Проблемы гармонизации и унификации законодательств государств-членов ЕАЭС в рамках таможенной сферы

Несмотря на развал Советского союза и обретение союзными республиками суверенитета, они остались тесно связанными с Россией множеством нитей, часть из которых можно назвать неразрывными. Поэтому немедленное возобновление сотрудничества между Россией и этими республиками в сфере безопасности и экономики было закономерным - это подтверждается образованием СНГ, впоследствии Таможенного союза (далее - ТС), а на данный момент более современного и эффективного Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС), созданного в том числе и по политическим мотивам как некий теоретический противовес Европейскому союзу, однако все еще не перешедшего к третьей, заключительной стадии в развитии таких союзов - созданию общей политической власти, остановившись на экономическом сотрудничестве. Это также объясняется многими причинами, не только политикой республик по поддержанию собственных экономик и их нежеланием снова попадать под власть Москвы (что, однако, все равно постепенно происходит), но и экономическими, юридическими трудностями.

Прежде чем приступить к анализу проблем, возникающих в связи с гармонизацией и унификацией законодательств, следует раскрыть эти понятия. Впервые они появились в Таможенном кодексе ТС, а затем практически без изменений были перенесены в ТК ЕАЭС. В настоящий момент гармонизация определяется как сближение законодательства государств-членов, направленное на установление сходного (сопоставимого) нормативного правового регулирования в отдельных сферах, а унификация - как сближение законодательства государств-членов, направленное на установление идентичных механизмов правового регулирования в отдельных сферах, определенных настоящим Договором [1].

Понятие «гармонизация» применительно к законодательству является достаточно дискуссионной категорией и часто рассматривается вместе с термином «унификация», поскольку их трактовки имеют специфические оттенки в правовых системах разных региональных объединений. Термин «унификация» в переводе с латинского означает «приведение к единообразию» [2]. Соответственно, унификацию права можно определить как процесс создания единообразных, унифицированных норм внутри законодательств различных государств.

Решение вопросов гармонизации и унификации законодательств государств членов ЕАЭС находится в ведении ключевой наднациональной структуры ЕАЭС -Евразийской экономической комиссии, а именно ее Консультативного комитета по таможенному регулированию и косвенно Консультативного комитета по налоговой политике и администрированию (Подкомитет по гармонизации налогового законодательства). Несмотря на несколько важных актов, подготовленных данными комитетами и внесших свой вклад в ускорение вышеназванных процессов как в целом, - Решение Коллегии ЕЭК №151 «О Методических подходах к анализу документов и сведений, необходимых для осуществления внешнеэкономической деятельности, оценке степени и возможности унификации и гармонизации сведений из указанных документов, а также к оценке возможности оформления электронных документов», так и в таможенной сфере -решение Коллегии ЕЭК от 15.07.2014 №113 «О Положении об использовании при применении методов определения таможенной стоимости товаров документов, соответствующих общепринятым принципам бухгалтерского учета», решение Коллегии ЕЭК от 06.08.2019 №138 «О применении резервного метода (метод 6) при определении таможенной стоимости товаров» существуют нерешенные проблемы, препятствующие гармонизации и унификации.

Первая проблема – неэффективность порядка заключения и ратификации международных правовых актов государствами-членами ЕАЭС. Все они провозглашают себя актами высшей юридической силы. К тому же во всех Основных законах государств-членов ЕАЭС за органами конституционного контроля/надзора в разных формулировках закреплена возможность проверки положений международного договора на предмет соответствия конституции до его ратификации. Основной закон в Белоруссии запрещает заключение (ст. 8)[3], а в Армении – ратификацию международных договоров, противоречащих Конституции (ч. 3 ст. 116) [4]. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно напрямую высказывал правовую позицию о приоритете Основного закона над международными договорами (см., напр.: постановление от 09.07.2012 г. № 17-П [5] и постановление от 14.07.2015 г. [6]), а принятые в 2020 г. по- правки в Конституцию РФ закрепили данный подход законодательно в 79 статье – «Российская Федерация может участвовать в межгосударственных объединениях и передавать им часть своих полномочий в соответствии с международными договорами Российской Федерации, если это не влечет за собой ограничения прав и свобод человека и гражданина и не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации. Решения межгосударственных органов, принятые на основании положений международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации, не подлежат исполнению в Российской Федерации» [7].

Существующий порядок прохождения процедур по введению в действие международных соглашений, принимаемых на уровне Евразийского союза, регулируется принятыми в разное время нормативными актами. В РФ, к примеру, эту роль выполняет Федеральный закон от 15 июля 1995 г. № 101 «О международных договорах в РФ» [8], в Республике Казахстан – Закон Республики Казахстан от 30 мая 2005 года № 54 «О международных договорах Республики Казахстан» [9], в Республике Беларусь – Закон Республики Беларусь «О международных договорах Республики Беларусь» от 23 июля 2008 г. № 421-З [10] и т.д.

Таким образом, международные договоры, заключённые в рамках Союза, занимают место между конституциями государств-членов и их внутренним законодательством. Более того, ввиду наличия в ряде стран ЕАЭС института конституционных законов приоритет ратифицированных международных договоров в рамках Союза не будет распространяться не только на конституции, но и на указанные конституционные законы государств-членов. Это связано с природой ратификации как обычного законодательного процесса, в то время как процедура принятия конституционных законов усложнена, как минимум, требованием квалифицированного большинства в парламенте.

Второй проблемой, косвенно вытекающей из первой, является отсутствие меха- низма контроля за сближением национальных законодательств в части реализации решений, принимаемых органами управления интеграции. По заключению некоторых авторов, проведена недостаточная работа по гармонизации национальных законодательств [11]. Как следствие, отсутствует синхронность в реализации союзной политики на национальном уровне и принятии соответствующих внутригосударственных правовых актов по международным договорам, заключенным в рамках ЕАЭС.

Основными причинами такой несинхронной работы по выполнению сторонами своих международно-правовых обязательств, связанных с гармонизацией их национальных законодательств, мы считаем следующие:

• -    отсутствие во внутреннем законодательстве стран четко сформулированного порядка вступления в силу международных договоров, заключаемых от имени ЕАЭС;

• -    неиспользование со стороны исполнительных органов своих функций по контролю за выполнением международных обязательств в полном объеме;

• -    низкий уровень работы комиссий и групп по гармонизации внутрисоюзного законодательства.

Отсутствие синхронности в проведении на национальном уровне процедур по ратификации общесоюзных международных договоров нарушает предусмотренный Венской конвенцией о праве международных договоров 1961 г. принцип взаимной выгодности сторон, так как ратифицировавшие договор стороны связаны дополнительными обязанностями, которые не корреспондируют с обязательствами стороны, затянувшей по срокам выполнения необходимых процедур [11]. Придерживаясь общепринятых положений международного права относительного того, что само по себе подписание международного договора не связывает государство нормами о его обязательной ратификации [12] (государство должно фактически приступить к имплементации указанных в договоре прав и обязанностей), предлагаем распространить действие принципа добро- совестности, используемого при заключении договора, на приведение национального законодательства в соответствие с требованиями этого договора. Это положение можно оформить в виде дополнительного соглашения, которым будет введен особый порядок включения договоров, заключенных от имени ЕАЭС, в национальные правовые системы государств-членов.

Проблемой гармонизации и унификации законодательств государств-членов ЕАЭС непосредственно в таможенной сфере заключается в том, что структура и объем полномочий таможенных органов каждой страны отличается, что прямо следует из частью 3 статьи 351 ТК ЕАЭС - на таможенные органы могут быть возложены иные задачи и функции, определяемые законодательством государств-членов и (или) международными договорами в рамках Союза,

Частью 7 статьи 351 ТК ЕАЭС - Права и обязанности таможенных органов устанавливаются настоящим Кодексом и законодательством государств-членов.

И частью 8 той же статьи - система таможенных органов и условия прохождения службы в таможенных органах устанавливаются законодательством государств-членов.

Наличие данных норм, безусловно, усложняет возможность проведения гармонизации и унификации законодательств в таможенной сфере, поскольку в каждой отдельной стране ЕАЭС таможенные органы действуют по собственным регламентам и порядкам, по разным срокам и ряду других факторов. Выходом из ситуации может послужить создание некой наднациональной структуры таможенных органов, подчиняющихся только праву ЕА-ЭС, однако в настоящий момент ни одно государство-член ЕАЭС не пойдет на это ввиду потери существенной части своего суверенитета.

Для создания устойчивой экономикоправовой системы Союза необходимо, во-первых, обеспечить сближение правовых систем государств - членов ЕАЭС и, во-вторых, достичь соглашения об особом порядке исполнения необходимых проце- дур внутри страны для более слаженной ратификации договоров, принятых в рамках ЕАЭС.

Отсюда следует вывод, что процесс гармонизации и унификации нельзя провести иначе как поэтапно. Так, В.Н. Самотуга и Ю.В. Мишальченко предлагают градацию от выявления нуждающихся в гармонизации отраслей и сфер законодательства до контроля за результатами принятых с этой целью мер со стороны контролирующих органов Союза [13]. Авторы обращают внимание на проблему использования модельных законодательных актов как механизма сближения национальных правовых систем. Утверждается, что ситуация с их использованием существенно осложняется тем, что в правовом пространстве бывшего СССР существует несколько уровней законотворчества: в рамках Союзного государства РФ и Белоруссии, собственно ЕАЭС и СНГ в целом.

В начале статьи было обращено внимание на аспекты политической воли государств-членов ЕАЭС и их внешней политики. Не вызывает сомнений то, что если бы постсоветсткие республики действительно тяготели к России, стремились к более продуктивному сотрудничеству и взаимодействию, процесс гармонизации, унификации и налаживания функционирования ЕАЭС в принципе шел бы не только быстрее, но и достиг той стадии, на которой наднациональные структуры ЕАЭС начинают оказывать реальное влияние на действие государств-членов, стадии появления единой политической воли, без которой немыслимо существование подобных союзов (нежизнеспособность СНГ, ЕврАзЭс и других аналогичных формирований лишь доказывает это).

Таким образом, эффективной гармонизации и унификации законодательств государств-членов ЕАЭС не только в таможенной, но и во всех остальных сферах деятельности препятствует целая совокупность факторов, разрешение которых, по мнению автора, возможно двумя путями – образованием единой политической воли и трансформацией союза в более целостное объединение, сотрудничество внутри которого не ограничится экономической сферой, а больше будет напоминать союзное государство, коим на сегодняшний день является Россия и Республика Беларусь, или же наделением наднациональных структур ЕАЭС более широкими полномочиями, созданием эффективного механизма влияния на действия государств-членов при сохранении ими известной доли суверенитета. Однако вероятность реализации указанных путей в ближайшее время представляется маловероятным, а потому проблема гармонизации и унификации законодательств-государств членов ЕАЭС, в том числе и в таможенной сфере, будет стоять все также остро, а сами процессы протекать медленно.