Региональные тенденции распространения неформальной занятости в России
Автор: Сафонов А.Л., Некипелова Д.В.
Журнал: Уровень жизни населения регионов России @vcugjournal
Рубрика: Экономические исследования
Статья в выпуске: 2 т.22, 2026 года.
Бесплатный доступ
Цель исследования – выявление региональных особенностей и тенденций распространения неформальной занятости в России. Теоретическую основу составили положения производственного и легалистского подходов Международной организации труда, концепции прекаризации трудовых отношений и теория «цифрового организованного неформалитета». Методологическая база включает балансовый подход к оценке неформальной занятости (на основе данных ЕМИСС) как разности между общей численностью занятых в экономике и среднесписочной численностью работников организаций, а также корреляционный анализ (коэффициент Пирсона) для выявления взаимосвязей с уровнем безработицы и темпами легализации самозанятых. Установлено, что после пандемийного спада 2020 г. восстановительная динамика обеспечила достижение абсолютного максимума – 30 млн неформально занятых к 2023–2024 гг., что свидетельствует о закреплении неформального сектора как системного элемента экономики. Корреляционный анализ подтвердил его компенсаторную функцию: преобладание отрицательной связи с уровнем безработицы (76 регионов) указывает на роль амортизатора рынка труда. Выявлена устойчивая положительная корреляция между численностью неформально занятых и количеством легализовавшихся самозанятых (78 регионов с коэффициентом 0,96–1,00), что демонстрирует эффект «высвечивания», а не замещения неформальности. Зафиксирована глубокая региональная дифференциация: от доминирования неформальной занятости в республиках Северного Кавказа до минимальных значений в арктических территориях. Обоснована необходимость перехода от политики «подавления» к политике «встраивания» новых форм занятости в систему социально-трудовых гарантий. Полученные результаты могут быть использованы при корректировке региональной политики занятости.
Неформальная занятость, прекаризация труда, платформенная занятость, самозанятость, фриланс, регионы РФ, безработица
Короткий адрес: https://sciup.org/143185841
IDR: 143185841 | УДК: 330.34 | DOI: 10.52180/1999-9836_2026_22_2_5_256_268
Regional Trends in the Prevalence of Informal Employment in Russia
The aim of the study is to identify regional patterns and trends in the prevalence of informal employment in Russia. The theoretical framework comprises the productive and legalist approaches of the International Labour Organization, the concept of precarisation of labour relations, and the theory of «digital organised informality». The methodological basis includes a balance approach to estimating informal employment (using data from the Unified Interdepartmental Information and Statistical System, EMISS) as the difference between the total number of employed persons in the economy and the average number of employees in organisations, as well as correlation analysis (Pearson’s coefficient) to identify relationships with the unemployment rate and the rate of legalisation of the self-employed. It has been established that, following the post-pandemic decline in 2020, the recovery dynamics led to an absolute maximum of 30 million informally employed by 2023–2024, indicating the consolidation of the informal sector as a systemic element of the economy. Correlation analysis confirmed its compensatory function: the predominance of a negative relationship with the unemployment rate (76 regions) points to its role as a labour market buffer. A stable positive correlation was identified between the number of informally employed and the number of legalised self-employed individuals (78 regions, with coefficients ranging from 0.96 to 1.00), demonstrating an «illumination» effect rather than the substitution of informality. Profound regional differentiation was recorded, ranging from the dominance of informal employment in the republics of the North Caucasus to minimal values in the Arctic territories. The necessity of transitioning from a «suppression» policy to an «embedding» policy for new forms of employment into the system of social and labour guarantees is substantiated. The findings can be used to adjust regional employment policies.
