Приходская школа в селе Аремзянском Тобольской губернии: страницы истории

Введение . История села Аремзянского Тобольской губернии представляет научный интерес по ряду оснований (Бухарова, 2019). Изначально это было посессионное поселение, возникшее одновременно со строительством стеклянной фабрики купцами Корнильевыми в середине XVIII в. Такие поселения имели специфические особенности в устройстве хозяйственной деятельности и быта жителей. Одной из характерных их черт являлось обязательное участие владельцев фабрики

в формировании инфраструктуры населенного пункта. Так, первая церковь поселения, возведенная во имя Николая Чудотворца, была заложена в 1768 г. на собственный капитал Алексеем Яковлевичем Корнильевым. 5 апреля 1839 г. она сгорела. Строительством нового храма занималась управляющая фабрикой Мария Дмитриевна Менделеева, родная сестра владельца, Василия Дмитриевича Корнильева, мать российского ученого Д.И. Менделеева. Летом 1844 г. здание новой, Воскресенской, церкви было освящено (Бухарова, Загороднюк, 2025).

Известно, что в 1830–1840-е гг. при храме Марией Дмитриевной была открыта школа для детей фабричных рабочих, а позднее, в 1884 г., – школа грамоты. Посетив с. Аремзянское в 1899 г., Д.И. Менделеев отметил: «Школа детей, основанная матушкой при церкви, теперь стоит особо…»1.

В работах, посвященных истории рода Корнильевых-Менделеевых, о существовании школы в селе в XIX – начале ХХ в. имеются лишь отрывочные сведения2.

Цель настоящей статьи – рассмотреть открытие и функционирование школ в селе Аремзян-ском в XIX – начале ХХ в.

Важно рассмотреть эти процессы в рамках проблем образовательной политики Российского государства в исторической ретроспективе, которые остаются актуальными в современных исследованиях.

Формирование и развитие сети приходских школ в XIX в. нашли отражение в работах дореволюционных историков и педагогов – С.А. Князькова и Н.И. Сербова3, Н.К. Чукова4, Г.Я. Маля-ревского5, Н.С. Юрцовского6 и др. В них особое внимание уделялось деятельности Министерства народного просвещения, как справедливо отмечает Е.А. Калинина (Калинина, 2014: 5), а вопросы открытия сельских школ рассматривались в рамках реформы 1884 г.

В современной историографии репрезентирован широкий круг вопросов, связанных с взаимодействием государства и церкви в сфере народного образования, становлением системы церковной школы, особенностью формирования образовательных учреждений в отдельных регионах страны в XIX – начале ХХ в. Менее изученными оказались вопросы образовательной деятельности православной церкви в первой половине XIX в. Интерес представляют работы М.В. Булыгиной (Булыгина, 2005), Е.А. Калининой (Калинина, 2014), М.Д. Масановой (Масанова, 2013), М.Г. Нечаева (Нечаев, 2016), А.М. Рожковой и О.А. Милевского (Рожкова, Милевский, 2015).

Открытие школ в сельской местности, необходимость которых понимала и светская, и духовная власть, проходило в условиях крепостного права, отсутствия правовой регламентации сельских приходских школ, а, следовательно, финансирования. Первым документом стал указ Св. Синода от 20 октября 1836 г., которым были утверждены «Правила касательно первоначального обучения поселянских детей»7. По мнению исследователей, этот документ стал основой для деятельности учрежденных в 1884 г. церковно-приходских школ (Масанова, 2013).

Существуют разные точки зрения на время открытия и численность сельских школ первой половины XIX в. Так, М.Д. Масанова отмечает рост числа школ при монастырях и приходских церквях по указу 1836 г., причиной чему было «усердие духовного начальства в борьбе с расколом, нежели желание обучать детей грамоте» (Масанова, 2013: 23). А.М. Рожкова и О.А. Милевский акцентируют внимание на увеличении количества приходских школ в середине XIX в. в связи с привлечением их к просветительной деятельности российским правительством в начале 1840-х гг. (Рожкова, Милевский, 2015: 43).

В работе Е.А. Калининой анализируется деятельность начальных общеобразовательных школ в сельской местности до принятия синодского указа 1836 г. – в период 1805–1825 гг., когда они по содержанию учебных курсов были близки к школам для поселянских детей, содержались за счет местного духовенства и являлись низшим звеном в системе народного просвещения (Калинина, 2014).

Нет единой точки зрения среди ученых и на время открытия первых церковных сельских школ в Тобольской губернии. По мнению М.В. Булыгиной, они возникли во второй половине XIX в. (Булыгина, 2005: 14–15). Педагог и исследователь Г.Я. Маляревский утверждал, что первые школы в сибирских поселениях появились в конце XVIII в. по частной инициативе: «Вся первоначальная их история представляет ряд единичных и разрозненных, благоприятных, а иногда и неблагоприятных для школьного дела мероприятий отдельных административных властей в крае»1. История школы в селе Аремзянском Тобольской губернии – одна из них.

В основу настоящего исследования лег широкий круг источников. Выявлены и введены в научный оборот документы фонда Императорского Вольного экономического общества Российского государственного исторического архива и фондов Тобольской духовной консистории, епархиального училищного Совета, Тобольского губернского статистического комитета Государственного архива в г. Тобольске, которые позволили подтвердить факт существования школы в селе Аремзянском в первой половине XIX в., а также особенности работы школы грамоты (церковноприходской школы) (1885–1919). Ценность в исследовательском контексте представляют клиро-вые ведомости, в которых указаны сведения о школе, учителях, количестве учеников, а также имеется информация о других учебных заведениях прихода. В Музее-архиве Д.И. Менделеева (г. Санкт-Петербург) хранится переписка ученого с земляками, одно из писем которой содержит информацию, связанную со строительством новых зданий школы.

Методологической основой исследования является общенаучный принцип историзма. Это позволило нам в хронологической последовательности проследить процесс развития сельского образования в XIX – начале XX в. Анализ опубликованных источников и архивных документов, составляющих основу статьи, требует руководства методами исторического исследования, такими как описательно-повествовательный (идеографический), сравнительно-исторический, ретроспективный, метод терминологического анализа и другими.

Основная часть . Открытие школы в селе Аремзянском было связано с указом Св. Синода от 20 октября 1836 г. Им были утверждены «Правила касательно первоначального обучения поселянских детей»². В частности, этим документом обучение детей вменялось в обязанность приходскому духовенству; местом проведения занятий являлся дом священнослужителя или причта; обучение осуществлялось духовным лицом, было бесплатным, учебная литература приобреталась на средства прихожан и церкви; занятия включали чтение книг церковных и нравственного содержания, а также, по возможности, обучение письму, счету. Обязательным предметом был Закон Божий; кроме того, дети должны были посещать службы в храме. Учебный год длился с 1 сентября по 1 мая (Чехов, 1912: 92; Масанова, 2013: 22–23). Расходы на открытие школ для детей крепостных крестьян несли помещики, в посессионных поселениях – владельцы фабрик и заводов.

В 1837 г. Св. Синод указывал на необходимость открытия школ для детей раскольников. И хотя в клировых ведомостях Никольской церкви из года в год указывалось, что таковых в приходе нет, но существование в XVIII в. одного из крупных скитов – Аремзянской пустыни, которая располагалась в 30 верстах от епархиального Тобольска, а также наличие пришлого населения могли послужить поводами для открытия такой школы в селе.

Приходские священники выполняли функции наставников, которые знакомили детей с азами православия и грамотности. Первые попытки открыть приходскую школу в посессионном селе Аремзянском и обучать крестьянских детей были сделаны дьячком Иоанном Киселевым. С 1807 по 1840 гг. он служил при Никольском храме; с 7 июня 1840 г. – исполнял должность наставника крестьянских детей. В 1839 г. храм сгорел, поэтому неизвестно, обучались ли дети в последующее пятилетие. В 1841 г. штат священно-церковнослужителей сменился, наставников не числилось3.

Построив Воскресенский храм и освятив его в 1844 г., Мария Дмитриевна вновь открыла школу грамоты для крестьянских детей. Содержание ее, как и церкви, обеспечивал владелец фабрики по запросам управляющей. Согласно данным К.Ю. Имасовой, «купцы Корнильевы открыли школу грамотности при церкви»: она выполняла функцию детского сада, где мастеровые и приписные крестьяне, отправляясь на фабричные работы, могли оставить своих малолетних детей. В этой школе крестьянские дети получали первоначальные навыки письма и счета, особую воспитательную роль выполняло изучение Закона Божьего (Имасова, 2025: 15). По рассказам старожила села Аремзянского Петра Мальцова, школа располагалась в особом помещении на колокольне. Обучал детей священник Иоанн Заборовский, который в то время служил в храме4.

7 июня 1848 г. сгорела стекольная фабрика, в декабре того же года случился новый пожар, огонь уничтожил конторские строения. Наступили сложные времена не только для владельца фабрики – В.Д. Корнильев отказался восстанавливать ее. Выход из посессионного состояния был морально и материально тяжел и для владельцев, и для заводских рабочих. Неизвестно, до которого времени просуществовала данная школа. Можно предположить, что после отъезда семьи Менделеевых из Тобольска в 1849 г. она была закрыта. Исследователи отмечают, что такие учебные заведения работали непродолжительное время, для этого было несколько причин: низкий уровень грамотности членов причта, привлекаемых к школьным занятиям; патриархальное сознание крестьян, которые не отпускали детей в школу; удаленность учебного заведения от мест проживания учеников; занятость священнослужителей прямыми обязанностями (Масанова, 2013: 22–23; Калинина, 2014: 5).

Обратим внимание на тот факт, что для сельских школ в первой половине XIX в. не было конкретного названия. И современники, и историографы называли их «церковно-приходскими школами», «церковными школами», «священническими школами», а также «школами для поселянских детей» (Рожкова, Милевский, 2015: 42).

Несомненно, можно согласиться с мнением ряда вышеназванных исследователей, что в 1830-е гг. были выработаны правила, которые легли в основу деятельности церковно-приходских школ, возрожденных в 1884 г. указом Александра III1. Высшее управление церковными школами было возложено на образованный в 1885 г. Училищный совет при Синоде. В каждой епархии был учрежден епархиальный училищный совет. В Тобольской губернии реформа школы проводилась Тобольским епархиальным училищным советом, учрежденным в 1884 г., под непосредственным руководством епископа Тобольского и Сибирского Авраамия (Летницкого).

В 1893–1894 гг. было отмечено увеличение числа школ в сельской местности Тобольской губернии. Если в 1879–1883 гг. начали работу всего 27 учебных заведений, то в 1884–1888 гг. – уже 97, из них в Тобольском округе – 0 и 7 соответственно2.

По данным Комитета грамотности, в 1884 г. в Тобольском округе было открыто три школы3. Возможно, их было больше. В рапорте благочинного священника Михайловского от 11 февраля 1884 г. сообщалось об открытии в 1884 г. в Тобольском уезде четырех школ грамоты: «В селе Аремзянском, где также нет гражданского сельского училища, священник Ушаков открыл школу в своей квартире, в которой обучается 2 мальчика. Очень возможно обучать детей грамоте в церковной сторожке, в которой помещение имеется достаточное»4. В «Ведомости о церковно-приходских школах Тобольской епархии, открытых к 25 ноября 1885 г.» указано, что в селе обучалось уже 7 учащихся, 5 мальчиков и 2 девочки. Школа помещалась в церковной сторожке, а в холодное время года – в доме священника, который и обучал этих детей бесплатно5.

Из приведенных ниже данных следует, что на протяжении трех десятилетий численность учащихся колебалась от 2 до 45 учеников с преобладанием мальчиков (табл. 1).

Таблица 1. Динамика численности и половой состав учащихся Аремзянской школы грамоты (церковно-приходской школы) ⁶

Table 1. Dynamics of the Number and Gender Composition of Students at the Aremzyan Literacy School (Parochial School)

Годы	Численность		Годы	Численность
	мальчики	девочки		мальчики	девочки
1884	2	0	1902	19	0
1895	5	2	1903	24	3
1893	8	0	1904	22	6
1894	7	0	1905	30	11
1895	12	0	1906	30	5
1896	16	0	1907	28	4
1897	12	0	1908	22	3
1898	18	0	1910	13	0
1899	14	0	1911	7	0
1900	13	0	1912	11	9
1901	15	0	1917	33	12

1 Исторический обзор деятельности Министерства народного просвещения. 1802–1902 …

2 Сулимов В.С. Светское школьное образование Тобольской губернии конца XIX – начала XX вв. : авто-реф. дис. … канд. ист. н. Барнаул, 2006. 24 с.

3 Начальное народное образование в России. Т. 1–4 / под ред. Г. Фальборка и В. Чарнолуского. СПб., 1900. Т. 1: Статистические таблицы по уездам, городским поселениям и селениям империи. С. 290–291.

4 ГА в г. Тобольске. Ф. И61. Оп. 1. Д. 6. Л. 2, 32, 40.

5 Тобольские епархиальные ведомости. 1886. № 7 (4 апр.). С. 75–76.

6 ГА в г. Тобольске. Ф. И61. Оп. 1, Д. 100. Л. 107–107 об.; Ф И156. Оп. 19. Д. 302. Л. 207; Д. 320. Л. 166; Д. 312. Л. 161; Д. 313. Л. 168; Д. 314. Л. 143; Д. 315. Л. 147; Д. 316. Л. 171; Д. 317. Л. 155; Д. 318. Л. 163; Д. 320. Л. 141–142 об.; Д. 321. Л. 141; Д. 322. Л. 139; Д. 323. Л. 190; Д. 324. Л. 191; Д. 325. Л. 178; Д. 326. Л. 208; Д. 327. Л. 266; Д. 329. Л. 159 об.; Д. 331. Л. 160 об.

С 1 ноября 1884 по 1899 гг. заведующим школой в селе Аремзянском был священник Воскресенской школы Михаил Николаевич Ушаков1. В 1898 г. ему была объявлена архипастырская благодарность как «заботливо и усердно исполнявшему свои обязанности по школе»2. После смерти священника была «временно допущена к исправлению учительской должности» учительница ГрадоТобольской Богоявленской церковно-приходской школы Надежда Ужерова3. В 1901 г. заведующим школой был назначен священник о. Михаил (Михаил Иванович Заветов)4; в 1912–1913 гг. – священник о. Федор (Федор Филиппов)5. Не позднее 1893 г., кроме заведующего, в школе работали учителями псаломщики Иоанн Седаков (1893–1896), Петр Михайлович Ушаков (1896–1900), а с 1901 г. – дочери и жены священников: Надежда Бисерова (1901–1904)6 и Анна Михайловна Заветова (1905–1906)7, окончившие курсы в Тобольском епархиальном училище; жена псаломщика Елизавета Николаевна Кончина (Иваницкая) (1907 – не ранее 1910), которая имела свидетельство на звание учителя церковной школы8.

Учителем церковного пения в 1894 г. был псаломщик Иоанн Седаков9, с 1902 по 1911 г. – псаломщик Георгий Александрович Иваницкий, который в 1911 г. получил денежное вознаграждение в размере 15 руб. от Тобольского епархиального училищного совета за «усердное и успешное преподавание церковного пения в Аремзянской церковной школе»10. Псаломщик Павел Глазунов за «особенное усердие в деле преподавания пения» имел поощрения за 1911–1912 и 1912–1913 учебные годы11.

Грамотность являлась одним из важнейших показателей социально-культурного развития населения. Организаторы Первой Всеобщей переписи 1897 г. констатировали, что по уровню грамотности среди населения Тобольская губерния отставала не только от губерний Европейской России, но и от большинства сибирских регионов. На 1897 г. в ней грамотных жителей насчитывалось 11,28 % всего населения, причем грамотных мужчин было в 3,5 раза больше, чем женщин12. В Тобольском округе показатели соотношения грамотных мужчин и женщин совпадали с общегу-бернскими13. В селе Аремзянском из 286 чел. грамотными указали себя 50 чел., или 17,4 %, что выше показателей по губернии (11,28 %) и Тобольскому округу (11,8 %); из них 45 грамотных лиц мужского пола в возрасте от 7 до 74 лет и 5 – женского (жена и дочери из семьи священника). Наибольшее число грамотных выявлено среди детей от 7 до 12 лет – 15 чел. (17,6 %), большинство из них – учащиеся приходской школы. Среди подростков 13–16 лет владели грамотой 7 чел. (31,8 %). Среди взрослых (17–60 лет) указано 24 чел. грамотных, из них 14 чел. – в возрасте от 17 до 30 лет (Бухарова, Загороднюк, 2024: 344). В переписных листах указаны учреждения, где они получали образование: в «сельском приходском училище», «школе грамотности», «церковно-приходской школе», «приходском училище Министерства просвещения», «архиерейском училище», «духовной семинарии», а также «самоучка»14.

В соседних деревнях, где не было школ, процент грамотных жителей был ниже. Например, в деревне Белой, в трех верстах от села Аремзянского находилась деревня Белая: из 368 жителей грамотными указали себя 37 человек, или 9,9 %. Мужчины в возрасте старше 22 лет указали, что получили образование на военной службе или самостоятельно15. Среди грамотных отсутствовали дети и подростки в возрасте от 7 до 10 лет, пятеро девушек и юношей указали местами обучения «Тобольское духовное училище», «Уватское приходское училище», «церковную школу», «приходское училище», а также домашнее обучение.

Успешное функционирование церковных школ напрямую зависело от финансового обеспечения. До 1884 г. большинство начальных образовательных учреждений ведомства православного исповедания содержались за счет местных средств. Оформление законодательно церковноприходских школ, утверждение их «Правил» не гарантировали постоянных средств финансирования, которые предполагали совокупные вложения со стороны местных купцов, Св. Синода и губернского земского сбора.

По данным на 1894 г., аремзянская школа истратила из казенных средств в размере 54 руб. 16 коп. значительную часть – 44 руб. 18 коп. – на заработную плату учителю; заведующий школой исполнял свои обязанности безвозмездно1. Кроме того, была возможность выплачивать учителю дополнительные пособия в качестве премий. Так, псаломщик И. Седаков, исполнявший обязанности учителя, в 1894 г. получил в награду 7 рублей2. В 1900–1901 учебном году учитель псаломщик Петр Ушаков получил зарплату в размере 50 руб. за полугодие3. Для священников и причетников преподавание в школе было дополнительным заработком, поэтому священно- и церковнослужители нередко принимали на себя труд обучать в приходских школах за весьма незначительное вознаграждение.

Причтам предлагалось учреждать церковно-приходские попечительства там, где таковых не имелось, приглашать прихожан к общественной запашке, чтобы всякий сбор с нее поступал на содержание школ. Кроме этого разрешалось собирать средства путем приглашения прихожан к добровольным пожертвованиям.

В 1884 г. при Воскресенской церкви было создано попечительство, которое занималось сбором денежных средств на ремонт и отопление церкви и домов причта. Анализ приходно-расходных документов за 1894–1909 гг. показал, что крупных трат на школу ни в один из приведенных периодов не было4.

«Положением о церковных школах ведомства православного исповедания»5 1902 г. было закреплено четыре основных источника финансирования церковных школ: 1) местные средства, жертвуемые земствами, городами, обществами, сословиями, церквями, приходами, благотворительными учреждениями и частными лицами; 2) специальные средства Св. Синода; 3) средства, отпускаемые из государственного казначейства; 4) пособия из губернских земских сборов в местностях, где не были введены земские учреждения.

Помещение для школ грамоты и церковно-приходских школ отводилось или при церквях, или в квартире священника. Для строительства специального помещения требовалось разрешение главы епархии. Много времени занимал сбор средств. История строительства школьных зданий в Тобольском округе – тому пример. 10 июня 1888 г. благочинный тобольских окружных церквей А. Михайловский обратился в Тобольский епархиальный училищный совет с прошением об устройстве особых зданий для церковных школ в селах: Аремзянском, Преображенском, Каштакском, Ва-гайском, Березовском, Липоярском. Жители из деревень прихода Воскресенской церкви с. Арем-зянского составили приговор, в котором изъявили желание за свой счет заготовить и вывезти лес для новой школы, а расходы для постройки дома учителя просили епархиальный училищный совет взять на себя6. Здание для школы было возведено в 1891 г., но из-за нехватки средств стояло недостроенным. Обучение детей велось в церковной сторожке. Пожертвования поступили в 1894 г. от купца А.А. Сыромятникова, владевшего частью земель, принадлежавших некогда Корнильевым, который передал на строительство школы 10 рублей деньгами и выделил 1 000 кирпичей. Известно также, что от анонимных благотворителей поступило 14 рублей7.

Вопрос о строительстве общежития для церковно-приходской школы в с. Аремзянском рассматривался в течение двух лет. 23 января 1900 г. состоялся приходской сход, на котором решение Тобольского уездного отделения от 22 декабря 1899 г. об изыскании мер к устройству общежития при Аремзянской школе общество прихожан не поддержало8. Из церковных сумм было выделено на пристройку общежития 150 руб., эти деньги поступили только в 1900 г. По приблизительной смете, на пристройку общежития требовалось около 400 руб. Частному технику Аплече-еву поручили составить план и техническую смету9.

В течение 1900 г. ежемесячно готовилась ведомость о движении дел по строительству и ремонту школьных зданий. В апреле 1901 г. населением была заготовлена часть леса, из церковных сумм разрешено было взять 150 рублей на пристройку общежития, отделением ассигнованы недостающие 250 рублей из суммы, отпущенной Епархиальным училищным советом1.

Священник М. Заветов, который принял заведование школой после смерти М. Ушакова, в 1902 г. просил выделить лес из казенных дач для строительства не только для общежития, но и для пристройки классной комнаты и комнаты для учителя. Финансов на строительство не хватало. Тогда о. Михаил решил написать письмо земляку, к тому времени ученому с мировым именем Дмитрию Ивановичу Менделееву. В данном письме он добрыми словами вспоминал его мать, М.Д. Менделееву, которая положила начало школьному образованию в селе. В письме он попросил помочь деньгами – выслать 400 руб. для завершения школьных построек. К сожалению, не удалось выяснить, удовлетворил ли Д.И. Менделеев данное ходатайство2.

Даты завершения строительства общежития и пристройки не выявлены. Известно, что здание школы было одноэтажным, деревянным, на таком же фундаменте, с крышей, покрытой тесом. Школа имела два крыльца, две прихожих, две классные комнаты, учительскую, кухню. Размеры здания: длина – 23 аршина, ширина – 8, высота – 43.

В конце XIX в. на территории прихода Вознесенской церкви с. Аремзянского были открыты новые школы. На заимке Парфентьевке, принадлежавшей купцу А.А. Сыромятникову, с 1897 по 1902 гг. работала школа грамоты, которая содержалась за его счет. Она называлась Андрианов-ской в честь отца мецената. Для школы было построено специальное здание, в ней обучалось 20 мальчиков и 10 девочек. Заведующим школой вначале был М. Ушаков, затем – М. Заветов, священники Вознесенской церкви. Учителем работал крестьянский сын – некто Быков4. В 1909–1910 гг. были открыты на территории Аремзянского прихода министерские школы5.

С 1 сентября 1917 г. Аремзянская церковно-приходская школа стала называться приходской Министерства народного просвещения, одновременно действовала передвижная школа в деревне Почекуниной6. После установления советской власти она была реорганизована в школу I ступени и размещалась в том здании, которое было построено для церковно-приходской школы.

Заключение . Таким образом, в развитии школьного дела в селе Аремзянском прослеживаются общероссийские тенденции. Открытию церковной школы в 1830–1840-гг. способствовал ряд факторов: исполнение Тобольской епархией указа Св. Синода 1836 г. об открытии школ для поселянских детей, борьба с раскольниками; частная инициатива управляющей стекольной фабрикой М.Д. Менделеевой, материальная поддержка владельца фабрики В.Д. Корнильева, заинтересованность фабричных рабочих в призрении их детей в рабочее время. Выявление единичных документов о работе школы позволяет утверждать, что она функционировала только до конца 1840-х гг. Закрытие фабрики, прекращение финансирования церкви и школы – главные причины окончания ее деятельности.

Открытие в селе школы грамоты по реформе 1884 г. – процесс, который затронул все церковные приходы Тобольской губернии. Вышеприведенные документы позволяют сделать выводы, что школа стала образовательным центром в первую очередь для жителей села и близлежащих деревень.

Приведенные выше сведения об открытии и функционировании школ в селе Аремзянском позволяют глубже понять особенности той среды, где прошли детские годы российского ученого Дмитрия Ивановича Менделеева. Они представляют научный интерес в изучении «мест памяти», связанных с тобольским периодом жизни ученого.