Социально-психологические факторы радикализации сознания российской молодежи

Sergey А. Vorozheikin, Candidate of Science (in Psychology), Lecturer at the chair of Military Pedagogy and Psychology 1; ;

Актуальность, значимость и сущность проблемы. Молодое поколение является одной из наиболее уязвимых социальных групп по отношению к угрозам распространения экстремистской идеологии. Это вызвано социально-психологическими особенностями периода взросления и социализации молодежи, а также той колоссальной информационной нагрузкой, которую испытывают лица этого возраста в современных реалиях, связанных с потоком данных в телекоммуникационной сети Интернет.

Определение генезиса социально-психологических условий формирования антитеррористического и антиэкстремистского мировоззрения молодежи на современном этапе имеет неоценимую практическую значимость для организации и проведения профилактических мероприятий в целях искоренения этих явлений из жизни российского общества.

Отсутствие целенаправленной государственной программы по формированию конструктивного мировоззрения, навыков критического мышления, логики как обязательной дисциплины для общеобразовательных учреждений, способствующей развитию аналитического мышления, конструктивизма и осознанности, в контексте происходящих военно-политических и социально-экономических процессов в стране и мире делает информационное воздействие в более зрелом возрасте, направленное на формирование нетерпимости к идеологии экстремизма и терроризма, малоэффективным.

Цель — изучение и определение значимых социально-психологических факторов, оказывающих существенное влияние на радикализацию сознания молодежи.

Материалы, результаты и обсуждение

На данный момент учеными в области общественных наук отмечается активный процесс сепарации поколения Альфа, для которого, в отличие от предыдущих поколений Х, У и Z, по классификации Нейлома Хоува и Уильяма Штрауса, характерны повышенная агрессивность, конфликтность, эгоцентризм, высокая требовательность к окружающим, прагматичность, эмоциональная нестабильность, отсутствие просоци-альной направленности, проблемы с концентрацией памяти и внимания [1].

Неокрепшие, молодые умы, отравленные суррогатами постмодернистской западной культуры, легко поддающиеся психологическим манипуляциям через многократно отработанные в ходе «цветных революций» технологии, являются благоприятной почвой для взращивания идеологии экстремизма и терроризма [2]. Это требует от органов государственной власти и общественных институтов создания необходимых социально-психологических условий, которые способствовали бы формированию у молодежи антитерро-ристического мировоззрения как неотъемлемого качества современного гражданина нашего государства, в отношении которого непрерывно растет негативное информационно-психологическое воздействие, оказываемое информационными ресурсами и специальными службами стран коллективного запада.

Мировое сообщество единогласно сходится во мнении о необходимости организованной борьбы с экстремистскими и террористическими организациями по всему миру. При очевидной неизбежности борьбы с проявлениями экстремизма и терроризма такой подход оказывается вторичным, выступая против последствий, в то время как ключевые результаты, на наш взгляд, должны достигаться путем профилактики возникновения подобных угроз, где создание благоприятных социально-психологических условий для социализации молодежи — одно из приоритетных направлений.

Интернет как источник угроз. Наиболее широкой площадкой для инспирирования радикальной идеологии в обществе на сегодняшний день служит информационно-телекоммуникационная сеть Интернет, она, как ящик Пандоры, вместе с очевидной пользой всеобщей доступности информации принесла миру и многочисленные угрозы, скорость борьбы с которыми значительно уступает скорости их появления.

Исследователи в области информационной безопасности в интернете указывают на наличие существенных пробелов в законодательстве, особенно когда дело касается несовершеннолетних пользователей [3, с. 368]. Тогда как современный интернет переполнен деструктивным контентом разной степени радикальности, часто находящегося в свободном доступе.

Психологический механизм вовлечения молодого поколения в деятельность деструктивных организаций экстремистской и террористической направленности базируется, прежде всего, на переживании негативных психологических состояний, вызванных разочарованием подростков в реалиях жизни, которые приводят к социальной дезадаптации и фрустрации. Именно такое ослабленное состояние психики подростков наиболее подвержено суггестивному воздействию и манипулятивному контролю сознания, когда в силу своей текущей дезориентации они просто не способны на критический анализ появляющейся информации. Более того, основное смысловое содержание деструктивных идеологий поступает в сознание имплицитно вместе с информацией, не требующей подтверждения, что делает его сложным для обнаружения.

Молодые люди, не сумевшие найти конструктивные способы самовыражения, взаимодействия с социумом, оказавшиеся один на один со своими жизненными трудностями и духовно-мировоззренческим самоопределением, становятся идеальными объектами для внедрения в их сознание радикального нарратива, заменяющего ценностные ориентации с традиционных на экстремистские [4].

Важным для понимания механизма экстреми-зации сознания молодежи является тот факт, что вне системы социальных институтов психологопедагогическое воздействие, оказываемое на молодое поколение, имеет хаотичный характер, как совокупность всех стимулов внешней среды, в то время как воздействие экстремистских и террористических организаций, напротив, ведется систематически, методично и точно, вскрывая слабые места в системе социализации, обучения и воспитания подрастающего поколения [5].

Особую озабоченность вызывает тот факт, что запрещенные организации часто используют различные психоактивные вещества, к которым молодое поколение проявляет особый интерес. Употребление психоактивных веществ приводит к подавлению воли человека, потере самостоятельной жизненной позиции и способности к критическому анализу ситуации, формируется психофизиологическая зависимость от источника получения наркотических веществ. Широкое привлечение молодежи в деятельность по обороту наркотиков создает своего рода субкультуру вне рамок социальных норм морали и нравственности, связанную с культом потребления, «прожигания жизни», без обязательств и ответственности, что также выступает благоприятной почвой для проявления экстремизма, вторящего основным мотивам подобного поведения. Кроме того, наркозависимыми и вовлеченными в деятельность наркомафии легко манипулировать, оказывая на них психологическое давление либо через доступ к психоактивному веществу, либо под угрозой уголовного наказания в случае раскрытия факта причастности к правонарушению.

Отдельного внимания заслуживает феномен саморадикализации как наименее предсказуемый и представляющий наибольшие трудности в обнаружении и профилактике, связанный прежде всего с индивидуальными психологическими особенностями личности. Индивид, подвергающий себя саморадикализации, занимается активным поиском интернет-контента деструктивного содержания. Предпосылками к такого рода поведению в молодежной среде могут служить различные социальнопсихологические факторы, например: социальная депривация подростков; буллинг сверстников или целенаправленный кибербуллинг; газлайтинг со стороны взрослых; дегуманизация какой-либо социальной группы по признакам расы, национальности, вероисповедания; высокая степень геймефикации повседневной деятельности, приводящей к значительному отрыву от объективной реальности, и т. д. Эти факторы могут порождать депрессивное состояние, характеризующееся проявлением агрессии к окружающим, недовольством своей социальной ролью, или, наоборот, реакцию эскейпизации и поиск других стратегий поведения, в том числе радикальных.

На фоне переживания отрицательных психоэмоциональных состояний подростки ищут интернет-контент, который оказывал бы поддерживающую функцию, подкрепляя их негативную оценку окружающей социальной действительности [6, с. 63]. Такой поиск неминуемо приводит их к знакомству с экстремистским контентом. Активное погружение в радикальные псевдоидеи, поощряющие крайние формы поведения, позволяют молодежи, не затрачивая свои интеллектуальные ресурсы, проходя трудоемкий процесс социализации и личностного роста, находить ответы на волнующие их вопросы социальных отношений, свое место в этом мире, основываясь лишь на эмоционально насыщенных постулатах радикальной идеологии, потворствующих их ошибочным представлениям и маскирующих существующие у них психологические проблемы.

Саморадикализация также может привести их к знакомству с феноменом скулшутинга или к вступлению их в так называемую интернет-субкультуру колум-байнеров. Ученые, исследующие данную проблематику, сходятся во мнении, что нельзя выделить универсальную причину совершения скулшутинга, однако можно определить основные социально-психологические факторы, способствующие саморадикализации подростков по подобному сценарию: социальную изоляцию, самодепривацию, социальную роль изгоя, «белой вороны»; психологические расстройства, заболевания, деструктивные акцентуации черт характера; отсутствие возможности самовыражения; необъективную оценку результатов успеваемости и др.

Нельзя обойти стороной также возникновение такого психологического феномена, распространившегося среди молодежи, как участие в «группах смерти». В определенной мере причины возникновения этого феномена объясняются, как и в случае с саморадика-лизацией, отрицательными психоэмоциональными состояниями, которым подвержена современная молодежь. Распространение среди молодежи «групп смерти» является в какой-то степени культурным феноменом, субкультурой, обесценивающей саму жизнь. Молодое поколение, вторя мыслителям философии экзистенциализма, использует нарратив об одиночестве индивида в обществе и его ненадежном, бренном существовании, стремлении к небытию для объяснения своего девиантного поведения, что приводит к совершению суицида.

На первый взгляд может показаться, что феномен «групп смерти» не имеет прямого отношения к обсуждаемому нами предмету, однако стоит отметить тот психологический эффект, который он оказывает на общество. Доведение до совершения самоубийства, в особенности его групповых форм, может использоваться в качестве террористического акта, учитывая общественный резонанс, вызываемый ими. Подобные суицидальные акты, их широкое обсуждение и создание культового образа суицидента в средствах массовой информации запускают психологический «эффект Вертера», когда факт совершенного самоубийства, описанный в прессе, кинематографе, литературе и фольклоре, становится образом, притягательным к подражанию, и порождает волны самоубийств в обществе [7].

Стоит обратить внимание еще на одну социальнопсихологическую закономерность, во многом определяющую механизм вовлечения молодежи в экстремистскую деятельность. Так, по мнению британского социолога Ральфа Дарендорфа, низкий уровень коммуникаций между высшими и низшими социальными группами общества вызывает высокую вероятность возникновения экстремистских настроений у последних. Ученый заключает, что чем ниже уровень жизни населения, тем выше уровень предпринимаемых насильственных действий [8, с. 243].

Социально-психологический контекст радикализации сознания молодежи. Высокая степень коррумпированности современного российского общества, многомиллиардные взятки в высших эшелонах власти и государственной службы способствуют возникновению у населения страны, в том числе молодежи, недовольства и сомнений в компетентности государственных органов. При этом существенный разрыв в уровне благосостояния граждан, доступ- ности различных социальных благ и «социальных лифтов», ограниченность санкционированных площадок, на базе которых молодое поколение могло бы выказать свое недовольство и озабоченность в связи с имеющимися в обществе проблемами, повышают вероятность их вовлечения в радикальную деятельность.

Отдельного внимания заслуживает процесс виктимизации молодежной среды, в том числе художественными средствами. Например, российский сериал 2023 г. «Слово пацана. Кровь на асфальте», откровенно романтизирующий бандитизм, вызвал всплеск агрессии среди молодежи, подражающей экранным героям, совершающей отнюдь не постановочные преступления, в том числе тяжкие, не забывающей при этом фиксировать процесс на видеокамеру и выкладывать в сеть Интернет. Такого рода телепроекты наталкивают молодежь на проявление делинквентного поведения, выраженного в социальном протесте против общепринятых норм поведения, что значительно усиливает риски их обращения к радикальным идеям терроризма и экстремизма.

По мнению исследователей, протекание социализации в условиях виктимизации молодежной среды приводит к личностной деформации молодых людей, проявлению агрессии, смене ценностных ориентаций на деструктивные, отказ от просоциальной направленности [9, с. 51; 10].

К сожалению, на данном этапе развития нашего общества молодое поколение чаще находит искомые общность, единение, значимость, цель и идентичность в отрицательных примерах и негативных стратегиях поведения, а не в просоциальных формах, таких, например, как служение Отечеству [11, с. 341].

Социально-психологические тенденции современного российского общества позволяют молодежи рассматривать деструктивную субкультуру как некоторую невещественную ценность или жизненную стратегию, характерную для общества риска, что неизбежно направляет их на путь экстремизма и терроризма. По мнению М. А. Швецовой и К. Р. Мориной, в Российской Федерации можно выделить следующую типологию деструктивных субкультур: криминально-делинквентные, анархонигилистические, экстремальные, гедонистическо-развлекательные, эскапистские и аутоагрессивные [12, с. 35]. Особую опасность представляет участие в криминально-делинквентных субкультурах, таких как «Арестантское уголовное единство» (сокращенно «АУЕ» 1), истоками которой являются тюремные понятия и поведенческие паттерны, установленные в местах лишения свободы, что существенно деформирует сознание молодого поколения, уводя его от понятий нормы социального взаимодействия к радикальным моделям поведения.

Значимым индивидуально-психологическим фактором, повышающим риски вовлечения в деструктивные организации террористической и экстремистской направленности, является степень внушаемости человека, которая, по мнению исследователей, связана с неуверенностью в себе и в своих действиях, значительно снижая общую оценку удовлетворенности жизнью [13, с. 79].

Направления противодействия радикализации сознания молодежи. По мнению экспертов, фундаментальной основой противодействия радикализации молодого поколения выступает воспитание у них гражданственности, опирающейся на психологический механизм вовлечения молодежи в значимую для государства деятельность, осознания своей причастности к великому историческому наследию, текущим событиям и актуальным направлениям ее развития. Перспективным способом, доказавшим свою эффективность в формировании гражданственности, является вовлечение молодежи в деятельность добровольческих (волонтерских) и трудовых движений [14–16].

Одной из базовых составляющих в процессе формирования антитеррористического мировоззрения молодежи, по мнению специалистов, служит достижение ими групповой идентичности с референтными социальными группами [17, с. 31].

Совершенно очевидно, что для противодействия радикализации сознания молодежи необходимо ее приобщение к системе традиционных, общечеловеческих, гуманных ценностей, которые выступают надежным барьером между молодежью и экстремистской идеологией. При этом существенно, по меткому выражению Виктора Франкла, что «ценностям мы не можем научиться — ценности мы должны пережить» [18].

Учитывая, что в Российской Федерации в соответствии со ст. 13 Конституции РФ признается идеологическое многообразие и никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной, затруднительно использовать идеологическую составляющую в обучении и воспитании молодого поколения. Такая ситуация в какой-то степени развязывает руки различного рода деструктивным силам, в том числе признаваемым сегодня иноагента-ми. Это требует от общества и государственных институтов определения идеологической канвы, согласно которой будут намечаться направления и перспективы дальнейшего развития государства. После распада СССР подобной необходимости не было, ввиду того что все сферы жизни общества в предыдущие десятилетия преломлялись через призму коммунистической идеологии, вызывая некоторое утомление. Сегодня мы видим обратную тенденцию, когда возникает явный идеологический голод, выражающийся в экзистенциальном кризисе, переживаемом гражданами нашего государства, и поиске ближайших перспектив развития. Особенно ярко этот кризис проявлен у молодого поколения.

Ранее нами уже были получены результаты, указывающие на то, что благополучие молодых людей, например курсантов военного института, выражается такими представлениями, которые касаются их восприятия жизни в соответствии с традиционными ценностями, хорошими взаимоотношениями с окружающими, уверенностью в завтрашнем дне и в частности с идеологической определенностью в обществе [19, с. 150].

Процессы милитаризации общества на фоне проведения Специальной военной операции могут способствовать разрешению экзистенциального кризиса российского общества, актуализируя активный поиск конструктивных поведенческих стратегий и ориентацию на ценности и традиции, в которых раскрыты наиболее важные сущностные принципы, нормы морали и нравственности, характерные для данной общности на конкретном историческом этапе развития.

В Указе Президента Российской Федерации от 9 ноября 2022 г. № 809 2 традиционные ценности определяются как нравственные ориентиры, формирующие мировоззрение граждан России, передаваемые от поколения к поколению, лежащие в основе общероссийской гражданской идентичности и единого культурного пространства страны, укрепляющие гражданское единство, нашедшие свое уникальное, самобытное проявление в духовном, историческом и культурном развитии многонационального народа России. Специальная военная операция вытолкнула на поверхность необходимость обращения к традиционным духовно-нравственным ценностям, которые должны послужить фундаментом, позволяющим выстроить столпы противодействия радикализму среди молодого поколения. Опорой в этом процессе должны стать социально-психологические условия, при которых личностный поиск молодого человека своего места в жизни не приводил бы его к радикальным и экстремистским взглядам.

Следование традиционным российским духовнонравственным ценностям по своей сути и есть главное социально-психологическое условие формирования такого мировоззрения, так как подобными ценностями являются патриотизм, гражданственность, крепкая семья, созидательный труд, справедливость, взаимопомощь, единство народов, приоритет духовного над материальным, историческая память и преемственность поколений.

Таким образом, следование традиционным российским духовно-нравственным ценностям, охватывая абсолютно все сферы жизни общества, а также психику каждого индивида, определяет эффективность противодействия распространению идеологии экстремизма и терроризма.

Выводы

Анализ социально-психологических условий, способствующих радикализации молодежи на современном этапе развития российского общества, демонстрирует многообразие факторов, оказывающих воздействие на данный процесс. Это требует более тщательного изучения как отдельных факторов, так и их комплексного эффекта, оказываемого на молодое поколение. Кратко резюмируя вышесказанное, можно выделить основания, которые необходимо учитывать при работе с молодежью, такие как выраженная антигуманистическая направленность идеологии терроризма и экстремизма; объективные деструктивные последствия следования идеологии терроризма и экстремизма для их приверженцев, их ближнего окружения (членов семьи, близких и т. д.), общества, государства и человечества в целом; резкое осуждение основными религиозными конфессиями деятельности террористических и экстремистских организаций; развенчание мифов, разоблачение псевдоидеологии терроризма и экстремизма, умышленного искажения общественно-политических событий; фальсификация истории; радикальная трактовка священных писаний; разъяснение особенностей процесса вербовки, применения приемов психологического давления, обмана и манипуляции сознанием в интересах терроризма и экстремизма; неотвратимость наказания за совершение преступлений террористической и экстремистской направленности; возможность конструктивного разрешения конфликтов, противоречий, социальных и бытовых проблем, достижение жизненных целей и реализация личностного роста без использования радикальных, насильственных методов.

Приоритетными направлениями по созданию социально-психологических условий, способствующих противодействию радикализации сознания молодежи на современном этапе развития российского общества, являются:

• 1.    Необходимость определения идеологической парадигмы воспитания молодого поколения в Российской Федерации.

• 2.    Внедрение в обязательную программу школьного обучения предмета, посвященного информационной безопасности, цифровой грамотности и информационной гигиене.

• 3.    Повышение референтной значимости общественной среды (повышение авторитета, престижности и значимости роли института семьи, старшего поколения, учителей, наставников).

• 4.    Внедрение стратегии повсеместного включения молодежи в социально значимую деятельность.

• 5.    Минимизация личных данных в интернете, мессенджерах, защита от преступных посягательств в указанной сети.

• 6.    Создание программы просвещения граждан в области противодействия идеологии экстремизма и терроризма.

• 7.    Государственный контроль в области распространения информации в цифровой среде, деятельности СМИ.

• 8.    Поддержка и развитие российского сегмента интернета, видео-, аудиоконтента, конструктивного видеоблогинга, пропагандирующих позитивные стратегии поведения и традиционные культурные ценности.

Область применения и перспективы. Перспективными направлениями исследований являются изучение роли религии, государственной идеологии в противодействии распространению экстремизма, а также риски миграционной политики.