Тибетские источники о распространении "Чжуд-ши"

Одним из феноменов Тибета и важнейшим составным элементом тибетской культуры является тибетская медицина, располагающая богатым, накопленным на протяжении веков, письменным наследием. Обилие и разнообразие тибетских медицинских источников дают возможность черпать из них богатейший материал для изучения различных вопросов культурной жизни Тибета и сопредельных стран, обогащая наши познания сведениями об их естественнонаучных, социологических, религиозных и философских представлениях.

Изучение письменных памятников тибетской медицины приобретает особую актуальность не только для исследования тибетской культуры, но и также для осмысления исторических процессов развития культурных и научных традиций народов Центральной Азии, а также Индии и Китая в целом.

Свидетельством неугасающего интереса современных исследователей к тибетской медицине служит обилие литературы, вышедшей во многих странах и на разных языках. Чтобы понять и объективно оценить феномен тибетской медицины, нужно изучить все многообразие основных её текстов, среди которых особенно выделяется «Экстракт амриты – восьмичленная тантра тайных устных наставлений» или кратко «Чжуд-ши». В тибетской традиции «Чжуд-ши» признан всеми как основополагающий медицинский канон, как первоисточник, послуживший основой для последующих комментариев.

Вопрос о происхождении самого текста «Чжуд-ши« на протяжении многих столетий интересовал как тибетских историков, так и современных исследователей и до сих пор остается дискуссионным.

Тибетская традиция отводит лоцзава Вайроча-не (VIII в.) исключительную роль в расп р остранении медицинских знаний. Он, согласно тибетской историографии, впервые перевел с санскрита на тибетский язык «Чжуд-ши«.

В связи с этим большой интерес у нас вызывает свидетельство «Кхогбуга» (1703 г.) Деси Сангье Гьяцо (1653-1705) о встрече Вайрочаны с кашмирским врачом, пандита Чандрананда-ной (VIII в.). Вопреки устоявшемуся в тибетской историографии утверждению об их совместном переводе «Чжуд-ши« в данном источнике лишь указывается, что у него Вайрочана «получил мно- гочисленные наставления по медицинской части» [1, л.85б5-6]. Вместе с тем Деси Сангье Гьяцо со ссылкой на Далай-ламу V (1617-1682) пишет, что Вайрочана «перевел великолепный «Экстракт амриты – восьмичленную тантру устных наставлений», являющийся самым лучшим из всех теоретических наставлений» [1, л. 84а5-6].

Однако данное положение тибетской историографии у ряда современных ученых вызывает противоречивые утверждения. Так, еще Е.Е. Обермиллер, следуя тибетской традиции, считал именно кашмирского пандита Чандранандану вместе с лоцзава Вайрочаной первыми переводчиками «Чжуд-ши» [2, с. 433]. Другие же исследователи не разделяют это мнение и аргументируют тем, что собственно в биографии лоцзава Вайрочаны нет никаких упоминаний о переводе «Чжуд-ши».

В свое время в результате изучения тибетских источников российские исследователи выявили, что факт «перевода» с санскрита на тибетский язык «Чжуд-ши» вызвал у ряда тибетских ученых большие сомнения, которые разбили их «на два лагеря». По их мнению, одни принимали «Чжуд-ши» как «за откровение будды», впоследствии переведенного с санскрита на тибетский, а другие автором «Чжуд-ши» считали одного из основоположников тибетской медицины Юток Йонтен Гонпо – старшего или младшего. Наряду с этим они также отметили, что в списках медицинской литературы Индии не встречается сочинение под названием «Чатуштантра» – санскритского эквивалента названия «Чжуд-ши». И потому, согласно их мнению, будучи не переведенным с санскрита сочинением, «Чжуд-ши» не был включен в тибетский буддийский канон «Тенгьюр» [3, с. 74], включающий, в частности, семь индийских медицинских текстов, переведенных с санскрита.

Бурятский исследователь и переводчик «Чжуд-ши» Д.Б. Дашиев, исходя из вышеизложенного, выдвинул свою трактовку, которая сводится буквально к следующему: «В условиях господства клерикальной идеологии только апелляция к еще большим религиозным авторитетам могла обеспечить школе Ютог Йондан-гонпо (Ю.Ж. – Юток Йонтен Гонпо) преимущество в борьбе мнений на узко медицинском поприще.... Поэтому, сле- дуя литературной традиции и духу времени, он и его последователи могли подать учение своей школы как откровение, ниспосланное буддой, и попытаться даже путем тенденциозного подбора фактов из мифической и реальной истории распространения медицины подвести под него хронологическую базу» [4, с. 12].

На наш взгляд, подобное разделение тибетских историков на «два лагеря» и бесспорное авторство Ютокпы – весьма условно. Например, причисленный к сторонникам авторства Ютокпы Пелман Кончок Гьялцен (1764-1853) в своей «Хронике монастыря Лавран» (1800 г.), не склоняясь ни к одной стороне, ограничивается лишь замечаниями типа: «некоторые считают так», «другие говорят так» и т.д. Далее Пелман Кончок Гьялцен о Такцан лоцза-ва Шерап Ринчене (1405 г.р.) пишет: «Хотя ученый Такцан лоцзава и некоторые другие (объясняют) происхождение («Чжуд-ши») согласно введению «Тантры основ», но по сути считают, что Ютокпа Йонтен Гонпо изложил (в «Чжуд-ши») результаты самостоятельного исследования медицинских источников» [1, л. 140б2-140б3].

Приведенный отрывок может служить только косвенным подтверждением выводов, предложенных вышеупомянутыми исследователями об авторстве Ютокпы.

Известный как Ютокпа Йонтен Гонпо старший (VIII в.) в возрасте 25 лет впервые отправился в Индию, где в общей сложности он побывал трижды. Согласно «Кхогбугу», в первую свою поездку на границе Индии и Непала Ютокпа Йонтен Гонпо старший встретился с Вайрочаной, в беседе с которым он якобы сказал: «Пока я не приеду в Тибет, прошу не прятать «Чжуд-ши» в терма» [1, л. 111а3]. Этот примечательный эпизод указывает на то, что Ютокпа старший еще не был знаком с «Чжуд-ши» и, возможно, впервые узнал о нем от Вайрочаны, а равно о намерениях последнего «припрятать текст до лучших времен». В Индии Ютокпа старший обучался у разных учителей, в числе которых и великий пандита Чандрабхи (tsandra bhi), что весьма значимо для нас, выслушал и получил наставления по тексту «Жемчужные четки» – дополнения к «Чжуд-ши» (dpal ldan rgyud bzhi’i kha skong mu tig phreng).

Итак, отталкивась от сведений «Кхогбуга», мы вынуждены признать, что нет веских оснований приписывать Ютокпе старшему авторство «Чжуд-ши» и тех дополнений, о которых говорят поздние авторы [5, с. 12].

Вместе с тем было бы большой ошибкой исклю- чать вероятность его работы на «Чжуд-ши». К примеру, другой источник свидетельствует, что Ютокпа старший, «получив наставления у индийских и китайских учителей, проанализировав переводы медицинских текстов других стран, сделанных Вайро-чаной и другими, дополнив это (своими знаниями), составил черновой вариант «Чжуд-ши» [6, с. 2621].

Настойчивость, с которой традиция приписывает авторство «Чжуд-ши» Ютокпе старшему, заставляет относиться к этому с достаточной серьезностью и требует дальнейших исследований.

В качестве автора «Чжуд-ши» предпочтительнее выглядит Ютокпа Йонтен Гонпо младший (1126 г. р.). Согласно традиции, он появился в тринадцатом поколении от Ютокпы старшего, в местности Гоши Ретанг. Опуская характерные для тибетских намтаров (жизнеописаний) легендарные мотивы его биографии, отметим лишь то, что с нашей точки зрения могло бы иметь место в действительности.

Ютокпа Младший, обучаясь разным наукам, особенно преуспел в медицинской науке, и, судя по линии преемственности, его учителем был Цaлунгпа Роктон Кончок Кьяп (tsha lung pa rog ston dkon cog skyab). Что касается последнего, то известно, что он родился в местности Манкар Цалунг (mang khar tsha lung) в роду рок (rog). С раннего возраста интенсивно занимался и изучал разные науки. В частности, он выслушал все наставления по «Чжуд-ши« у Уйпа Дардрака (dbus pa dar grags) – ученика тертон Драпы Нгонше (1012-1090, gter ston grwa pa mngo n shes). В Индии Цaлунгпа Роктон Кончок Кьяп выслушал наставления «Восьми членов медицины» (gso dpyad yan lag brgyad pa) у последователей всеведущего Шантипы (shanti pa).

По очень краткому изложению в «Кхогбуге» Деси Сангьея Гьяцо, первая встреча Цалунгпа Роктон Кончок Кьяпа и Ютокпы младшего произошла, когда последнему было десять лет. Накануне этой встречи Богиня медицины (grub pa’i lha mo) якобы предсказала Ютокпе младшему следующее: «По истечении двух лет с этого времени соприкоснешься с «Экстрактом амриты – восьмичленной тантрой тайных устных наставлений». И тут же далее Деси Сангье Гьяцо сообщает, что по прибытии Цалунгпа Роктон Кончок Кьяпа в Гоши Ретанг Ютокпа младший преподнес ему богатые дары и полностью получил наставления по «Чжуд-ши».

Хронология этого важного исторического эпизода более отчетливо прослеживается у Пелман

Кончок Гьялцена. Так, когда Ютокпе младшему было десять лет, то во сне он увидел Богиню медицины в голубом шелковом одеянии и с вазой, наполненной нектаром, в руках. Она обратилась к нему со словами: «Эту полную нектаром вазу подносит тебе Будда медицины, поэтому прими ее!». После того, как Ютокпа младший выпил содержимое, тело его стало прозрачным словно стекло, и тогда богиня молвила: «С этого времени по прошествии двух лет к тебе прибудет «Чжуд-ши», (получив его) окажи широчайшую заботу о благе живых существ!» [7, л. 143a5-б1].

Буквально на следующий день, Цалунгпа Роктон Кончок Кьяп, направлявшийся в Уй для учебы в монастырской школе, сделал вынужденную остановку в Гоши Ретанге в связи с болезнью ног бам (‘bam nad), которую Ютокпа младший успешно вылечил, и тот отправился дальше.

Как указывается у Пелман Кончок Гьялцена, когда Цалунгпа Роктон Кончок Кьяп возвращался обратно из Уй, то он заехал в Гоши Ретанг. (Если верить предсказанию, то это случилось через два года). Цалунгпа Роктон Кончок Кьяп в «благодарность за излечение ноги» дал Ютокпе младшему наставления по многим текстам, комментариям, в том числе, что особо подчеркивается, по «Чжуд-ши».

Следовательно, Ютокпа младший, предположительно в 12 лет, впервые получил наставления по «Чжуд-ши». Исходя из этого, он, как и Ютокпа старший, не мог быть автором «Чжуд-ши». Отношение Ютокпы младшего к «Чжуд-ши» Деси Сангье Гьяцо сформулировал так: «(Ютокпа младший), увидев, что именно «Чжуд-ши» является вершиной всех медицинских трактатов, ради будущего поколения снял с него печать тайны и распространил его как всеобщую драгоценность человечества. Он выправил перевод заново и сделал дополнения, отвечающие условиям местности и времени» [1, л. 116б2-3].

Данный отрывок позволяет сделать вывод, что Деси Сангье Гьяцо принимает Ютокпу младшего не в качестве создателя «Чжуд-ши», а лишь как ученого врача, дополнившего, творчески переработавшего, адаптировавшего для тибетцев текст, известный под названием «Чжуд-ши».

Учитывая это обстоятельство, стоит вновь обратиться к началу истории распространения «Чжуд-ши» в Тибете. Как указывалось выше, тибетская традиция считает, что Вайрочана перевел «Чжуд-ши». Известно, что затем он преподнес его царю Трисонг Децену и своему учителю Пад-масамбхаве. Дальнейшие события относительно

«Чжуд-ши» Деси Сангье Гьяцо излагает следующим образом: «(Вайрочана) полностью понимал глубину и широту значения текста. Однако он посчитал, что было бы недопустимо, если (непосвященные) станут пользоваться этими наставлениями тайной тантры. Потому без широкого распространения хранил («Чжуд-ши» при себе) как свою сокровенную драгоценность сердца. Позже, подумав о том, что в будущем это сделает линию преемственности ближе (к нему), о чистоте наставлений и пр. целесообразности, решил спрятать в клад терма » [1, л.86б2-4].

Вайрочана обсудил этот вопрос сокрытия текста «Чжуд-ши» не только с Ютокпой старшим, о чем упоминалось выше, но и с Падмасамбхавой, который якобы сказал: «Сейчас (действительно еще) не пришло время для распространения этой чинтамани – наивысшей, краткой, но полного смысла тантры, оберегающей жизнь. Спрячьте в течение «трех дней Камадевы» и хорошо храните!» [1, л. 86б4-5].

Также об этом было доложено царю Трисонг Децену, который, очевидно, на церемонии закладывания «Чжуд-ши» в терма произнес молитву-пожелание: «В будущем пусть достойный человек с благой кармой извлечет из кладов терма и тем самым принесет безмерное благо всем живым существам!». Затем спрятали «Чжуд-ши» в верхней части колонны храма Самъе.

Согласно тибетской историографии, именно с этого события история тибетской медицины стала развиваться в двух направлениях: традиции клада терма (gter ma’i brgyud pa) и традиции н аставлений кама (bka’ ma’i brgyud pa).

Открывателем «Чжуд-ши» является тертон Драпа Нгонше. Это знаменательное историческое событие состоялось в 1038 г., когда Драпа Нгон-ше извлек из верхушки храма Самъе «Чжуд-ши». Наставления по тексту он дал своему ученику Уйпа Дардраку. Последний передал его вышеупомянутому Цалунгпа Роктон Кончок Кьяпу, а он – Ютокпе младшему.

Драпа Нгонше построил много монастырей, в том числе Датан (grwa thang), открытый в 1081 г. Примечательно, что один из самых ранних ксилографов «Чжуд-ши»« называется «Датан "Чжуд-ши"» (grwa thang rgyud bzhi). Перу Драпа Нгонше принадлежит «Трактат о сути тантры» (rgyud kyi bsdus don bstan bcos).

Разумеется, сообщение о сокрытии «Чжуд-ши» на века можно расценить как легенду. Однако А.И. Востриков заметил относительно подобной традиции тибетцев: «Весьма возможно и даже несомненно, что обычай закладывать книги в различные священные сооружения, наблюдающийся в Тибете, существовал там и в глубокой древности. И, вероятно, открытия таких замурованных сочинений происходили на протяжении тысячи с лишним лет тибетской истории. Равным образом не однократно происходили, конечно, и случаи обнаружения в архивах и книгохранилищах различных вышедших из употребления и забытых текстов. Но наряду с такими действительными открытиями и может быть отчасти под влиянием их в Тибете происходили и открытия фиктивные, когда компиляции тех или иных поздних авторов с целью придать им авторитет выдавались за произведения прославленных деятелей тибетской древности» [8, с. 24].

Факт с «сокрытием» «Чжуд-ши» также свидетельствует, на наш взгляд, о влиянии недавно утвердившегося в Тибете тантризма, которому свойственны «специфическая священность», «закрытость», «строгая избирательность передачи знаний». Когда сын Трисонг Децена царевич Муне Ценпо обратился к Падмасамбхаве за медицинскими наставлениями по «Чжуд-ши», то тот дал их, сделав «собственный перевод» (текста «Чжуд-ши»). Это направление в передаче медицинских знаний определяется как традиция кама .

Известно, что в Тибете различают ранний (VII-VIII вв.) и по з дний (X-XI вв . ) п е риоды распространения буддизма, которые соответственно вызвали появление старой и новой школ переводов буддийских текстов с санскрита на тибетский язык. «Старой школе переводов»в основном характерна традиция сокрытия текстов в так называемых кладах терма [9, Р. 147-169]. Представители же «новой школы переводов» с большим подозрением относились к текстам, которые были якобы обнаружены в терма . Показательно, что именно переводы новой школы стали базовыми текстами для унификации и кодификации тибетского канона буддийских текстов «Кангьюр» и «Тенгьюр». Потому некоторые ученые считают, что принадлежность «Чжуд-ши» к терма и явилась основной причиной того, что он не был включен в «Тенгьюр» [9, p. 461].

В заключение отметим, что появление «Чжуд-ши», датируемое некоторыми исследователями XII веком, было обусловлено активным процессом ознакомления с иноземными медицинскими традициями и переводом их текстов, способствовавшими к созданию оригинальных тибетских сочинений. К основной характеристике данного периода распространения медицины также можно отнести и то, что тибетские историки по отношению к истории тибетской медицины, в отличие от истории буддизма, не признают «темного периода» или гонений, что позволило ей свободно развиваться как по линии преемственности традиции наставлений кама, так и традиции терма.

Ученым еще предстоит выяснить на основании тщательного текстологического исследования «Чжуд-ши», его сопоставительного анализа с индийскими текстами «Аштанга-хридая-самхита«, «Сомараджа», послужившими с точки зрения современных исследователей основными источниками, существовал ли вообще не дошедший до нас первоисточник на санскрите. Поскольку «Чжуд-ши» в редакции Ютокпы младшего предстал не монтажом разнородных фрагментов, отрывков, интерполяций, не компилятивным трудом, а концептуально целостным, органичным источником, превратившимся в строго канонизированный тибетский медицинский текст.