь» и под.

По мнению Е.Г. Синякиной, сформированные на глубинном уровне народная религиозность и сознание находятся в связи с врожденной народной верой, набожностью, благочестием, упованием на Творца, навыком к молитве [Синякина, 2020, с. 226].

СИБИРСКИЙ ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ ФОРУМ ^{2025. № 4} (³³)

Представляется логически обоснованным, кроме того, обоснованным также на анализе православной жизненной практики понимание святости как комплекса представлений, базирующегося на модели развития отношений «человек – Бог», «общество – Церковь» через переплетенные понятия «смирение», «покаяние», «родство», «происхождение (рода, человека, народа)».

Отдельные исследования посвящены пониманию динамики концептуального наполнения святости2, как, например, в работе Е.И. Колосовой, А.И. Мацкевич [Колосова, Мацкевич, 2016]. В таком же направлении построены и работы Н.М. Дмитриевой, О.А. Пороль [Дмитриева, Пороль, 2016], С.Н. Селезневой, но с акцентом на семантическом комплексе с общим значением ‘святой’ [Селезнева, 2010].2

Методология и методы . Авторами применяются методики опроса, анкетирования, дальнейшего анализа в сравнении с некоторыми предшествующими данными о понимании святости и святых мест.

Собеседниками исследователей становятся жители различных возрастов, обоих полов, постоянно или временно живущие или находящиеся в пространстве коммуникации.

Респонденты предстают как ищущие собственного пространства, места, траектории своего развития, в связи с чем охотно идут на диалог, обсуждение темы «пребывание на месте». Семантика «места» включает в себя подтемы – «осуществление собственной судьбы», «взаимодействие с людьми», «ценное в человеке», «значимые события» и т.д.

С категорией молодых респондентов от 17 до 23 лет (студенты красноярских вузов) на протяжении нескольких лет собирается материал о понимании «своего места», ассоциаций с ним, понимании «родного» и понятии «дом» (что включают молодые люди сегодня в «свой дом»). Через систематическое повторение в ассоциациях и сюжетах семантики особенно поклоняемого и почитаемого авторы получили толчок к выявлению современного понимания «святой», «святость», «святые места (Сибири)».

Такие данные, как полагают авторы данного текста, могут коррелировать с исследованиями базовых ценностей Енисейской Сибири, проводящимися в течение многих лет специалистами Регионального лингвистического центра Приенисейской Сибири Красноярского государственного педагогического университета имени В.П. Астафьева [Васильев, Бариловская, 2008; Васильев и др., 2017; Васильев, Селезнева, 2014; Селезнева, 2010; 2014].

В кругу базовых ценностей исследователи находят иерархию ценностных представлений, характерных для носителей русского сознания Сибири.

Развитие персоналистического понимания воплощения святости в Древней Руси с самого начала ее православного пути очевидно связано с историей святых отцов, подвижников церкви, монашества, иночества, мученичества3. Об этом подробно сказано в масштабных работах [Топоров, 1995; Флоренский, 2001; Федотов, 2015].

Архангельская исследовательница С.А. Смирнова рассматривает пространство осуществления святости в пределах всей русской культуры4, а в сопоставлении с французской традицией католического осуществления святости русская святость приобретает специфические черты, не всегда опознаваемые при нахождении в одной национальной традиции5. В ее же работе ‘святость’ проанализирована в агиографических текстах [Смирнова, 2009].

На художественном материале строит свое исследование, выявляя концептуализацию значений отдельных лексических единиц и усиление ценностной составляющей в их семантике в художественном тексте И.А. Бунина, нижегородская исследовательница М.И. Кузьмина [Кузьмина, 2021].

Технологии обсуждения с респондентами Сибири ценностных семантических зон «своего», «родного», «родных мест» и «своих событий», особо почитаемого и важного («святого») позволяют получить актуальные картины мировосприятия.

Ниже представлены наиболее показательные ответы из полученных в ходе работы с респондентами и их толкования (к сожалению, вовсе еще не анализ в полном смысле слова).

Святость

Лексема святость толкуется носителями молодежного сибирского сознания по-разному. В аспекте стремления к обретению этого свойства – то, чего нельзя достигнуть.

В аспекте характеристики отдельных сем в сложной семантике понятия: добродетель; добрые действия, святые люди; святые люди или ощущение просвещения (вера); открытое и доброе сердце; чистота мышления и честные поступки; чистота; чистота духа; чистота души; искренность, чистота сердца, милосердие; сохранение традиций; чистота, душевность; что-то очень чистое и искреннее; что-то дорогостоящее, непорочное, чистое; стремление быть чистым духом; возвышенное состояние души, покой, спокойствие, умиротворение; вера во Всевышнего; традиционность, духовная чистота.

СИБИРСКИЙ ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ ФОРУМ ^{2025. № 4} (³³)

Респонденты используют апофатический метод определения (отсечение ненужного, отрицание противоположного по смыслу): отсутствие злых, коварных мыслей; что-то чистое, в плане духовности; то, что важно и особенно лишено недостатков; те вещи, которые имеют огромное значение для человека; то, о чем нельзя отзываться плохо; неприкосновенность, необходимость оберегать; неприкосновенность и непорочность; это приравнивание чего-либо к чему-то настолько ценному, что уничтожать это незаконно для души; безгрешность; неприкосновенное, высшее, идеал; неприкосновенное для плохих мыслей; святость – это, что нельзя тревожить.

В аспекте обладания данным свойством любым человеком (?) – это моральная часть жизни, которая сохраняет в жизни человека человечность. Это может быть качество человека, который верит в Бога и не нарушает завет ( sic! ).

Респонденты признаются в сложности задачи толкования святости – мне очень сложно написать на бумаге про это [святость] .

Респонденты связывают святость со сверхъестественным – это что-то очень сакральное. Святость также имеет связь с религией ; святость – величие чего-либо; высшая степень уважаемого, самого ценного и нравственно чистого; ценность; верховность (sic!) и чистота; особая черта, что-то чистое и светлое.

Констатируется связь святости с другими свойствами человека – следствие добродетельности; святость присуща только добрым и отзывчивым людям.

Святость я понимаю как что-то родное, так и что-то связанное с религией. Что-то святое (родное).

Святое место

Практически общим местом становится признание: святое – очень дорогое, важное; что-то светлое.

Относительно частотно упоминание в качестве святого места церквей (церкви, храма) – святым местом я могу назвать Храм; место рядом с Богом; святое место – недосягаемое спокойное место; очень значимое для многих людей; место, где раскрываются моральные качества человека: счастье, любовь; это церкви, место, где работают богослужители; святое место – храм, дом, церковь, церкви; дом; храм, дом, то, где уютно и хорошо; алтарь, церковь и т.п. (все зависит от веры человека).

Отрицание негативных черт также применяется при описании святого места – это место, в котором нет греха.

Называются и конкретные места – Мекка; Иерусалим; святое место – место моей силы, коим является мой город. Можно полагать, что место может определять качество проживаемого в данный момент фрагмента жизни.

Более часто встречаются толкования, связанные с личными ощущениями, – место, пропитанное светлой энергией, доброй; место, в котором легко дышать, в котором ты забываешь про все бытовые проблемы; место, в котором можно пополнить энергию на свершения, достижения и исправить эмоциональный упадок; место, где можно уединиться с мыслями; территория, на которой все становится проще; на мой взгляд, это там, где ты чувствуешь тепло в душе и тебе становится спокойно; неоскверненное и основанное на добре место, где можно найти поддержку.

Святость места требует особенного отношения к себе и в ответ может дать человеку силы и спокойствие – место, где царит уважение, которое ни в коем случае нельзя осквернять, оно особенное, и в нем есть только добро и нравственная чистота; место, где есть чувство освобождения от всех проблем, где нет плохих воспоминаний; место, вызывающее чувство легкости, очищения и спокойствия; место уединения с «чистым» и светлым.

Святое место – то, где можно почувствовать себя более осознанным и вдумчивым, почувствовать то, о чем ты раньше не задумывался; то место, которое имеет для человека наивысшую ценность; место, которое придает тебе духовную силу.

Важен аспект необходимости оберегания святого места от посягательств извне – то место, которое нуждается в защите, имеет ценность (духовную) для общества; место, которым следует дорожить,

Святое место – родное место, к которому человек будет подпускать только родных себе людей, или что-то связанное с религией. Для всех разное, обычно это место, которое дает силы, вдохновение, для меня это дом. Родной дом.

Место может быть связано только с одной-единственной персоной – место, связанное с воспоминаниями, историей, которое нужно стараться сохранить; то, которое дает людям силу, очищает; в котором ты чувствуешь себя лучше, наполняешься силой, где у тебя поднимается настроение, где ты отдыхаешь душой; то, что находится в глубинных слоях человека, его души, мозга; то, чем больше всего дорожишь; место, где нельзя вести аморальный образ жизни; памятное место или место, куда приходишь для душевного спокойствия; место, которое является источником воспоминаний и приятных эмоций, место, где спокойно; самое важное место в мире; это особенное место, где легко быть собой; место, которое имеет наивысшую духовную ценность [прежде всего для отдельного человека] .

В одном случае сталкиваемся с констатацией невозможности святого места – нет такого места, но не его отрицанием как таковым. Из проанализированных 75 работ обучающихся 18–19 лет в четверти нет ответа на эти стимулы, что может быть проинтерпретировано как нежелание излишне открывать свой внутренний мир, как пояснили несколько респондентов. Еще часть студентов высказались о сложности толкования явления, значительной ответственности за результат таких непродуманных словесных действий с важными и ценными вещами.

Становится очевидным, что понимание святости , святого места обладает для большинства респондентов семантикой чистоты, безгрешности, успокоения, связи со святыми людьми.

СИБИРСКИЙ ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ ФОРУМ ^{2025. № 4} (³³)

Святое же место во многих случаях связано с обретением душевного (личного) покоя, с родным домом, с углублением в личное пространство, которое нуждается в защите, обережении. Святое место становится и тем, что внутри человека, тем, что он носит и взращивает внутри себя.

Результатом исследования становится в связи с целью статьи понимание необходимости углубленного анализа внутренней связи важных ментальных понятий - своего, родного, святого, важного и т.п. - индивидуального и коллективного сибирского сознания. Можно констатировать также самодостаточную ценность добытого аутентичного материала в свете многочисленных рассуждений о необходимости понимания молодежи, ее устремлений, ценностей, способностей. Разумеется, необходимо также при этом не переоценивать декларируемые респондентами взгляды, использовать различные способы верификации получаемых сведений.

Важно также при анализе принять за данное в вербальных реакциях респондентов вовлеченность в обсуждение проблем святости и святого места – вовсе не отторжения, не отрицания, а относительно развитую рефлексию студентов по поводу глубоко внутренних предметов.

В настоящее время накоплены данные, позволяющие судить о специфике внутреннего восприятия и презентации вовне «сокровенных», ценностных зон молодой персоной в Восточной Сибири. Они заключаются в провозглашении более значимой роли семьи, кровно родных людей, дома, нежели это принято полагать по результатам социологических исследований.

Авторский вклад . Состоит в построении методически оправданной модели исследования внутреннего мира молодых людей: данные анкетирования сопоставляются с наблюдениями, вербальными проявлениями молодых (в частности, в социальных сетях), социально значимыми действиями. Важным параметром становится выявление связей и даже зависимости понимания семантики дома, родного, своего с толкованием святого и святости не только как внеполо-женного молодому человеку, но входящего в круг его постепенного осмысления и рефлексии.

Заключение . Представленные в записях от информантов толкования лексемы «святость», словосочетания «святое место» показывают, на взгляд авторов, существенные черты в современном мировоззрении студенчества Красноярска: респонденты вполне свободно рассуждают о своем понимании феномена святости, демонстрируют широкий спектр восприятия ценности феномена святости.

Авторы пришли к выводам о необходимости продолжения исследований, в том числе сопоставительных: в возрастных стратах, в локальных вариантах сознания, в аспекте выявления региональных различий и сходств. Авторский вклад в изучение трансформации представлений о святом месте, святости состоит в предложении корректировок понимания связи родного, святого в миропредставлениях молодых людей.