Случайные находки и их роль в научном поиске

EDN: DLJCYF

Случайные находки – постоянное явление в археологической науке. Связано это с освоением новых территорий и постоянными хозяйственно-строительными работами. Судьба случайных находок разная. Чаще всего такие находки попадают в школьные музеи. Информация о месте и условиях залегания находки со временем теряется, и найденный артефакт теряет свою научную значимость. Если случайная находка попадала в местный краеведческий музей, где не было соответствующих специалистов, ее судьба немногим отличалась от судьбы предметов из школьных музеев. Данную ситуацию хорошо иллюстрируют публикации случайных находок из местных краеведческих музеев Башкортостана1. Практика показывает, что случайные находки известны во всех регионах страны. И публикации таких находок свидетельствуют о возрастающем внимании к ним профессиональных археологов2.

«Случайные находки: хронология, атрибуция, историко-культурный контекст». Тогда же был издан и сборник материалов конференции3. К ним можно добавить и сборник 2011 г. «Наследие веков» с материалами конференции «Историческое краеведение в Башкортостане». Один тематический блок в нем был посвящен случайным находкам из сельских музеев Башкортостана.

В тематических сборниках рассматриваются различные аспекты случайности как проявления закономерности. Разные ученые по-разному оценивают случайные факторы в археологии. Большинство исследователей связывают элементы случайности в науке с опытом, терпением, удачей и квалификацией ученого4. Но только в отдельных публикациях упоминаются факты, показывающие, как изучение случайной находки приводило к новым открытиям5.

На Урале, как и на других территориях, зафиксировано множество случайных находок. Выразительную и значимую часть их составляют сакральные предметы и произведения искусства. Из сакральных предметов необходимо отметить так называемые «утюжки»6, крупные сверленные орнаментированные диски7 и подпятники для добывания огня8.

Наибольший интерес из числа случайных находок представляют разнообразные предметы древнего искусства. Мастерски выполнена головка уточки на рукоятке деревянного ковшика с Кокшаровского торфяника (рис. 1, 2 ). Самый крупный (из четырех) деревянный сосуд в виде фигуры лося украшает экспозицию Государственного Эрмитажа (рис. 1, 3 ). Уникальной находкой является астрономический календарь меднокаменного века (рис. 1, 5 ). Присутствуют в этой коллекции изделия из камня, глины, кости, рога и дерева украшения, гравированные изделия⁹.

Между тем, если не проходить мимо таких находок, они могут привести к постановке или даже решению какой-то проблемы. Автор приводит несколько примеров, когда случайные находки направляли исследования автора и приводили к значимым результатам.

Неолитическая стоянка Евстюниха I (черта г. Н. Тагил) была открыта тагильскими краеведами еще в 1964 г. Часть стоянки распахивалась, поэтому автор с членами школьного археологического кружка часто ездили на памятник собирать подъемный материал. Летом 1973 г. на пахоте местным жителем поселка Евстюниха был найден фигурный молот в виде головы лося, который он и передал автору.

Молот длиной 8 см изготовлен из змеевика (рис. 1, 1 ). На скульптуре подчеркнуты характерные черты лося – горбатый нос с ноздрями и толстая отвисшая губа. По центру молота проходит отверстие диаметром 1,4–1,8 см¹⁰.

Научная деятельность автора была еще в самом начале, и он не подозревал, начало какой цепочке исследований даст данная находка.

Находка молота побудила автора ознакомиться и с другими фигурными молотами Урала. Всего на Урале известно десять фигурных молотов, которые датируются в широком диапазоне от мезолита до энеолита. Девять молотов изготовлено из камня, один – из кости. Все молоты изображают головы животных: лося, бобра, белки, зайца, лошади и фантастического животного. Сравнение с другими видами зооморфной пластики позволило установить, что на Урале существовал своеобразный «культ голов»11.

Функционально фигурные молоты можно отнести к навершиям. Очень маленький диаметр отверстий фигурных молотов, по мнению многих исследователей, исключал их практическое (ударное) применение12. Учитывая их редкость и сравнивая с аналогичными зооморфными навершиями, можно достаточно уверенно предполагать, что фигурные молоты являлись навершиями шаманских посохов13. Посохи являлись наиболее яркими и значимыми атрибутами шаманов. Именно в посохе было сконцентрировано всё могущество шамана. В шаманских культах северных народов посох практически повсеместно вос-

Рис. 1. Случайные находки (1 – фигурный молот в виде головы лося (Евстюниха I);

2 – рукоятка ковшика в виде головы уточки (Кокшаровско-Юрьинская I);

3 – жертвенный сосуд в виде фигуры лося (Шигирский торфяник); 4 – кремневая фигурка птицы (Юрьино IV); 5 – астрономический календарь в виде диска (пос. Антоновский);

1, 4, 5 – кость; 2, 3 – дерево)

принимался как ездовое животное шамана14. В обско-угорской мифологии посох являлся одним из главных орудий миротворения. При помощи посоха происходил процесс «достройки» мира, в частности создание нижнего мира15.

Диаметр отверстий в уральских фигурных молотах колеблется от 1,2 до 2,0 см. Если к ним добавить другие изделия с отверстиями большого диаметра (прежде всего, булавы и крупные орнаментированные диски), то их количество не превысит 110 экз. Еще в XIX в. М.В. Малахов удивлялся почти полному отсутствию в уральских коллекциях крупных сверленых каменных изделий16. Детальное изучение изделий с отверстием большого диаметра показало, что подобные предметы принадлежали только лицам высокого социального ранга – вождям и шаманам. Их отличительным признаком являлось просверленное отверстие диаметром от 1 см и больше17.

Перед автором встал вопрос, имело ли просверленное отверстие какое-то особое значение. Ведь закрепить навершие на стержне посоха можно было и без отверстия18. Также автор понимал, что «в ходе эксперимента накапливаются знания, которые теоретическим путем получить невозможно»19.

В связи с таким подходом автором с помощниками была проведена серия экспериментов по изготовлению отверстий большого диаметра. Экспериментаторами были освоены разные древние технологии изготовления отверстий крупного диаметра: сверление полой костью с помощью бура и коловорота, сверление медной трубкой, одностороннее и двустороннее сверление. Для сверления использовались минералы разной твердости: тальк, мрамор, серпентинит и нефрит, а также разные виды абразива20.

Изготовлению отверстий предшествовала большая подготовительная работа. При подготовке к сверлению каждому мастеру требовалось продумать систему жесткого крепления заготовки и фиксации сверла на заготовке. Для сверления костью необходимо было подготовить несколько сменных сверл одинакового диаметра и определенной длины. Для этого нужно было удалить эпифизы костей и шлифовкой придать оставшимся средним частям круглое сечение. При сверлении твердых минералов требовался крупнозернистый песок с большим содержанием зерен кварца. Больших трудозатрат требовали изделия из твердых пород камня.

Все изделия с отверстиями большого диаметра обычно редки и индивидуальны. Некоторые из них выполнены из редких и эффектных видов минерального сырья. Часть изделий изготовлена из твердых пород камня при помощи затратных технологий (пикетажа и сверления). Во всех древних обществах трудоемкость в изготовлении предметов являлась одним из условий повышения их статусного уровня. Проведенные эксперименты показали, что на территории Урала на всем протяжении каменного века от мезолита до энеолита не было отработанной технологии изготовления отверстий большого диаметра. И каждому отдельному мастеру каждый раз приходилось самостоятельно изобретать технологию сверления. От Северного до Южного Урала – 2500 км, на этой территории суммарно известно около 110 каменных изделий с отверстиями большого диаметра, которые изготовлены в интервале 6–7 тысяч лет. Это означает, что изделие с отверстием большого диаметра появлялось в одной из точек Урала раз в 60–65 лет. Данная редкость показывает, что именно поэтому предметы с большими отверстиями относились к престижным изделиям, показывающим высокий статус владельца. Трудозатраты на изготовление отверстия увеличивали престижность изделия. Отработанная технология сверления отверстий большого диаметра появляется только в бронзовом веке, что хорошо демонстрируют боевые каменные топоры Южного Урала21.

Второй пример. В 1976 г. на разрушенной карьером стоянке Юрьино IV была найдена первая на восточном склоне Урала достоверная кремневая скульптура. Нашел ее член Нижнетагильского археологического кружка. Собирая на стоянке подъемный материал, он обратил внимание на необычную форму одного отщепа. Отщеп оказался кремневой фигуркой птицы.

Изготовлена скульптура на тонком изогнутом отщепе кремнистого сланца. Один из предыдущих сколов оставил на изделии негатив, по форме похожий на крыло птицы. Возможно, именно этот скол помог древнему мастеру увидеть в отщепе будущую скульптуру птицы. В дальнейшем изделие по всему периметру было обработано краевой ретушью, которая и придала ему форму птицы (рис. 1, 4 ). Биологами эта птица определена как представитель отряда куриных семейства тетеревиных²².

Данная находка заставила автора по-новому взглянуть на каменные изделия нетрадиционной фигурной формы. Именно после этой находки были выявлены кремневые скульптуры в музейных коллекциях, полученных в довоенные и послевоенные годы (I-ая Береговая стоянка Горбуновского торфяника, Полуденка II, Чащиха I и др.)23. Со временем тема фигурных кремней получила широкое развитие. Новые кремневые фигурки были опубликованы автором24. Информация о кремневой скульптуре появилась и в работах других авторов25. Со временем опубликованые работы позволили автору прояснить вопросы происхождения, хронологии и семантики кремневой скульптуры26 и определить ее своео-бразие27. В настоящее время на территории Среднего Зауралья выделено свыше 50 кремневых скульптур, и работа по их изучению продолжается.

В кремневой скульптуре Среднего Зауралья, как и на других территориях, представлены, антропоморфные, зооморфные, орнитоморфные фигурки, а также изображения рыб и символов. Своеобразием кремневой пластики Среднего Зауралья является обилие скульптурных изображений голов животных, в то время как в Европейской части России преобладают изображения полных фигур.

В коллекции Среднего Зауралья присутствуют скульптуры, оформленные как путем сплошного ретуширования фигур с двух сторон, так и обработкой краевой ретушью по периметру. Причем скульптуры, оформленные краевой ретушью, преобладают.

Для изготовления скульптур использовались различные виды каменного сырья: кремень, кремнистый сланец, яшма, халцедон, алевротуф, молочный кварц, углистый сланец. В некоторых случаях при оформлении скульптуры для подчеркивания особого семантического значения использовался цвет минерального сырья, из которого она изготавливалась.

Большая часть кремневых фигур Среднего Зауралья датируется эпохой энеолита. Небольшую серию скульптур можно отнести к неолиту. Единично встречена скульптура мезолитической эпохи.

Рис. 2. Клад каменных изделий со стоянки Шигирское озеро I (1 – нуклеус; 2 – тесло; 3 – топорик; 4 – заготовка утюжка)

Со временем удалось расширить и географию распространения кремневой скульптуры. В Западной Сибири найдено уже три кремневые скульптуры птиц. Еще одна фигурка происходит из Средней Азии28.

Третий пример. Археологические работы на Шайтанском озере проводились автором на протяжении 15 лет. За это время раскопками было изучено 20 археологических памятников, коллекция находок составила свыше 200 тысяч экземпляров.

В 2003 г. при рытье ямы для отходов был найден клад каменных изделий (рис. 2, 1–4 ). Находился он на границе с болотом и был накрыт каменной плиткой небольшого размера. В состав клада входили нуклеус, шлифованный топорик, нешлифованное тесло и заготовка утюжка²⁹. Через три года при прокладке тротуара в парковой зоне города Нижнего Тагила обнаружили еще один клад. Он состоял из пяти нуклеусов (два из них хрустальных), отбойника, двух скребков и 96 вкладышей – лезвий вкладышевых орудий (ножей и наконечников стрел)³⁰.

Находка сразу двух кладов с необычными находками направили внимание автора на изучение такого редкого и загадочного вида археологических источников. Первоначально были собраны и обобщены сведения о всех кладах на территории Среднего Зауралья31. Затем появились работы, характеризующие какой-то отдельный аспект кладов. Уральские клады были рассмотрены как своеобразные культовые комплексы, которые маркировали символическую границу между мирами, между освоенным и неосвоенным простран-ством32. Некоторые клады каменных и костяных изделий были отнесены к так называемым «ранцевым наборам», под которыми понимают набор орудий или заготовок, которые древний охотник носил с собой в мешочке или в сумке33. Отдельные работы были посвящены изучению минерального состава каменных изделий из кладов34, а также костяным35 и шли-фованным36 изделиям в кладах. Особый интерес вызывают находки в кладах предметов неутилитарного назначения. Среди 35 кладов на территории азиатской части России и Казахстана они обнаружены только в пяти комплексах: утюжок, фигурные кремни, скульптура и украшения. Автор считает, что наличие в кладах предметов неутилитарного характера усиливало их сакральную (охранительную) функцию37. В 2018 г. автором были разработаны вопросы классификации, хронологии и семантики кладов каменных изделий38.

К настоящему времени автором собраны сведения о 150 кладов каменных изделий на территории России и Украины, опубликованы клады, десятками лет лежавшие в запасниках музеев, исследованы различные аспекты значения кладов. Завершающей исследования данной темы можно считать работу, в которой клады каменных изделий рассматриваются в качестве специфических археологических источников. Далеко не все скопления находок можно считать кладами. Достоверными кладами можно считать плотно уложенные скопления изделий, которые явно находились в какой-то ёмкости, или залегали в ямке и были перекрыты камнями или плитами. К собственно кладам можно относить и плотные скопления изделий, найденные за пределами культурного слоя поселений или стоянок39.

Практика показывает, что у каждого археолога были свои случайные находки. На нескольких примерах автор показал, что очень часто внимательное отношение к случайным находкам может открыть исследователю новые горизонты и подтолкнуть его к новым направлениям в своих исследованиях.