Советская национальная политика в отношении дисперсно расселенного этноса (на примере немецкого населения Красноярского края)

Введение. Территория современного Красноярского края на протяжении длительного времени населена разными народами, которые взаимодействуют не только между собой, но и с органами государственной власти. Регулирование таких отношений являлось одним из приоритетных направлений государственной политики. Свержение самодержавия и приход к власти большевиков кардинально изменили существующую систему взаимоотношений между правительством и национальными меньшинствами. Начала формироваться новая национальная политика, которая определила политическое и социальноэкономическое положение народов Советского Союза.

Цель исследования. Комплексное изучение методов реализации и результатов советской национальной политики, применяемых для управления и регулирования взаимоотношений с дисперсно расселенной этнической группой на примере немецкого населения Красноярского края.

Результаты исследования и их обсуждение . В российском научном сообществе термины «этнополитика», «национальная политика» и «этнонациональная политика» считаются близкими друг другу. Научный руководитель Института этнологии и антропологии РАН РФ В.А. Тишков вводит некоторое разграничение между этими понятиями. Под национальной политикой им «подразумевается внешняя и внутренняя политика государства, призванная реализовывать национальные, т.е. государственные интересы». При рассмотрении внутренних процессов, направленных на регулирование отношений в сфере национальных взаимоотношений, более точно следует применять термин этнополитика, или этнонациональная политика [1, с. 371–372].

Объектом национальной политики в рамках данного исследования являются советские немцы. Они представляли собой национальную группу, образовавшуюся в результате добровольного переселения и исторически не имевшую своей территории в пределах страны до этого переселения. В то же время исторической Родиной данной группы явля- 176

лось политически и экономически сильное государство - Германия, которое оказывало влияние и на внешнеполитические интересы России. Таким образом, в отношении немецкого населения России, в том числе в период советской власти, следует рассматривать термин «национальная политика», так как это было синтезом внутренней и внешней политики.

Немецкое население, проживавшее на территории Красноярского края, было неоднородным и претерпело существенные изменения в годы Великой Отечественной войны. Если до начала войны в регионе проживали в основном колонисты, переселившиеся в конце XIX - начале XX вв., и потомки бывших военнопленных Первой мировой войны, то в 1940-е гг. количество немцев увеличилось более чем в 20 раз за счет депортированных в период Великой Отечественной войны жителей Поволжья и Ленинградской области, фольксдойче (этнические немцы, живущие за пределами Германии), репатриантов (немцы, вывезенные в Германию, и после войны возвращенные в СССР). Все переселенцы военного времени были высланы на поселение в Красноярский край принудительно. Именно на эти категории населения была направлена национальная политика в отношении немецкого населения на региональном уровне.

Идеологические основы советской национальной политики были сформулированы лидерами большевиков еще до прихода их к власти. В 1913 г. будущий нарком по делам национальностей И.В. Сталин написал статью «Марксизм и национальный вопрос». В ней он обозначил термин «нация» и ее основные черты. В его определении «нация» - это «исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры» [2]. При этом именно совокупность всех элементов является обязательной, а исключение любого из них не позволяет считать эту группу нацией. Особое внимание он уделял территории, закрепленной за нацией, поэтому считал, что «областная автономия» является главным методом решения национального вопроса в России, но при этом каждый народ должен сам «определить свою судьбу» без внешнего вмешательства.

Придя к власти в России, большевики в числе первых документов 2 ноября 1917 г. приняли Декларацию прав народов, которая определила национальную политику на десятилетия вперед.

Основные положения декларации гласили:

«- равенство и суверенность народов России;

• -    право народов России на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства;

• -    отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений;

• -    свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России» [3].

Именно Декларация прав закрепляла главные принципы, отмеченные Сталиным еще в 1913 г., в том числе право народов на свою территорию, что привело к изменению административно-территориальной карты страны и появлению ранее не существовавших субъектов – национальных автономий и районов.

В июне 1923 г. на совещании ЦК по национальной политике окончательно была определена стратегия национальной политики на длительный период. В резолюции было зафиксировано, что «Советское государство будет максимально поддерживать те формы национального устройства, которые не входят в противоречие с существованием унитарного централизованного государства... власти готовы оказать поддержку следующим четырем «формам» существования наций: национальным территориям, языкам, элитам и культурам» [4, с. 22]. Такой подход был уникален для многонационального государства, он давал множество прав и свобод народам, которые ранее их не имели. «Советская национальная политика в 1920-е годы была либеральнее, чем ассимилирующая и репрессивная политика по отношению к меньшинствам, чем в некоторых восточно-европейских странах» [5, с. 109]. Это был период расцвета политики коренизации.

В регионах, где невеликорусское население проживало компактно, но его количество было незначительным, политика коренизации проводилась через реализацию мероприятий по изучению языка и развитию национально-культурных традиций. На территории современного Красноярского края в эти годы немцев проживало около 3 тысяч человек. Для взаимодействия с ними в 1920 г. в Красноярске была создана немецкая секция, которая получила следующие задачи: «дать образование своим членам, привлечь их к активной партийной работе, чтобы воспитать в иностранных рабочих классовое сознание. Организовать кружки для политического образования, а также организовать вечерние курсы и начальные партийные школы» [6]. В 1921 г. также был образован Немецкий подотдел при губернском отделе образования [7]. Но ввиду дисперсности расселения немцев, их малочисленности и пассивности, этим структурам не удалось построить работу на должном уровне, и вскоре они были ликвидированы [8].

Во второй половине 1930-х гг. в Советском Союзе национальная политика начала претерпевать изменения. В первую очередь стал заметен постепенный отказ от коренизации, введена централизация управления автономиями и республиками и переход к советизации общества.

В 1936 г. была принята новая Конституция, которая подчеркивала права народов СССР на свободу, уделяла большое внимание национальному вопросу, но при этом обосновала и новый этап государственной политики, в том числе и в отношении национального строительства [9, с. 32–34].

Статья 123 Конституции 1936 г. провозглашала: «Равноправие граждан СССР, независимо от их национальности и расы, во всех областях хозяйственной, государственной, культурной и общественнополитической жизни является непреложным законом. Какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав или, наоборот, установление прямых или косвенных преимуществ граждан в зависимости от их расовой и национальной принадлежности, равно как всякая проповедь расовой или национальной исключительности, или ненависти и пренебрежения – караются законом» [10].

Данная статья подчеркивала отношение Советского Союза к проявлению любых форм национализма, противопоставляя принципы советской национальной политики политике Германии, в которой в эти годы, наоборот, в полной мере пропагандировался национализм. Немецкое население СССР в этой ситуации стало заложником борьбы двух идеологических систем, которые не могли одновременно и мирно сосуществовать на одном материке. В обеих странах шла подготовка к будущей войне.

Первым действием Советского Союза для ограничения возможностей немцев, проживавших в стране, и обеспечения своей безопасности изнутри стала немецкая операция НКВД. 20 июля 1937 г. Сталин написал: «Всех немцев на наших военных, полувоенных и химических заводах, на электростанциях и строительствах, во всех областях всех арестовать» [11, с. 35]. Именно этот документ исследователи определяют, как начало проведения в стране так называемой немецкой операции.

Осуществление операции регламентировал оперативный приказ НКВД от 25 июля 1937 г. № 00439, в котором обосновывалось проведение таких действий государства: «Агентурными и следственными материалами последнего времени доказано, что германский Генеральный штаб и Гестапо в широких размерах организуют шпионскую и диверсионную работу на важнейших, и в первую очередь оборонных, предприятиях промышленности, используя для этой цели осевшие там кадры германских подданных.

Агентура из числа германских подданных, осуществляя уже сейчас вредительские и диверсионные акты, главное внимание уделяет организации диверсионных действий на период войны и в этих целях подготавливает кадры диверсантов» [12, с. 348].

На основании приказа начались аресты германских подданных, работавших на заводах СССР. В дальнейшем под его юрисдикцию попали все немцы страны, так как основной целью стала ликвидация потенциальной «пятой колонны». В феврале 1938 г. было решено «подвергнуть аресту всех подозреваемых в шпионской, диверсионной и иной антисоветской деятельности немцев, состоящих в советском государстве». В результате аресту подлежали бывшие германские военнопленные, по- литэмигранты, перебежчики из Германии, «контрреволюционный актив» немецких национальных районов [11, с. 52, 54].

На территории Красноярского края проживали практически все объекты немецкой операции. По результатам изучения уголовных дел архива УФСБ России по Красноярскому краю установлено, что в течение 1937–1938 гг. были арестованы 410 немцев, из них к высшей мере наказания (ВМН) приговорены 206 человек [13]. Такое расхождение в числе арестов и приговоров к ВМН связано с тем, что под действие немецкой операции попадали не только немцы по национальности, но и все, кто был связан с Германией, имел немецкие корни и связи с немцами.

Немецкая операция НКВД была завершена в ноябре 1938 г. За время ее реализации на территории Красноярского края было привлечено более 10 % от немецкого населения региона, зафиксированного результатами переписи 1939 г., – 3962 немца. По данным, приведенным Н. Охотиным и А. Рогинским, 10 % являются существенным показателем и превышают показатели в регионах с более компактным проживанием немцев, например Омская область, или непосредственно АССР немцев Поволжья [11, с. 68]. Таким образом, это подчеркивает сложность управления дисперсно расселенным населением, которое меньше поддается контролю и воздействию государственной системы, и, соответственно, в период внешней угрозы представляет наибольшую опасность.

Следующим серьезным шагом в отношении немецкого населения, непосредственно связанного с Красноярским краем, стала депортация немцев из Поволжья и Ленинградской области.

26 августа 1941 г. СНК СССР и ЦК ВКП(б) приняли постановление «О переселении немцев из Республики немцев Поволжья, Саратовской и Сталинградской областей», в котором установили основные положения операции: места расселения, руководство, размер имущества, разрешенного брать с собой, и т.д. 28 августа 1941 г. был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья» [14, с. 159].

В соответствии с этими документами в Красноярский край было переселено более 77 тысяч человек, которых расселили в 42 районах края, не более 2–3 тысяч в один район [15]. Таким образом, даже при массовом переселении немцев компактных поселений на территории региона не возникло. На этом этапе реализации национальной политики в отношении немецкого населения основной задачей было удаление его от линии фронта, чтобы ликвидировать любые возможности опоры на него Третьего Рейха. Причин депортации следует выделить несколько, в том числе и экономические, связанные с развитием Сибири, но в отношении немецкого населения политический фактор был превалирующим.

Немцы Поволжья за годы войны были не единственными переселенцами. В 1942 г. в регион прибыло 18895 немцев из Ленинградской области и 12632 чел. из сопредельных с ней областей [16, с. 340].

С 1944 г. в Красноярский край направляли и представителей особой категории – «фольксдойче». Так определяли бывших советских граждан – этнических немцев, принявших гражданство Германии. Всего в Советском Союзе было выявлено 2000 человек, которые в соответствии с Указанием НКВД СССР от 7 января 1944 г. были размещены в Красноярском регионе. В 1945 г. в Красноярский край было выселено 3200 репатриантов [17]. При этом в годы войны происходил не только приток, но и отток немцев из региона, в связи с мобилизаций в рабочие колонны мужчин от 15 до 55 лет и женщин от 16 до 45 лет [18, 350–354]. Таким образом, в связи с принудительными миграциями численность и состав немецкого населения регулярно изменялся, но немцы Поволжья составляли численное большинство.

Руководство СССР при переселении немцев рассчитывало заселить сибирские территории и избавиться от «опасного» контингента вблизи фронтовой полосы. При этом цели поставить переселенцев на грань жизни и смерти не было. Нормативно-правовые акты официально не вносили в жизнь депортированных серьезные экономические проблемы, но военное положение и трудности на местах создали такие условия.

Сразу после переселения на новые территории официально немцы обладали всеми правами свободных граждан. Никаких нормативных актов, вводящих какие-либо ограничения, в 1941 г. и в 1942 г. принято не было. Некоторые немцы не хотели жить в тех районах, куда их переселили, поэтому в первое время они самовольно переезжали из одной местности в другую. Так, в город Канск приехали 146 человек, хотя туда их планово не должны были селить [19]. Но местным властям это было очень неудобно, так как ослабляло возможности контроля, поэтому для предотвращения таких перемещений были приняты административные меры.

К началу 1945 г. поражение Германии было делом времени, поэтому опасение возможного предательства немцами потеряло свою актуальность. Но снятия всех ограничений с немецкого населения привело бы к возвращению большого количества людей в Поволжье и оттоку рабочей силы из Сибири. Экономически такие действия были невыгодны, поэтому СНК 8 января 1945 г. принял Постановление «О правовом положении спецпереселенцев». По этому документу выселенцы получили все права граждан СССР, кроме возможности «без разрешения коменданта спецкомендатуры НКВД отлучаться за пределы района расселения, а главы семей обязаны в трехдневный срок сообщить в спецкомендатуру НКВД о всех изменениях, произошедших в составе семьи (рождение ребенка, смерть члена семьи, побег и т.д.)» [20, с. 125–126]^.. Таким образом, правительство официально территориально закрепило народы, переселенные в годы войны. В данном случае оно действовало с точки зрения экономической эффективности, так как необходимость заселения восточных территории страны, развитие промышленности и сельского 181

хозяйства для послевоенного восстановления страны по-прежнему были актуальны. Но, помимо этого, была и идеологическая причина. Советский Союз одержал победу в Великой Отечественной войне, поэтому признать ошибки во внутренней политике не считалось необходимым. Для этого и был создан режим спецпоселения.

С 1943 г. немцы находились под постоянным надзором властей, были вынуждены по каждому поводу ходить в комендатуру, в некоторых случаях они не имели возможности воссоединиться со своей семьей, не всегда могли реализовать свои возможности. В течение первого и последнего года существования режим был несколько ослаблен, пик контроля и слежки приходился на вторую половину 1940-х гг., когда коменданту были подчинены все сферы жизни немецкого населения. Итогом спецпоселения стало сокращение численности на 19 %, распространение межнациональных браков и, как следствие, развитие ассимиляционных процессов.

С середины 1950-х гг. начался новый этап в национальной политике в отношении немецкого населения, который связан с постепенной реабилитацией, с одной стороны, с другой – с сохранением их на местах выселения и стимулированием ассимиляционных процессов.

В течение трех десятилетий советская власть приняла три указа [14, с. 177–179], которые были адресованы немецкому населению страны и определяли его положение:

• 1. 13 декабря 1955 г., в год 10-летия Победы в Великой Отечествен

• 2. 29 августа 1964 г. подписан Указ Президиума Верховного Совета

  СССР «О внесении изменений в Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 г. «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья»», который отменял Указ 1941 г., но по-прежнему запрещал возвращаться в Поволжье.

• 3.    Указ от 3 ноября 1972 г., приуроченный к 55-летию Великой Октябрьской социалистической революции, законодательно снимал ограничения в выборе места жительства.

ной войне, принят Указ Президиума Верховного Совета СССР «О снятии ограничений в правовом положении с немцев и членов их семей, находящихся на спецпоселении». Указ возвращал немцам право на свободу передвижения, но запрещал возвращаться на прежние места до выселения, а вместе с тем аннулировал необходимость компенсировать потерянное при переселении имущество.

За три десятилетия после смерти Сталина было принято 3 определяющих Указа, изменивших положение советских немцев, но не приведших к полной реабилитации. Каждый нормативный акт был адресован разным поколениям немецкого населения: в 1955 г. – всем, кто был депортирован в годы войны; в 1964 г. – детям военного времени, кто помнил свою Родину до переселения, находился в активном возрасте, готов был вернуться на прежнее место проживания, помнил националь- 182

ные традиции и устои; в 1972 г. – молодежи, родившейся в местах выселения, для которой уже эти места были Родиной, кто не искал путей вернуться в неизвестные им бывшие немецкие колонии, для кого инонациональная среда привычна и не враждебна. Такой подход определил характер этих указов, их реабилитирующую составляющую, но в рамках выбранного и утвержденного в Третьей программе партии курса на формирование единого советского народа [21, с. 225].

Все принятые указы имели реабилитирующий характер, но не давали немцам самого главного – территориальной автономии. Только проживая на национальной территории, они бы имели возможность полноценно сохранять свой язык и культуру. Но так как этот вопрос не был решен на протяжении десятилетий, многие немцы подавали ходатайство на выезд в Германию. Для сокращения числа таких обращений 26 июня 1974 г. было принято Постановление ЦК КПСС «О дальнейшем усилении политико-воспитательной работы среди граждан немецкой национальности» [22, с. 120–121]. 17 июля 1974 г. вышло Постановление крайкома КПСС «О мерах по улучшению работы среди граждан СССР немецкой национальности» [23].

В соответствии с Постановлением в каждом районе был проведен учет немцев. В своих отчетах руководители районов сообщали, что немцы устроены хорошо, дети учатся в общеобразовательных школах, трудоспособные работают, многие являются членами профсоюзов и партии, принимают активное участие в общественной жизни. С ними проводятся беседы, о них печатают в газетах и всячески поощряют за успехи в труде [24]. Так, в 1972 г. 15 % всех награжденных жителей края орденами и медалями были немцами, при этом по переписи 1970 г. они составляли не более 2 % населения Красноярского края. Немцы получили право свободно вступать в ряды партии, избираться в правительственные органы, увеличивалась подписка на газеты на немецком языке [25]. Это способствовало увеличению количества немцев в числе руководителей совхозов и колхозов. Так, в 1970-е гг. каждый 16-й руководитель совхоза был немцем (11 человек), а в 1989 г. – каждый 13-й, или 34 человека [26, с. 56]. Но такие меры только временно способствовали улучшению настроений советских немцев, а со второй половины 1980-х гг. начался новый всплеск национального самоопределения немецкого населения и как результат массовая эмиграция в Германию.

Заключение . Советская национальная политика в отношении дисперсно расселенных немцев на территории Красноярского края не была единообразной. В 1920 – первой половине 1930-х гг. она была направлена на развитие и поддержку их национально-культурных особенностей. С середины 1930-х гг. принимаемые нормативно-правовые акты были направлены на закрепление немцев на территории региона и носили ассимиляционный характер. Главными результатами такой политики следует считать утерю культуры и языка российских немцев, ко- 183

торые сохранили свою уникальность с середины XVIII в., так как носители этих знаний либо ассимилировались с русскими населением, либо эмигрировали в Германию. Таким образом, сохранение культуры дисперсно расселенным народом при репрессивной политике со стороны государства крайне осложнено и требует больших усилий со стороны самого народа.