Преподаватель вуза: современные тенденции

Современные тенденции в сфере образования вызывают много вопросов, которые каждый осмысливает по-своему, на свой страх и риск. При этом важной социальной ответственностью преподавателя вуза остается скорость реагирования на срочные меры со стороны чиновников от образования. Следует немедленно перестроиться формально и содержательно под новые стандарты третьего (четвертого) поколения ФГОС, переработать программы и курсы по новым правилам, не забыть про рейтинг, очередное представление на должность, РИНЦ, индекс Хирша, Scopus, импакт-фактор научных журналов и многое другое. Формализм современной высшей школы наиболее ярко в своих статьях раскрыл профессор А.В. Иванов.

Создается впечатление, что гонка вооружений второй половины прошлого века сегодня сменилась всеобщей гонкой людского тщеславия, а оно, как известно, приводит к безразличию и скуке. Как заметил Б. Рассел, источником тщеславия является неуверенность человека в себе. Целое поколение людей, не имеющих твердых мировоззренческих и моральных оснований жизни, включилось в гонку за славу, известность, должности, высокие рейтинги, ученые степени и звания. Именно с этой трансформацией ценностей общества, на наш взгляд, связаны некоторые негативные тенденции в сфере высшего образования.

Многие преподаватели вузов, воспитанные в классических традициях, уже «сошли с дистанции», ушли на пенсию, не проявляют преподавательской и научной активности. К великому сожалению, они уже не являются для молодого поколения образцами для подражания, так как в постоянно изменяющемся мире нет места для традиций, преемственности и пиетета перед старшими. Но во все времена именно старшее поколение преподавателей составляло золотой фонд отечественного образования. В настоящее время на их место пришли хорошие управленцы, менеджеры и маркетологи. Сакральный смысл передачи опыта от старших к младшим сменился незаметно для многих обыденной сменой управленческих кадров.

Сегодня жить спокойной размеренной жизнью гарантированно означает потерять свое ме- сто в мире. Мы все включены в борьбу за существование, за место под солнцем. Но подобная атмосфера не является подобающей для воспитания нового поколения уверенных в себе, образованных и просвещенных людей. Напомню, что высшее образование в европейской культуре всегда было делом государственной важности, а сам процесс обучения носил сакральный характер.

Вызывают недоумение неуклюжие попытки чиновников подчинить какой-то только им знакомой логике весь ход научной жизни общества, задать ей единую универсальную производственную архитектуру. Не учитывается при этом человеческий потенциал, ведь наука – это не только лаборатории, но прежде всего люди, профессионально занимающиеся исследовательской и преподавательской деятельностью. Но современный российский преподаватель вуза оказался обычным конторским служащим, которому все инструкции спускаются сверху. Место творчества, индивидуальности и уникальности заняли УМК, рабочие программы и всевозможные гран- ты, за которые преподаватель должен бороться, так как это стало частью его профессиональных обязанностей. Не о том речь, что мы много времени тратим на заполнение формальных бумаг – это всегда было. Но речь о том, что формализм стал основным видом деятельности преподавателя вуза. С этим положением ни в коем случае мириться нельзя. Конечной целью подобной формализации учебного процесса, по-видимому, является ситуация, когда человек с улицы с соответствующим дипломом может сменить любого опытного преподавателя вуза.

Стандартизация учебных программ означает тотальную унификацию образовательной деятельности вузов. Кафедры превратятся в обычные офисы, а прием на работу молодого преподавателя – в стандартную формальную процедуру набора новых рекрутов в фирму. Произошел процесс деперсонализации высшего образования, вместо имен своих уважаемых профессоров студенты порой с трудом вспоминают название преподаваемых им предметов, поскольку изучение всех дисциплин проходит по одной и той же формальной схеме, с указанием именно тех компетенций, которые формируются в каждый момент учебного времени.

Идеология свержения преподавателя вуза с высокого трона Просветителя и Учителя до «офисного планктона» связана, на наш взгляд, с общей тенденцией установления чиновниками жесткого контроля над материальной и духовной жизнью общества. Тотальный диктат над всеми сферами жизни – это проявление не силы, а слабости власти, так как введение все новых правил игры свидетельствует о том, что существующие правила никем не соблюдаются. Постепенно давление на систему образования формирует особый тип фрустрированного человека, который как «просвещенный и умеренно либеральный пескарь» из сказки М.Е. Салтыкова-Щедрина думает только о том, «как бы чего не случилось», а не о творческом отношении к труду.

Простое объяснение очень сложных социальных явлений, как правило, воспринимается многими людьми скептически. Нельзя допустить, думают они, чтобы все объяснялось банальным страхом человека перед начальством. Но в жизни есть много примеров такого рода простых объяснений. Страх – это не единственный фактор нашей жизни, существуют и другие не менее важные обстоятельства. Если мыслители прошлого утверждали вездесущность человеческой глупости, то мы с таким же упорством утверждаем вездесущность человеческого страха. Но есть единственное средство избавления как от глупости, так и от страха – это формирование полноценного, творческого, самостоятельного сознания человека в процессе образования. Очевидно, что люди, передающие свой интеллектуальный опыт студентам, должны быть свободными от диктата чиновников и «реформаторов». Мало кто из представителей преподавательского корпуса понимает «телодвижения» Министерства образования и науки РФ. Недавно академики РАН не приняли план реорганизации своего учреждения, который был представлен на самом высоком государственном уровне. Ситуация непростая: с одной стороны, чиновники, наделенные властью и имеющие огромное желание что-нибудь перестроить и освоить бюджетные деньги, а с другой – люди, душой болеющие за свое дело и искренне заинтересованные в сохранении интеллектуального потенциала общества.

Полагаем, что кроме экономических, социальных, политических и иных факторов есть глубинные причины этой коллизии. Их следует искать в способе мышления человека. Желание все коренным образом перестроить и изменить означает отсутствие некоторой магистральной линии жизни. Это деструктивный способ мышления, который склонен все разрушать, но не имеет ни малейшего представления, как следует создавать новое и сохранять прошлый положительный опыт. Именно такой примитивный тип мышления, склонный к тотальному разрушению, господствует в современном мире. Народная мудрость дает точную его характеристику: ломать – не строить, душа не болит. Люди с деструктивным мышлением не всегда понимают, в каком сложном мире они живут, порой не отдают себе отчета, к чему могут привести их смутные устремления. Это даже не мышление, а его неуклюжая имитация, для демонстрации которой будет уместно вспомнить метафору современного американского философа Х. Патнэма – «мозги в бочке».

Эта метафора описывает ситуацию, когда несамостоятельное мышление не отличает реальный мир от виртуального. Предположим, что есть мозг человека, помещенный в специальный раствор и подключенный к компьютеру, который инициирует все основные качества жизни. Человек живет, дышит, работает, любит, ненавидит, голосует, участвует в работе конференций, занимается реформой системы образования. Главный вопрос: наступит ли время, когда этот человек (мозг) поймет без внешнего вмешательства, что на самом деле происходит? Это очень сложная проблема. Возможна ли объективная оценка си- туаций, которые генерируются субъективным миром? Реформаторы, если судить по их делам, не в состоянии реально оценивать последствия их нетривиальных планов, деловых игр, мозгового штурма, креативного мышления и прочей имитации мыслительной работы. Их непроницаемость для общественного мнения, искусство не замечать резонные аргументы оппонентов невольно наводят на мысль, что они живут в своем изолированном мире и не имеют никакого представления о диалоге и консенсусе.

Было бы ошибочным представлять преподавателей только в качестве жертв обстоятельств. Утверждать, что мы не имеем отношения к негативным тенденциям в образовании, означало бы согрешить против истины. Мы в полной мере несем ответственность за все то, что происходит в обществе. Если следовать логике известного философа А.М. Пятигорского, то нужно признать, что мысленно, где-то глубоко внутри себя мы были уже готовы к тому, что будет происходить с нами. Есть правило социального мира: перед тем как произойдет событие, должен осуществиться процесс его осмысления, т.е. создание его идеальной схемы, образа. Наши мысли имеют пугающую способность со временем материализо-вываться, приобретать конкретную физическую форму. Например, внутренний страх проиграть в борьбе не позволяет нам победить, а постоянная неосознанная тревога в конце концов приводит к трагедиям.

Человек с деструктивным сознанием порождает только негативные социальные последствия. Про некоторых людей говорят, что в жизни им не везет, хотя сами они хорошие. Возможно, все дело в их образе мышления, которое способно обнаруживать только ужасные картины из области бессознательного. Напротив, как утверждал Р. Декарт в одном из своих писем, оптимистический настрой человека по отношению к миру, как правило, является основой его благополучной жизни. Существует какая-то странная зависимость или даже родство между мышлением человека и характером окружающего его мира. Мы создаем материальный мир в точном соответствии с нашим внутренним представлением о нем. Подобную аналогию в поэтической форме выразил известный ученый А.М. Городницкий: «Родство по слову порождает слово, родство по крови – порождает кровь». Именно поэтому воспитание самостоятельного конструктивного сознания человека является целью процесса образования. В этом отношении преувеличить значение специфически человеческих отношений в процессе передачи опыта теоретического осмысления мира невозможно.

И. Кант, как известно, провозгласил главный девиз Просвещения: имей мужество пользоваться собственным умом. Но из-за собственной лени и страха перед неизвестностью большая часть людей всю жизнь остаются несовершеннолетними. «То, что значительное большинство людей (и среди них весь прекрасный пол), – пишет философ, – считает не только трудным, но и весьма опасным переход к совершеннолетию, – это уже забота опекунов, столь любезно берущих на себя верховный надзор над этим большинством. После того, как эти опекуны оглупили свой домашний скот и заботливо оберегли от того, чтобы покорные существа осмелели бы сделать хоть один шаг без помочей, на которых их водят, – после всего этого они указывают таким существам на грозящую им опасность, если они попытаются ходить самостоятельно. Правда, эта опасность не так уж велика, ведь после нескольких падений, в конце концов, они научились бы ходить; однако такое обстоятельство делает их нерешительными и отпугивает их, удерживая их от дальнейших попыток» [2].

В такой же роли опекуна выступают чиновники от образования, которые стараются регламентировать каждый шаг преподавателя. Формализм и двойные стандарты привели к тому, что подрастающее поколение представляет себе высшее образование исключительно в качестве сферы обслуживания населения, не понимая его глубокого просветительского смысла. Более того, для некоторой части молодежи обучение в вузе является продолжением школьной беззаботной жизни, что во многом объясняет их социальную и гражданскую инфантильность. Во всем присутствует какая-то двусмысленность и недосказанность. Мы официально соглашаемся с реформами, но где-то глубоко внутри себя решаем их игнорировать или, по крайней мере, не следовать им буквально. Понимаем, что формальные показатели эффективности работы преподавателя и вуза не выдерживают никакой критики, но регулярно участвуем в их составлении. Вызывает тревогу наша неспособность эффективно отстаивать традиции и принципы высшего образования. Скорее всего, это связано с привычкой преподавателей вузов вести дискуссии с оппонентами в строгом соответствии с нормами научной этики, которые, к сожалению, не знакомы некоторой части нашего общества.

Нет сомнения в том, что движение вперед означает изменение, модернизацию, адекват- ную реакцию системы на вызовы извне [3; 4]. Все течет, все изменяется, эволюционный процесс, конечно, остановить нельзя. Полагаем, что цели у реформаторов от образования весьма благородные, многие из них – достойные люди и профессионалы высокого уровня. Но высшее образование – это сфера общественной жизни, где действуют особые законы, которые формировались на протяжении многих десятилетий, их следует знать и учитывать.