Советская печать в системе осуществления общественного контроля над советской милицией в 1917-1930 гг.

XXI век по праву можно назвать веком господства информации. Сложно представить жизнь современного человека вне информационного пространства: телевидение, радиовещание и сеть Интернет прочно вошли во все сферы жизнедеятельности общества. Однако суть средств массовой информации давно вышла за грань информационно-развлекательного ресурса и перешла на новый уровень.

В ст. 8 федерального закона «Об основах общественного контроля в Российской Федерации» говорится следующее: «Субъекты общественного контроля по запросам средств массовой информации обязаны предоставлять информацию, предусмотренную законодательством Российской Федерации об общественном контроле» [1]. В связи с чем возникает вопрос - являются средства массовой информации субъектами общественного контроля или представляют собой средство его осуществления?

Для того чтобы разобраться в этом вопросе, необходимо обратиться к историческому опыту, а именно к выявлению роли советской печати в контроле общества над милицией в 1917-1930 гг.

В обозначенный период большое внимание уделялось советской печати как средству укрепления советской власти. В Декрете «О печати» от 27 октября (9 ноября) 1917 г. говорилось следующее: «В тяжкий решительный час переворота и дней, непосредственно за ним следующих, Временный революционный комитет вынужден был предпринять целый ряд мер против контрреволюционной печати разных оттенков. <...> Как только новый порядок упрочится, - всякие административные воздействия на печать будут прекращены, для нее будет установлена полная свобода в пределах ответственности перед судом, согласно самому широкому и прогрессивному в этом отношении закону» [2].

На основании сказанного выше, а также по результатам анализа периодической печати, относящейся к деятельности органов внутренних дел, за 1917-1918 гг. можем сделать вывод о том, что статьи в данных изданиях носили исключительно информационный и пропагандистский характер. По содержанию все статьи можно разделить на две категории:

• 1.    Нормативно-правовые акты, регламентирующие деятельность НКВД и милиции (как, например, статья «Инструкция милиционерам всенародной милиции» [3, с. 15]).

• 2.    Статьи о милиции. Например, статья «Из кого должна состоять милиция»: «Первым основным условием народной советской милиции должно быть, чтобы все начальствующие лица состояли из честных, исключительно преданных советской власти товарищей (преимущественно большевиков). Никаких отступлений в этом случае не должно делаться. Только при таком условии милиция явится испытанной рабоче-крестьянской охраной. На это Советы на местах должны

обратить самое серьезное внимание. Нижние чины милиции должны также подбираться исключительно из сторонников советской власти. Все остальные элементы подлежат безусловному устранению» [4, с. 11].

В период с 1920 по 1924 г. характер статей в периодической печати меняется. При сохранении элементов пропаганды советской власти статьи из чисто просветительских стали превращаться в отчетные, о чем свидетельствуют следующие заголовки: «Милиция на шестом году жизни» [5, с. 6], «Седьмая годовщина и задачи милиции» [6, с. 3], «Задачи и работа милиции за истекший пятилетний период ее существования» [7, с. 12].

Самый большой интерес для изучения роли советской печати в народном контроле над милицией представляет период с 1925 по 1930 г. Именно в это время деятельность милиции освещалась не только в ведомственных печатных изданиях, но и во многих центральных и местных газетах. В таких статьях рассказывалось о различных случаях нарушения милиционерами служебной дисциплины и законности, например:

• 1.    Превышение власти. «Наша газета» (Воронеж) пишет: «Милиционер отбирает самогон и потом распивает его с представителями сельсовета и комвзаимопомощи» [8, с. 75].

• 2.    Пьянство. В газете «Набат» (Азов) говорят: «В театр явился милиционер К., вдребезги пьяный, и стал устраивать скандалы, в результате чего вспыхнула драка между посетителями театра» [9].

• 3.    Грубость и хулиганство. В другой заметке газеты «Крестьянская правда» (Луганск) приводятся полицейские приемы волмилиционера с явными следами преступности: «Милиционер Т., напившись самогона, арестовывает одного из граждан села, пытавшегося указать на неправильные действия пьяного милиционера, садится на лошадь и тащит крестьянина за ворот шубы до волисполкома, избивая свою жертву револьвером и грозя “застрелить как собаку”» [10, с. 76].

• 4.    Волокита. В одной из заметок газеты «Луганская правда» местная милиция сравнивается с морем: «У последнего люди ждут не дождутся погоды, а от милиции не дождутся, чтобы она дала ход попавшему в руки делу» [11].

• 5.    Злоупотребление полномочиями. «Степной крестьянин» помещает такую заметку: «Милиционер Т. без всякого разрешения зашел в школу поселка У. и с “ученым видом” начал проверять письменные работы ребят. У первого же малыша “инспектор” нашел ошибку. Ученик написал “вчера”. Т. счел это ошибкой и принялся доказывать, что нужно писать “в'чера”» [12] и т. д.

Анализ газет и журналов данного периода также показал, что важную роль в общественном контролировании играли крестьянские письма и заметки селькоров. В статье «Еще о селькоровских и крестьянских письмах (Итоги расследования писем за 1-е полугодие 1926 г.)» утверждается следующее: «Работа с крестьянскими письмами помогает нам выявить уже совершившиеся преступления, воздать должное за их совершение, указывает на причины, их породившие, и на те профилактические меры, проведение которых в жизнь предупредит появление гнойников социального порядка и оздоровит организм низового советского аппарата» [13, с. 38].

Необходимо отметить также повышение уровня гражданской активности: «Если в 1924 г., при начале работы, поступила 731 заметка, в 1925 г. – 2 373, то уже за указанный период текущего года количество поступлений увеличилось до 2 998 заметок» [14]. Причем если статьи центральных и местных газет служили лишь способом привлечения внимания к проблеме, то данные материалы становились основой для расследований преступлений и иных правонарушений, совершаемых сотрудниками милиции всех уровней (табл. 1).

Таблица 1 – Сводка расследований по крестьянским письмам (за 1925 и 1-е полугодие 1926 г.) [15, с. 17; 16, с. 38]

Подводя итоги исследования, делаем вывод о том, что советская печать не являлась субъектом контроля общества над милицией, поскольку:

• 1)    находясь под действием Декрета «О печати», газеты и журналы долгое время были значительно ограничены в своей свободе, выступая лишь средством идеологической пропаганды и правового просвещения;

• 2)    даже в период с 1925 по 1930 г. в газетах и журналах печатались статьи по письмам читателей, из чего можно сделать вывод, что субъектами контроля являлись сами граждане, а издания играли лишь роль посредника.

Однако, несмотря на данные доводы, анализ статей периодических изданий показывает, что:

• 1.    В работе «Еще о селькоровских и крестьянских письмах (Итоги расследования писем за 1-е полугодие 1926 г.)» указывается следующее: «При Народном комиссариате внутренних дел существует Бюро расследований по крестьянским письмам и заметкам селькоров. Источником, откуда черпается материал для расследования, является главным образом “Крестьянская газета”, с которой Бюро тесно связано как формально, так и организационно» [17, с. 37].

• 2.    В статье «Крестьянские письма о борьбе с конокрадством» утверждается: «Из возрастающей массы крестьянских писем и жалоб, продолжающих поступать в центральные и местные органы печати и в прокуратуру, значительная часть их касается борьбы с конокрадством и скотокрадством» [18, с. 15].

Основываясь на данных фактах, делаем вывод, что непосредственную подготовку печатного материала, а именно поиск, анализ и обобщение тех же крестьянских писем, а также проведение собственных журналистских расследований, осуществляли именно органы советской печати, что позволяет отнести советские газеты и журналы к субъектам осуществления общественного контроля.

Ссылки:

• 1.    Об основах общественного контроля в Российской Федерации [Электронный ресурс] : федер. закон от 21.07.2014 № 212-ФЗ. Доступ из информ.-правовой системы «Гарант».

• 2.    Декрет о печати от 27.10.1917 [Электронный ресурс]. URL: http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/DEKRET/press.htm (дата обращения: 20.03.2016).

• 3.    Вестник Комиссариата внутренних дел. 1917. № 5.

• 4.    Там же. № 11.

• 5.    Рабоче-крестьянская милиция. 1923. № 1.

• 6.   Там же. 1924. № 1.

• 7.   Там же. 1923. № 1. С. 12.

• 8.    Административный вестник. 1925. № 8.

• 9.   Там же.

• 10.  Там же. С. 76.

• 11. Там же.

• 12. Там же.

• 13.    Там же. 1926. № 7–8.

• 14. Там же.

• 15.    Там же. 1926. № 3.

• 16.    Там же. № 7–8. С. 38.

• 17. Там же. С. 37.

• 18. Там же. № 10.