Тенденции употребления глаголов речевой деятельности в современном разговорном китайском языке

Современный китайский язык представляет собой непрерывно развивающуюся систему. Под воздействием различных факторов в этой системе происходят изменения, которые незамедлительно отражаются на лексической составляющей языка: лексика пополняется новыми словами, лексические единицы – новыми значениями и т.д. Эти изменения наиболее ярко прослеживаются в разговорной форме существования языка, которая мыслится в качестве предшественника кодифицированного литературного языка [3, с. 21]. Согласно этому некоторые тенденции, присущие современной разговорной речи китайцев, в частности тенденции употребления глаголов речевой деятельности, гипотетически могут оказать влияние на последующее становление литературной формы китайского языка.

Для сбора полевого материала нами было организовано экспериментальное исследование, в котором приняли участие 90 информантов, носителей нормативного китайского языка путунхуа. В ходе этого исследования на материале выявленных 170 функционально-семантических единств (далее ФСЕ) были обнаружены следующие тенденции употребления глаголов речевой деятельности в современном разговорном китайском языке.

Итак, с точки зрения количественного критерия морфем весь полевой материал был классифицирован нами на одноморфемные и поли-морфемные лексические единицы. Причем по-лиморфемные единицы имеют в своем слоговом составе от 2 до 4 морфем.

Число одноморфемных лексем, представленных в работе, составляет 25 единиц. Стоит заметить, что не все одноморфемные лексиче- ские единицы выступают в качестве глаголов речевого действия в своем первом основном значении. Например, глагол Й /fang/ издавать (звуки) приобрел семантику говорения только в пятом значении, тогда как первое его значение – отпускать, выпускать; первое значение глагола ^ /bian/ - плести, седьмое - плести (небылицы); городить (чушь); сочинять (врать) и т.д. Тем не менее при наличии второго и последующих значений, сходных с процессом говорения, одноморфемные лексемы не утрачивают своей синтаксической самостоятельности. Односложные глаголы составляют 14,7% от всех экспериментально выявленных нами лексических единиц.

Превалирующая часть всего полевого материала, 119 лексем, представлена двухморфемными лексическими единицами и составляет 70% от всех ФСЕ. Это подтверждает общую тенденцию использования двусложных слов в китайском языке в качестве основных, статистически доминирующих лексических единиц [6, с. 114; 7, с. 18]. При исследовании двухморфемных глаголов речевой деятельности были выявлены слова с одинаковыми морфемами, расположенными в обратном порядке. Например, М5 /maru/ срамить, оскорблять и 5М /ruma/ поносить, срамить . В процессе анализа подобной пары глаголов нами было подтверждено утверждение А.А. Хаматовой о том, что значительная часть рассматриваемых слов в той или иной степени отличается друг от друга в семантическом плане [8, с. 110].

Трехморфемных лексем насчитывается 22 единицы, они составляют 13% от всех лексических единиц. Подавляющее большинство данных слов (20 лексем) составляют результативные глаголы. К ним относятся лексемы, состоящие из двухморфемных глагольных оснований и одноморфемного модификатора результативного действия, например, 0^® /huidadao/ отве-тить , 解释到 /jiěshidào/ разъяснить , 请求道 /qingqiudao/ попросить , ^^^ /yaoqiudao/ потребовать ; лексемы, состоящие из одноморфемного глагольного основания и двухморфемного модификатора результативного действия: Ш^Ж /jiangchulai/ выговорить , высказать . Помимо глаголов с результативным значением в данную группу вошли лексические единицы 0^^ /hu^da shuo/ сказать в ответ и ^S^ /xinlihua/ говорить то, что на уме.

Четырехморфемным составом представлены четыре единицы, составляющие 2,4% от всех лексем. К ним относятся функциональносемантические единства自言自语/zì yán zì yǔ/ разговаривать с самим собой; обращаться к самому себе; говорить про себя, ^^W^ /niannian you wen/ постоянно спрашивать, 低声细语 /dī shēng xì yǔ/ мямлить, 答应答道 /dāying dádào/ отвечать. Все фразеологические сочетания функционально эквивалентны лексической единице, то есть значение всего фразеологизма передается не его отдельными компонентами, а их совокупностью; с точки зрения возможного функционирования подобных функционально-семантических единств в предложении их можно отнести к фразеосинтаксе-мам, то есть к фразеологическим единицам, построенным по модели словосочетания, способным выступать в предложении в качестве его отдельного члена [4, с. 145]. В подтверждение последнего положения приведем примеры.

我想什么就说什么。 – 我 自言自语 。 / «Wǒ xiǎng shénme jiù shuō shénme». – wǒ zì yán zì yǔ./ «Я сказал то, что думал», - сказал я про себя.

不知道对这样的坏人说什么好？ –

他 念念有问 。 / «Bù zhīdào duì zhèyàng de huàirén shuo shenme hao?» - ta niannian you wen./ «Не знаю даже, что сказать такому непорядочному человеку?», - постоянно спрашивал он.

还有话可说的。 – 他 低声细语 。 /»Hái yǒu hua ke shuode». - ta di sheng xt yu./ «Скажу еще больше», - промямлил он.

说就说。 – 他 答应答道 。 / «Shuō jiù shuō». - ta daying dadao./ «Что сказал, то и сказал», - ответил он.

Во всех приведенных примерах рассматриваемые функционально-семантические единства в предложениях занимают синтаксическую позицию сказуемого, что свидетельствует об их общей направленности на передачу предикативного значения.

Далее перейдем к рассмотрению словообразовательных (структурно-морфологических) моделей, свойственных глаголам речевой деятельности в современном разговорном китайском языке. Итак, все полиморфемные глаголы согласно типам связи, существующим между их компонентами, были подразделены нами на четыре большие группы: соединение компонентов в этих группах происходит по копулятивному, атрибутивному, глагольно-объектному и результативному типам связи. В рамках этих групп было выявлено восемь словообразовательных моделей, наиболее продуктивной из которых явилась модель соединения вербальных компонентов по копулятивному типу связи (V = V1 V2), например:

回答 /huídá/ отвечать = «ответить» + «отвечать»

告诉 /gàosu/ сказать, сообщить = «говорить» + «сообщить»

^^ /jieshi/ разъяснять, объяснять = «объяснять» + «разъяснять»

К наименее продуктивной относится модель, в которой по копулятивному типу связи соединяются субстантивные компоненты ( V = N 1 N 2 ) , например:

Ж® /yanyu/ сообщить, сказать; говорить = «слово» + «речь».

Малопродуктивной также является модель соединения субстантивного компонента с вербальным компонентом по атрибутивному типу связи (отношения подчинения) V = N V₁ , например:

心里话 /xinlihua/ говорить то, что на уме = «душа» + «говорить».

Анализ лексем, образованных по глагольнорезультативному типу связи компонентов, позволил обнаружить в их структуре следующие модификаторы результата действия: 到 /dào/, 道 /dào/, 成 /chéng/, 出 /chū/, 出来 /chūlái/, 明 /míng/. Приведем пример.

说出 /shuochu/ высказать (что-л.) = «говорить» + «модификатор результата действия (указывает на появление чего-либо или на удовлетворительный результат действия)».

Показатели результата действия придают глаголу как общее результативное значение, так и конкретное значение [11, с. 95], добавляют «вещественный» оттенок в его семантику [2, с. 210]. Самым частотным результативным компонентом в структуре рассматриваемых лексем явился модификатор результата действия 道 /dào/. Приведем примеры.

^^Ш /bianjiedao/ дать разъяснения ;

表白道 /biǎobèidào/ высказать ;

答道 /dadao/ сказать в ответ , ответить.

Полевой материал исследования насчитывает 28 лексических единиц, образованных путем соединения глагольной основы с рассматриваемой морфемой. Установлено, что 道 /dào/ вносит в значение слова дополнительную семантику говорения. В связи с отсутствием в работах китаистов какой-либо информации относительно употребления носителями языка результативных глаголов с рассматриваемым компонентом, данное явление мыслится как одна из современных тенденций, свойственная словообразовательной парадигме разговорного китайского языка.

В ходе исследования нами было предположено, что данная морфема может образовывать результативные глаголы только с лексическими единицами, обозначающими речевую деятельность, внося в значение слова дополнительную семантику говорения. Однако это лишь предположение, не подкрепленное другими примерами употребления 道 /dào/ в составе глаголов, принадлежащих к другим лексико-семантическим полям.

Далее подробно остановимся на обсуждении выявленных в ходе анализа полевого материала стилистических особенностей, характерных для глаголов речевой деятельности в современном китайском разговорном языке. Как показало проведенное экспериментальное исследование, в повседневной разговорной речи помимо общеупотребительной, стилистически нейтральной лексики можно встретить лексику ограниченного употребления (просторечную, диалектную, арготическую) и стилистически окрашенную лексику (лексику возвышенного стиля, стилистически сниженную лексику (грубая брань, ненормированная лексика)).

Просторечия. Рассмотрим употребление лексической единицы 编 /biān/. Глагольные значения лексемы 编 /biān/ представлены следующими дефинициями:

• 1)    把细长条状的东西交叉组织起来 /bǎ xìcháng tiáozhuàng de dōngxī jiāochā zǔzhī qǐlái/ соединять узкие полосы, нити чего-нибудь, перевивая их и закрепляя в одно целое ;

• 2)

把分散的事物按照一定的条理组织起来或按照一 定的顺序排列起来 /bǎ fēnsàn de shìwù ànzhào yīdìng de tiáolǐ zǔzhī qǐlái huò ànzhào yīdìng de shunxu pailie qilai/ соединять или располагать рассредоточенные предметы в определенном порядке, очередности ;

• 3)    ^Ш /bianji/ редактировать; составлять ;

• 4)    创作 ＜ 歌词、剧本等 ＞ /chuàngzuò (gēcí, juben deng)/ сочинять (слова песни, драматическое произведение и т.д.) ;

• 5)    Ж^ /niezao/ выдумывать [17, с. 80].

Как видно из представленных дефиниций, в процессе семантического развития своего зна- чения лексема 编 /biān/ приобрела стилистически окрашенное, просторечное содержание плести (небылицы), городить (чушь). Потенциальная сема значения данной языковой единицы говорить дополняет при употреблении в речи ее денотативное значение плести, заплетать ассоциативно-образным представлением [10, с. 236]. Рассмотрим пример.

现在请你们自己说：难道我对他编谎话了吗

？ / «Xiànzài qǐng nǐmen zìjǐ shuō: nándao wǒ duì tā biān huǎnghuàle ma?» / «Теперь скажите сами: разве я наплел ему с три короба?».

Примером стилистически сниженной лексики (грубая брань, ненормированная лексика) может также служить использование информантами отыменного (образованного от имени существительного 鸟 /diǎo/ половой член ) глагола 鸟 /diǎo/ в значении говорить (грубая брань, ненормированная лексика) :

鸟这些话不如不鸟。 / «Diǎo zhè xiē huà bùrú bù diǎo». / «Чем такое говорить, лучше вообще не говорить» (грубо).

Исследуя вопрос функционального использования в речи китайцев грубой брани, выраженной посредством лексемы 鸟 /diǎo/, мы столкнулись с тем, что еще некоторое время тому назад большинство носителей языка (наших современников) не совсем понимали смысл данного слова. На этот вывод нас натолкнули заголовки китайских форумов в Интернете, например:

• •    为什么人们骂人都很喜欢用 » 鸟人 » 这个 词，是怎么来的了。 / Wèi shénme rénmen màrén dōu hěn xǐhuān yòng «diǎorén» zhè ge cí, shì zěnme láide le. / Почему люди, бранясь, любят использовать слово «diǎorén», откуда это пошло [15] ?

• •    « 我鸟你 » 到底是啥意思？ / «Wǒ diǎo nǐ» dàodǐ shì sá yìsì?/ Что все-таки обозначает фраза «Wǒ diǎo nǐ» [16] ?

• •    不鸟你的 » 鸟 » 是指什么？ / Bù diǎo nǐ de «diǎo» shì zhǐ shénme?/ Что подразумевается под словом «diǎo» во фразе bù diǎo nǐ [12] ?

• •    骂人»鸟人»是什么意思？   / Màrén

«diǎorén» shì shénme yìsì?/ Какое значение имеет грубая брань, ненормированная лексика, «diǎorén» [13] ?

Обсуждения на данных форумах относятся к временному периоду – с 2008 по 2010 год, тогда как сбор полевого материала осуществлялся нами в 2010–2011 годах. Это свидетельствует о недавнем и, как выяснилось, повторном вхождении рассматриваемого слова в лексический оборот современных китайцев. Изучение содержания данных форумов позволило нам заключить следующее. Во-первых, использование лексемы 鸟 /diǎo/ в качестве бранного слова встречается еще в написанном Ши Найанем известном китайском романе «水浒传» /»Shuǐ hǔ zhuàn»/ «Речные заводи». Приведем пример из главы 22:

那汉气将起来，把宋江劈胸揪住，大喝道： » 你是甚么 鸟人 ，敢来消遣我！ » /Nà hàn qì jiāng qǐlái, bǎ sòng jiāng pīxiōng jiū zhù, dà hèdào: «nǐ shì shénme diǎorén , gǎn lái xiāoqian wǒ!»/ [14, с. 113] …он рассвирепел и, схватив Сун Цзяна за грудь, стал орать: «Ты что за черт такой! Издеваться надо мной вздумал?!» [9, с. 328] .

Во-вторых, поясняя значение данной лексемы, некоторые носители языка говорят о ее диалектном происхождении. Функционирование рассматриваемого слова в современной речи в качестве предиката, а не имени является результатом семантического развития его значения, что, по словам все тех же носителей языка, свойственно диалектам [16].

Как известно, динамические процессы развития значений лексических единиц языка связаны с непрерывной когнитивной деятельностью его носителей [1, с. 72, 190-191]. В связи с этим можно утверждать, что лексема 鸟 /diǎo/ является семантическим неологизмом, то есть ранее известным и используемым словом, получившим новое значение говорить (грубая брань, ненормированная лексика) в современном разговорном языке.

Интересным является тот факт, что слово 鸟 /diǎo/ было употреблено четырьмя девушками в возрасте от 20 до 25 лет из разных провинций. Общее число употреблений данного глагола – 15 раз. Частотность употребления анализируемого глагола свидетельствует о том, что данное ругательство, не столь давно появившееся, достаточно прочно закрепилось в обиходно-бытовом лексиконе современной китайской молодежи.

Лексика возвышенного стиля. В противовес представленному вульгаризму в исследовании встретилась также и вежливая форма репрезентации речевой деятельности – глагол 赐教 /cìjiào/ снизойти давать совет (вежл.).

#^^^! /» Qing cijiao ba!»/ « Будьте любезны, не откажите в разъяснении!»

Использование лексики возвышенного стиля в разговорной речи, а именно рассматриваемого глагола в предложенном контексте, свидетельствует о желании носителей языка подчеркнуть ироничность речевой ситуации. Вследствие чего в структуре семантического значения лексемы Ж^ /cijiao/ снизойти давать совет (вежл.) можно вычленить дополнительную, потенциальную, сему иронично .

Помимо проанализированных лексических единиц в исследовательском материале встречаются и такие стилистически окрашенные единицы, как: 咒骂 /zhòumǎ/ проклинать ; поносить , 嘲笑 /chaoxiao/ высмеивать , насмехаться , издеваться , W /liao/ прост. болтать , судачить , ^® /luosuo/ докучать болтовней , Ж^ Zaiqiu/ жалобно просить, умолять и другие.

Разговорная речь китайского языка не только изобилует стилисически окрашенной лексикой, но и служит своеобразным посредником, за счет которого происходит процесс проникновения лексики ограниченного употребления в лексический состав литературного языка [5, с. 161]. К лексике ограниченного употребления относятся диалектизмы и профессионализмы.

Диалектная лексика. Лексема 唠叨 /láodao/ имеет значение болтать, ворчать и является диалектизмом, употребление которого, согласно проведенному экспериментальному исследованию, свойственно жителям провинции Хэйлунцзян. Данная лексическая единица в рамках исследования была употреблена респондентами шесть раз. Приведем пример.

说就说。 – 他唠叨了。 / «Shuō jiù shuō». – tā laodao le/ «Что сказал, то и сказал», - проворчал он.

В словаре современного китайского языка лексическая единица 白话 /báihua/ так же, как и предыдущее слово, имеет диалектное значение – попусту говорить, болтать языком [17, с. 25].

还有话可白话的。 – 他说。 / «Hái yǒu huà ke baihua de». - ta shuo/ « Есть еще о чем поляля-кать », - сказал он.

В нашем исследовании данная лексема встретилась один раз и была употреблена девушкой из провинции Хэйлунцзян.

Профессиональные арготизмы. Несмотря на то, что использование лексической единицы 申诉/shensu/ жаловаться, подавать жалобу свойственно представителям юридических профессий и данная лексема может быть отнесена к юридическому сленгу, она также была использована информантами в исследовании.

再申诉什么呢？ – 我问。 / «Zài shēnsù shenme ne?» - wo wen./ «На что еще пожалуешься?», - спросил я .

Данный пример служит подтверждением мысли В. И. Горелова о том, что арготизмы могут свободно функционировать в разговорном стиле, «в сфере непринужденного общения и употребляются главным образом в устной форме» [5, с. 171]. Однако данный пример является в исследовании единичным, в связи с чем мы не можем сделать каких-либо выводов относительно свободного исспользования арготизмов с семантикой говорения в разговорной речи.

Помимо лексем, употребляемых непосредственно в разговорной речи, в полевой материал исследования вошли лексемы, относящиеся к письменной речи. Например, глагол 言语 /yányu/ сообщить, сказать относится только к разговорной лексике, тогда как в дефинициях лексем 回复 /hu^fйZ отвечать , Ж /zhuo/ предлагать; офиц. приказывать есть указание на их использование в корреспонденции, официальных бумагах. Более того, в исследовании встретился единичный случай употребления лексемы 曰 /yuē/ книжн. говорить (что-л.) , изрекать ; гласить , которая может использоваться в книжной речи и на сегодняшний день является устаревшей.

Итак, все вышеперечисленные тенденции являются свидетельством того, что разговорная речь представляет собой широкое поле для функционирования в нем лексики, относящейся к разным функциональным стилям, и лексики ограниченного употребления с разнообразной стилистической окраской. В современном разговорном китайском языке в качестве глаголов речевой деятельности в основном используются двусложные лексические единицы, образованные по модели соединения вербальных компонентов по копулятивному типу связи. Что же касается новоявленных тенденций в китайском языке, то к ним можно отнести использование морфемы 道 /dào/ в качестве второго компонента результативной конструкции и глагола ^ /diao/ в значении говорить (грубая брань, ненормированная лексика) .