Слово в тексте: к проблеме соотношения мотивационных и деривационных связей

Формально-семантическое взаимодействие лексических единиц текста имеет достаточно давнюю историю и определенные традиции исследования. Первоначально оно изучалось в рамках более общей проблемы относительной избыточности языка, которая рассматривалась на уровнях грамматики и семантики. Однако с точки зрения современного состояния лингвистики очевидно, что эта проблема может изучаться и в динамическом аспекте как реализация внутритекстовых связей и отношений языковых единиц, а такую возможность исследования предоставляет только деривационный анализ.

Понятие деривации, центральное в дери-ватологии, лежит в основе динамического исследования системы языка. Степень его разработанности в современной лингвистике дает возможность разграничить деривационные процессы по уровням языка и рассматривать текстовую единицу любого уровня, прежде всего лексему, одновременно как результат и как опорную точку процесса текстопорождения. Процесс деривационного функционирования лексических единиц является разнонаправленным, осуществляется, с одной стороны, от означаемого к означающему (вертикальное направление деривации) и, с другой стороны, от знака к знаку (горизонтальное направление), создавая возможность возникновения фор- мально-семантического взаимодействия единиц текста, а также условия, при которых системные мотивационные связи слов не обязательно соответствуют связям, возникающим в тексте. При анализе формальносемантического взаимодействия единиц текста следует говорить не о мотивированности (см.: [Блинова, 2007; Голев, 1989; Шкуропацкая, 2003] и др.), но об их детерминированности, поэтому для описания текстового функционирования формально-семантических связей лексических единиц необходимо глубокое исследование детерминативного аспекта текстовой деривации.

Процесс детерминации номинативных единиц текста есть самостоятельный деривационный процесс, не являющийся проекцией в речи мотивационных отношений между лексическими единицами и не зависящий от этих отношений. Формой реализации и одновременно частичным результатом такого функционирования слова является лексико-деривационный ряд (ЛДР), под которым мы понимаем в различной степени актуализированный в контексте ряд лексических единиц, имеющих в системе языка или приобретающих в конкретных текстовых условиях формально-семантические связи и находящихся друг с другом в отношениях детерминации. В структуре ряда мы выделяем детерминант (D) - первую, детерминирующую, единицу, и де-

ISSN 1818-7919. Вестник НГУ. Серия: История, филология. 2010. Том 9, выпуск 2: Филология

терминаты (Dn), единицы детерминированные. Таким образом, лексико-деривационный ряд представляет собой такой текстовый комплекс, в котором каждая последующая единица, будучи детерминирована предыдущей, содержит в себе элемент формального или семантического развития. Лексико-деривационные ряды формируются в процессе порождения текста как сложная смысловая единица этого текста, различные их типы не одинаковы по степени актуализации формально-семантических связей и отношений между единицами. Детермина-ционные отношения между членами ЛДР позволяют рассматривать такой ряд как целостный объект, представляющий собой систему связей между входящими в него единицами.

Различные типы ЛДР, реализуя разные возможности формально-семантического взаимодействия входящих в них лексических единиц, по-разному имплицируют развитие темы, создают единство текста и структурируют его по принципам «тема -рема», «данное - новое» или выделяют опорные точки темы, помогая удержать ее в памяти. С другой стороны, актуализируя формальное взаимодействие лексем, они способствуют усилению эмоциональности текста, прагматически акцентируют внимание на определенном содержании [Трубникова, 2008]. Все это не зависит от соотношения мотивационных и детерминационных отношений компонентов ряда, которые могут совпадать, а могут и различаться. Наиболее ярко это можно показать на примере ЛДР, D и Dn которых - самостоятельные лексемы.

Детерминационные отношения совпадают со словообразовательными в контексте: Зачем? Чтобы теперь прозябать в независимом (D) одиночестве? О нашей независимости (D1) мы заявляем иногда очень странным образом (ЛГ). Здесь детерминант ряда является прилагательным, а детерминат - образованным от него существительным. Данный семантико-синтаксический ЛДР развивает заявленную тему, D и D1 соотносятся в нем как общее и частное, поскольку детерминант-прилагательное обозначает понятийный признак, а детерми-нат-существительное называет этим признаком наделенное конкретное явление дейст- вительности, главным компонентом его значения становится денотативный.

Отношения прямой словообразовательной производности могут быть и между членами эпидигматического ЛДР, но только в том случае, если детерминат является окказиональным образованием: Правда, все теперь смешалось в одну кучу – и кони, и люди, и барды (D), и рок-группы, и попса... Как все лучшее создается в начале жанра, так случилось и в бардизме (D1), появившемся в самое неурочное и тяжелое для него время (ЛГ). Развитие семантики ряда от частного барды к общему бардизм само по себе не акцентирует эпидигматических отношений между членами ряда. Они проявляются только в силу того, что детер-минат, будучи новообразованием, обусловливает функциональность формального взаимодействия.

Эпидигматические отношения внутри ЛДР еще более усиливаются, если окказиональный детерминат омонимичен уже существующей языковой единице, поскольку в таком случае функциональность формального взаимодействия дополняется усложнением семантических процессов внутри ряда: Однако некоторые личности не останавливаются, начинают сердиться , протестовать (D). Один из таких наивных бунтовщиков подошел на моих глазах к рослому стражу порядка... и напустился на него. Милиционер озарился улыбкой тогда, когда протестант (D1) ушел (ЛГ). В этом контексте D1 - окказиональное производное со значением носителя действия от детерминирующего ряд глагола. Развивающее тему взаимодействие D и D1 суппозитивно осложняется взаимодействием окказионального и узуального значений слова протестант .

Чаще отношения детерминации внутри ряда не совпадают со словообразовательными отношениями, поскольку ЛДР как факт речи не является отражением словообразовательного уровня синхронной системы языка, а функционирует на уровне текста и строится по своим внутренним законам. При несовпадении детерминационных и словообразовательных отношений детерминантом ряда, во-первых, может быть структурно более простое слово, но детерминант и детерминат не обязательно должны быть связаны отношениями непосредственной производности: Сталин, однако, феномен (D), что было ясно всем всегда. Гораздо позже пришло понимание феноменальности (D1) какого-нибудь драпового пальто. В этом контексте формируется семантикосинтаксический ЛДР феномен - феноменальность, детерминат которого по сравнению с детерминантом обладает более сложной словообразовательной структурой. В системе языка члены ЛДР входят в одну словообразовательную цепочку, но промежуточное звено этой цепочки (прилагательное) в тексте отсутствует, оно было бы излишним в составе ряда, поскольку детер-минат репрезентирует значение признака. Тот же смысл, признак (‘выдающийся, исключительный’) ретроспективно выделяется и у детерминанта. Таким образом, внутренняя семантика ряда акцентирует признак, соотнося его с различными объектами действительности.

Формирование ЛДР может быть детерминировано структурно более сложным словом, причем словообразовательные отношения детерминанта и детермината ряда тоже могут быть различны. В контексте Шоковая (D), говорили, книга! А в чем, извините , шок (D1)? члены ряда представляют собой словообразовательную пару, но детерминантом является производное прилагательное, полностью включающее в себя семантику исходного существительного, выступающего в качестве детермината. Таким образом, семантика ряда замыкается, предметное значение акцентируется, а формирующийся ряд становится формальным средством поддержания модальной вариативности (утверждение - вопрос) в пределах контекста.

В контексте Основными приводными ремнями гонки вооружений (D) являются не политики, не генералы и адмиралы, а разработчики оружия (D1) детерминант и детерминат семантико-синтаксического ряда входят в одну словообразовательную цепочку, но не связаны отношениями непосредственной производности. В результате формально-семантического взаимодействия членов ЛДР ретроспективно расширяется значение детерминанта. Кроме основного лексического значения ‘совокупность средств для ведения войны’, в существи тельном вооружение акцентируется значение опредмеченного действия, т. е. оно приобретает значение пропущенного звена словообразовательной цепочки. Аналогичный процесс расширения значения мы наблюдали в ряду феномен–феноменальность, когда пропуск звена акцентировал значение признака у обоих членов ряда. Необходимо заметить, что семантические процессы при формировании ЛДР с пропуском звена словообразовательной цепочки, независимо от того, является ли детерминант структурно более сложным словом, как в приведенном ЛДР, или более простым, как в ряду феномен - феноменальность, сходны с давно описанным И. С. Улухановым процессом расширения частеречной сочетаемости формантов, когда имеет место «совмещение “собственного” значения суффикса со значением пропущенного звена в их словообразовательных цепочках» [Улуханов, 1988. С. 251].

Детерминант и детерминат таких ЛДР выступают как связанные жесткой связью, а «недостающее» значение восполняется их семантическим взаимодействием. Если моделью для образований с пропущенным звеном и основой для совмещения значения служат цепочки со всеми звеньями, то основой для расширения значения членов ЛДР является знание говорящим словообразовательных моделей языка и реализуемых в них грамматических значений.

Детерминантом и детерминатом ЛДР могут быть языковые единицы, совсем не связанные отношениями производности: Англоязычные актеры культивируют миф об осознанной (D) игре, о сознательном (D1) сотрудничестве . Формирующийся здесь ряд включает в себя входящие в одно словообразовательное гнездо, но не мотивирующие друг друга разноструктурные прилагательные. Члены данного ЛДР взаимодействуют прежде всего семантически, причем именно как лексемы, в полном объеме своих лексических значений, а семантикой ряда в данном случае становится акцентирование и продление семы ‘полное, ясное понимание’, объединяющей детерминант и детерминат ряда. Однако, несмотря на фоновый характер формального взаимодействия, взаимодействие семантическое здесь обладает высокой степенью функциональности.

Вообще взаимодействие членов ЛДР, формально и семантически не выводимых друг из друга, актуализирует эпидигматиче-ские отношения между ними. Наиболее ярко это проявляется в случае взаимодействия омонимичных лексических единиц: Я думаю: а не кончатся ли однажды бандитско-коммерческие разборки (D) , а также разборки (D1) авиационных торпед с приходом к власти очень сердитых людей... Являясь омонимами, детерминант и детер-минат ряда образованы от неомонимичных глаголов. Жаргонное разборки (D) - производное от разобраться , а разговорное разборки (D1) - от глагола разобрать в значении ‘разнять по частям’. Максимальное формальное взаимодействие в этом случае подчеркивает смысловое различие членов ряда. Результатом формально-семантического взаимодействия становится акцентирование значения как D, так и D1. Процесс детерминации в данном контексте становится обратимым, D и D1 воспринимаются как взаимозаменяемые.

Отсутствие системных словообразовательных связей между членами ЛДР не исключает установления не только детерми-национных, но и прямых деривационных связей между ними. Это может быть обусловлено использованием одного из них в окказиональном значении: Мир лежал в развалинах, и апокалипсические (D) пророчества казались сбывшимися. Но в самих звуках квартета апокалипсиса (D1) нет. Детерминант, прилагательное апокалипсические, производное от существительного Апокалипсис в его единственном, зафиксированном словарями, значении ‘христианская церковная книга из «Нового Завета», содержащая пророчества о конце мира’. Мотивированное прилагательное в этом контексте используется в прямом значении, а детерминат представляет собой не закрепленное в системе языка производное от того же существительного со значением ‘конец света’. Переосмысление субъектом речи значения существительного в данном случае скорее всего связано с незнанием узуального значения слова. Эта конкретная речевая ошибка является достаточно частотной, но носит каждый раз индивидуальный характер, поэтому мы и можем говорить здесь об окказионализме. Тем не менее это окказиональное образование можно рассматривать как новый ЛСВ языковой единицы, использование которого усиливает формальное взаимодействие внутри ЛДР, что приводит к расширению семантики детермината до се- мантики целого семантико-синтаксического ряда. Более того, семантический процесс внутри ЛДР обусловливает восприятие де-терминационных отношений как отражение в речи системных связей языковых единиц. По нашему мнению, данный пример доказывает доминирующий характер семантики ряда и возможность для смысла ряда в целом влиять на значение отдельной языковой единицы и при необходимости корректировать и даже изменять его.

В случае окказионального внутритекстового установления, кроме детерминацион-ных связей, отношений мотивированности между D и Dn, противоречащих их системным отношениям, функциональность взаимодействия членов ЛДР снимается, как это происходит в предыдущем контексте, но чаще, наоборот, наблюдается ее усиление за счет усложнения семантических процессов внутри ряда: Если этот добрый гастрономический бог и вправду существует, то угостил он поэта (D) неспроста, а дабы ни один глагол более не сорвался с увлеченно лижущих поэтических (D1) уст . Отношения D и D1 этого ряда, несомненно, являются отношениями производности и сходны с отношениями внутри рассмотренного выше ряда протестовать - протестант . Различие состоит в том, что мотивационные отношения в ряду поэт - поэтический противоречат системным. Семантическое взаимодействие D и D1 суппозитивно осложняется взаимодействием внутритекстового значения детермината со значением прилагательного поэтический как факта языковой системы, производного от поэзия , что обусловливает возникновение иронии как коннотативного компонента семантики ряда. Таким образом, реализация эпидигмати-ческих отношений между единицами текста связана, в первую очередь, с усложнением их семантического взаимодействия, взаимодействие же формальное лишь создает необходимые для этого контекстные условия.

К случаям, когда детерминант и детер-минат ЛДР - языковые единицы, совсем не связанные отношениями словообразовательной производности, относятся ряды, члены которых вовлечены в процесс формальной детерминации и семантического взаимодействия на уровне составляющих их морфем: Вход (D) туда для нас открыт. Но есть ли выход (D1)? В этом контексте детерминант определяет прежде всего формальное взаимодействие членов ЛДР. Формальное сходство D и D1, связанное с корнем, обеспечивает преемственность основного предметного значения в процессе формирования ЛДР, а семантическое взаимодействие членов ряда осуществляется на уровне словообразовательного значения приставок. В процессе семантического взаимодействия происходит актуализация семы направления действия в детерминанте и в детерминате, одновременно в семантике целого ряда реализуется модификация семы, тем самым акцентируется внутренняя форма слова, в данном случае – детер-мината.

Предпринятое описание деривационно-детерминационных механизмов формальносемантического взаимодействия единиц текста позволяет сделать некоторые выводы. Во-первых, внутритекстовые формально-семантические отношения лексических единиц отличаются от их системных словообразовательных отношений и определяются внутритекстовыми же деривационно-детерминационными процессами, в которых определяющими являются процессы создания означаемого, не обязательно связанные с усложнением внутренней формы лексической единицы. Анализ особенности семантических процессов внутри ряда позволил выявить, что количество смысловых вариаций внутри ряда ограниченно: акцентирование семы, продление семы, структурирование реальности на равноправные составляющие или иерархически организованные по принципу часть – целое, общее – частное.

Во-вторых, лексико-деривационное функционирование лексических единиц, включенное в непрерывный процесс порождения текста, становится основой номинативного функционирования этих слов в конкретной коммуникативной ситуации; внутренняя форма слова участвует в номинации факта действительности, причем актуализированная под влиянием контекстуальных и пре-суппозитивных факторов собственная семантика составляющих слово морфем не растворяется в семантике слова, а продолжает быть актуальной.

В-третьих, возникающее в процессе текстовой детерминации продление семантики детерминанта, обнаруживаемое в детерми-нате, актуализирует эти единицы по отношению к тексту в целом, причем актуализирует сильнее, если в процессе деривации / детерминации возникают не только семантические, но и формальные связи. И, наконец, формирование ЛДР определенного детерминационного типа структурирует семантику ряда и наоборот, прагматическая установка на передачу определенного смысла требует использования ЛДР конкретного типа. Таким образом, формируя структуру текста, ЛДР названных типов обусловливают наличие у текста в целом такого признака, как функциональность формы, что и определяет особенности де-терминационных связей.

THE WORD IN THE TEXT: THE PROBLEM OF CORRELATION OF MOTIVATIONAL AND DERIVATIONAL LINKS