Промысловый костюм в экстремальных условиях: традиционные элементы и современные материалы в практике якутских охотников

Охотничья деятельность всегда играла важную роль в жизнеобеспечении коренных народов Якутии. В разные исторические эпохи охота выступала каналом снабжения человека пропитанием, сырьем для одежды, а затем и пушниной в рамках ясачного налогообложения и торговли. Сохраняя свою актуальность до наших дней, охота приобрела и новые социальные функции: она стала формой досуга и важным институтом сохранения традиционного уклада, поддерживающим аутентичные знания и мировоззренческие представления [22].

Многие аспекты охотничьей деятельности якутов становились предметом специальных исследований путешественников, этнографов, культурове-дов. Первые сведения об охотничьем промысле в Якутии собрали и систематизировали путешественники-этнографы [7; 12; 14; 20; 25]. Дальнейшие исследования охоты производились через призму изучения пушного промысла в Якутии [3; 5; 9], а также промыслового культа и традиционных верований [6; 10; 15; 21; 27]. Важнейшей составляющей данного промысла, учитывая суровые климатические условия Якутии, является одежда. Вопросы, связанные с промысловой одеждой, отражены в работах исследователей традиционного якутского костюма Р.С. Гаврильевой [2] и С.И. Петровой [18], а также в исследованиях И.В. Константинова, посвященных археологическому костюму [8].

Охота как вид деятельности, связанный с длительными переходами, должна быть обеспечена одеждой, имеющей высокие теплоизоляционные и ветрозащитные свойства. В условиях Якутии, где зимние температуры могут достигать экстремально низких значений (до –50оC), современная промышленная одежда не всегда удовлетворяет имеющиеся потребности охотников. Если в повседневной жизни натуральные материалы зимней одежды все чаще замещаются синтетическими, то промысловая одежда, предназначенная для длительного пребывания на холоде, продолжает сохранять элементы традиционного костюма. Некоторые данные об этом зафиксированы в материалах экспедиций 1960-х гг. в северных районах Якутии: «Одежда традиционного образца сохранилась в настоящее время в обследованных районах главным образом только в качестве производственной. Ею пользуются преимущественно пастухи-оленеводы, охотники, а также население пожилого возраста» [4, с. 165]. Исходя из этого, цель настоящего исследования – на основе данных полевых исследований выявить, насколько указанная тенденция сохраняет актуальность в XXI в., какие именно элементы традиционной одежды присутствуют в современном промыс- ловом костюме якутских охотников, а также чем мотивирован их выбор в эту пользу.

В фокусе настоящего исследования находится зимний промысловый костюм. Данный выбор обусловлен тем, что, как показывают предыдущие работы по модернизации этнического костюма в Якутии, именно зимняя повседневная одежда в данном регионе наиболее склонна к сохранению традиционных элементов [23]. Для получения репрезентативной картины по обширной территории Якутии в данной статье будут проанализированы материалы по двум районам – Центральной Якутии (Мегино-Кангаласский и Таттинский районы) и Северной Якутии (Усть-Янский район). Такой подход позволит выявить региональные различия, обусловленные климатическими и этносоциальными условиями, а также сравнить особенности материалов костюма с учетом уровня развития инфраструктуры и степени удаленности от регионального центра.

Методологическую основу исследования составляет комплексный подход, сочетающий использование полевых исследований (полуструктуриро-ванные глубинные интервью) и контент-анализ медиаматериалов, затрагивающих тему охотничьей одежды. В качестве вспомогательного инструмента для выявления траекторий модернизации костюма применен анализ данных по истории Якутии и эволюции охотничьего промысла в регионе.

Традиционная охотничья одежда

Для начала следует поставить вопрос, насколько по этнографическим материалам мы можем судить о традиционной охотничьей одежде. В этнографической литературе достаточно полно описываются некоторые детали традиционного охотничьего промысла: технологии, орудия, охотничьи ритуалы, однако не столь подробно бывает описан костюм, в котором охотились. Как таковой специализированной промысловой одеждой исследователи называют лишь ограниченный набор элементов. В.Л. Серошев-ский писал: «…Отправляясь зимой в лес за промыслом, ставить ловушки или луки, что требует мягкой, незастывшей руки, они надевают огромные, по локоть, рукавицы из медвежьего, оленьего или другого крупноволосатого меха шерстью наружу. Ошейник, мойтурук, делают якуты обыкновенно из беличьих хвостов и носят, обернув два, три раза кругом шеи, если позволяет величина. В ошейник прячут они в дороге подбородок, рот, щеки, часть носа. Якуты душат сквозь мех ошейника и таким образом в жестокие стужи немного умеряют холод глотаемого воздуха. Когда дыхание увлажнит ошейник настолько, что прикосновение к нему становится неприятным, его поворачивают другой стороной; в то время влажная часть быстро обсыхает в морозном воздухе и при обтряхивании совершенно очищается от инея» [20, c. 328]. Он же упоминает, что сагыньях относят к якутскому охотничьему костюму [20, c. 321]. М.М. Носов, исследуя архаичный костюм из материалов погребальных памятников, указывал, что шапки с рогами и перьями, изначально связанные с религиозными и культовыми практиками древних охотников, по мере переустройства хозяйства и быта в течение XIX в. становились пережитком и уступали место новым фасонам [16, c. 119–120]. При описании эволюции якутской одежды на протяжении XVIII– XIX вв. исследователь также упоминает, что боковой разрез на шубах, в прошлом обеспечивавший удобство лыжных переходов охотников, и задний разрез, необходимый для наездника-пастуха, продолжали существовать на верхней одежде якутов по крайней мере еще в первой четверти XIX в. – как у мужчин, так и у женщин [16, c. 130].

И.В. Константинов при исследовании головных уборов из погребений XVIII в. также предположил, что предпосылкой появления рогатых шапок могло быть стремление обеспечить удачную охоту [8, c. 56]. По сведениям М.Н. Хангалова, бурятские охотники иногда шили себе шапки из шкур с голов разных животных, считая, что они помогают им обмануть зверя. Такие шапки делались иногда с рогами [24, c. 181].

Таким образом, приведенные данные свидетельствуют о том, что в якутской материальной культуре существовало крайне незначительное количество элементов одежды, созданных специально для охоты. Фактически, вся зимняя одежда якутов была сконструирована таким образом, чтобы было удобно передвигаться и охотиться. Это находит подтверждение и в типологии якутской традиционной одежды, предложенной Р.С. Гаври-льевой, которая выделяет бытовую (в т.ч. повседневную, дорожную и промыслово-охотничью), обрядовую и праздничную одежду [2, c. 32]. Отсутствие в данной классификации отдельной категории промысловой одежды позволяет утверждать, что охотничий костюм якутов правомерно относить к разновидности повседневного.

Исследователи относят к архаичной повседневной мужской зимней одежде, пригодной для промысла и длительных переходов, дорожные меховые тулупы. Данный предмет одежды представлял собой верхнюю шубу, сшитую мехом наружу, как правило, лишенную декора, с распашными полами, которые завязывались кожаными шнурками. Для их изготовления преимущественно использовались волчьи шкуры, реже – шкуры росомахи или медведя. Кроме того, в комплекс охот-ничье-промыслового костюма для зимнего периода входила короткая меховая куртка (сон), изготавливавшаяся чаще всего из оленьей шкуры мехом наружу. Покрой этих курток в основном повторяет покрой тунгусского костюма, но имеет втачные рукава, с узким верхом и расширенной, трапециевидной нижней частью. Полы курток запахивались и завязывались при помощи парных ременных вязок (от 4 до 6 пар), расположенных по двум сторонам. Для якутской верхней одежды типичен глубокий запáх, в то время как на тунгусских кафтанах или меховых шубах ремешки-вязки пришивались по краям [2, c. 45]. У северных якутов бытовала верхняя промысловая и нарядная наплечная одежда типа кухлянки или закрытой глухой парки, без капюшона и без воротника, крой которой демонстрирует влияние традиций других северных народов (береговых чукчей, эвенов, юкагиров, нганасан) [2, c. 114]. Промысловая одежда подпоясывалась кожаным ремнем. Меховая шапка типа капюшона с опушенным передом пришивалась к куртке. На шею надевали меховой шарф из беличьих хвостов (моойтурук) [2, c. 46].

Я.И. Линденау описывал якутский костюм XVIII в. следующим образом: шапка из волчьего меха, отороченная росомахой, шуба из сукна или замши, подбитая белкой (при этом бедняки вместо белки использовали зайца) и отороченная по подолу выдрой или бобром, саныях из волка (богатые изначально делали ее из соболя, но к XVIII в. чаще довольствовались волком, а бедные использовали для ее изготовления шкуру оленя и жеребцов), штаны из камусов и волчьей шкуры, чулки из ровдуги, зайца и собаки, боа из беличьих хвостов, наколенники из ровдуги [11, c. 25–26].

Традиционно мужской зимний головной убор имел форму капора. Один из вариантов такого головного убора, зафиксированный в погребении, был описан И.В. Константиновым: «Мужской капор конусовидной формы – чомпой , сшитый из оленьей шкуры и подбитый заячьим мехом. Перед опушен лисьим мехом, а на затыльнике опушки не было. Ременные вязки пришиты с наружной стороны [8, c. 52]. Р.С. Гаврильева, описывая одежду из данного погребения, указала, что, судя по материалам шитья (оленья шкура, заячий подклад, лисья опушка), шапка принадлежала человеку небогатому, возможно, скотоводу или охотнику. Также из другого погребения, которое исследовательница на основании могильного инвентаря определяет как погребение таежного охотника, был извлечен меховой чепчиковидный капор, по покрою тунгусского типа, сшитый лисьего меха и отороченный мехом росомахи. Капор имел беличий подклад, на концах коротких наушников – ременные вязки. Под головным убором располагался налобник [2, c. 26].

В условиях низких температур и сильного ветра в дороге критически важной становилась защита открытых участков тела. Для этого использовался целый ряд специализированных элементов: налобник (намыаска) с наушниками-клапанами, налобные повязки (сүүс таңаһа), подбородники (сэңийэ сам- наға), наносные покрышки (мурун хаппага, хоңуруу таңаһа), нащечники (иэдэс таңаһа), а также сложный комплекс нащечно-подбородочных и налобноголовных повязок (чомолууска) [2, c. 35–36]. Их функциональное назначение заключалось не просто в утеплении, а в предотвращении обморожения наиболее уязвимых участков лица во время длительного статичного выслеживания зверя или передвижения на холоде. Использование меха белки, зайца или соболя обеспечивало необходимую теплоизоляцию без чрезмерного утяжеления, что было важно для сохранения обзора и подвижности головы охотника. Ярким примером подобного изделия является утеплитель носа XIX в. из беличьего меха на кожаных ремешках, обнаруженный в коллекции Американского музея естественной истории [13, с. 146].

Эффективное передвижение по заснеженной тайге было основой успеха промысла. Нижняя одежда охотника представляла собой многослойную систему, состоящую из взаимосвязанных элементов: натазники ( сыалдьа ) из ровдуги (летом) или меха молодняка (зимой), часто в два слоя, обеспечивали защиту таза и верхней части бедер от переохлаждения при контакте со снегом во время засады или при езде верхом; ноговицы ( сутуруо ), крепившиеся шнурками непосредственно к натазникам, выполняли функцию защиты голеней и коленей от механических повреждений сухой травой, ветками, настом, а также от промокания [13, с. 110–111]. Подобная конструкция, обеспечивавшая надежную фиксацию и предотвращавшая сползание одежды при активном движении, имела жизненно важное значение в условиях промысла.

Зимняя обувь для охоты, которая изготавливалась из камусов оленя или лося, должна была обеспечивать надежное сцепление со снегом и льдом. В качестве примера можно привести мужские торбаса из коллекции Российского этнографического музей: они сшиты из оленьего камуса, а подошва выполнена из кожи лося [17]. Верх голенищ обшит мехом тарбагана и черным сукном. У щиколотки пришиты кожаные ремешки для обматывания вокруг ноги. Подобная конструкция была идеально приспособлена к суровым арктическим зимам с сильными морозами. Такие торбаса могли носить как в повседневной жизни, так и во время охотничьего промысла. Многослой-ность системы, включавшей теплые меховые носки ( кэнчи ), позволяла регулировать температурный режим и эффективно отводить влагу, предотвращая отсыревание ног во время длительных переходов.

Бытовые, дорожные и охотничьи меховые рукавицы (утулук) шили из волчьих, рысьих, лисьих, тарбаганьих лап и оленьих камусов (тыс үтүлүк). Такие рукавицы отличались большими размерами. Обычно под них для утепления надевали рукавицы меньшего размера, мехом внутрь. Бытовые рукавицы шились из конских и телячьих шкур, они служили для защиты рук от холода во время работы, охоты или дальней поездки и почти не украшались [13, с. 132–133].

Важным элементом экипировки охотника-всадника был набедренник ( бэлэпчи ). Его ключевой функцией было не утепление, а защита дорогостоящей меховой шубы от истирания о седло и спину лошади. Таким образом, этот элемент решал задачу ресурсосбережения, продлевая срок службы основной верхней одежды, что было экономически целесообразно в условиях кочевого и промыслового быта [2, c. 51, 138–139].

Таким образом, промысловую одежду составлял комплекс элементов, характерных для мужского повседневного костюма. Выбор материалов определялся функциональным назначением каждого предмета гардероба. Верхняя плечевая одежда, как правило, изготавливалась из шкур домашних животных и оленя, тогда как для дорожных меховых тулупов мог использоваться более тяжелый и плотный мех медведя, волка или росомахи. Головные уборы шили из меха меньших животных: лисицы, росомахи, зайца, белки, соболя. Поясная одежда и обувь производились преимущественно из ровдуги, а также из оленьих шкур и шкур домашних животных (телячьих и жеребячьих).

Ключевыми критериями выбора материала, судя по всему, служили его вес, износостойкость и теплоизоляционные свойства. В связи с этим шкура оленя выступала одним из наиболее распространенных материалов для традиционной промысловой одежды. Еще А.Ф. Мид-дендорф отмечал высокие теплосохраняющие свойства оленьего меха, указывая, что при невысокой плотности подшерстка пористая структура меха «оказывается прибором, который составлен из вместилищ воздуха и на шкуре северного оленя заменяет воздушные, изолирующие собственное тепло, слои, залегающие между бесчисленными тонкими волосами пушных животных и между пухом птиц» [14, с. 322]. Помимо утилитарных функций, шкуры хищных зверей, как и отдельные декоративные элементы, несли сакральную и апо-тропейную нагрузку.

Важной характеристикой дорожной промысловой одежды была ее многосоставность, что позволяло в полевых условиях оперативно заменять или просушивать отдельные детали. Таким образом, согласно этнографическим материалам, строго специализированного охотничьего костюма, по-видимому, не существовало. К данной категории правомерно относить все виды зимней одежды, предназначенной для длительных переходов: дорожные шубы, комплексы поясной одежды и обуви, рукавицы, шарфы, головные уборы и их составные части.

Модернизация промысловой одежды

Трансформация охотничье-промысловой одежды в условиях модернизационных процессов XX в. представляет особый интерес. С одной стороны, весь советский период был ознаменован отходом от традиционного уклада жизни, что затронуло и сферу повседневной одежды, с другой стороны, промыслы, связанные с охотой (рис. 1), зимней рыбной ловлей, скотоводческим и оленеводческим хозяйством, продолжали оставаться важной отраслью экономики Якутской АССР.

Рис. 1 . Всесоюзная сельскохозяйственная выставка. Охотник Н.И. Савин. Якутская АССР. 1939 г. Государственный музей истории Санкт-Петербурга (ГМИ СПб 363349/475)

Анализ архивных материалов свидетельствует о системном характере проблем в снабжении населения Якутии товарами народного потребления. Сложившаяся в регионе дефицитная ситуация носила затяжной характер. Яркой иллюстрацией служит распоряжение Комиссии по распределению теплой одежды Наркомторгпрома ЯАССР от 1921 г., которое ограничивало круг получателей спецодежды исключительно рабочими, занятыми на работах в условиях низких температур и отнесенными к категории «остронуждающихся» (Национальный архив Республики Саха (Якутия), далее – НА РС (Я). Ф.286. Оп. 20. Д. 14 Л. 36). Проблема товарного дефицита и несоответствия зимней одежды, планово поставляемой в республику, специфическим климатическим условиям региона сохранялось и в послевоенное время, особенно в отдаленных районах Якутии. Так, в 1954 г. Усть-Янский рыбный кооператив направил жалобу Министру торговли ЯАССР А.А. Орлову в связи с недоотгрузкой валяной обуви, шерстяных и трикотажных изделий. В связи с этим недостающее товары валенки, телогрейки, шапки-ушанки, мужские пальто, ватные штаны и рукавицы – было решено перевезти между кооперативами на собачьем и сельско- хозяйственном транспорте (НА РС (Я)). Ф. 62. Оп. 24. Д. 241. Л. 173, 177).

Ключевым механизмом компенсации дефицита государственного снабжения теплой одеждой в условиях экстремальных холодов стали адаптационные практики коренных народов Якутии, основанные на охотничьих традициях и навыках домашнего производства одежды. Как отмечают современники тех событий, «в годы войны было очень туго как с питанием, так и с одеждой, поэтому всем сообща приходилось браться за работу по изготовлению зимней одежды и заготовке пищевых запасов» [1, с. 11]. Согласно полевым материалам, в семьях, где имелись охотники, использовались шкурки пушных зверей – белки и ондатры, тогда как менее обеспеченные слои населения были вынуждены использовать более доступные, но менее износостойкие материалы – заячий мех и телячьи шкуры, которые требовали ежегодного обновления. Показательным примером остроты товарного дефицита, а также высокой приспособляемости традиционной бытовой культуры к этим условиям служит практика 1950-х гг., когда для пошива мужских шуб использовались выделанные собачьи шкуры, для чего животных специально выращивали (Полевые материалы авторов, далее – ПМА. 2023 г. Информант Егорова Е.З., 1935 г.р., г. Якутск, Республика Саха (Якутия)).

С начала 1970-х гг. ситуация с удовлетворением потребительского спроса начала улучшаться благодаря развитию местной швейной промышленности. В 1969 г. было принято постановление Совета министров ЯАССР «Об организации в г. Якутске специализированной фабрики по производству якутских художественных изделий и сувениров», в сферу деятельности которой входил и пошив одежды, адаптированной к климатическим условиям региона. В 1970-х – 1980-х гг. в республике работал Якутский кожевенно-обувной комбинат, изготавливавший меховые шапки и рукавицы, зимнюю обувь и верхнюю одежду (НА РС(Я). Ф. Р-997. Оп. 1. Д. 53. Л. 17). К 1980 г. в 21 совхозе агропромышленного объединения «Север» Минсельхоза ЯАССР действовало 16 пошивочных мастерских со среднегодовой численностью работников 150–200 человек. Данные мастерские занимались изготовлением спецодежды и обуви для оленеводов, охотников, рыбаков и коневодов совхозов Центральной Якутии. Производство обеспечивалось оленьими шкурами и камусами, которые оставлялись в распоряжении совхозов в размере 50% от общего объема заготовок (НА РС (Я). Ф. Р-52. Оп. 40. Д. 774. Л. 52).

Практики объединения традиционных материалов и современных силуэтов одежды воспроизводились и в дальнейшие годы. В 1990-е гг. в рамках фи- зиолого-гигиенических исследований Л.Н. Расторгуевой был разработан современный комплект спецодежды «Хотугу Танас», предназначенный для защиты от экстремально низких температур и использующий в качестве утеплителя оленью шерсть [19]. Данный комплект, выпускаемый по сей день и пользующийся спросом, наглядно демонстрирует потенциал синтеза этнических традиций и современных технологий для решения актуальных задач охраны труда в условиях экстремально низких температур.

Охотничья одежда современных промысловиков

Современный охотничий костюм коренных народов Якутии представляет собой комплекс, отражающий не только адаптацию к экстремальным климатическим условиям, но и динамику социокультурных изменений в условиях глобализации. Исторически сложившаяся промысловая одежда, обеспечивавшая выживание в суровых условиях, в XXI в. активно трансформируется под влиянием технологического прогресса, рыночной экономики и смены охотничьих практик. В данном разделе будет проанализирована динамика замещения натуральных материалов в охотничьем костюме синтетическими.

В Центральной Якутии выбор охотничьей одежды демонстрирует заметный отход от традиционных предпочтений в пользу современных фабричных изделий. Опрошенные охотники отдают предпочтение специализированной экипировке зарубежных и российских брендов, объясняя свой выбор ее функциональностью, удобством и долговечностью. В частности, популярностью пользуется продукции марок «Duck Mania» и «Remington», которая позиционируется как доступная по цене, но при этом качественная. В то же время премиальные бренды, такие как «Sitka» и «Kuiu», воспринимаются как показатель статуса, однако их приобретение не всегда считается экономически оправданным. Как отметил один из информантов, значительные финансовые затраты на экипировку могут быть менее приоритетными по сравнению с вложениями в оружие или другие охотничьи инструменты: «Мне нравится одежда фирмы «Duck Mania», так как она средней ценовой категории и хорошего качества. Были бы деньги, конечно, взял бы «Ситку», но на последние деньги брать их, конечно, не стал бы, я бы лучше обновил свое ружье» (ПМА. 2025 г. Информант Собакин Т.С., 1989 г.р., Таттинский район, Республика Саха (Якутия)).

Более развитая транспортная инфраструктура и относительно компактное расположение населенных пунктов в Центральной Якутии снижают потребность в использовании традиционных материалов в охотничьем костюме. По словам информантов, отсутствие необходимости в длительных пеших переходах делает предпочтительной

А.Р. ФЕДОРОВА, С.И. ФЕДОРОВ готовую промышленную одежду: «Мы же не будем одеваться, как в старые времена, в шкуру и мех, все фабричное. Главное, чтобы в одежде не было слишком жарко и чтобы ничего не прело. Если намокнешь – потом быстро замерзнешь. На ноги унты не носим, они слишком быстро намокают. Сейчас на охоту постоянно с техникой ходим, так что на себе ничего не тащим, берем побольше одежды на любую погоду. Если предполагается, что будем много ходить, – ношу одежду, в которой не жарко, если планирую стоять на одном месте – ношу максимально теплую одежду, в которой точно не будет холодно» (ПМА. 2025 г. Информант Баишев А.И., 1984 г.р., Мегино-Канга-ласский район, Республика Саха (Якутия)).

Полученные данные демонстрируют значительное изменение потребительских предпочтений среди охотников Центральной Якутии. Выбор одежды становится рациональным и ситуативным, а функциональность, удобство и долговечность – его главными критериями. Существенную роль при выборе экипировки играют также ее цена и физическая доступность. В современных условиях индивидуальный пошив или приобретение готовой традиционной одежды оказывается более дорогостоящим и трудозатратным по сравнению с покупкой одежды промышленного производства, представленной в широком ценовом диапазоне. Наличие выбора подразумевает вариативность и подбор разных видов одежды под разные условия. Охотники берут с собой «побольше одежды на любую погоду» и выбирают ее в зависимости от тактики охоты. Этот подход противоречит монолитности традиционного костюма, который был рассчитан на универсальность и автономное выживание в экстремальных условиях. Таким образом, в Центральной Якутии современный охотничий костюм представляет собой динамичный, рационально формируемый инструмент, чья конфигурация напрямую определяется современными технологическими, экономическими и социальными реалиями. Данный случай служит наглядным примером трансформации материальной культуры под влиянием глобализации и модернизации даже в таких консервативных сферах, как традиционные промыслы.

Однако, как отмечалось ранее, территория Республики Саха (Якутия) характеризуется значительным разнообразием ландшафтно-климатических зон, этнодемографического состава и степени включенности в глобальные процессы. В связи с этим вопрос замещения традиционной одежды синтетическими аналогами остается предметом активных дискуссий среди местного населения. В социальных сетях и мессенджерах регулярно возникают споры между приверженцами традиционной и современной охотничьей экипировки. Первые настаивают на использовании меховых комплектов (торбаза, рукавицы, шубы), подчеркивая их проверенную веками эффективность в условиях якутских морозов. Их оппоненты апеллируют к преимуществам высокотехнологичных тканей, усовершенствованного кроя и влагозащитных свойств современной экипировки. Критика со стороны традиционалистов часто сводится к тезису о том, что дорогостоящая одежда представляет собой излишество, тогда как истинное мастерство охотника проявляется в умении добывать зверя независимо от внешнего вида. В этом контексте возник даже локальный интернет-мем — «куртка ЖКХ», символизирующая простую, но практичную одежду, которая, по мнению части сообщества, является признаком настоящего профессионала, не нуждающегося в дорогих атрибутах.

В Северной Якутии складывается несколько иная ситуация. В условиях экстремально низких температур и необходимости передвигаться на снегоходах некоторые промысловики продолжают использовать традиционные меховые комплекты, изготовленные из шкур оленя или лося. Такой набор включает унты, меховые штаны, парку, рукавицы и шапку. По свидетельствам охотников, участвующих в тематических чатах, подобная одежда обеспечивает наилучшую теплоизоляцию при длительных поездках, а также в критических ситуациях, например, при вынужденной ночевке в тайге из-за поломки техники. Информанты сообщают о случаях ночевки непосредственно на снегу в таких костюмах без риска переохлаждения, что подтверждает их функциональную ценность в условиях Крайнего Севера. Однако большинство охотников при передвижении на короткие дистанции, во время ходовой охоты или зимней рыбалки отдают предпочтение современной зимней одежде: синтепоновым или пуховым курткам с массивными капюшонами с меховой оторочкой, комбинезонам из такого же материала, вязаным шапкам или балаклавам. Один из информантов отмечает: «Если говорить в среднем, то человек, которого встретишь в лесу, обычно носит пуховик из разных материалов, разного качества и разной стоимости, начиная от простых дешевых китайских до фирменных натуральных. Поверх пуховика надевают суккуй, парку из легкого брезента с капюшоном. Пуховик также обязательно должен быть с капюшоном с оторочкой из меха, если нет меха - обязательно меховая шапка боодьо. Шапки шьют разной модификации. По классике они шьются из оленьего, пыжачьего или меха августовского оленя с опушкой из меха песца, росомахи, волка. Сейчас очень много готовых шапок и меховых, синтепоновых, вязаных, суконных и т.д., люди их носят, потому что капю- шоны сейчас у курток очень теплые. Для дальних дорог есть другая одежда, а для рыбалки и охоты на близких расстояниях одеваются в фабричное» (ПМА. 2025 г. Информант Егоров А.Н., 1956 г.р., Усть-Янский район, Республика Саха (Якутия)).

Согласно полевым данным, традиционные материалы наиболее устойчиво сохраняются в периферийных элементах костюма - головных уборах, обуви, рукавицах и наколенниках. Что касается верхней меховой одежды, такой как кухлянка- суккуй , то ее использование, по словам информантов, в основном ограничивается длительными передвижениями на снегоходах, поскольку «ее не берет даже ветер». Информант из Усть-Янского района поясняет: «У меня у самого есть две меховых шубы, одна досталась от отца, вторую я сам заказывал. Меховая одежда очень теплая, даже слишком. Если я знаю, что буду много двигаться, то предпочту более легкую одежду. Вообще, почти все носят современные пуховики и комбинезоны. Но на ногах носят унты из оленьего меха. В целом, современная техника имеет подогревы разные, если есть подогревы, то можно и полегче одеться. Вообще меховая одежда есть у многих, но за ней нужен уход. Если мех сыреет, то она быстрее начинает осыпаться. С шапками так же -осыпаются и становятся уже не очень хорошими. Меховую одежду после дороги нужно хорошо отряхнуть и затем повесить на морозе, так она дольше служит. А еще поверх меховой одежды обычно надевают тонкую брезентовую парку, которая не пропускает ветер и снег, так тоже можно сохранить мех довольно долго» (ПМА. 2025 г. Информант Егоров А.Н., 1956 г.р., Усть-Янский район, Республика Саха (Якутия)).

В северных районах Якутии сохранение одежды из оленьего меха традиционно связывают с необходимостью длительных передвижений на снегоходе. Сложная транспортная логистика на этих территориях, особенно в промысловый сезон, предполагает зимние переходы в открытом транспорте, что требует защиты не только от холода, но и от длительного и сильного ветра. Примечательно, что информанты отмечают изменения в материалах одежды даже в этом регионе, где, как принято считать, традиционная меховая одежда сохранялась дольше. Традиционные кухлянки и меховые штаны все чаще заменяют изделиями из других недорогих и ветронепроницаемых материалов: «В дальнюю дорогу сейчас некоторые носят штаны из оленьего или собачьего меха, некоторые покупают пуховые дорогие комбинезоны, носят поверх синтепоновых штанов брезентовые штаны - они отлично защищают от ветра. Сейчас многое зависит от того, на какой технике передвигается человек: в иномарочном снегоходе (например, «Yamaha») есть системы обогрева, на такой технике сильно тепло одеваться и не нужно, а если у человека обычный отечественный снегоход (например, «Буран»), то тут уже надо одеваться тепло. Буранщики носят теплые штаны и обязательно защиту коленей суту-руо, их обычно шьют из меха в виде теплых наколенников, или могут носить вязаные наколенники или чулки из верблюжьей шерсти» (ПМА. 2025 г. Информант Егоров А.Н., 1956 г.р., Усть-Янский район, Республика Саха (Якутия)).

Выбор материалов промыслового костюма в дискурсе современных охотников всегда связан с вопросами технического оснащения и финансовых возможностей. Наличие высокотехнологичного транспорта напрямую влияет на степень утепления экипировки, что подтверждается словами информанта: «В дальнюю дорогу носят обычно фирменные теплые пуховики, на ногах обычно носят сапоги и валенки, так как современная техника имеет подогревы» (ПМА. 2025 г. Информант Барабанский Г.Г., 1954 г.р., Усть-Ян-ский район, Республика Саха (Якутия)). Среди причин отказа от традиционной одежды во время промысла охотники также указывают ее дороговизну, непрактичность, а также недоступность: «Люди перестали носить такую одежду, так как, во-первых, она очень дорогая, и, во-вторых, она непрактичная. После двух сезонов активной носки шерсть начинает уже осыпаться, как я уже говорил, требует особого ухода» (ПМА. 2025 г. Информант Егоров А.Н., 1956 г.р., Усть-Янский район, Республика Саха (Якутия)); «Мастеров сейчас не осталось, молодые не занимаются шитьем одежды, может где-то в городе шьют» (ПМА. 2025 г. Информант Барабанский Г.Г., 1954 г.р., Усть-Янский район, Республика Саха (Якутия)). Проблема сокращения количества специалистов по пошиву традиционной меховой одежды заслуживает особого внимания. В сочетании с высокой стоимостью натуральных материалов и трудоемкостью ухода данный фактор существенно ограничивает использование традиционных костюмов даже в районах с экстремальными климатическими условиями, где их функциональные свойства наиболее востребованы.

Заключение

Проведенное исследование выявило сложную картину трансформации охотничьего костюма, в рамках которого традиционные и современные элементы сосуществуют, варьируясь в зависимости от конкретных условий эксплуатации. Наиболее интенсивно процесс модернизации охотничьей экипировки происходит в Центральной Якутии, что обусловлено рядом взаимосвязанных факторов. Во-первых, более развитая инфраструктура и доступность магазинов специализирован- ного снаряжения создают предпосылки для массового перехода на фабричную продукцию. Во-вторых, изменение характера охотничьей деятельности, выражающееся в сокращении длительных экспедиций в пользу кратковременных выездов, снижает востребованность традиционных меховых комплексов, изначально рассчитанных на экстремальные условия.

Особый интерес представляет феномен гибридизации охотничьего костюма, проявляющийся в органичном сочетании современных материалов с традиционными элементами. Наиболее наглядно это прослеживается в комбинации меховых шапок с синтетическими куртками или традиционных унтов с высокотехнологичными комбинезонами. Такие сочетания демонстрируют не механическое замещение одних элементов другими, а сложный адаптационный процесс, основанный на рациональном выборе функциональных характеристик каждого компонента в зависимости от конкретных условий эксплуатации. Примечательно, что, несмотря на активное распространение современных материалов и брендовой экипировки, традиционные элементы костюма якутских охотников продолжают сохранять свою актуальность, особенно в условиях экстремально низких температур.

В северных районах Якутии сохраняется широкое использование меховых комплектов (унты, парки, рукавицы), обеспечивающих оптимальную теплоизоляцию при длительных переходах и вынужденных ночевках в тайге. В то же время в Центральной Якутии преобладает тенденция к замещению традиционной одежды современной функциональной экипировкой. В дискуссиях охотников прослеживается поляризация мнений: одни ценят проверенные веками меховые изделия, другие - преимущества современных технологичных материалов. Существенным фактором выбора остается доступность натуральных материалов и мастеров-изготовителей. Однако в контексте промысла как производительной деятельности доминирующим критерием неизменно выступает практичность. Ни культурные традиции, ни статусные функции одежды не имеют приоритета над удобством и функциональностью в нарративах современных охотников.

Таким образом, современный охотничий костюм якутских промысловиков представляет собой динамичную систему, где выбор между традиционными и современными элементами определяется сложным взаимодействием климатических, технологических, экономических и социокультурных факторов. При этом, несмотря на активные процессы модернизации, традиционные знания о свойствах натуральных материалов и технологиях их обработки продолжают играть важную роль в обеспе- чении эффективности и безопасности охотничьей деятельности в экстремальных условиях Якутии.