Современный политико-правовой контекст института иностранного (международного) наблюдения за выборами

Введение .

Электоральное наблюдение представляет собой комплексный правовой институт, регламентация которого обеспечивается как в пространстве отдельно взятого государства, так и на международном уровне.

Доступ представителей иных политических единиц к оценке демократического механизма предопределяется необходимостью поддержания, открытого и дружественного международного диалога. В свою очередь, гармонизация правовых установлений в соответствии с ожиданиями оценивающей стороны является одним из наиболее доступных способов достижения консенсуса. Подобное взаимодействие порождает отдельный слой нормативных и методических документов, совокупно определяющий современный контекст функционирования системы иностранного (международного) наблюдения.

Собственно, институциональное воплощение механизмов легитимации является базовым индикатором общественного развития. Предполагается, что в реалиях XXI в. государства преодолевают рубеж декларативного признания и создают эффективные инструменты политического управления, основанные на принципах гуманизма, транспарентности, публичной этики и т.п. Такие условия вовсе не являются абстракцией, но буквально составляют международный стандарт «Благого управления» (от англ. «Good Governance»). Изначально закрепленная в актах ООН, концепция получает более детальное выражение на региональном уровне. К примеру, в документах Совета Европы указанные принципы связываются с положением об организации свободных и честных выборов [1]. Впрочем, подобная интерпретация не является эксклюзивной и получает последующее широкое распространение. В своем исследовании, посвященному анализу электорального опыта Индии и Пакистана, авторский коллектив под руководством С.А. Аршада придерживается тезиса о том, что институт наблюдения на выборах является основой для формирования вышеозначенных элементов, характеризующих качество публичного управления в государстве [2, p. 3728].

Стоит отметить, что оценка качества электоральных механизмов основывается на существующих «избирательных стандартах», производных от фундаментальных в своей значимости источников международного права. Вопреки ожиданиям, подобный базис не приводит к созданию единой организационно-правовой материи. Не в последнюю очередь это связано с попыткой стандартизации дефиниций, имеющих особое аксиологическое позиционирование в глазах отдельных государств («выборы», «демократия», «права человека» и т.п.).

В свою очередь, локальное в масштабе мировых процессов направление «наблюдения за выборами» неизменно приводит к столкновению интересов задействованных сторон. Как следствие, расширение коммуникативных связей приводит к увеличению числа потенциально конфликтных ситуаций, что и предполагает определенное переосмысление роли международных наблюдателей на современном этапе общественного развития.

Обсуждение . Результаты .

Признавая функциональную значимость института международного наблюдения за выборами, необходимо отметить, что деятельность самих миссий нередко отождествляется с вмешательством во внутренние дела государства. На практике, грань между квалифицированным и ангажированным результатом наблюдения является довольно условной. Как следствие, публичное исследование наблюдателем национального механизма ротации власти может привести к злоупотреблению своим положением «амбасса-дора» демократических начал.

Исходя из сложившейся практики, деятельность наблюдателей предполагает здравую критику, необходимую для совершенствования политической системы государства. Закономерно, что в зарубежной научной среде популярным становится нарратив об априори положительной оценке данных миссий. Представляется, что подобное видение позволяет исследовать вопрос лишь с перспективы одной точки зрения. Редкий пример альтернативного подхода упоминается в работе С. Парк, согласно выводам которого, система международного наблюдения сталкивается с рядом факторов ограничительного характера. Так, даже высококвалифицированные или заслуживающие доверия субъекты внешнего контроля могут давать мягкие оценки из-за геополитического давления со стороны государств-доноров.

Другими проблемами становятся недостаток ресурсов, объема знаний, языковой барьер и поверхностное понимание специфики политической организации конкретных стран. Такие пробелы способны приводить к делегитимации иностранных субъектов в глазах населения проверяемой страны [3, p. 998].

В контексте последующего анализа данной темы, небезынтересным видится научная позиция отдельных ученых, согласно которой институт иностранного (международного) наблюдения неразрывно связан с «экспортируемой» западными государствами системой ценностей. Сопутствующие принципы проведения «заслуживающих доверия выборов» позволяют поддерживать политические контакты, прежде всего именно с этими странами [4, p. 50–51].

Истоки электорального правопонимания крайне важны для выявления причин современного сегментированного подхода к определению ключевых дефиниций и институтов. Будучи основанным на опыте конкретных стран, составляющих однородное геополитическое пространство, данный формат укореняется в качестве международного ориентира.

В наднациональном измерении подобное конструирование правовых принципов вовсе не является нетипичным. В частности, автор настоящего исследования разделяет точку зрения М. Хакими и Дж.К. Когана, согласно которой международное право не может существовать в отрыве от действий национальных властей и не должно восприниматься как антитеза государственной воле [5, p. 282–283].

Между тем, применительно к адаптации опыта конкретных стран, следует учитывать, что электоральные отношения содержат в себе политический элемент, целесообразность воздействия на который и является тем самым камнем преткновения в достижении глобального консенсуса. В исторической перспективе сложившаяся си

стема электорального мониторинга тесно связана с успешной практикой адаптации европейским регионом универсальных актов, направленных на борьбу с неравенством и дискриминацией. Фактор первенства играет исключительно важную роль, поскольку он предопределяет монополию на созидание политических, социальных и правовых столпов – идею, старательно поддерживаемую самими европейскими учреждениями.

В своем исследовании Р. Дэндой и Х. Гальеги-льос отмечают, что ОБСЕ и ЕС занимают лидирующие позиции в мире среди всех организаций, способствующих проведению миссий международного наблюдения. При этом, в период 1993– 2022 гг. общий процент проводимых миссий наблюдений в странах Европы составил всего 8.12 %. В основной массе, контрольные мероприятия проводились в регионах Африки, Америки и Азии [6].

В этом контексте, следует отметить, что современными примерами внешнего мониторинга являются миссии наблюдения в Эквадоре, Гайане, Малави, Боливии, Бангладеше и Перу (2025– 2026 гг.).

Юридическая обоснованность организации подобных миссией представляет собой отдельный вопрос. Формально речь идет о направлении проверяемым государством официального приглашения.

Между тем, сохраняющаяся практика легитимации правительств и отдельные эпизоды, подобные военному воздействию на Венесуэлу в 2026 г., предопределяют необходимость поддержания безопасной модели межгосударственной интеракции, что следует принимать во внимание при разговоре о свободном выборе пула международных наблюдателей.

Отождествление прав человека с практикой конкретных региональных институтов приводит к созданию формулы: «следование европейским стандартам – следование самой демократии». Примечательно, что на фоне появления в 2000-х гг. новых альтернативных подходов к правовому регулированию избирательных стандартов (инициативы СНГ и АОВСЕ), Советом Европы была определена цель по организации кодификационной работы избирательных правил на правах «хранителя демократии в Европейском регионе» [7].

Безусловно, опыт европейских организаций по означенному направлению не является эксклюзивным. Актуальная электоральная практика основывается, прежде всего, на факторе регионального участия. К примеру, для СНГ исторической вехой в вопросе гармонизации электоральных предписаний стало принятие в 2002 г. Конвенции о стандартах демократических выборов, избирательных прав и свобод в государствах-участниках СНГ, а также Рекомендаций для международных наблюдателей СНГ по наблюдению за выборами, актуальная версия которых изложена в новой редакции от 05.12.2022 г. Отмеченное свидетельствует о стремлении государств-участников СНГ определить границы собственного суверенитета, где влияние актов Совета Европы, ОБСЕ и ЕС не носило бы определяющий характер. Постепенно опыт региона стал более комплексным и сегодня институт электорального наблюдения более детально раскрывается в отдельных Модельных законодательных актах СНГ.

Локализация института наблюдения обладает своими недостатками и сужает пространство международного сотрудничества. Но, как было отмечено ранее, невозможно полностью исключать политический фактор, а именно сохраняющиеся противоречия в дипломатическом диалоге между представителями СНГ и западными странами. С точки зрения европейских институтов, взаимная замкнутая оценка электорального потенциала является примером неэффективного мониторинга. Однако, как справедливо отмечает Н.Н. Новик, в ходе прошедших в России президентских выборов 2024 г. государство выполнило свои обязательства по приглашению наблюдателей. В итоге данный электоральный процесс контролировался представителями 129 стран, что едва ли позволяет говорить об отсутствии транспарентности [8].

Определенной попыткой преодоления регионального фактора следует считать увеличение числа специализированных международных неправительственных организаций. Применительно к сфере избирательного процесса таковыми учреждениями являются Международный фонд избирательных систем (IFES), Международная организация по мониторингу демократии (DPI), Азиатское сообщество за свободные выборы (ANFREL), Сообщество наблюдателей за выборами Западной Африки (WAEON), Ассоциация женщин-судей избирательных органов стран Америки (AMEA) и т.п. К сожалению, увеличение числа контролирующих субъектов, в данном случае, создает осложнения иного типа. Так, традиционно важным считается вопрос о легитимности издаваемых решений, поскольку деятельность неправительственных организаций сталкивается с проблемами эффективного контроля. Так или иначе, по состоянию на сегодняшний день, такие структуры становятся силой, которую необходимо принимать во внимание. Наибольшая сложность заключается в практике одностороннего воздействия. Как правило, не получив аккредитацию, наблюдатели от неправительственных организаций оставляют за собой право интерпретации результатов, порой не ограничиваясь только электоральными рамками. Подобная политика едва ли способствует гармоничной интеракции сторон.

Несмотря на универсальный характер означенной проблемы, государства ограничены в возможных рычагах давления, фактически имея возможность лишь установить «фильтр» учреждений, с которыми функционально возможно построить эффективный диалог. Отсутствие должного механизма сдерживания предопределяется самой природой свободы выбора в системе межгосударственного взаимодействия, однако, отсутствие ограничений в равной степени ведет к усилению негласного мировоззренческого противостояния между регионами и к дальнейшей сегментации международного пространства. В конечном счете проблема выходит далеко за рамки собственно электоральных отношений.

Заключение .

Сложившийся дисбаланс наднациональных механизмов в пользу т. н. «стран западной демократии» определяет те проблемы, с которыми сегодня сталкивается институт иностранного (международного) наблюдения.

Исследуя особенности эволюции мониторинговых механизмов, Н.В. Гришин и А.М. Линдерс отмечают, что, будучи в целом востребованным на международной арене для реалий XXI в. подобный формат не смог в полной мере зарекомендовать себя как эффективный способ по осуществлению демократического транзита. Причинами этого являются не только естественная динамика институционального развития, но также и различный объем задач, который был возложен на наблюдательские миссии в различные исторические периоды. Другими словами, возможности контролирующих субъектов не всегда успевают за прогрессивным развитием современной парадигмы общественных отношений [9, c. 133–134].

Немаловажным обстоятельством является также тот факт, что предлагаемые в настоящее время критерии оценки международного наблюдения за ходом избирательного процесса предопределяют содержательную сторону возникшего кризиса доверия к действующему институту международного доверия, в его «западном» оформлении.

В условиях высокой геополитической конкуренции и одновременного усиления национального самосознания, сопряженного с нарождающейся демократией в странах различных регионов мира, западная модель несомненной политизации института международного наблюдения за проводимыми выборами корреспондирует альтернативному подходу к организации наблюдения за волеизъявлением электората, утрачивая при этом свою прежнюю привлекательность для государств, уверенно идущих по пути укрепления институтов демократии и достижения подлинного верховенства права. Свидетельством тому может служить формирование вариативных транснациональных связей по вопросу организации процесса электорального мониторинга, в т.ч. с привлечением негосударственных акторов.

Характеризуя институт электорального наблюдения, необходимо учитывать также то обстоятельство, что несмотря на продолжающуюся дискуссию представителей научного и экспертного сообщества, в части выдвижения полярных суждений о беспристрастности производимой международными наблюдателями оценки за ходом избирательных кампаний, в действительности речь идет о наблюдении за выборами как важном инструменте легитимации власти, концептуально связанным с действием международных правовых избирательных стандартах.

В контексте стремления различных государств к соблюдению общепринятых универсальных подходов к организации избирательного процесса и обеспечению подлинной легитимации избираемых властных структур, в настоящее время про- сматривается тенденция к сохранению международной коммуникации в ее электоральном измерении, не противоречащей новым формирующимся моделям организации международного наблюдения за выборами на локальном уровне и в виде отдельных региональных объединений, примером которых может служить такая региональная международная организация как СНГ. Таким образом, отмеченная тенденция регионального обособления в решении проблемы электорального наблюдения свидетельствует о несомненной гибкости института международного наблюдения за выборами и его новых горизонтах своего развития.