Реминисценции традиционных религиозных молений в современной удмуртской культуре

Традиционные верования удмуртов включают систему культовых мест и молений, календарных и семейных обрядов, представлений о божествах и духах. Главными в удмуртском пантеоне считались бог неба Инмар, творец, покровитель земли и плодородия Кылдысин, божество атмосферы и погодных явлений Куазь. К ним обращались во время обрядовых церемоний с просьбами и благодарственными молитвами.

С почитанием родоплеменных покровителей, хозяев природы, умерших предков связаны три главные категории культовых мест: семейные, родовые/па-тронимические, племенные/территориальные святилища; сакральные площадки для молений хозяевам леса, лугов и полей, родника, реки, озера и пр.; кладбища и специальные участки для совершения поминальных, умилостивительных обрядов. Специфику удмуртских дохристианских святилищ составляла сопряженность с природной средой.

Календарная обрядность включала до двух десятков аграрных молений, направленных на получение хорошего урожая, приплода скота, обеспечение счастья и благополучия членов деревенского коллектива. Основными из них являлись обряды, посвященные началу земледельческих работ весной ( Гырон потон, Акашка , в поздней версии Пасха), окончанию посевной летом ( Гырон быдтон/Гербер ), благодарственные моления о завершении сельскохозяйственных работ осенью [Островский, 1873, с. 22–24, 31–41; Первухин, 1888, эскиз II, с. 1–138; Владыкин, 1994, с. 144–252; Шутова, 2001, с. 22–146; и др.].

К началу XX в. удмуртское население официально было православным, дохристианские воззрения и ритуалы сохраняли свою значимость среди некрещеных групп юга современной Удмуртии и соседних регионов, а кое-где и среди христианизированных северных и срединных удмуртов. В наши дни большая часть удмуртского населения является православной, а другая не соотносит себя с какой-либо конфессией, поэтому традиционные религиозные идеи и обрядовые действа во многом оказались утраченными и потеряли смысл существования. Вместе с тем в конце XX – начале XXI в. ряд элементов архаичных верований систематически воссоздаются в общественной и частной жизни, музейной практике, в сфере образования и туризма. В связи с этим можно говорить о реминисценции дохристианских молений, когда на короткое или длительное время воспроизводятся отдельные аспекты целостного комплекса религиозно-мифологических представлений и культовой практики.

Цель настоящей работы – ввести в научный оборот новые данные о функционировании традицион- ных удмуртских молений в наши дни, определить степень их сохранности и значение в современной культуре Удмуртии. В основу исследования легли полевые этнографические материалы (далее ПМА – полевые материалы автора), собранные в 2018–2019, 2022–2023 гг. в результате наблюдения проводимых в наши дни обрядов, обследования мест локализации старинных капищ, опроса жрецов и участников религиозных церемоний. При их анализе использован сравнительно-исторический метод, который позволяет определить общую тенденцию развития традиционных молений в современной удмуртской культуре.

Традиционные моления в современной удмуртской культуре

Проводимые в наши дни религиозные ритуалы можно подразделить на три группы: продолжающиеся на старинных святилищах, возобновленные на месте старых культовых объектов и организованные на новых площадках. Рассмотрим эти случаи на конкретных примерах.

Продолжающиеся моления. В ряде южноудмуртских селений традиционные моления, проводимые с целью обеспечения благополучной жизни деревенского сообщества, не прекращались вплоть до наших дней. Например, в д. Кузебаево (Алнаш-ский р-н Удмуртской Республики, далее УР) в соответствии с проживающими там тремя социокульто-выми группами ( Луд-выжы, Булда-выжы, Будзын-куа-выжы ) издавна функционировали три старинных капища: священная роща Луд, где поклонялись хозяину природы Луду; святилище Булда/Булдавӧсь, посвященное территориальному божеству Булда; сакральная постройка Великая ( Будӟын ) куала, в которой молились родовым божествам. Существовали и другие, менее значимые культовые места. Во время молений обращались с просьбами к божествам Инмару, Куазю, Кылдысину, семейно-родовым покровителям – хранителю счастья семьи и рода Воршуду, божеству сакрального центра родовой территории Мудору (подробнее см.: [Владыкин, 1994, с. 149–151, 271–273; Шутова, 2001, с. 46–58; Siikala, Ulyashev, 2011, p. 293–299; Lintrop, 2022, p. 88–96, 225–228, 310–317]).

В наши дни в д. Кузебаево наблюдается сокращение многих элементов ритуалов в т.ч. из-за того, что уменьшается число жителей: пожилые люди уходят из жизни, а молодежь уезжает из деревни. Моления в священной роще Луд (мужские) ныне проводятся раз в год ночью на Петровки (а раньше два раза), жертвуют овцу (в 1994 г. совершили заклание четырех баранов, а прежде приносили в жертву еще больше животных), на церемонию собирается лишь ок. 10 участников. Крупное общественное святилище Булда было заброшено семь-восемь лет назад, т.к. некому проводить моление. Однако капище посещают в частном порядке в случае особой нужды. В прежние годы здесь раз в три года жертвовали овец, жеребят, уток. Наибольшую устойчивость имеют моления в святилище Великая (Будӟын) куала. В церемониях участвуют члены 24 домохозяйств. Молятся три раза в год – на Пасху, Петровки и Покров. Как правило, приносят в жертву одну-две утки, на Петровки больше – до пяти-шести (в 1990-х гг. до 30). До коллективизации помимо уток жертвовали телку, бычка, жеребенка (ПМА 2023 г.; информант А.К. Карпов, 1962 г.р., д. Кузебаево).

До середины XX в. большие общественные моления Булдавӧсь проводились в д. Нижние Юраши (Граховский р-н УР) в Петров день. Жертвовали белого барашка, уток, гусей, каждые 12 лет – теленка и жеребенка. Церемонии продолжались в течение пяти дней, сначала во дворе почетного председателя моления Булда-торо , затем на поляне в окружении дубов. В центре сидел тӧро , вокруг него по солнцу ходили три жреца- вӧсяся . На религиозные празднества собирались жители десятков окрестных деревень (подробнее см.: [Шутова, 2001, с. 82–87]).

Булдавӧсь – мужское капище, поэтому раньше подготовкой и проведением обряда занимались преимущественно мужчины, однако в наши дни здесь хозяйничают и женщины, они помогают варить кашу с мясом. По материалам фольклориста И.В. Пчелово-довой, в 2015 г. порядок моления на этом капище оставался прежним, но многие элементы ритуала были сокращены, не практиковалась игра на музыкальных инструментах. Неизменными остались значимые моменты: варили в котлах обрядовую кашу с мясом, обращались с молитвами к традиционным божествам, освящали пищу, совершали трапезу, жертвовали в небольшую яму возле сосны (а прежде под липой или кленом) монеты, на ветках деревьев развешивали принесенные дары – белые полотенца [Пчеловодова, 2015, с. 109–111]. В конце XX – начале XXI в. моления на этом капище проводятся лишь спорадически из-за отсутствия знающих жрецов. «Знание хода моления является необходимой составляющей, так как, по словам жителей, именно незнание провоцирует нарушение традиции, что, в свою очередь, приводит к болезни или смерти людей, проводящих данное моление...» [Там же, с. 110].

Следует отметить, что благодаря энтузиазму жрецов, приверженцев дедовских обычаев и обрядов, традиционные моления совершаются и в некоторых других удмуртских селениях (д. Баграш-Бигра Мало-пургинского р-на, д. Кузюмово Алнашского р-на). В целом господствует общая тенденция к постепенному затуханию религиозной активности вследствие изменения демографической ситуации в сельской местности. Пожилые носители традиции уходят из жизни, а молодые не перенимают их практику молений, уезжают в города из-за отсутствия рабочих мест на селе.

Возобновленные моления на месте старинных святилищ. В окрестностях д. Порвай (Игринский р-н УР) до 1942 г. функционировало общедеревенское святилище Великая ( Быдӟым ) куала, которое было заброшено после смерти жреца- вӧсяся П.В. Емельянова. В 1994 г. его внук Г.Я. Емельянов возобновил моления на месте расположения сакральной постройки. Поначалу ритуал проводили под деревом, затем была возведена постройка. Религиозные церемонии совершались три раза в год: на Пасху ( Быдзым нунал ) и Троицу ( Тройча ) с использованием православных молитв и икон, а на Покров жертвы предназначались хозяину леса Нюлэсмурту. Проводимые обряды были поддержаны деревенским сообществом, которое считало, что они помогают в жизни. Однако в связи со смертью Г.Я. Емельянова в 2014 г. моления прекратились, т.к. некому было выполнять функции жреца. Кое-кто из пожилых мужчин, помогавших Емельянову на молениях, пытался продолжить традицию, но у них ничего не получилось (подробнее см.: [Шутова, 2018, с. 193–196, 208–212]). В итоге капище снова оказалось заброшенным.

В 2023 г. возобновили моление на общественном удмуртско-марийском капище Булда/Ильма-чара в окрестностях деревень Варали, Удмуртское и Марийское Гондырево (Алнашский р-н УР). На поляне сохранился пень от огромного священного дуба, возле которого в прежние годы совершались общественные религиозные церемонии получения нового огня (рис. 1). В наши дни, несмотря на то что моления давно прекратились, люди помнили об этом святилище. Кто-то из жителей окрестных деревень повязал на деревьях, окружающих пень от священного дуба, шесть полотенец. В 2023 г. моление провели на поляне, расположенной по соседству с этим пнем. Инициаторами церемонии явились марийцы Удмуртии. Своих жрецов у них не сохранилось, поэтому были приглашены действующие жрецы- карты из среды крещеных марийцев Республики Марий Эл и Кировской обл., некрещеных мари Татарстана. Обряд проводили возле липы, выбранной в качестве священного дерева, совершили заклание овцы, свежевали ее, а кашу с мясом варили в д. Марийское Гондырево. Обращались при молениях к главным марийским божествам. В церемонии наблюдалось смешение элементов религиозного обряда разных локальных марийских групп. На этой же поляне удмуртские жрецы провели более скромное моление возле разожженного огня. Держа в руках деревянные чаши с принесенными яствами, они три раза обошли очаг по солнцу. При этом

Рис. 1 . Удмуртские и марийские жрецы у пня от священного дуба на капище Булда/ Ильма-чара, 2023 г. Фото Н.И. Шутовой .

архаичных и православных христианских обрядов: поочередные моления в семейной, патронимической (родовой) или общедеревенской куале, на окружном или территориальном капище; гостевания, игрища и гуляния молодежи, спортивные состязания. Кульминационным моментом праздника являлось молитвенное обращение к верховным божествам Инмару, Куазю, Кылдысину, семейно-родовым покровителям и умершим предкам с благодарностью за успешное завершение сева и с просьбой обеспечить хороший урожай, благоденствие и здоровье всем членам коллектива. Затем происходили освящение ритуальной каши и совместная трапеза (подробнее см.: [Островский, 1873, с. 38–39; Первухин, 1888, эскиз II, с. 8, 21–25, 68–69, 76–77; Луппов, бросали в огонь небольшие кусочки продуктов и плескали немного напитков. Обращались к божествам Инмару и Кылдысину. Однако и удмуртские, и марийские жрецы забыли упомянуть хозяина священного места Булду (ПМА 2023 г.).

В соответствии с духовными запросами деревенского сообщества в ряде селений происходят всплески религиозной активности в сокращенном и трансформированном виде. Вместе с тем они быстро затухают из-за отсутствия достаточной социальной базы, а также организаторов, которые бы обладали необходимыми способностями. В связи с развитием туризма реминисценции таких явлений можно наблюдать в деревнях Старая Салья, Карамас-Пельга (Киясовский р-н УР). Подобная обрядовая деятельность продолжается в музейной сфере, пользуется туристическим спросом и, несомненно, приветствуется местным деревенским сообществом.

Организация молений на новых местах. С начала 1990-х гг. отмечаются случаи воспроизводства традиционных молений на новых местах как для демонстрации и популяризации удмуртской этнической религии, так и для привлечения туристов. С 1993 г. стали ежегодно проводить республиканские (ныне имеют межрегиональный статус) и городские летние праздники Гербер, посвященные завершению посевной и чествованию работников сельского хозяйства.

В конце XIX – начале XX в. Гербер (удм. «после плуга», т.е. после завершения посевной) или Гырон быдтон («завершение пахоты») отмечали в течение нескольких дней, до недели. Он включал комплекс

1927, с. 94–101]). В основе праздника лежали религиозные мотивы. Гербер (или Гырон быдтон) выполнял медиаторные (взаимодействие между миром людей и миром божеств и умерших предков), консолидационные (гостевание родственного коллектива на уровне патронимий, общины) и коммуникативные (это общественное событие содействовало обмену информацией, выработке общих представлений, идей, интересов, настроений, установок) функции.

В наши дни Гербер имеет преимущественно светское содержание, однако в сценарии и символике праздника используются сюжеты и образы удмуртской мифологии, совершаются моления, готовится и освящается ритуальная каша с мясом. Для проведения моления приглашают потомственных жрецов из деревень, в которых сохранялась эта традиция. Первоначально при открытии праздника совершалось импровизированное обращение с молитвами к старинным божествам прямо на сцене. В последние годы религиозные обряды, проводимые на Гербере, имеют локальный характер. Жрецов представляют на официальном открытии праздника (рис. 2), затем они молятся отдельно на специальной площадке, варят кашу с мясом, освящают ее (рис. 3) и совершают трапезу. Часть освященной каши добавляют в котлы, предназначенные для угощения остальных участников Гербера (ПМА 2018, 2019 гг.; информанты А.А. Разин, 1940–2019 гг., д. Кузюмово; Н.Т. Михайлов, 1954 г.р., д. Горд Намер). В 2023 г. выбранные жрецами мужчины совершили заклание овцы (сами жрецы этим не должны заниматься!) ранним утром на участке вблизи леса, возле поля, определенного для

Рис. 2 . Представление удмуртских жрецов на открытии межрегионального праздника Гербер, 2019 г. Фото Н.И. Шутовой .

проведения праздника, освежевали и разделали тушу. Затем они сварили и освятили мясо. Небольшую его часть оставили для главного котла с кашей для самих жрецов. Остальное мясо разложили в 20 котлов, предназначенных для всех участников Гербера. В эти котлы с кашей помимо освященного добавляли другие виды мяса. После моления жрецы отдельно освятили готовую кашу, взятую из одного котла, и совершили трапезу (ПМА 2023 г.; информант В.Ф. Ботников, 1962 г.р., д. Баграш-Бигра). Следует отметить, что место проведения Гербера каждый год меняется. Соответственно, площадка, на которой совершается религиозное действо, не используется повторно и не наделяется сакральными свойствами.

В 2006 г. в окрестностях д. Адам (Глазовский р-н УР) создан культурно-туристический парк «Донды Дор» (букв. «в гостях у Донды»), посвященный легендарному богатырю Донды. Здесь регулярно проводят цикл сезонных мероприятий, воспроизводящих традиционные праздники и обряды: праздник зимних духов Вожодыр (святки, ритуальное время) и обряд Вожопотон (выход мифических вредоносных существ вожо , связанных с умершими предками); весенний конкурс Куака юмшан («Вороний праздник»); праздник летних духов Куарсур (праздник травы, листьев; в поздней версии слился с православной Троицей), приуроченный ко времени летнего солнцестояния, и этно-арт-фестиваль Тыло толэзь («Огненная луна»); осенний праздник урожая Выль ӝук («Новая каша»).

На летнем празднике Куарсур зрители знакомятся с удмуртской мифологией, с духами леса (Нюлэс-нюня), воды (Вукузё), ветра (Тӧлпери), ведающими природными явлениями и стихиями. В игровой форме проводится церемония, в ходе которой все участники во главе с распорядителем обряда тӧро просят даровать хороший урожай, благодатную погоду, оказать покровительство в делах [Центр культуры и туризма...]. Следует отметить некоторый мистический момент, связанный с этими мероприятиями. Так, организаторы и участники церемоний заметили, что во время проведения первых мероприятий в парке «Донды Дор» над ними неоднократно совершал круг белый лебедь и улетал. Люди восприняли это как знак благословения богатыря Донды (ПМА 2023 г.; информант Е.С. Набокова, 1982 г.р., г. Глазов), ибо, согласно преданиям, он после своей смерти был превращен Инмаром в белого лебедя и покровительствовал удмуртам в делах [Первухин, 1889, эскиз IV, с. 10].

Интересно, что основание парка началось с проведения в 2017 г. обряда Выль интые потыку (букв. «выход, основание нового места»). Он включал знакомство с историей пос. Парзинский Учхоз, возле которого функционировало крупное общественное капище северных удмуртов Губервӧсь-2 (заброшено в середине XIX в.). Главной целью церемонии было моление на сакральном месте у почитаемой сосны. Собралось ок. 15–20 чел. в национальных одеяниях. Местные краеведы составили текст молитв на основе образцов, собранных и опубликованных

Рис. 3 . Процесс моления жрецов на межрегиональном празднике Гербер, 2019 г. Фото Н.И. Шутовой .

Н.Г. Первухиным в конце XIX в. [1888, эскиз III, с. 7–37]. После они взяли немного земли с этого участка и привезли ее на территорию создаваемого культурно-туристического парка. С молитвами землю с капища высыпали возле трех елей, которые обладали необычными свойствами (деревья с двойными стволами) и поэтому были выбраны в качестве священных (ПМА 2023 г.; информанты Т.К. Поз-деева, 1953 г.р., д. Парзинский Учхоз; А.В. Баженова, 1957 г.р., д. Коршуново; Е.Н. Баженов, 1983 г.р., г. Глазов). Фактически этот обряд символизировал освящение, окультуривание нового пространства, площадки парка «Донды Дор».

Иногда традиционные моления организуют на месте, которое имеет особую историю или признаки значимого объекта. К примеру, возле д. Чабишур (Увин-ский р-н УР) стали почитать старинную сосну Батыр пужым («Богатырская сосна»). Ее возраст 375 лет, высота ок. 30 м. Ныне эта сосна поставлена на учет как памятник природного наследия (инкуазьлэн син-пелетэз) [Природные памятники...]. Дерево имеет богатую историю. В 1918–1919 гг. под ним останавливал на отдых своего коня знаменитый удмуртский поэт, просветитель, общественный деятель Кузебай Герд и общался с местными жителями. С этим деревом связаны предания и история рода Тукля. Его представители проводили около сосны моления Пок-чи Мудор (покчи – «малый», мудор – центр родовой территории), обращались со словами благодарности и со своими просьбами к божеству Инмару. Особое отношение к этому дереву испытывал жрец-вӧсясь В.М. Тратканов (1959–2018) из д. Пекшур, сосна связывала его с детскими годами. Он регулярно приезжал к этому дереву со своей матерью. Под сосной дядя знакомил его с удмуртскими обычаями и традициями. Здесь Василий с друзьями качался на качелях, которые в 1960–1970-х гг. привязывали к дереву. Во многом именно В.М. Тратканов способствовал тому, что сосна приобрела статус сакрального дерева [Эжбаев, 2014, с. 74–75]. С 2012 г. ежегодно под чабишурской сосной проводят весенний праздник первой проталинки Гуждор. На молитву собираются три жреца-вӧсяся, один обращает слова молитв к Инмару, второй – к Кылдысину, третий – к Ку-азю. Осенью 2023 г. здесь впервые провели благодарственное моление Выль ӝук (букв. «новая каша», т.е. новинки) (ПМА 2023 г.; информант Г.Е. Сидоров, 1964 г.р., д. Узей-Тукля). В последние годы посещение почитаемого дерева входит в туристические маршруты.

Интересно, что в архитектурно-этнографическом музее-заповеднике Лудорвай возведена сакральная постройка Великая (Быдӟым) куала в полном соответствии с аналогичным строением в д. Варклед-Бо-дья (Агрызский р-н Республики Татарстан). На открытие куалы были приглашены варклед-бодьинские жрецы, которые освятили ее. В глазах общественности и работников музея после совершения молений этот участок и куала получили статус сакрального локуса.

На первый взгляд кажется, что религиозные церемонии воспроизводятся при проведении общественных праздников и в музейной среде лишь для привлечения туристов. Однако, несомненно, такие обряды, хотя и в редуцированной и даже театрализованной форме, воссоздаются по зову сердца организаторов мероприятий с желанием транслировать удмуртские ценности во внешний мир.

Обсуждение

В наши дни проведение традиционных молений включает наиболее важные аспекты ритуала: соответствующую подготовку (очищение перед обрядом, особая чистая одежда), приготовление обрядовой пищи на ритуальном костре, молитвенные обращения к богам и жертвенные подношения, общественную трапезу. На первый взгляд эти моления относятся к реалиям общетипологического свойства (место – лесная поляна или площадка, где раньше располагалось старинное капище, набор простой ритуальной пищи и жертвенных даров; основной порядок действий, импровизированные тексты молитв). Их воспроизводство в удмуртской среде носит достаточно абстрактный характер – скромные приношения, сокращенная церемония моления, редкие заклания животных и птиц, краткость молитвенных текстов.

Молитвы, которые читают во время ритуалов, составляют жрецы, исходя из своих личных и общественных нужд и представлений. Они включают также образцы текстов, опубликованных в научной и научно-популярной литературе, перенятых от старых жрецов, духовных наставников и вдохновителей. У удмуртов такими являлись профессор Удмуртского государственного университета, народный художник Удмуртии С.Н. Виноградов, кандидат философских наук, общественный деятель А.А. Разин (ПМА 2023 г.; информанты Н.Т. Михайлов, 1954 г.р., д. Горд Намер; В.Ф. Ботников, 1962 г.р., д. Баграш-Би-гра; А.П. Лекандров, 1981 г.р., д. Кузюмово; А.В. Баженова, 1957 г.р., д. Коршуново; Е.Н. Баженов, 1983 г.р., г. Глазов).

В конце XX в. религиозные обряды проводились в обыкновенной светской одежде (брюки, рубашка, пиджаки, фуражки или кепки), исключение составляли обязательные национальные пояса и кушаки, жертвенные полотенца. В наши дни привлекает внимание характерная этническая атрибутика современных удмуртских жрецов – живописные одеяния (халаты, рубахи, валяные шляпы), которыми легко можно обзавестись благодаря активному развитию декоративно-прикладного искусства в Удмуртии с начала XXI в. [Лигенко, Сидорова, 2022, с. 28–32].

Заключение

Проведенное исследование (авторские наблюдения, опрос жрецов и участников молений) показывает, что произошла трансформация и сокращение многих элементов обрядности, наблюдается затухание активной религиозной жизни деревенского сообщества. Это связано с тем, что нет продолжателей дела жрецов, старики уходят из жизни, молодые люди уезжают из деревни. В определенной мере сказывается влияние православной церкви, поэтому исчезает потребность в традиционных молениях. Тем не менее в жизни деревенского сообщества проявляется желание обратиться к духовному наследию своих предков. Люди продолжают воспроизводить старинные обряды, которые совершались их отцами и дедами, в память об ушедших родственниках. Это объединяет их с прошлыми поколениями, сохраняет духовную связь с ними, психологически успокаивает, дает надежду и уверенность в завтрашнем дне.

Все вышеизложенное свидетельствует о сохранении в современной удмуртской среде устойчивого ядра старинных представлений о мире, связи человека и общества с природой, с ушедшими поколениями; они остаются востребованными и в наши дни. Необходимость обрядов обусловлена осознанной или неосознанной верой в то, что связь с прошлым будет способствовать благополучию и гармонизации жизни, оберегать от несчастий.

Живучесть и воспроизводство традиционных молений, возрождение их в современных условиях на новых местах выглядит как манифестация национальной и этнической идентичности, как желание транслировать свои национальные и культурные коды во внешний мир. В целом организация этих ритуалов на фестивалях и праздниках, на участках, не связанных с местами старых капищ, преследует многозначные цели. Они призваны стимулировать интерес к верованиям, обрядам и культуре удмуртов, продемонстрировать удмуртскую идентичность, а также привлечь внимание к ней представителей иных этнических групп и туристов. Религиозное сакральное содержание праздников Гербер, мероприятий, проводимых в культурно-туристическом парке «Донды Дор», и других является ныне лишь сопутствующим сюжетом, который развивается параллельно со свет- скими представлениями, играми, гостеваниями. В целом эти церемонии как историко-культурное явление приобретают преимущественно общечеловеческий духовный смысл.