Природно-климатические и техногенные детерминанты модернизационных процессов в ХМАО-Югре в 1953-1991 гг.

Natural, climatic and technological determinants of modernization processes in the Khanty-Mansi Autonomous Okrug-Yugra in 1953-

Исследуемый период занимает особое место в истории Югры. Здесь, как отмечала Е.Ю. Зубкова, «за очень короткое по историческим меркам время регион осуществил качественный поворот в своем развитии.… В 1960-х-1980-х гг. из аграрного и малоперспективного он превратился в индустриально развитый и интенсивно прогрессирующий район»1.

В качестве объяснительного инструмента новейшей региональной трансформации Западной Сибири в исторической литературе используется концептуализированная уральскими историками В.В. Алексеевым и И.В. Побережниковым применительно развитию России теория «фронтирной модернизации»2, согласно которой «модернизация» трактуется в различных смыслах, в том числе как «многовариантный, протяженный, … всеобъемлющий исторический процесс инновационных мероприятий…»3.

Существенное влияние на него оказывали эндогенные факторы. И.В. Побережников отмечал, что «… значительная часть территорий, особенно на Востоке, отличалась суровыми природно-климатическими условиям, что не могло не сказаться … на общей динамике экономических и социальных отношений4. В представленной статье технологические и природно-климатические детерминанты позицируются как императивы, влиявшие на характер и динамику цивилизационных изменений в Ханты-Мансийском автономном округа. Результаты их воздействия имели вариативный характер, демонстрируя как положительный так и негативный эффект. Вместе с тем, в обоих случаях они формировали специфику фронтирной модернизации Югры и определяли особенности ее региональной идентичности.

В статье ставится задача показать как техногенные последствия промышленного освоения новой нефтегазовой провинции оказывали разрушительное влияние на экологию водного бассейна Югры и как формировались механизмы его нейтрализации. Автор предпринимает попытку воссоздать процесс инженерно-архитектурной работы по проектированию жилых домов, обладающими теплозащитными характеристиками, адаптированными к суровому климату Среднего Приобъя, воспроизвести процесс внедрение новых технологических приемов портового, автомобильно-дорожного и железнодорожного строительства в условиях повсеместной заболоченности, а так же изменения социально-культурной инфраструктуры как фактора, оказывающего положительное влияние на снижение кадровой текучести, провоцируемой неблагоприятными природно-климатическими и географическими обстоятельствами.

В 1960-1980-е гг. в ходе экономического развития страны особое внимание уделялось интенсивному промышленному освоению Севера Западной Сибири. Здесь воплощался в жизнь грандиозный проект создания крупнейшего в СССР Западно-Сибирского нефтегазового комплекса, разворачивалось масштабное портовое, дорожное и железнодорожное строительство, формировалась система многокилометровых нефтяных и газовых трубопроводов5, активно осуществлялась урбанизация, в ходе которой в 1965-1996 гг. статус города получили 15 населенных пунктов6.

Имманентным императивом институциональной, структурно-производственной и технологической модернизации Югры, предопределившим ее многовекторную региональную субъектность в 1953-1991 гг., явилось углеводородное сырье, открытие которого «изменило течение жизни огромной территории за Уралом, вошедшей в историю как Западно-Сибирская нефтегазовая провинция», свидетельствуют современники этих исторических событий7.

Геофизикам потребовалось немного времени, чтобы выявить Сургутский, Салымский и Нижневартовский своды, которые в 1960е гг. генерировали крупнейшие нефтяные фонтаны, позволившие начать уже в мае 1964 г. промышленную добычу углеводородного сырья. В 1965-1990 гг. добыча нефти в Ханты-Мансийский автономный округе возросло с 0,9 млн т. до 311,3 млн т.8, сделав его основным нефтедобывающим регионом, производящим в 2026 г. 40% добываемой в стране нефти9.

Вместе с тем активная разработка нефтяных месторождений, сопровождавшаяся значительными объемами сбрасываемых в водоемы региона нефтепродуктов при авариях трубопроводов, неочищенных промышленных и бытовых сточных вод, дренажных вод с большим содержанием нефтепродуктов оказывала разрушитель- ное воздействие на экологию автономного округа. Оно принимали угрожающие масштабы. В начале 1970-х гг. только за сутки в Ханты Мансийском автономном округе сбрасывалось 97 тыс. кубометров сточных вод. Из них прозводило очистку только 15 тыс. кубоме-тров10.

Однако в 1960-е гг. вопросы строительства очистных сооружений практически не решались. Они находилось в ведении ведомственных учреждений, что вполне соотносилось с приоритетом производственных вопросов над инфраструктурными. Их строительство недостаточно финансировалось. Оно осложнялось отсутствием адаптированных технологий, особой климатической обстановкой на Севере и дефицитом строительных материалов11.

С начала 1970-х гг. ситуация начала меняться к лучшему в связи с усилением государственного контроля за соблюдением законодательства в водной и санитарно-эпидемиологической сферах. В Мегионе строительство очистных сооружений началось в 1973 г. и продолжалось до начала 1980-х гг. В Нижневартовске строительство очистных сооружений началось в 1977 г. В 1985 г. началось, а в 1990 г. было завершено строительство очистных сооружений в Ханты-Мансийске12.

Во второй половине 1980-х гг. в архитектурно градостроительном сообществе стал доминировать экологический дискурс. Вопросы экологии учитывались при разработке территориальной планировочной документации. В 1989 г. в округе был образован Государственный комитет по охране природы13.

Это являлось особенно необходимым в силу того, что в результате гидростроительства на Оби и Иртыше от них были отрезаны лучшие нерестилища. Это значительно ухудшило условия воспроизводства рыбы. Молевой сплав древесины и засорение нерестовых участков отходами лесного хозяйства так же приводили к потере промыслового значения многих водоёмов. К середине 1970-х гг. 64 реки автономного округа утратили свое рыбохозяйственное значе-ние14.

Ситуация осложнялась слабым восстановительным потенциалом биоресурсов рек Югры. Во многом это было связано с особенностями весеннего затопления пойм Оби и Иртыша. В малоснежные зимы полых вод не доставало для необходимого уровня воды в их сорах.15 В эти годы, особенно в сезоны ее быстрого спада, промысловая рыба и молодь, не достигнув достаточной упитанности, ухо- дила их них. Это существенно сокращало объемы вылова, достигая порой катастрофических масштабов. Так, например, в реке Ватин-ский Еган в 1973 г. выловили 522 центнера рыбы, а в 1975 г. всего 23 центнера.

Сокращение рыбных биоресурсов предопределило актуальность работы, направленной на искусственное разведение рыб, включая сбор икры, её инкубацию в специальных условиях и выпуск мальков в водоёмы. При решении этих задач заметно активизировалась деятельность созданного в 1952 г. в Ханты-Мансийске Обь-Тазовского отделения Государственного научно-исследовательского института озёрно-речного рыбного хозяйства («ГОСНИОР-Ха»), преобразованного в 1955 г. в отделение Сибирского института. Его сотрудники занималась рыбоводно-мелиоративными работами, расчисткой рек от лесных заломов и спасением молоди рыб в отшну-рованных водоёмах.¹⁶ В 1971 г. в Ханты-Мансийском рыбоводном цехе был произведен опыт искусственного разведения ценных промысловых видов, таких как тугун, муксун, пелядь и другие сиговые рыбы. Личинки появились жизнестойкими, что подтвердило возможность их искусственного разведения. При этом весьма успешно осуществлялось зарыбление озёр пелядью . В Ханты-Мансийском и Кондинском районах посадка пеляди для многолетнего выращивания производилась в 17 озёрах общей площадью 7,5 тыс. га. Пелядь прижилась в 12 водоёмах¹⁷.

Ухудшение экологического состояния водоемов и особенности наполнения речного бассейна Среднего Приобья диктовали необходимость поиска и внедрения технологий ловли рыбы, независящих от «природной стихии». В 1960-е гг. активизировался начатый процесс модернизации рыбной промышленности региона, направленный на развитие рыбного хозяйства по пути от промысла, приспосабливающегося к стихийным природным процессам, к организованному производству, основанному на управлении этими процессами. В автономном округе расширялась акватория рыбодо-бычи, осуществлялась механизации производства, совершенствовалась его инфраструктура. Так, например, на крупнейшем отраслевом предприятии округа, – Ханты-Мансийском рыбокомбинате, к 1967 г. производственный процесс был механизирован на 80% и полностью обеспечен электроэнергией18.

Тем не менее, несмотря на принятые мере по нейтрализации техногенного влияния на экологическое состояние водоемов, в 1960–1980-е гг. добыча рыбы в Ханты-Мансийском автономном округе сокращалась. Ее вылов Ханты-Мансийским рыбокомбинатом в 1960 - 1968 гг. снизился с 40 тыс. тонн до 15 тыс. тонн, т.е., практически в 3 раза19.

Неотъемлимым природным фактором экономической и социокультурной модернизации развития Ханты-Мансийского автономного округа являлся суровый северный климат. И.В. Побережников отмечал, что «… значительная часть территорий, особенно на Востоке, отличалась суровыми природно-климатическими условиями, что не могло не сказаться … на общей динамике экономических и социальных отношений»20.

Его особенно заметное влияние прослеживается в процессе осуществления урбанизации территории автономного округа и, в частности, жилищного строительства. В мировой практике отсутствовал опыт возведения крупнопанельных домов в условиях, аналогичных природно-климатическим факторам Средней Оби. Существовали нормы и правила проектирования жилых помещений в широтах теплого и холодного климата, вечной мерзлоты, но для строительства домов на болотах при высокой влажности и низких температурах инженерных стандартов не было ни в СССР, ни за рубежом.

Особенные географические и природно-климатические обстоятельства градостроительства на Севере Западной Сибири, его новизна и недостаточная изученность требовали от руководителей строительства нестандартных самостоятельных решений.

В феврале 1967 г. для подготовки строительных норм и правил Тюменский областной комитет КПСС по согласованию с Министерством нефтяной промышленности инициативе секретаря Тюменского обкома командировали в Тюмень около 1000 наиболее авторитетных проектировщиков и строительных инженеров. В результате напряженной работы ими в течение двух недель были разработаны «Временные строительные нормы и правила», утвержденные через месяц Миннефтепромом. Более 20 лет ими руководствовались инженеры-проектировщики в процессе архитектурно-планировочного обеспечения городского строительства на территории Ханты-Мансийского автономного округа. Доработанные и усовершенствованные они переходили частями в основные СНиПы21.

Наличие значительных массивов строевого леса и дефицит в Среднем Приобье необходимых для капитального строительства нерудных полезных ископаемых явились причиной развернувшейся ведомственной дискуссии представителей нефтяной промышленности и властных структур Тюменской области. В ходе нее Генеральный директор производственного объединения «Сургутнефте- газа» Н.П. Захарченко выступал против абсолютизации каменного строительства и доказывал экономические преимущества городского строительства из деревянных конструктивных материалов. Однако руководители Тюменской области не разделяли мнение авторитетного нефтяника. Первый секретарь Тюменского обкома КПСС Б.Е. Щербина определенно заявлял: «Мы будем строить только белокаменные города, никакого деревянного жилья»22.

В мае 1968 г. под руководством заместителя начальника производственного отдела Управления строительством Сургутской ГРЭС А. Белогорохова в микрорайоне энергетиков началось строительство первого железобетонного крупнопанельного дома23. Затем последовал ввод в Сургуте четырех таких домов общей площадью 7900 кв.м. строительным трестом, возглавляемым Г.М. Кукуевиц-ким24.

В те годы капитальное жилищное строительство в Сургуте было представлено «хрущевками» серий 1-467, 1-335 и 1-439А, которые, однако, не соответствовали климату северных регионов. Они вызывали справедливые жалобы сургутян из-за слабых теплозащитных характеристик. Суровые условия сибирских зим диктовали необходимость строить дома, способные противостоять этой северной климатической агрессии.

Большое значение для совершенствования организации и управления жилищным строительством имело постановление Совета Министров «О мерах по дальнейшему развитию городов и поселков в районах добычи нефти и газа Тюменской области», принятое 21 декабря 1971 года. В целях его выполнения Государственный Комитет Совета Министров СССР по делам строительства в письме, адресованном первому секретарю Тюменского областного комитета КПСС Б.Е. Щербине, настоятельно рекомендовал организовать в составе производственных главных управлений и объединений специализированные подразделения, решающие проблемы жилищного и социального строительства, и обеспечить перевод действующих домостроительных предприятий на производство жилых домов новых серий. В письме отмечалась необходимость ускорить проектирование домов, адаптированных к природно-климатическим условиям северных районов Тюменской области. Тюменскому заводу железобетонных изделий № 3 объединения «Тюменпромстрой» ставилась задача к 1973 г. перейти на выпуск домов серии «83». Тюменскому заводу специализированного Управления крупнопанельного домостроения объединения «Тюменпромстрой» предстояло в 1974 г. начать выпуск домов серии И-164. Тюменскому домостроительному комбинату «Главтюменнефтегазстроя» необходимо было перестроить к 1974 г. производственный процесс на поставку домов серии

«75» в северном исполнении25.

Сургутский Домостроительный комбинат «Главтюменнефте-газстроя» должен был обеспечить выпуск домов серии «И-164» взамен устаревшей серии I-467 и ввести в строй вторую очередь комбината, предназначенной для производства домов новой серии26. В этих целях сургутский филиал Ленинградского зонального научно-исследовательского института экспериментального проектирования (ЛенЗНИИЭПа), возглавляемый С.В. Билецким, разработал проект дома со значительно усиленной теплозащитой и более комфортабельными рекреационными характеристикам. Коллектив филиала для быстрейшего освоения технологии производства и строительства жилых домов по новой серии типовых проектов по договору с «Главтюменнефтегазстроем» создал в составе филиала комплексное конструкторско-технологическое подразделение для оказания технической помощи Сургутскому ДСК, а так же по договору с объединением «Тюменьпромстрой» Минпромстроя СССР конструкторско-технологическую группу для оказания на месте технической помощи заводу ЖБИ № 327.

В результате совместной работы ЛенЗНИИЭПа и Сургутского домостроительного комбината по совершенствованию конструкций сборных железобетонных изделий был успешно осуществлен переход на выпуск домов серии «И-164» взамен устаревшей серии. Они были введены в эксплуатацию как дома «112-ой серии», закрепившиеся в повседневной жизни сургутян под названием «ленинградские дома», значительно улучшившие их бытовые условия. Застройка города в последующие годы осуществлялась преимущественно домами этой серии28.

Другим природно-географическим мотивом региональной трансформации ХМАО являлась повсеместная заболоченность его территории, которая создавала значительные трудности в формировании транспортной логистики возводимого нефтегазового комплекса.

Основной объем перевозок на территории нового промышленного освоения осуществлял речной транспорт. Однако за короткий летний навигационный период водный путь по Оби, протяженностью 6 тыс. км, в 1960 г. был способен осуществить перевозку имеющимися 20-тью судами только 3 тыс. т. грузов. Портовое хозяйство Обь-Иртышского речного бассейна не справлялось с их стремительно нарастающим объемом. Так, например, 3 сентября 1968 г. у причалов Сургутского речного порта разгружались только 13 из 23 находившихся судов, остальные простаивали в ожидании вы-грузки29.

Природно-климатические севера Западной Сибири диктовали необходимость активной модернизации системы речной перевозки грузов на территории ХМАО, создания портовой инфраструктуры, оснащенной современными причальными стенками с портальными кранами, обеспечивающими своевременные погрузочно-разгрузочные работы. Только в 1981–1985 гг. было введено в эксплуатацию более 6,2 тыс. погонных метров механизированных причалов общей мощностью 14 млн тонн грузов в год30. К 1990 г. общий объем грузовых перевозок в Обь-Иртышском бассейне составил свыше 61 млн т31.

Возрастающие потребности Западно-Сибирского нефтегазового комплекса в строительных материалах и оборудовании актуализировали необходимость автомобильно-дорожного строительства. В силу природных условий заболоченности маршрутов автомобильных путей оно имело свою специфику. Главный инженер «Главтю-меннефтегазстроя» Ю.П. Баталин вспоминал: «Если в Башкирии на строительство подъездных путей была брошена дивизия военных строителей, и этого оказалось достаточно, как быть в Сибири, где ни дорог, ни тверди под ногами и почти сплошь болота и вода?» - задавал он далеко не риторический вопрос32.

Ответом на него стал поиск наиболее оптимальных методов автодорожного строительства. В Югре в условиях обилия водных ресурсов и потребности в больших объемах чистого песка широкое применение получил гидропесочный намыв («гидронамыв»), - эффективный, технологичный и экономически выгодный способ создания грунтовых сооружений, в частности, полотна автомобильных дорог. Другой оригинальный эффективный прием дорожного строительства состоял в том, что в силу дефицита асфальта и железобетонных плит бетон укладывали непосредственно в арматуру полотна дороги33. Использование таких нестандартных инженерных решений обеспечило высокие темпы строительства автодорог и его значительные масштабы. В ходе форсированного строительства протяженность автомобильных дорог в автономном округе в 19661985 гг. увеличилось в 19 раз: со 156 км в 1966-1970 гг. до 2935,6 км в 1981-1985 гг.34

Вопрос о необходимости железнодорожного сообщения с промышленными центрами страны одним из первых инициировал Ф.К. Салманов. Уже 30 ноября 1961г. после открытия Усть-Балыкского месторождения нефти он утверждал: «Назревает необходимость строительства железной дороги»35. В декабре 1963 г. Совету Министров РСФСР было поручено рассмотреть вопрос о проектировании и строительстве железной дороги Тюмень-Тобольск-Сургут и представить необходимые технико-экономические обоснования36.

Природно-географический ландшафт проектируемой 700-ки-лометро-вой железнодорожной магистрали от Тюмени до Сургу- та включал в себя 20% заболоченной территории с 18 средними и 12 крупными водопотоками. На траектории строительства имелось только три промышленных базы: в Тюмени, Тобольске и Сургуте. Их отделяло друг от друга расстояние в 250 и 500 км соответствен-но37.

Особенно важной конструктивной задачей являлось возведение железнодорожного моста через Обь. Эту работу возглавлял опытный мостостроитель О.С. Мустафьян, который предпринял эффективный управленческий маневр, сконцентрировав весь производственный потенциал 15-го и 29-го мостоотрядов, а так же технически оснащенного строительно-монтажного поезда № 442 на монтировании его конструкций. Благодаря этому строительство двухкилометрового моста было досрочно завершено в 1974 г. Восторженная встреча сургутян первого железнодорожного состава произошла 5 августа 1975 г.38.

Через три года начались топливные, грузовые и пассажирские перевозки. В результате транспортные расходы на одну тонну добытой нефти сократились в 9 раз39. Коммуникационная мобильность населения городов и поселков ХМАО-Югры получила надежную транспортную систему обеспечения.

Городское строительство в Югре начиналось с выбора площадок размещения центров управления нефтедобычи. Однако их локация была сопряжена с повсеместным отсутствием территорий, пригодных для размещения административных структур и инженерно-строительных организаций в силу повсеместной заболоченности, заторфованности, вековой мерзлоты и оползней.

Поэтому стационарные базы управления нефтедобычи были созданы в Сургуте, Нефтеюганске, Нижневартовске и Урае потому что они размещались на немногих относительно пригодных береговых участках профиля Средней Оби, где имелась возможность осуществлять разгрузку оборудования, строительных материалов и размещение персонала. Особенно показателен пример Сургута, который имел в этом отношении несомненные преимущества40.

Модернизация социокультурной сферы новых «нефтяных городов» ХМАО так же детерминировалась специфическими географическими доминантами. Особая роль социокультурных учреждений в новых городах заключалась в том, что они являлись одним из главных адаптационных факторов мигрирующего полиэтнического населения в условиях географической удаленности районов нефтегазового освоения. Их активная просветительская и досуговая деятельность способствовала преодолению чувства локализованной культурной заурядности и незначительности, отчужденности и изолированности жителей автономного округа от «большой земли».

Так, например, символами «культурного развития» Сургута долгое время были плохо отапливаемый неуютный районный дом культуры и построенный еще в 1951 г. деревянный кинотеатр «Октябрь», а так же старый тесный клуб рыбоконсервного завода, о котором в 1959 г. газета «К победе коммунизма» писала: «Горькое разочарование испытываешь, когда приходишь в клуб рыбников. Культурный отдых посетителей не интересует… в клуб приходят в пьяном виде, ведут себя непристойно, мешают отдыхать другим»41.

В 1970-х гг. началась реорганизация клубной системы учреждений культуры. В целях утверждения комплексного развития социальной инфраструктуры городов происходила замена клубов на дома культуры как путем нового строительства, так и расширения существующих площадей. В Сургуте, например, приступили к созданию трех домов культуры: «Энергетиков», «Геологов» и «Строителей». В их деятельности начали утверждаться новые формы работы. Большой интерес вызывали музыкальные, литературные и поэтические вечера, кружки по интересам, участие в художественной самодеятельности. В 1986-1990 гг. в Югре было построено домов культуры на 6700 мест42.

Происходили позитивные изменения и в других структурах социально-культурной системы автономного округа. Существенно улучшилось кинообслуживание населения Югры. В 1970 г. расположенные в ней киноустановки были объединены и выделены в особое кольцо фильмоснабжения, в результате чего киноленты доставлялись в окружное отделение кинопроката в первую очередь, поступая непосредственно с копировальных фабрик. В середине 1970 гг. 40% киноустановок округа были переоборудованы для показа на широком экране. Новые возможности культурно-технического роста югорчан открывало создание в 1976 г. в Ханты-Мансийске окружной Централизованной библиотечной системы (ИБС), существенно расширившей доступность жителей округа к художественной и научной литературе. К 1980 г. в автономном округе насчитывалось 11 ИБС 43.

Таким образом, обращение к анализу природно-климатических и техногенных факторов развития Ханты-Мансийского автономного округа-Югры позволяет сделать вывод о формировании за Уралом территориального пространства, модернизация которого осуществлялась под их непосредственным влиянием.

Загрязнение водоемов промышленными и бытовыми отходами, гидростроительное блокирование рыбных нерестилищ Оби и Иртыша, сезонные колебания наполнения их заливных пойм стимулировали активизацию строительства очистных сооружений и работу рыбохозяйственных организаций по восстановлению рыбных био- ресурсов. Однако в полной мере в исследуемый период обеспечить экологическую безопасность водного бассейна Югры обеспечить не удалось. Объемы добычи рыбы продолжали сокращаться.

Отсутствие в округе обустроенных месторождений нерудных материалов и наличие значительных лесных массив обусловили ведомственную дискуссию о целесообразности деревянного или каменного городского строительства. В результате было принято решение в пользу последнего.

Адекватным ответом на климатические вызовы севера явились новые проекты домов, обладавшими необходимыми теплозащитными характеристикам. Они получили широкое распространение далеко за пределами Югры.

К концу исследуемого периода в Сургуте была создана культурно-досуговая среда, обладающая содержательным рекреационным потенциалом. Создание полноценной городской социокультурной среды, ввод в строй многочисленных образовательных, просветительских и развлекательных учреждений в условиях сурового климата северных широт нейтрализовали связанные с географической удаленностью настроения изолированности и оторванности от центральных районов страны, способствовали снижению текучести кадров.