Связь архаичных методов конструирования в гончарстве и строительстве Центральной Азии

Изучение архаичных методов конструирования в современном гончарстве, к которым относятся различные приемы налепочной техники, помогает идентифицировать их в археологической керамике, а сопоставление с другими навыками работы с глиной может дать дополнительную информацию о происхождении технологии изготовления керамических изделий. Связь технологий гончарства и строительства из глины была отмечена еще по самым ранним материалам Ближнего Востока [Vandiver, 1987]. Целью нашего исследования является попытка прояснить взаимосвязь между методами конструирования в гончарном производстве и наиболее архаичными строительными технологиями с применением глины. Южная часть Центральной Азии благодаря сочетанию существовавших в древности центров цивилизации и многочисленных горных систем, изолирующих общества, еще в ХХ в. представляла собой уникальную территорию, где можно было изучать гончарство от самых архаичных форм до применения высокоразвитой техники. На сегодняшний день домашнее производство сосудов, где могли использоваться архаичные методы конструирования, по-видимому, не сохранилось. Однако до сих пор остается возможность исследования этих методов при изучении технологии изготовления тандыров (Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан) или тануров/тонуров (Таджикистан), в которой представлены все стадии керамического производства за исключением намеренного обжига (кроме возможной сушки с помощью огня в зимний период и обжига внутренней поверхности перед установкой), и тарных сосудов (хумов), изредка изготавливаемых в тех же мастерских. Актуальным источником подобных сведений остается строительство из глины.

Материалы и методы исследования

Основной территорией для нашего исследования, проведенного в 2023 г., послужила Ферганская долина, ограниченная горными массивами Тянь-Шаня на севере и Гиссаро-Алая на юге и включающая Согдийскую обл. Таджикистана, Ферганскую Узбекистана, а также прилегающие районы Кыргызстана. Ее изолированность способствовала формированию благоприятных условий для жизни человека, благодаря чему долина была плотно заселена с древнейших времен [Артыкбаев, 2014; Ершов, 1960, с. 5–6]. Дополнительно нами исследованы сопредельные территории юга Казахстана (Туркестанская обл.) и Узбекистана (Самаркандская обл.).

Процесс изготовления тандыров был изучен в мастерских, расположенных в Аштском, Исфарин-ском и Пенджикентском р-нах Согдийской обл. Таджикистана. Необходимо отметить, что большая часть гончаров этого региона своим происхождением связана с территорией Узбекистана (на востоке они были приезжими из г. Коканда Ферганской обл., на западе – корнями связаны с г. Бухара). В Узбекистане были изучены мастерские города гончаров Риштан и г. Самарканд. В Казахстане данные об изготовлении тандыров собраны в Сауранском р-не Туркестанской обл.

Материалы, связанные с архаичными строительными технологиями, получены преимущественно в населенных пунктах Аштского, Исфаринского, Бободжон-Гафуровского, Пенджикентского р-нов и в г. Истравшан Согдийской обл. Таджикистана; менее детально они изучены в Туркестанской обл. Казахстана, Ферганской Узбекистана и Баткентской Кыргызстана.

Основными методами исследования было анкетирование, фото- и видеофиксация материала.

Методы конструирования при изготовлении тандыров

В Центральной Азии производство керамики, куда можно включить и изготовление тандыров, с конца XVIII в. и вплоть до настоящего времени традиционно делится на более высокоразвитое мужское и архаичное женское [Додхудоева, 2021, с. 273], не нацеленное на продажу. Женщины изготавливали в домашних условиях лепные сосуды без использования гончарного круга. Архаичным женским гончарством начали интересоваться с 1920-х гг. Основные исследования проводились в первой половине XX в. в западной части Каратегина, Зеравшанского и Гис-сарского хребтов Таджикистана [Пещерева, 1929, 1959, с. 3–4; 1976] и в долине Хуф в Припамирье, где были изучены сосуды из глины и овечьего навоза [Андреев, 1966, 2020; Григорьев, 1931; Пещерева, 1959, с. 45, 76]. Конструирование сосудов происходило следующим образом: гончарица клала кусок глины на камень, формовала из него днище и нижнюю часть стенки; из следующего комка на другом камне она раскатывала глину в тонкий валик, на-лепливала его на край заготовки и расплющивала в ленту; жгуты накладывались по спирали или по кругу [Пещерева, 1929, 1959, с. 25–38; Андреев, 2020, с. 349]. Приемы изготовления тандыров не привлекли особенного внимания исследователей, изучался только способ их использования для выпечки лепешек и обогрева помещения [Писарчик, 1982; Gur-Arieh et al., 2013]. В настоящее время этот сохранившийся источник вызывает особый интерес [Петрова, 2024; Рахимжанова, Аккошкарова, в печати].

В ходе наших исследований было выявлено несколько способов конструирования тандыров с помощью лоскутов и жгутов.

Конструирование тандыра из лоскутов в яме зафиксировано в Туркестанской обл. Республики Казахстан (пос. Теке, села Старый Икан, Жуйнек, Шорнак и Аша). В предварительно заготовленную яму округлой формы от дна до дневной поверхности крест на крест укладываются два ремня из грубой ткани (рис. 1, 1 ). Затем в яму спускается мастер. Тандыр делается в перевернутом виде: на дно ямы посередине кладут пластмассовое или железное кольцо, вокруг которого формируется венчик. Глиняные строительные элементы – лепешки-лоскуты толщиной 4–5 см аморфной или овальной формы 15 × 20 см. Сначала мастер закрепляет положение ремней, наложив на четыре стороны по одному лоскуту, далее лоскуты выкладываются рядами по кольцу внахлест (рис. 1, 2 ). Нижняя часть тандыра, выступающая за пределы ямы, делается из жгута шириной 7–8 см и толщиной 5–6 см (рис. 1, 3 ). После сушки (неделю под тканью или без нее) готовое изделие с помощью ремней вытаскивают на поверхность. Таким способом тандыры изготавливают как мужчины, так и женщины. При этом важно отметить, что гончары получили свои знания от гончариц. Ранее такие тандыры делали только женщины для нужд семьи, а мужчины помогали при подъеме, но при изготовлении на продажу они стали участвовать в конструировании.

Конструирование тандыра с помощью двуслойных лоскутов отмечено в Пенджикентском р-не Согдийской обл. Таджикистана, а также в Самаркандской и Бухарской областях Узбекистана в среде гончаров-мужчин. После перемешивания формовочной массы ее лопатой разделяют на отдельные порции – заготовки-комки размером с совковую лопату (рис. 2, 1 ). Их оставляют сохнуть под тканью, потом под полиэтиленом на сутки (рис. 2, 2 ). Затем шесть-семь комков глины на площадке объединяют в одну двуслойную

Рис. 1. Изготовление тандыра в яме с помощью лоскутного налепа. Мастер Шаукет Исаев, с. Жуйнек (Казахстан). Фото С. Рахимжановой .

Рис. 2 . Изготовление тандыра с помощью двуслойного лоскутного налепа. Фото Н. Петровой, Ж. Аккошкаровой .

1 , 2 , 4 – мастер Имамагди Ашуров, киш. Деваштич (Таджикистан); 3 , 5 – мастер Самариддин Исаков, г. Самарканд (Узбекистан).

Рис. 3. Изготовление тандыра с помощью жгутов небольшого диаметра. Мастер Улгай Дадаханова, с. Ибата. Фото С. Рахимжановой, Ж. Аккошкаровой .

ленту (рис. 2, 3 ) и уплощают ногами (рис. 2, 4 ). Эта лента используется для создания нижней части тандыра. Для подъема в вертикальное положение ее наматывают на большую деревянную катушку (рис. 2, 5 ). Верхнюю, более узкую, часть тандыра делают из отрезанных от большой ленты кусков, которые соединяют между собой во время наращивания на нижнюю ленту. Затем тандыр подвергается длительному выбиванию. Для создания горловины делают небольшой жгут в руках.

Конструирование тандыра с помощью жгутов небольшого диаметра отмечено в с. Ибата (Новый Икан) Туркестанской обл. Казахстана. Жгуты длиной до 0,5 м и диаметром 7–8 см навивались гончарицей по кольцевой траектории на тканевой подкладке, лежащей на земле (рис. 3, 1). Кольца укладывались встык. Через каждые два ряда жгутов гончарица давала им время немного подсохнуть, затем начинала налепливать следующие два. Тандыр состоит из 16 колец жгутов, соединенных по два (рис. 3, 2).

Конструирование тандыра с помощью жгутов большого диаметра – наиболее распространенный метод. Он отмечен в Аштском (киш. Узбек-окджар) и Исфаринском (г. Исфара, киш. Ворух) р-нах Согдийской обл. Таджикистана, в городах Риштан и Коканд Ферганской обл. Узбекистана, а также в г. Туркестан в Казахстане. Необходимо отметить, что в этих же мастерских по такой же технологии могли делать хумы. Конструирование выглядит следующим образом. Большой ком формовочной массы на столе раскатывают в жгут диаметром 15 см, длина которого определяется размером стола (рис. 4, 1 ). На место дальнейшей работы его переносят с помощью доски, отделяемой от стола. Жгут кладут на специально подготовленную площадку (иногда на полу имелись очерченные шаблоны), где ногами придают ему форму прямой или изогнутой ленты для нижней и верхней частей тандыра соответственно. Сначала уплощают середину, потом края (рис. 4, 2 ). Ширина ленты составляет от 15 до 30 см. Толщина нижней ленты уменьшается к будущему верхнему краю с 3 до 2 см, а у средней она одинаковая – 2 см. Из этих лент после некоторого высыхания создают тулово тандыра, которое несколько человек устанавливают вертикально, выбивают. Примерно

Рис. 4. Изготовление тандыров с помощью жгутов большого диаметра. Фото Н. Петровой .

1–3 – мастер Иномжон Мансуров, г. Исфара (Таджикистан); 4 – мастер Мирзохид Ахмадалиев, киш. Узбек-окджар (Узбекистан).

через два часа к нижней части встык присоединяют верхнюю ленту и также подвергают выбиванию (рис. 4, 3 ). Венчик делают из дополнительного жгута (рис. 4, 4 ).

Методы конструирования из глины в архаичных строительных технологиях

Традиционные строительные технологии с использованием глины (пахса, кулох и сырцовый или саманный кирпич) попали в поле зрения исследователей во второй половине ХХ в. Все эти архаичные способы строительства помещений и оград из указанных материалов были нами изучены.

Пахса. Обычно авторы описывают ее как битую глину, применяемую в основном для строительства оград [Воронина, 1975, с. 138; 1982; Давыдов, 1973, с. 11; Ершов, 1960, с. 12; Жилина, 1968, с. 83; 1982, с. 157]. Для Таджикистана отмечается, что пахса укладывается толстыми, высотой ок. 1 м, слоями с разделением на блоки. Вышележащий ряд связывают с предыдущим таким образом, чтобы швы между блоками не совпадали [Giyasov, Barotov, Naimov, 2019]. В Южном Таджикистане стены толщиной 35–60 см возводятся из пахсы с легким наклоном внешних поверхностей. Внутри и по лицевому фасаду обычна глиняно-саманная штукатурка. Крышей служат тростник и камыш, достаточно влагонепроницаемые и часто не обмазанные глиной [Воронина, 1975, с. 138]. В Туркмении стена возводилась под небольшим наклоном и в основании имела толщину 90 см, а у верхнего края – 40 см. Число слоев пахсы при высоте 70 см в стенах одноэтажных домов ограничивается четырьмя–шестью, в двухэтажных – семью-восемью [Демидов, 2016, с. 234].

К сожалению, из приведенных описаний не вполне ясен механизм укладки глины, что и послужило для нас поводом разобраться в этом вопросе. В настоящее время данная технология, видимо, не используется и всем существующим строениям не один десяток лет. Мы их зафиксировали в г. Исфара, кишлаках Ворух и Деваштич. Судя по изученным данным, техника включает большое количество вариантов, объединяемых использованием невысушенной глины для создания элементов, из которых возводятся стены. Подобные комья укладываются либо на предварительно подготовленный фундамент из камня, либо прямо на землю. Выделяются два их вида: удлиненные подпрямоугольной формы и кубические в виде блоков. Всего зафиксировано три способа укладки пахсы.

Первый: удлиненные глиняные комья, размер которых определялся возможностью взять материал в обе руки за один раз (высота комьев варьирует от 10 до 15 см), выкладывали друг за другом по горизонтали, до четырех рядов по ширине стены. Таким образом получали линию («курс») на всю ее длину. Чем выше, тем количество комьев по ширине стены становилось меньше (рис. 5, 1 , 2 ).

Второй способ: из глиняных комьев, размер которых определяется объемом, помещающимся в специальную небольшую лопатку, в два или более слоев складываются блоки высотой от 30 до 100 см (в зависимости от местности) и длиной до 50 см. Из них формируется один горизонтальный «курс» длиной во всю стену. Такие «курсы» укладывают в течение примерно одних-двух суток в зависимости от размера строения. Затем их заглаживают руками (часто на поверхности видны линии, оставленные пальцами) и подравнивают лопатой (срезается лишняя глина), после чего оставляют высыхать на сутки. Затем начинают укладывать следующий, немного более узкий «курс» и т.д.

Рис. 5. Стены из пахсы, возведенные разными способами. Таджикистан. Фото Н. Петровой .

1 , 3 , 4 – киш. Деваштич, 2 – г. Исфара.

Количество рядов по горизонтали уменьшается кверху, доходя до двух, что видно в вертикальном срезе стены: внизу ее ширина примерно 60 см, а вверху – 30–40 см. Впоследствии такая стена может быть разделена горизонтальными трещинами между «курсами» и вертикальными между блоками. По вертикали связь между комьями более прочная, чем по горизонтали, т.к. они соединяются влажными, а «курсы» укладываются друг на друга после некоторой просушки. Это создает ложный эффект изготовления блоков в форме. Но в разрезе стены видно, что она состоит из слоев комьев. Также на внешней поверхности стены вертикальные трещины между блоками, состоящими из комьев, не будут ровными (рис. 5, 4 ).

Третий способ – изготовление глиняных блоков из влажной глины путем ее укладки в деревянные формы различного размера. В разрезе стены в этом случае наблюдается однородная структура без деления на элементы. Внешняя поверхность блоков и трещины между ними ровные (рис. 5, 3 ).

Кулох. Термин «кулох» (или «кулюх», «кулюла», «гуваля», «гуала») подразумевает следующую технику: из густого раствора глины руками формуют комки продолговато-округлой формы, которые потом высушивают на солнце. В Узбекистане комки делаются меньших размеров и более овальные [Давыдов, 1973, с. 11; Ершов, 1960, с. 12].

Самое раннее свидетельство использования строительного материала кулох зафиксировано нами в крепости г. Худжанда, судя по найденным рядом фрагментам керамики, в слоях XVIII–XIX вв. (рис. 6, 6). Но, безусловно, техника строительства из кулоха существовала здесь и ранее. В современных стро- ениях (жилища и ограды) она представлена во многих кишлаках Северного Таджикистана, Ферганской обл. Узбекистана (г. Риштан) и в киш. Хаджаи-Аало Бат-кентской обл. Кыргызстана. Вероятно, эта техника распространена значительно шире и используется до сих пор. В киш. Ворух были встречены многочисленные заготовки кулоха (рис. 6, 4), которые делают всей семьей, поэтому они получаются разного размера. Комки сохнут около недели. В стене они скрепляются глиняным раствором. Дома из кулоха служат больше 100 лет, но их постоянно обмазывают глиной, часто в смеси с соломой. Обмазка подновляется каждые три-четыре года. Встречены выполненные в такой технике дома, ограды, печи и дымоотводы (рис. 6, 5). Кладка стены возможна в двух вариантах. В первом кулох укладывался в длинный ряд в два слоя чаще всего на фундамент из камня. Ширина стены примерно 40–50 см, внизу немного шире (рис. 6, 1, 2). Во втором варианте широкие деревянные балки отделяют этажи, а также устанавливаются вертикально, дополнительно внутри набиваются под наклоном более тонкие доски. Пространство между ними закладывается кулохом в один слой (рис. 6, 3).

Саманные кирпичи. Широкое распространение этого строительного материала в изучаемом регионе относится к середине XIX в. [Давыдов, 1973, с. 9], однако он был известен и раньше – по крайней мере с эпохи бронзы (т.е. с конца III тыс. до н.э.) [Жилина, 1968, с. 83; 1982, с. 157; Раззоков, 2016, с. 101–104; Giyasov, Barotov, Naimov, 2019]. Саманный кирпич повсеместно встречается на территории нашего обследования, в т.ч. он присутствует в исторических стенах Худжандской крепости, городищ древнего Пенджикента (VI – середина

Рис. 6. Техника строительства из кулоха (гуваля). Таджикистан. Фото Н. Петровой .

1 , 3 – 5 – киш. Ворух; 2 – киш. Пунук; 6 – Худжандская крепость.

VIII в.; рис. 7, 3 ), Джанкента (VI – начало XI в.), От-рара (первые века нашей эры – XVIII в.) и др. Встречается он и на многих других территориях: в Южном Таджикистане (например, в Бальджуванском р-не), повсеместно в Туркменистане (личные наблюдения Н.А. Дубовой) и Узбекистане (материалы авторов статьи). Размеры кирпичей в разные периоды времени и на разных территориях варьировали.

Мы наблюдали изготовление саманных кирпичей в г. Худжанде и в с. Теке. В первом случае порции достаточно жидкой глины лопатой укладывались в специальные формы в виде рамок размером 20 × 20 см и разравнивались руками. Затем форма убиралась, и изделие высыхало (рис. 7, 1). При создании стены саманные кирпичи скреплялись между собой глиняным раствором. В с. Теке для изготовления сырцовых кирпичей используют деревянную форму с металлическим дном, состоящую из трех отсеков. Ее размеры 30 × 15 × × 12 см. Саман так же, как и кулох, можно встретить уложенным между деревянными балками (рис. 7, 2).

Рис. 7. Строительство из саманного кирпича. Таджикистан. Фото Н. Петровой .

1 – г. Худжанд; 2 – киш. Пунук; 3 – городище древнего Пенджикента.

Обсуждение результатов исследования

В результате нашего исследования были зафиксированы четыре способа конструирования тандыров, основанные на использовании лоскутов и жгутов. Первый (наиболее архаичный) – укладывание лоскутов в яму, наблюдается комбинирование со жгутами. Этим способом тандыры делают как мужчины, так и женщины. Второй вариант – формовка глиняного пласта из двух рядов комьев с последующим уплощением и изготовлением ленты мужчинами-гончарами. Третий – изготовление тандыра гончарицей последовательно из относительно небольших по диаметру жгутов. Примечательно, что этот способ самый редкий и сходен с методом конструирования сосудов в женском гончарстве, зафиксированным на данной территории в первой половине ХХ в. Четвертый вариант (самый распространенный) – изготовление жгута большого диаметра и формовка из него ленты мужчинами-гончарами. Видимо, этот способ производный от предыдущего: две ленты из жгута обычно использовали для создания тулова, третьим элементом, из которого делали венчик, во всех случаях являлся жгут меньшего диаметра.

Выявленные архаичные строительные технологии представляют последовательный переход от использования невысушенных комьев глины к применению необожженных саманных кирпичей. По степени «архаичности» их можно распределить следующим образом: первый способ строительства из пахсы (укладка удлиненных невысушенных комков в длинный ряд несколькими слоями); второй вариант этой техники (укладка удлиненных невысушенных комков блоками в два или более слоев); укладка в один или два слоя высушенных комков – кулоха; метод забутовки глины в форму и строительство из саманных кирпичей – последняя стадия развития строительных элементов из необожженной глины.

Заключение

Технология строительства из пахсы, видимо, очень древняя, сохраняющая общие корни с многослойным лоскутным конструированием в гончарстве [Petrova et al., 2025]. Особенно отчетливо эта связь прослеживается при сравнении с технологией изготовления тандыров из лоскутов, слепленных между собой в два слоя и превращенных в ленту (часть сосуда), которая напоминает «курс» (ряд из глиняных элементов) при строительстве жилья (ограды). Способ изготовления тандыров с помощью жгутов небольшого диаметра, объединяемых в два слоя по высоте, с просушкой перед наращиванием следующих двух слоев также содержит идею «курсов» при строительстве из пахсы. Интересно, что в ряде случаев три элемента

(две ленты для тулова и венчик), из которых состоит тандыр, сделанный из лент, были названы гончарами первым, вторым и третьим этажами – явная отсылка к строительным технологиям.

На сопредельных территориях, расположенных в схожем климате, изготовлением тандыров с помощью лоскутов занимаются женщины, например, это зафиксировано на юго-востоке Турции [Tekin, 2022, res. 47; Şen, Karagel, 2017], в Сирии [Цетлин, 1997], Иордании [Ali, 2009] и в Индии [Холошин, Шарма, 2021]. Жгутовой налеп при производстве тандыров в Центральной Азии имеет различия по размерности, что, видимо, связано с мужским или женским гончарством. В Ферганской долине преобладает способ налепа из очень крупных жгутов, которые не под силу поднять одному человеку, – мужской вариант. Изготовление тандыров из жгутов меньшего диаметра явно восходит к женскому гончарству этого региона и встречается здесь редко. Но данный способ также отмечен на сопредельных территориях как в женском гончарстве (на юго-востоке Турции [Petrova, in press]), так и в мужском, например в Иране [Wulff, 1966, fig. 221, 222].

Изученные нами архаичные строительные технологии в некоторых вариациях распространены в различных районах южной части Центральной и Западной Азии, на Кавказе, Балканах и в Африке. Техника, похожая на применяемую при строительстве из пах-сы, известна в разных вариантах как «тауф» на арабском [Иванова, 1981; Prehistoric archaeology, 1983, fig. 86] или «чинех» на иранских языках [Watson, 1979, p. 119; Wulff, 1966, fig. 161].

Таким образом, можно заключить, что в сходных условиях сухого южного климата Ближнего Востока и Центральной Азии с древнейших времен были распространены примерно одинаковые архаичные технологии изготовления сосудов (и тандыров) и строительства зданий из глины. Если рассмотреть эту тему шире и изучить добавляемые в глину примеси, а также другие детали гончарной технологии, то можно будет выявить еще большее сходство. На основании вышесказанного можно сделать вывод о взаимосвязи между способами конструирования сосудов и жилищ из глины. Однако по мере развития гончарной технологии и появления новых методов в строительстве эта связь становится все менее очевидной.

Работа выполнена в рамках проекта «Изучение гончарства Южного Казахстана и сопредельных территорий (Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан): традиции и современность» (AP19678131). Мы очень признательны всем, оказавшим содействие в данном исследовании: H.T. Рахимову и Д.Дж. Фармоновой (Худжандский государственный университет), Г.А. Рахимовой (Музей г. Исфара), Ф.Дж. и М.М. Фармоновым, М. Хафизову (киш. Пунук), Ш.М. Умарову (г. Исфара), У. Сарахматову и С. Сайфиддинову (киш. Ворух), Д. Ишанурову (киш. Деваштич), Таджикистан; Ж.Т. Аккошкаровой (Институт археологии им. А.Х. Маргу-лана), Казахстан; У.Н. Мавлянову (Гулистанский государственный университет) и Н.К. Хаккулову (Самаркандский государственный университет), Узбекистан.