Разработка и операционализация конструкта опросника «Мотивация к прохождению службы в органах внутренних дел»

;

Kirill V. Zlokazov, Doctor of Science (in Psychology), Associate-Professor, chief of the Research Department 1; ;

Актуальность, значимость и сущность проблемы. Работа с личным составом МВД России в современных условиях сталкивается с вызовами, преодоление которых обеспечит выполнение задач, возложенных на органы внутренних дел государством и обществом, будет способствовать развитию профессионального сообщества как в количественном, так и в качественном измерениях. Вопрос комплектования служб и подразделений МВД России является острым и неоднократно поднимался руководством ведомства в последние годы. Количество вакансий за прошедший год увеличилось более чем на 33 тыс. и превышает 172 тыс. должностей, из них 145 тыс. аттестованные ¹.

Наряду с недостатком желающих проходить службу в органах внутренних дел Российской Федерации (далее — ОВД), значима и увольняемость сотрудников, имеющих право на пенсию, обусловливающая необходимость замещения высвобождающихся должностей. С учетом потребности сохранения профессионального ядра, передачи знаний и опыта вновь назначаемым руководителям различного уровня проблема комплектования заключается еще и в подборе сотрудников, наиболее подготовленных к замещению начальствующих должностей. Поскольку складывающаяся в органах внутренних дел кадровая ситуация требует бережного отношения к личному составу, что предполагает понимание способностей каждого сотрудника, в том числе оценки его надежности в любых условиях оперативнослужебной деятельности, а также подготовленности к замещению вышестоящей должности. Недостатки в оценке способностей лиц, вновь принятых на службу, выражаются в социально-психологической дезадаптации на первом этапе прохождения службы, риске нарушений служебной дисциплины и законности, повышении вероятности их увольнения, в том числе по отрицательным мотивам. Сотрудники, назначенные для замещения начальствующих должностей без учета профессиональной и психологической подготовленности, также подвержены риску дезадаптации, сказывающейся не только на их личном моральнопсихологическом состоянии, но и на подчиненных им лицах.

В связи с этим научной проблемой является определение психологических характеристик, обеспечивающих отбор кандидатов, наиболее мотивированных к службе в органах внутренних дел Российской Федерации, а применительно к сотрудникам, претендующим на замещение вышестоящих должностей, — отличающихся высоким уровнем моральнопсихологической готовности.

Учитывая, что профессиональный психологический отбор 2, а также подбор лиц на замещение должностей начальствующего состава 3 основываются на верифицированной и апробированной совокупности личных и деловых качеств, включая выявление факторов риска, научно-методической проблемой выступает совершенствование уже определенных критериев отбора 4. По нашему мнению, следует сфокусироваться на показателе мотивации к прохождению службы как ключевом для обеих рассматриваемых категорий, непосредственно связанных с отношением к профессиональной деятельности. Психологическое значение данного вида мотивации распространяется на сферу служебной деятельности в обычных и особых условиях ее осуществления [1]. Вне служебной деятельности мотивация влияет на отношение к себе, служебному и внеслужебному окружению, определяет образ жизни, жизненные планы и перспективы личности.

Колебания уровня мотивации сотрудника от сверхмотивации до радикальной демотивации могут приводить к различным формам деструктивного поведения, выражаясь в рискованном поведении, пренебрежении правилами безопасности и своим здоровьем. Таким образом, глобальное значение мотивационной сферы личности выходит за пределы конструкта мотивации, предписанного правилами профессионально-психологического отбора, а относительно действующих сотрудников — оценкой морально-психологического состояния. Поскольку в настоящее время в юридической психологии и психологии безопасности представление о мотивации сотрудников органов внутренних дел к прохождению службы не разработано, это ограничивает возможности психологической работы с личным составом в части как комплектования, так и расстановки кадров, предупреждения и профилактики увольняемости, превенции нарушений служебной дисциплины и законности. Решение научной задачи по разработке конструкта данного вида мотивации обеспечит развитие общепсихологических представлений о сущности мотивации к профессиональной деятельности, обогатит юридическую психологию и психологию безопасности пониманием динамики, факторов и условий мотивации к службе у сотрудников органов внутренних дел. Изучение данного явления может внести свой вклад в работу по укреплению служебной дисциплины и законности, снижению риска чрезвычайных происшествий.

Цель — разработка конструкта мотивации к прохождению дальнейшей службы в органах внутренних дел, а также его операционализация в виде психодиагностического опросника измерения мотивации к службе.

Результатом исследования выступают: а) конструкт мотивации к прохождению службы в органах внутренних дел, раскрывающий субъективное отношение к службе; б) опросник, обладающий достаточными характеристиками надежности и валидности для научного исследования мотивации к службе в органах внутренних дел.

Теоретические предпосылки исследования и степень изученности проблемы. Предпосылки основываются на общепсихологических представлениях о мотивации, а также теориях и концепциях мотивации к профессиональной деятельности, предложенных в исследованиях в сфере психологии труда, а также юридической психологии и психологии безопасности.

Мотив является побуждением к деятельности, необходимой для удовлетворения какой-либо потреб- ности субъекта. Это некая причина (внешняя либо внутренняя), которая вызывает активность личности и лежит в основе ее поступков [2, с. 302–329]. Психологическое значение мотива многогранно. Теории мотива описывают побудительную, ориентирующую и целевую функции мотива в организации и осуществлении деятельности. Влияние мотива на личность заключается в формировании психологического состояния (например, в виде мобилизации либо демобилизации; ожидания успеха или опасения неудачи и др.) [3]. Кроме того, длительно существующий мотив (или их совокупность) может выступать свойством личности, выражающимся, например, в предпочтении определенных условий деятельности (работать одному или в коллективе, руководить или подчиняться), и фактически приближаться по своему значению к ценностям. Мотивация более сложное, чем мотив, явление, понимаемое как система факторов, определяющих социальное поведение личности [4]. При этом мотивация может рассматриваться сущностно, исходя из содержания мотивов, раскрывая их источники, описывая значение для личности в контексте ее развития [5–8], структурно с точки зрения их иерархии [9; 10] и функционально, объясняя механизм проявления в деятельности [11; 12].

В рамках проводимого нами исследования мотивация к служебной деятельности рассматривается как социально-психологическое образование, в котором служебная деятельность является условием удовлетворения широкого спектра потребностей сотрудника (не только витальных, но и социальных и индивидуальных). При этом целесообразно обозначить два полюса мотивации — субъективный , представляющий побуждения личности, и институциональный , характеризующий потребности, вызванные функционированием социального института — органов внутренних дел, в определенной части возлагаемые на конкретного сотрудника его должностными обязанностями. Существование субъективного полюса в большей мере вызвано биопсихосоциальными потребностями сотрудника, присущими ему вследствие образа жизни и осуществляемой деятельности. Институциональный полюс объединяет в себе потребности органов внутренних дел как института государственной власти и потребности организации (подразделения), координирующей служебную деятельность сотрудника.

Условная дифференциация полюсов мотивации позволяет выделить побуждения, которыми руководствуется сотрудник при выполнении служебной деятельности. Субъективная мотивация базируется на эгоцентрически-прагматичном отношении сотрудника к социальной организации (как части социального государства), обязавшейся удовлетворять его потребности, тем самым мотивируя к осуществлению профессиональной деятельности. Например, наличие социальных гарантий сотруднику ОВД как аргумент для принятия решения о поступлении на службу. Удовлетворение потребностей выступает для индивида общим мотивом, распадающимся на частные мотивы жизнедеятельности личности, иерархия и динамика которых индивидуальны.

Эгоцентрический характер мотивации выражается в стремлении к максимально полному удовлетворению индивидуальных потребностей, а прагматичный характер — в желании минимальных затрат собственных ресурсов (физических, психологических, материальных, репутационных и пр.). Однако так как эгоцентрическая мотивация предполагает первичность личных потребностей над интересами службы, то ее влияние противоположно ценностно-нормативным условиям служебной деятельности, представляющим собой институциональную мотивацию.

Институциональная мотивация является альтернативой субъективной мотивации сотрудника, поскольку она основывается на внешних по отношению к нему потребностях органа, организации, подразделения внутренних дел (транслирующих потребности института государственной власти в сфере правоохранительной деятельности). По Г. Мюррею, существование этого полюса мотивации показывает, как влияние общества формирует позицию личности и ее социальное поведение [13]. Институциональная мотивация служебной деятельности определяет цель служебной деятельности сотрудника и условия ее осуществления, базируется на правах и обязанностях замещаемой им должности. Помимо нормативных правовых актов, источниками институциональной мотивации выступают организационная культура и психология взаимоотношений участников служебной деятельности. Исходя из представлений о сущности государственного служащего, его мотивация к служебной деятельности является альтруистичноидеалистической [14].

Сущность данного вида мотивации основывается на теории социального государства и значении профессионала для его функционирования. Представление о социальном государстве, проявляющем заботу о гражданах, разрабатывалось на всем протяжении ХХ в. различными социологическими школами. Его привлечение для рассмотрения вопроса мотивации обусловлено главенствующей ролью институтов социального государства в обеспечении безопасности населения, осуществлении социальной политики и социальной работы [15]. Осмысление этих функций приводит исследователей к разработке представлений о ценностных и этических основаниях деятельности субъектов, непосредственно привлеченных к их реализации, — государственных служащих.

В рамках социологических теорий государства государственный служащий разделяет ценности и соблюдает этику деятельности, исходя из факта замещения соответствующей должности в государственной организации. В теориях социальных государств ценностно-нормативной основой деятельности служащего выступают альтруизм и бескорыстие служащего, реализующего свой профессионализм в интересах решения проблем государства и общества. Иначе говоря, его деятельность базируется на ответственности государства перед населением в части взятых на себя обязательств. Для российской действительности ценностно-нормативной основой деятельности служащего выступают традиционные российские духовнонравственные ценности 5, что в преломлении к служебной деятельности проявляется, но не ограничивается ценностью и этикой выражения гражданственности, патриотизма и профессионализма служащих. Таким образом, институциональная мотивация к прохождению службы исходит из ответственности, которую оно на себя возлагает, проецируемой на должность государственного служащего.

Для кандидатов на службу в ОВД и субъективная, и институциональная мотивации могут выступать противоположными друг другу полюсами континуума. Допустимо полагать, что гражданин, принимая решение о прохождении службы в органах внутренних дел, в большей мере руководствуется субъективными мотивами, а в процессе индивидуального обучения уже сотрудник, следуя ценностно-нормативным и культурным нормам профессионального сообщества, ассимилирует институциональные мотивы. Перефразируя В. И. Ковалева, отметим, что этот процесс основывается не только на понимании зависимости от профессионального сообщества, но и на осознании возможности оказания созидательного воздействия в новой социальной роли [4]. В силу этого структура мотивации сотрудника ОВД предполагает придание служебной деятельности главенствующего положения над другими видами деятельности, а требованиям и условиям служебной деятельности — приоритетное или опосредующее значение над иными требованиями и условиями. Для сотрудника ОВД это выражается в осознании чувства долга перед обществом и государством. Конечно, такое положение предполагает усиление зависимости сотрудника от служебной деятельности в жизнедеятельности. Это проявляется в рассмотрении вариантов планирования жизни, основанных, с одной стороны, на его субъективных потребностях, с другой — на возможностях, которые предоставляет служебная деятельность (служба в органах внутренних дел), и имеющихся социальных альтернативах.

Помимо субъективного значения ведущего положения служебной деятельности, в иерархии мотивов сотрудника ОВД целесообразно выделить и социальнопсихологический полюс отношений. Он характеризует влияние, оказываемое культурой органов внутренних дел и организацией служебной деятельности на личность сотрудника, и в определенной мере его потребности.

Завершая анализ социологических и психологических теорий, можно заключить, что мотивация к прохождению службы может быть описана совокупностью из двух групп факторов (субъективной и институциональной). Их возникновение и влияние базируются на взаимозависимых отношениях личности и общества, выражаясь, с одной стороны, в мотивирующем воздействии общества на личность, приводящем к формированию мотивов долга и социальной ответственности как причин прохождения службы в органах внутренних дел, а с другой — приданию сотрудником ОВД приоритетного значения служебной деятельности в собственной системе мотивов.

Рассмотренные теории и концепции отражают аспекты мотивации к профессиональной деятельности, характеризуя общепсихологические и социологические представления о ее сущности. Для выявления мотивации служебной деятельности необходимо выполнить синтез представленных точек зрения, учитывая специфику деятельности, условий, в которых она осуществляется, и конкретизировать их в операцио-нализируемом виде.

Конструкт мотивации к прохождению службы в органах внутренних дел. Предпосылками создания конструкта является потребность в изучении мотивации к прохождению службы в органах внутренних дел, основывающейся на учете субъективных и институциональных мотивов служебной деятельности. В его основе лежит предположение о побуждении к прохождению службы в ОВД представлениями о служебной деятельности как долге перед государством и обществом, неукоснительном соблюдении ее правовых норм, а также отказе от личных интересов ради достижения наилучшего результата.

Данные представления воплощаются в совокупности мотивов осуществления службы в органах внутренних дел: а) мотива служения; б) мотива законности; в) мотива исполнения. Фактически служебная деятельность воспринимается ее субъектом формой служения государству и обществу, характеризующейся верностью, бескорыстностью и самоотречением. Противоположным альтруистично-идеалистическому отношению к служебной деятельности, исходя из значения составляющих его характеристик, является эгоцентрически-прагматичное. В нем противополож- ностью мотиву служения выступает мотив наемного труда; мотиву законности — мотив противозаконности; мотиву исполнительности — мотив произвольности.

Полагая необходимым измерять весь объем мотивации к службе в органах внутренних дел, авторы рассматривали конструкт биполярным, каждое из измерений которого представляло условный континуум, образованный двумя противоположными по сущности мотивами («служение — найм», «законность — противоправность», «исполнение — уклонение»). При разработке опросника данная дихотомия учитывалась путем разработки шкал, состоящих из обоих типов утверждений [16, с. 153].

Материалы и методы

Сбор данных осуществлялся методом анкетирования. Статистическая обработка и анализ данных проводились при помощи компьютерной программы SPSS 19.0. Использовались методы описательной статистики, оценка надежности по внутренней согласованности (оценка согласованности α-Кронбаха [17, p. 297–334], межпунктовые корреляции), оценка внутренней (конструктной) валидности осуществлялись методом конфирматорного факторного анализа, дискриминативные возможности опросника определялись посредством H-критерия Краскела-Уоллиса.

Выборка, гомогенная по полу и возрасту, включала 459 сотрудников ОВД. Первый этап — 95 курсантов и 44 слушателя, проходящих профессиональную подготовку; второй этап — 320 слушателей, проходящих профессиональную подготовку.

Результаты обсуждение

Процедура разработки опросника. Опера-ционализация конструкта проводилась в два этапа: на первом этапе (январь–июль 2024 г., выборка — 139 человек) разработана пилотная версия анкеты из 40 утверждений, проведена оценка внутренней согласованности и ретестовой надежности, по ее итогу исключены утверждения с низкими показателями согласованности по отношению к суммарному показателю шкалы (α-Кронбаха менее 0,6) и незначимыми корреляционными связями (p<0,05); на втором этапе (октябрь 2024 г. — апрель 2025 г., выборка 320 человек) верифицирована уточненная версия опросника — 15 утверждений, сгруппированных в 3 шкалы.

Структура опросника. Пилотный вариант опросника состоял из 40 утверждений, сгруппированных по 6 шкалам, соответствующим положительным и отрицательным измерениям конструкта. Ответы регистрируются шкалой, сходной с предложенной Р. Лайкертом, включающей пять вариантов-градаций от «абсолютно не согласен» до «полностью согласен» [18].

Оценка внешней валидности. При оценке внешней валидности использовались ответы на индикаторы анкеты, посвященные:

• а)    субъективной готовности к увольнению из органов внутренних дел (представление о перспективах прохождения службы (варианты ответа: продолжать службу / увольняться), жизненных планах после получения права на пенсию (варианты ответа: продолжать службу / увольняться));

• б)    условиям прохождения службы (оценка трудностей в выполнении служебных обязанностей (от 1 мин. до 5 макс.); потребности в продолжительном отдыхе (от 1 мин. до 5 макс.); уровню психоэмоционального утомления (от 1 мин. до 5 макс.);

• в)    удовлетворенности отношениями в служебном коллективе (негативное/позитивное); одобрению членами семьи, родственниками служебной деятельности (неодобрение/одобрение); влиянию служебной деятельности на взаимоотношения с членами семьи и родственниками (негативное/позитивное).

Оценка надежности опросника. Надежность опросника оценивалась в параметрах внутренней согласованности ответов на утверждения и шкалы. С этой целью рассчитывались показатели согласованности α-Кронбаха [18, p. 297–334], корреляции между утверждениями опросника, корреляции утверждений со шкалами опросника, а также между четными и нечетными пунктами (табл. 1).

Таблица 1. Показатели надежности опросника «Мотивация к прохождению службы в органах внутренних дел» ( Table 1. Reliability Indicators of Questionnaire “Motivation to Serve in Internal Affairs’ bodies”)

Анализируемые показатели	Параметры
	я о я я с л я Я Я л 5	си я Л U 'О я о И ся я и d	’Я S я си КС S Он Я У си Я я н Л >S ® я Он 3 U о? к W я	ЯГ к ^ л И Я ^ О О я ^ со К . Я и ^	2 Яг CU S R и & и & ся Я Я
Мотивация к службе в ОВД (суммарный)	Ср. знач.=31,68 SD=6,71	0,71	0,43	0,44	0,71
Мотивы (показатели шкал опросника)
Мотив служения	Ср. знач.=12,07 SD=3,25	0,69	0,49	0,49	0,76
Мотив законности	Ср. знач.=11,46 SD=4,38	0,72	0,37	0,51	0,66
Мотив исполнительности	Ср. знач.=17,21 SD=3,27	0,73	0,34	0,42	0,70

Результаты свидетельствуют об удовлетворительных показателях согласованности ответов респондентов на утверждения, связи утверждений друг с другом и показателями шкал, в которые они входят. В целом результаты позволяют говорить о способности опросника с приемлемой точностью проводить измерение, обеспечивая необходимую устойчивость к действию различных помех.

Оценка конструктной валидности. Осуществлялась методом конфирматорного факторного анализа, что позволило определить соответствие эмпирической структуры опросника его теоретической модели, а также выбрать его оптимальную структуру. Возможность его выполнения проверялась расчетом критерия Кайзера-Мейера-Олкина (KMO) [19, p. 111–117], составившего для всех утверждений диапазон от 0,701 до 0,832, критерия Бартлетта [20, p. 268–282] (χ2=995,01, df=105, p<0,001).

Поскольку качество модели, рассчитанной на всем объеме утверждений, показало недостаточное соответствие эмпирическим данным, был выполнен расчет нескольких моделей опросника. Его целью был поиск оптимальной структуры опросника, с одной стороны, приближенной к теоретической структуре, с другой — состоящей из минимального количества утверждений, обладающих при этом максимальной информативностью (табл. 2).

Таблица 2. Показатели структуры модели опросника «Мотивация к прохождению службы в органах внутренних дел Российской Федерации» ( Table 2. Indicators of Structure of Questionnaire Construct “Motivation to Serve in Internal Affairs’ bodies of the Russian Federation”)

Характеристика структур опросника	χ2 — тест		Индексы подгонки модели
	χ2	p	RMSEA	90% CI		CFI	TLI
Шесть шкал из 3 утверждений в каждой	95,01	>0,1	0,031	0,00	0,066	0,995	0,993
Три шкалы из 7 утверждений в каждой	170,25	>0,05	0,059	0,031	0,082	0,981	0,990
Три шкалы из 5 утверждений в каждой	181,3	<0,001	0,051	0,045	0,063	0,992	0,972