Участие 12-го отдельного дивизиона бронепоездов в обороне Туапсе и боевой эпизод у станции Гойтх (лето – осень 1942 года)

REGIONAL HISTORICAL AND CULTURAL STUDIES

Боевые действия, происходившие на южном участке советско-германского фронта в 1942 г., относятся к числу наиболее сложных и трагических событий Великой Отечественной войны. Многие эпизоды этого времени по-прежнему остаются недостаточно изученными. Данное обстоятельство объясняется репрезентативностью имеющихся источников и их противоречивостью, ставшей следствием крайне сложной обстановки налинии фронта. Особенно остро указанная проблема проявляется при исследовании событий лета – осени 1942 г., связанных с отходом наших войск к Сталинграду и Кавказу. Этот отход сопровождался многочисленными случаями окружения и тяжелыми потерями частей, соединений и объединений Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА). В данном контексте не являются исключением боевые действия, происходившие на Туапсинском направлении. Тяжелое положение, сложившееся там в первые месяцы оборонительных боев, стало главной причиной отсутствия точных сведений о судьбе и боевом пути целого ряда частей и соединений, участвовавших в них. Одна из таких частей – 12-й отдельный дивизион бронепоездов (12-й ОДБП). Несмотря на сравнительно небольшой период его участия в сражениях под Туапсе, исследование боевого пути данного формирования является крайне важной, актуальной задачей. Оно позволяет ответить на вопросы, связанные с изменением ситуации на данном участке фронта, открывает возможности для детального изучения боевых действий, происходивших в первой декаде октября 1942 г. и создает основу для дальнейшего изучения этого временного отрезка.

Участие бронепоездов в боевых действиях на различных фронтах в годы Великой Отечественной войны является достаточно разработанным предметом научных исследований. Среди современных трудов на эту тему можно назвать статьи С. И. Объедкова [10] и М. Н. Опалева [11]. Однако историография боевого пути 12-го отдельного дивизиона бронепоездов, участвовавшего в боях на Туапсинском направлении, немногочисленна. Среди наиболее известных исследований, посвященных данной теме, необходимо отметить коллективный труд «Бронепоезда в Великой Отечественной войне 1941–1945» [4], монографию М. В. Коломийца [9] и работу историка-краеведа Э. И. Пятигорского [13].

Данные исследования различны по своему характеру, а также по степени научной проработанности изучаемых проблем. В публикации «Бронепоезда в Великой Отечественной войне 1941–1945» отсутствует подробная характеристика боевой работы 12-го ОДБП. Бой, произошедший 10 октября на станции Гойтх, описан на основе воспоминаний начальника штаба 12-го ОДБП М. В. Каретникова (в октябре 1942 г. являвшегося командиром броне-площадки 12-го ОДБП) без использования документов рассматриваемой воинской части. К недостаткам монографии М. В. Коломийца можно отнести отсутствие ссылок на использованные архивные материалы, при этом сам материал достаточно информативен и интересен для изучения. Характеризуя работу Э. И. Пятигорского, необходимо отметить, что ее основу составили документы, хранящиеся в Центральном архиве Министерства обороны Российской Федерации. Однако, описывая действия 12-го ОДБП, исследователь опирался на воспоминания непосредственных участников событий – полковника И. Ф Собинина, являвшегося начальником артиллерии 328-й стрелковой дивизии, и командира 16-й железнодорожной артиллерийской батареи полковника Н. Н. Богданова. Данное обстоятельство стало причиной допущенных автором неточностей при описании боя 10 октября 1942 г. и неверных утверждений в отношении судьбы экипажей бронепоездов.

Целью настоящего исследования выступает анализ боевой работы 12-го ОДБП и выявление причин его поражения. Основу статьи составили документы 12-го ОДБП, 328й стрелковой дивизии (сд) и 32-й гвардейской стрелковой дивизии (гв. сд) 18-й армии. В ходе работы также использовались источники личного происхождения. Ключевыми документами, позволившими восстановить боевой путь 12-го ОДБП, являются: боевая характеристика, подготовленная 31.07.1943, отчет о боевых действиях от 14.10.1942, донесение 12-го ОДБП за 11.10.1942. Анализируемые источники написаны по горячим следам событий, поэтому хронологически точно и довольно подробно описывают действия и состояние 12-го ОДБП [1] [12] [3]. Большой интерес представляет журнал боевых действий 12 (II) и 18-й армий. В источнике менее подробно сообщается о боевой работе 12-го ОДБП, однако он позволяет понять, как в целом складывалась ситуация на участке фронта армии [5]. Важную информацию, дополняющую общую картину произошедшего, также содержат журналы боевых действий 32-й гв. сд [6] и 328-й сд [7]. Значительный интерес для детализации происходивших событий представляют вводимые в научный оборот воспоминания ребенка войны, жительницы поселка Октябрьский (железнодорожная станция Пшиш) Л. С. Сычевой. Ценность данного источника заключается в том, что его автор вместе со своими односельчанами, укрываясь от авианалета на участке действий дивизиона, стала непосредственным свидетелем событий в районе железнодорожной станции Гойтх и повреждения 12-го ОДБП в результате атаки противника [8, с. 1].

В ходе исследования использовались принципы историзма и системности, а также метод логического анализа, историкогенетический и историко-сравнительный методы. Метод логического анализа позволил интерпретировать факты, относящиеся к ключевым боевым эпизодам с участием 12-го ОДБП. Историко-генетический метод применялся с целью определения причин, приведших к поражению рассматриваемой воинской части. Историко-сравнительный метод был использован при изучении общего хода боевых действий на туапсинском направлении для сопоставления данных различных источников и критики сложившихся в историографии версий.

Представляемое исследование было проведено в три этапа. В начале работы осуществлено рассмотрение процесса формирования 12-го ОДБП и его участия в боевых действиях в августе – сентябре 1942 г., дано краткое описание боевых задач, выполненных дивизионом. На втором этапе рассмотрена общая обстановка на участке действий 12-го ОДБП, проанализированы события, предшествующие боевому эпизоду, произошедшему 10 октября 1942 г., установлена действительная хронология происходящего. Завершающая часть работы посвящена детальному описанию и анализу боя 10 октября 1942 г., а также рассмотрению причин, приведших к поражению 12-го ОДБП.

Научная значимость исследования определяется тем, что в нем впервые предпринята попытка детального рассмотрения боевой работы 12-го ОДБП в контексте общего развития обстановки на Туапсинском направлении летом – осенью 1942 г.

• * * *

12-й ОДБП формировался с 28 февраля по 20 апреля 1942 г. в Москве на основании распоряжения по штату № 016/303 Главного отдела автобронетанкового управления Красной Армии (ГАБТУ КА). Основой для создания части послужил 61-й отдельный бронепоезд, ранее прибывший из Среднеазиатского военного округа с полным штатом личного состава и материальным обеспечением. Командиром

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ

NAME OF THE JOURRNAL SECTION

вновь формируемой части был назначен подполковник С. А. Демин (Рис. 1). На основании боевого распоряжения ГАБТУ КА № 702146/С от 17 мая 1942 г. 12-й ОДБП был направлен на Закавказский фронт. С 10 августа по 15 октября 1942 г. участвовал в боевых операциях северо-восточнее города Туапсе [1].

10 августа 1942 г. в соответствии с боевой характеристикой дивизиона 2-й ОДБП отражал налет вражеской авиации на станцию Лазаревская. В воздушной атаке участвовало до 8 самолетов противника, зенитными средствами 12-го ОДБП данная атака была отбита без ущерба охраняемым объектам. Севернее станции Лазаревская во время налета был поврежден железнодорожный путь протяженностью 40–50 м. Через 9 часов действиями личного состава повреждения были ликвидированы, что обеспечило нормальное движение поездов на данном участке. В течение последующих нескольких дней 12-й ОДБП отбивал налеты вражеской авиации на станцию Лазаревская. В результате было сбито два самолета Юнкерс-88 и спасено много военных грузов, при этом 12-й ОДБП потерял одного человека убитым и четырех ранеными [1]. В последующем, выполняя боевые задачи, 15 августа 12-й ОДБП совместно с подразделениями 174-го горнострелкового полка 20-й горнострелковой дивизии прикрывал отход 18-й армии, обороняя железнодорожный участок станции Кривенковская, и осуществил эту операцию ценой одного убитого и одного раненого. Согласно этому же документу, 4 октября 12-й ОДБП прибыл на станцию Индюк и поступил в распоряжение командующего 18-й армии [1].

В конце сентября – начале октября 1942 г. общая ситуация в полосе фронта 18-й армии резко ухудшилась. Частям вермахта удалось прорваться в долину рек Гунайки и Сосновки. 119-я и 40-я стрелковые бригады, совместно с 236-й сд и 12-й гвардейской кавалерийской дивизией (гв. кд), подразделениями 145-го полка морской пехоты получили приказ ликвидировать Гунайскую и Соснов-скую группировки противника [5]. В это время 328-я сд выполняла распоряжение штаба 18-й армии по недопущению прорыва противника по реке Гунайке и балке Оренбурке в на-

Рис. 1. Демин Степан Андреевич (1896 – ?) – полковник, в период описываемых событий командовал 12-м отдельным дивизионом бронепоездов [2]

Fig. 1.Stepan Demin (1896 – ?) – colonel, during the period of the events described he commanded the 12th separate division of armored trains [2]

правлении шоссе Майкоп–Туапсе [7]. Боевые действия шли в районах населенных пунктов Гунайка, Котловина, Шубинка, а также в балке Сосновке [5]. 32-я гв. сд совместно с переданным в оперативное подчинение 1103-м стрелковым полком , 328-й сд и другими подразделениями продолжала удерживать район станицы Куринской [6]. В период 8–10 октября в журнале боевых действий 18-й армии фиксируется продолжающееся упорное сопротивление противника. Одновременно с этим неприятель предпринимал попытки прорыва в долину реки Пшиш и выхода к железнодорожной ветке Армавир–Туапсе и шоссе Май-коп–Туапсе, продолжал атаки в районе станицы Куринской [5].

• 8 октября на основании боевого распоряжения № 020 12-й ОДБП получил задачу,

оставаясь в армейском резерве, сосредоточиться в тоннеле Гойтх и быть готовым к совместным действиям с батальоном 328-й сд с целью уничтожения противника, наступающего из района реки Пшиш в направлении Островской Щели [12].

В настоящее время в научной литературе господствует мнение Э. И. Пятигорского, что 12-й ОДБП был разгромлен 8 октября 1942 г. во время налета немецкой авиации на район железнодорожной станции Гойтх. Этот вывод основан на воспоминаниях непосредственных участников произошедших событий И. Ф. Со-бинина и Н. Н. Богданова [13, c . 208–209]. Однако, согласно отчету о боевых действиях 12го ОДБП, 8 октября дивизион участия в боевых действиях не принимал [12].

Противоречит мнению Э. И. Пятигорского и выявленная запись из журнала боевых действий 12 (II) и 18-й армий, которая сообщает факт уничтожения в результате бомбардировки только одного из бронепоездов 12-го ОДБП и серьезное повреждение второго [5]. Данный источник также указывает другую дату произошедшего – 10 октября.

Определить точную дату боевого эпизода и установить его действительные последствия позволяют донесение и отчет о боевых действиях 12-го ОДБП, в соответствии с которыми 9 октября 1942 г., исполняя боевой приказ начальника артиллерии 328-й сд № 04, 12-й ОДБП сосредоточился на железнодорожной станции Гойтх в районе 195–196 км [3]. Согласно отчету о боевых действиях 12-го ОДБП, огневые позиции для бронепоездов определялись в районе разъезда Пшиш и Островской Щели. Однако с 13:00 9 октября атака противника силами 328-й сд начата не была, поэтому 12-й ОДБП, имея готовые огневые позиции и наблюдательный пункт, продолжал оставаться в режиме ожидания на позициях в тоннеле Гойтх. В условиях высокой активности вражеской авиации, которая часто и интенсивно бомбила разъезды Индюк, Гойтх и прилегающий участок, бронепоезда выходили из тоннеля только ночью, освобождая пути для следовавших эшелонов с оперативным грузом [12].

Согласно донесению 12-го ОДБП, которое подтверждается данными отчета о бо- евых действиях и боевой характеристикой, 10 октября в 6:00 бронепоезда открыли огонь и вели его до 7:30 [3]. Необходимо добавить, что, по информации из отчета, командир 12го ОДБП вывел бронепоезда на огневые позиции в 3 часа ночи, а огонь был открыт после тщательной маскировки [12]. Всего за период стрельбы израсходовано 375 снарядов. В 7:30 авиация противника обнаружила бронепоезда и атаковала их. В налете в общей сложности участвовало 32 самолета. В период налета командованием было принято решение о маневрировании по перегону с одновременным ведением огня зенитными средствами бронепоездов по авиации противника. Целью маневрирования был отход в Гойтхский тоннель. На всем протяжении пути следования бронепоезда́ подвергались непрерывной бомбардировке, в результате которой при входе на станцию Гойтх прямым попаданием бомбы в контрольную платформу 2-го бронепоезда (бепо) и в полотно железной дороги 2-й бепо сошел с рельсов и дальше продвинуться уже не мог. После остановки бронепоезда авиация противника усилила его бомбардировку. Личный состав продолжал отстреливаться зенитными средствами. Командир 2-го бепо старший лейтенант Н. Г. Дворников принял решение по спасению личного состава и материальной части. В результате часть вооружения и боеприпасов была сохранена. Бомбардировка продолжалась до 18:00 10 октября 1942 г. [3].

В момент схода с рельсов 2-го бепо 1-й бепо, следовавший с огневой позиции под командованием старшего лейтенанта М. И. Климанова, также подвергся непрерывной бомбардировке авиации. На подходе к станции Гойтх, в 800 м от выходного семафора, железнодорожный путь перед бронепоездом и после него был разрушен. Прямые попадания в платформу ПВО и бронепаровоз также привели к тому, что 1-й бепо уже не мог двигаться дальше. Под прикрытием оставшихся зенитных средств командир бронепоезда эвакуировал личный состав из боевой части поезда в ближайшую водоотводную трубу, проходящую над железнодорожным полотном [3]. Приказ командира 1-го бепо спас основную часть личного состава.

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ

NAME OF THE JOURRNAL SECTION

Далее в донесении указано, что с наступлением темноты личный состав 12-го ОДБП совместно с восстановительным отрядом приступил к ремонту железнодорожного пути и выводу оставшихся целыми бронеединиц, но ввиду того, что восстановительный поезд не прибыл, вывести неповрежденную матчасть не удалось. Общие потери двух бронепоездов, согласно имеющимся данным, составили 2 человека убитыми, 4 – ранеными [3].

Факты, приведенные на страницах делопроизводственных документов, подтверждаются свидетельством Л. С. Сычёвой, которая в момент описываемых событий вместе с жителями окрестных населенных пунктов пряталась от налетов авиации в водоотводной трубе: «Один из бронепоездов как-то раз встал прямо над нами, прямо над трубой. Другой поезд встал рядом, и они начали стрелять не сразу. Военные спрашивали у своего командира, почему поезд не открывает огонь, а он отвечал им, что нет на это приказа. Потом стало очень темно, и в небе появился “мессершмидт”. Он начал стрелять. Поезда не успели зайти в тоннель, когда появились бомбардировщики. Им удалось разбить бронепоезд» [8 , с. 1]. Свидетель также вспоминает о большом количестве раненых, однако относились ли они к экипажам бронепоездов в контексте данного воспоминания, не вполне понятно.

Характеризуя отмечавшуюся в донесении высокую активность авиации противника, важно отметить, что данный факт подтверждается сведениями из журнала боевых действий 12 (II) и 18-й армий. Согласно этому источнику, 9–10 октября 1942 г. в полосе обороны обозначенного объединения противник совершил 453 самолетовылета, из которых только 115 приходится на 9 октября. В день боя 328-й сд и 12-го ОДБП на участке обороны армии было зафиксировано 348 самолетовылетов [5].

Рассмотренные документы наглядно демонстрируют, что высказанное Э. И. Пятигорским мнение о гибели бронепоездов [13, c. 208–209] не соответствует действительности. Неверной также следует считать информацию из журнала боевых действий 12 (II) и 18-й армий об уничтожении одного из бронепоездов дивизиона [5]. 12-й ОДБП не погиб, а лишь получил тяжелые повреждения. При этом удалось избежать гибели большого количества личного состава. Э. И. Пятигорский также ошибочно указал дату рассматриваемого боевого эпизода, который в реальности произошел не 8, а 10 октября 1942 г.

Выявленные источники также позволяют ответить на вопрос о причинах произошедшего. В отчете о боевых действиях 12-го ОДБП указывается, что дивизион действовал в крайне неблагоприятных условиях. В числе данных условий обозначены:

• •    тяжелый профиль пути, крутые повороты, большие подъемы, затруднившие возможность маневрирования;

• •    абсолютное превосходство авиации противника в воздухе и отсутствие нашей истребительной авиации и средств ПВО для прикрытия действия 12-го ОДБП на заданном участке;

• •    ограниченная возможность использования средств связи ввиду отсутствия достаточного запаса телефонного кабеля и подвижных средств для отправки офицеров связи, а также непрерывного воздействия авиации противника [12].

В заключении отчета делается вывод о том, что задача начальника артиллерии 328й сд о включении дивизиона в состав артиллерийской группы и ведении огня с закрытых огневых позиций в течение двух часов в дневное время и при абсолютном превосходстве авиации противника была поставлена неправильно.

Проведенный анализ боевой работы 12го ОДБП позволил установить, что дивизион сыграл значительную роль в обороне Туапсе. Личный состав части был хорошо подготовлен и мог выполнять боевые задачи в условиях сложной обстановки на фронте. Такой вывод достаточно убедительно подтверждается сведениями о действиях 12-го ОДБП в период с августа по октябрь 1942 г. и данными о потерях за это время. В качестве одной из главных причин выбытия из строя 12-го ОДБП в соответствии с выявленными документами необходимо выделить решение об оказании огневой поддержки 328-й сд в дневное время, а также отсутствие достаточного прикрытия средствами противовоздушной обороны. Не- смотря на обозначенные проблемы, командование 12-го ОДБП использовало все имеющееся возможности для выполнения поставленной боевой задачи, сохранения личного состава и материальной части.

На основе сделанных выводов можно заключить, что в ходе проведенного исследования удалось достичь цели, поставленной на начальном этапе работы: провести анализ боевой работы дивизиона и определить причины его поражения. В процессе достижения данной цели была восстановлена точная хронология развития боевой ситуации на участке действий 12-го ОДБП, определены конкретные даты происходивших событий, устранены неточности, допущенные предыдущими исследователями.

Научная новизна проведенного исследования заключается в успешно осуществленной попытке детализации сравнительно небольшого по времени и масштабам боевого эпизода. Благодаря этому стало возможным более полное понимание обстановки, сложившейся на туапсинском направлении в первой половине октября 1942 г. Введены в научный оборот данные, позволяющие установить новые факты в отношении боевого пути частей и соединений РККА, сражавшихся на туапсинском направлении, построить целостную картину произошедшего и выявить другие малоизученные эпизоды.

В качестве направления дальнейшего исследования необходимо отметить изучение роли 16-й железнодорожной артиллерийской батареи в Туапсинской обороне и ее взаимодействия с 12-м ОДБП. Для решения этой исследовательской задачи важнейшее значение имеет выявление и анализ оригиналов воспоминаний командира батареи полковника Н. Н. Богданова и начальника артиллерии 328-й сд И. Ф. Собинина, на которые ссылается в своей работе Э. И. Пятигорский, а также поиск свидетельств других участников и очевидцев произошедших событий. Еще одним направлением выступает исследование процесса восстановления дивизиона, его возвращения в строй и дальнейшего участия в боевых действиях на различных фронтах Великой Отечественной войны. Продолжение работы по указанным направлениям позволит исследовать боевой путь 12-го ОДБП в течение всего периода его существования и полностью восстановить историю этой воинской части.

■ Sergey A. KINDYAKOV

Yekaterinodar Theological Seminary;

Regional Public Search and Research Organization “Height” Krasnodar, Russian Federation

Aleksey O. OREKHOV

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ

NAME OF THE JOURRNAL SECTION