Социолектология: современное состояние и проблемы

DOI:

Вытеснение формальной (структуралистской) парадигмы и утверждение новой парадигмы лингвистического знания – функциональной [34], именуемой также антропоцентрической [28], номинативно-прагматической [26] или когнитивно-дискурсивной [23], в значительной степени способствовало интенсивному развитию социолингвистики, которое в первую очередь проявляется в расширении привлекаемого для изучения материала, ранее не использовавшегося по причине его не-кодифицированности и, как следствие, способности «расшатывать нормы» языка (подробнее об этом см.: [21]).

В настоящее время материалом для социолингвистического анализа становятся не только единицы высокого регистра коммуникации, «условные» языки, к которым еще И.А. Бодуэн де Куртенэ относил язык студентов, гимназистов, семинаристов, институток [4], но и арго, жаргоны [10, c. 221], социолекты [19], языки для специальных целей [24], корпоративные языки [29, c. 25], профессиональные подъязыки [30] во всем их многообразии. «Некодифицированные сферы бытования этноязыков все очевиднее становятся предметом исследования, концентрируя внимание лингвистов на языковых явлениях, не представленных в прескриптивных грамматиках и нормативных словарях» [18, c. 15]. Хотя большинство современных лингвистов и соглашаются с утверждением, что представление о языке нельзя сводить к его кодифицированному варианту, и в качестве доказательства приводят результаты лингвистического анализа литературных произведений (см., например: [17]), по многим концептуальным и терминологическим вопросам со- временной социолектологии единой позиции не выработано. К наиболее дискуссионным, безусловно, относится вопрос о различиях в оппозициях подъязык – социолект, жаргон – арго. В рамках современной парадигмы большой интерес также представляют новые для социолектологии объекты исследования: профессиональная языковая личность и профессиональный социум как дискурсобразу-ющее сообщество.

В начале XXI столетия в работах отечественных лингвистов постепенно сформировались основы отдельного раздела социолингвистики – социальной диалектологии, социолек-тологии [8; 19; 32], предметно-объектная область которой определяется современными учеными по-разному: социолект и соответствующий ему социум в их взаимосвязи в контрастируемых языках; выявление отражения социальной дифференциации общества в соответствующей социальной дифференциации форм существования языка; исследование опосредованного отражения социально-этнической, социально-демографической, социально-профессиональной, социально-групповой и отчасти социально-территориальной дифференциации конкретного социума и соответствующей вариативности обслуживающего его социолекта; социолектные нестандартные лексические системы, выявление способов обогащения и динамики развития нестандартных социолектных лексических систем, особенностей социолек-тизмов в планах структуры и семантики, с особым акцентом на раскрытие когнитивного и эмоционально-оценочного содержания социо-лектизмов, их инвективной нагрузки», «изучение взаимодействия и взаимопроникновения социолектов, установление причин появления интерсоциолектных экзистенциальных форм языка, статуса таких форм, их структуры и функций; специфические особенности социолек-тизмов, которые отличают их от элементов соответствующих литературных стандартов в планах формы, содержания и функционирования» (подробнее о различиях в определении объекта социолектологии см.: [19]).

В ряде последних работ на основе определения жаргонов как социальных вариантов национального языка, противопоставленных главной его разновидности – литературному языку, в качестве самостоятельной отрасли социолингвистики заявляется жаргонология [8; 32]. «Особым предметом» жаргонологии, которая входит составной частью в более широкую научную сферу социолингвистики, признаются жаргонизмы [32, c. 12].

Активно ведутся исследования в области профеcсиональных языков [15; 31]. Разработано новое направление исследований – теория о языке профессиональной языковой личности, типологизируемой на основе языковых единиц и прецедентных текстов соответствующей профессиональной лингвокультуры и понимаемая как обобщенный языковой портрет профессионального деятеля, занятого определенным видом профессиональной деятельности, владеющего профессиональным языком, профессиональным тезаурусом и следующего стереотипам профессионального поведения (в том числе вербального) [1; 14; 30].

К настоящему времени в целом сформирована теоретико-методологическая база со-циолектологии [8; 32], описаны и апробированы методы исследования [19; 32], осуществлен обзор состояния социолектной лексикографии [31; 35].

Значимость социолектологических работ трудно переоценить особенно в сейчас, когда процессы внутри «условных», социальных и профессиональных подъязыков демонстрируют определенный параллелизм, когда идет активное пополнение вокабуляра представителей ряда социумов, наблюдается «перетекание» единиц одного профессионального языка в другой, появляются полисемантичные интердиалектные языковые единицы (интерпрофессионализмы), размываются границы профессиональных и социальных диалектов [30].

Спектр новейших исследований, осуществляемых в рамках социолектологии, значительно расширился за счет анализа семантики профессионализмов и социолектизмов в когнитивном аспекте, изучения особенностей репрезентации картины мира профессиональной лингвокультуры, эмотивной семантики и категоризации эмоций в словаре и профессиональном дискурсе, создания новых типов словарей и описания их роли в сохранении профессиональных подъязыков и культур и др.

Во многом изменилось содержание современных социолектологических работ. Господствующим в социолектологии, как и в других разделах языкознания, становится основанный на принципах экспансионизма , антропоцентризма , функционализма , экспла-наторности [23] «интегральный» подход, предполагающий всестороннее описание и объяснение объекта исследования [33].

Экспансионизм , проявляющийся в интеграции нескольких смежных наук [33, c. 146], объективирован в современных социолектологических исследованиях, в частности, путем привлечения методов и приемов корпусной лингвистики, статистики, культурологии, психологии, лингвистики текста, когнито-логии, идеографии и других [13; 25]. Идеи экспансионизма, в частности экспансионизма языкознания, высказывались более ста лет тому назад, когда И.А. Бодуэн де Куртенэ впервые предложил рассматривать социологию, психологию, этнографию и антропологию в качестве вспомогательных для языкознания наук [3, c. 99].

В настоящее время одним из проявлений экспансионизма является признание языка как «символического ключа» к субкультуре, как продукта культуры и общества. Современные ученые рекомендуют рассматривать эволюцию форм существования языка «в контексте развития культур» [12, c. 582].

В рамках обсуждения данного принципа, на наш взгляд, плодотворен анализ определения социолекта, предложенный Е.Г. Лу-кашанец, считающей одним из важнейших параметров социального диалекта «его концептуальную (предметно-понятийную) структуру – количественно-качественный состав денотатов и сигнификатов, получивших в данном социальном диалекте свою номинацию»

[27, с. 5]. Очевидно, что данная концепция предполагает обращение не только к языковому мышлению, мировоззрению, но и к стереотипам поведения, а также целеустановкам носителей социолекта. Именно последнее сближает авторскую позицию с теорией профессиональной языковой личности. Выявление общей прагматической основы изучаемых феноменов позволяет автору отнести к социальным диалектам жаргоны, арго и условнопрофессиональные языки бродячих ремесленников, торговцев, нищих XIX в. [там же, c. 6].

Основу определения профессионального подъязыка (субъязыка) в новой социолектологической парадигме составляет понятие норм первого (высокого) и второго (низкого) уровней: «Профессиональный подъязык (субъязык) есть исторически сложившаяся, относительно устойчивая для данного периода автономная экзистенциальная форма национального языка, обладающая своей системой взаимодействующих социолингвистических норм первого и второго уровней, представляющая собой совокупность некоторых фонетических, грамматических и, преимущественно, специфических лексических средств общенародного языка, обслуживающих речевое общение определенного социума, характеризующегося единством профессионально-корпоративной деятельности своих индивидов и соответствующей системой специальных понятий» [19, с. 12]. В составе языка / подъязыка норма может реализоваться в норме первого уровня (стандарт, литературная норма, кодифицированная норма) и норме второго уровня (субстандарт, некодифицированная норма, жаргон). «Норма, проявляющаяся в кодифицированной нормативности, являющейся существенным дифференциальным признаком литературного стандарта как составной части СКС [социально-коммуникативной системы]», трактуется как норма первого уровня [там же, c. 10], в то время как «норма, проявляющаяся в некодифицированной нормативности, являющейся существенным дифференциальным признаком языкового субстандарта как составной части социально-коммуникативной системы подводится под термин нормы второго порядка» [там же].

Антропоцентризм как один из методологических принципов интегрального подхода в рамках современной языковедческой парадигмы предполагает обращение исследователя «к онтологическим “субъектным” характеристикам объекта изучения, которые присущи языку и любому языкотворческому произведению a priori и представляют собой “отчужденные” от субъекта в процессе коммуникативной деятельности и опосредованные языковой системой неотъемлемые части объекта. Коммуникативная деятельность, подобно труду, по Марксу, постоянно переходит из формы деятельности в форму бытия, из формы движения в форму предметности. Поэтому изучение предметных, бытийных форм коммуникативной деятельности, например текста, невозможно без обращения к субъекту этой деятельности, иначе такое изучение будет неполным» [33, c. 149]. Показательны в этом отношении определения жаргонов и арго, предложенные А.И. Горшковым в 2001 г. и выводимые им на основе открытости / закрытости соответствующего социума. Жаргоном признается средство общения открытых сообществ, а арго – средство изоляции замкнутых социумов [9, c. 298–303].

Значительный вклад в развитие принципа антропоцентризма в социолектологии внесен исследователями, в центре внимания которых находится профессиональная языковая личность. При описании языковой личности большинством авторов используется схема, разработанная Ю.Н. Карауловым [16]: язык (вербально-семантический уровень) – концеп-тосфера (тезаурусный / когнитивный уровень) – дискурс (стереотипы вербального поведения, прагматический, мотивационный уровень) (описание с использованием схемы см., например, в: [1; 14; 30]).

Третий методологический принцип – функционализм – детерминирует облигатор-ность обращения к «функциям объекта исследования», изучение его назначения [33, c. 146]. Основы функционализма были заложены И.А. Бодуэном де Куртенэ, успешно развиты и убедительно иллюстрируются в современных работах: «арго, … жаргон, сленг или социолект, это не вредный паразитический нарост на теле языка, а органическая и … необходимая часть этой системы» [2, c. 40], Данная форма существования языка является «своеобразной “сырьевой” экспрессивной и но- минативной базой, откуда общенародный язык заимствует лексемы» [10, c. 211]. Именно об этом еще в начале прошлого века И.А. Бодуэн де Куртенэ писал в Предисловии к словарю воровского жаргона В.Ф. Трахтенберга: «Некоторые слова “блатной музыки” повторяются тоже и в общеупотребительном русском языке, или, по крайней мере, в некоторых “приличных” говорах» [5, с. XVI].

Взаимовлияние подсистем внутри языка есть явление универсальное и свойственное языку на всех этапах его развития. В целом, можно утверждать, что в ряде современных работ преодолен имевший место ранее и свойственный системно-структурному подходу изоляционизм, при котором объект исследования, подвергшийся «вивисекции», изучается в отрыве от его внешних связей в рамках «замкнутых, самодостаточных подсистем» [22, c. 45]. Основу современного взгляда на языковые образования, включаемые в категорию подъязыков, составляет понимание диалектической общности ограниченности и связанности их социальной основы. Как было показано в наших работах, подъязыки выступают средством общения отдельных социально-сословных, производственно-профессиональных, групповых и возрастных коллективов, но не всего народа (как общенациональный язык) и не населения региона (как территориальные диалекты). При этом носители подъязыка не перестают оставаться представителями этноса. Назначение подъязыков (социолектов) – служить средством коммуникации для лиц определенной группы или макрогруппы, объединять их в одну корпорацию, имеющую свои интересы – профессиональные, социально-сословные, возрастные, культурно-эстетические и др. Возникая в ответ на различные профессиональные и групповые потребности отдельных коллективов, профессиональные подъязыки в речевой практике говорящих всегда функционируют в контакте с другими формами существования языка (см., например: [30]).

Возвращаясь к вопросу о терминологическом многообразии в отношении различных некодифицированных форм языка, заметим, что в научной литературе они именуются как жаргон, сленг, арго, жаргонизированная лексика, сниженная разговорная лексика, интер- жаргон, экспрессивная лексика разговорного употребления и др. [6; 7; 10; 12; 20]. Часто указывается, что значения всех перечисленных терминов пересекаются, переходят друг в друга, включают друг друга и переносятся друг на друга, но отражают, в основном, одно и то же, только с разных точек зрения [12].

Параметром, объединяющим все неко-дифицированные формы языка (профессиональный и молодежный жаргоны, арго, сленг, кант и др.), является их структурное и функциональное соответствие норме второго уровня. Именно этот параметр В.П. Коровушкин выделяет в качестве основного при объединении форм низкого регистра в единое понятие – социолект, которое трактуется как «исторически сложившаяся, относительно устойчивая для данного этапа автономная, полуав-тономная или неавтономная форма существования общенародного языка национального периода, обладающая своей системой социолингвистических норм второго уровня, функционально и понятийно закрепленная за определенным социальным профессионально-корпоративным или антиобщественным (антисоциальным и асоциальным) социумом или социализированной субкультурой, обладающая специфичной просторечной лексической системой, элементы которой могут носить этни-зированный и локализованный характер, и варьирующим по качеству и количеству инвентарем внелитературных грамматических и фонетических особенностей, обусловленных социолингвистическими характеристиками его носителей» [19, c. 12–13].

Развивая положения, представленные в работах В.П. Коровушкина, определим жаргон как исторически сложившуюся, относительно устойчивую для данного периода автономную экзистенциональную форму национального языка, обладающую только нормой второго уровня. При этом термин «жаргон» становится применимым исключительно в отношении форм существования языка, не имеющих коррелята в виде нормы первого уровня и неприменимого в отношении нормы второго уровня профессионального подъязыка. Норма второго уровня в составе профессионального подъязыка никогда не утрачивает своих связей с нормативной составляющей – стандартной, кодифицированной частью соответствующего про- фессионального подъязыка, реализуемой средствами терминосистемы. Студент, курсант военного училища, медсестра, владея кодифицированным вариантом и заменяя его на некодифицированный в устной речи, всегда ощущает дихотомию «стандарт» – «субстандарт». Кроме того, термин «жаргон» в отношении некодифицированной части профессионального языка неудовлетворителен еще и тем, что нивелирует различия между социальными и профессиональными формами существования языка. Термин «некодифициро-ванный подъязык» предпочтительнее, поскольку одна его составляющая («подъязык») указывает на связь с общенациональным языком, а вторая («некодифицированный») – на существование соответствующей кодифицированной части подъязыка.

Считаем, что в зависимости от открытости / закрытости сообщества и кодифици-рованности / некодифицированности используемого языкового материала таксономия социолектов должна включать следующие формы существования языка: профессиональные языки, коды (шифры) спецслужб, жаргоны и арго (см. таблицу 1).

Таблица 1

Классификация социолектов

Признаки сообщества Признаки социолекта	Открытое	Закрытое
Реализован в двух регистрах (высоком и низком)	профессиональный подъязык	шифр
Реализован только в низком регистре	жаргон	арго

Благодаря своей прозрачной внутренней форме термин «cоциолект» (от лат. societas «общество», греч. лекф «язык, наречие») может быть использован в качестве обобщающего для всех изучаемых в социолектологии форм языка. Таким образом, под социолектом авторы представленного исследования, развивая сложившуюся в социолектологии точку зрения, понимают исторически сложившуюся, относительно устойчивую для данного периода автономную экзистенциональную форму национального языка, обладающую своей системой социолингвистических норм (одного или двух уровней), функционально и понятий-но закрепленную за определенным социумом.

Последний из обсуждаемых принципов интегрального подхода в социолектологии – экспланаторность – трактуется в современном языкознании как тенденция новейшей лингвистики найти определенное объяснение внутренней организации языка, его отдельным модулям и т. д. [33, c. 146]. В рамках социо-лектологии данная методологическая установка предполагает, в частности, выявление причин существования различных форм языка.

В качестве иллюстрации данного принципа обратимся к определению форм существования языка, которое предложено А.И. Домашневым в одной из его поздних работ. Языковые подсистемы (варианты существования языка) с учетом социальной структуры общества и его ситуативной дифференциации классифицируются лингвистом на следующие типы: 1) диатопические варианты, представляющие совокупность наддиалектных языковых формаций – региолектов, которые сложились в результате взаимодействия предельных уровней национального языка – литературного языка и местных диалектов; 2) диастратические образования, которые объединяют различные социальные варианты языка – социолекты; 3) диафрази-ческие группы, которые образуют иерархическую вертикаль стилистических слоев или уровней языка – диаситуативные лексические группы, или ситуалекты [11]. Как видим, в данной таксономии само существование региолектов и ситуалектов трактуется как естественное состояние языка, а их различия описаны и обоснованы на уровне формы существования языка и на уровне лексических подсистем.

Таким образом, когнитивно-дискурсивная парадигма лингвистического знания реализуется в современной отечественной со-циолектологии через методологические установки экспансионизма, антропоцентризма, функционализма и экспланаторности . Исследования социолектологов в рамках интегрального подхода являются не только высоко результативными, развивая новый раздел в современной лингвистике, но и открывают перспективы прогнозирования развития языка в целом.