Трилогия М. Горького в контексте истории жанра романа воспитания
Журнал: Новый филологический вестник @slovorggu
Рубрика: Русская литература и литература народов России
Статья в выпуске: 3 (78), 2026 года.
Бесплатный доступ
В статье рассматривается вопрос о своеобразии художественных решений М. Горького как создателя автобиографической трилогии на фоне западноевропейской и отечественной литературной традиции в жанре романа воспитания. Исходным в рассуждениях становится определение принципиальных различий русской и западной версии этой романной формы, обусловленных разностью моделей мира, лежащих в их основании. Западный подход обусловлен трактовкой мира как метафоры «потерянного рая». Мир здесь предстает изначально агрессивным по отношению к герою. Художественная концепция западноевропейского романа воспитания подчинена логике построения личной защиты от него. В основании русской версии романа воспитания лежит признание исходной точки биографии героя, детства как принципиально гармоничной, безмятежной и счастливой поры (Н.М. Карамзин, Л.Н. Толстой). И это обстоятельство диктует иные художественные решения. Ф.М. Достоевский вводит в русскую литературу тему детских страданий. Но и его решения отличаются от подходов западного романа воспитания. В художественной модели, предложенной М. Горьким в его трилогии, наблюдается синтез подходов, найденных в русской и европейской прозе. Несомненным открытием последней, которым воспользовался писатель, было сопряжение биографии взросления героя с историческим временем (М.М. Бахтин). Вместе с тем поиск М. Горьким новой версии романа воспитания стал ответом на исторически обусловленный кризис этой романной формы в западной и русской литературе рубежа XIX–XX вв.
Короткий адрес: https://sciup.org/149152193
IDS: 149152193 | DOI: 10.54770/20729316-2026-3-204
Gorky’s Trilogy in the Context of the History of the Educational Novel Genre
This article examines the distinctive artistic approaches of M. Gorky as the creator of an autobiographical trilogy against the backdrop of the Western European and Russian literary traditions in the genre of the bildungsroman. The starting point for this analysis is the identification of fundamental differences between the Russian and Western versions of this novelistic form, stemming from the different worldviews that underlie them. The Western approach is shaped by its interpretation of the world as a metaphor for “paradise lost”. Here, the world is initially aggressive toward the hero, and the novel’s artistic conception is subordinated to the logic of constructing a personal defense against it. The Russian version is based on the recognition of the hero’s starting point – childhood – as a fundamentally harmonious and happy time (N.M. Karamzin, L.N. Tolstoy). This circumstance dictates different artistic approaches. F.M. Dostoevsky introduced the theme of childhood suffering into Russian literature. However, his approaches also differ from those of the Western bildungsroman. The artistic model proposed by M. Gorky reveals a synthesis of approaches found in Russian and European prose. An undoubted discovery of the latter, which the writer capitalized on, was the connection of the protagonist’s coming-of-age biography with historical time (M.M. Bakhtin). At the same time, Gorky’s search for a new version of the bildungsroman was a response to the historically conditioned crisis of this novelistic form in Western and Russian literature at the turn of the 19th and 20th centuries.
