«Удивительные дела творятся у нас в академии!»: дневник студента Санкт-Петербургской Духовной Академии В. М. Лосева за 1912 г.

Бесплатный доступ

В публикации представлен дневник студента СанктПетербургской Духовной Академии Вячеслава Михайловича Лосева (1890–1942), хранящийся в его личном фонде в Отделе рукописей Российской национальной библиотеки. Во вступительной статье освещаются основные вехи биографии В. М. Лосева, подробно реконструируется период его обучения в СанктПетербургской/Петроградской Духовной Академии в 1912–1916 гг., дается характеристика рассматриваемого рукописного памятника. Далее публикуется основная часть «академического» дневника В. М. Лосева, охватывающая период с 23 сентября по 2 ноября 1912 г. и представляющая наибольший интерес для изучения СанктПетербургской Духовной Академии того времени. Публикуемые дневниковые записи дают представление о повседневной жизни студентов, о бытовых реалиях их пребывания в духовной школе, о формах досуга в стенах Академии и в городском пространстве. Вместе с тем, автор дневника затрагивает ряд сюжетов, связанных с научнообразовательной жизнью учебного заведения: дает характеристики отдельным представителям профессорскопреподавательской корпорации, описывает проведение пробных лекций и процесс защиты одной из магистерских диссертаций.

дневники \ история повседневности \ духовная школа \ духовное образование \ Санкт- Петербургская Духовная Академия \ Орловская духовная семинария \ Отдел рукописей Российской национальной библиотеки \ В. М. Лосев \ А. И. Бриллиантов \ Д. П. Миртов \ В. А. Беляев \ епископ Анастасий (Александров) \ иеромонах Илиодор (Труфанов)

Короткий адрес: https://sciup.org/140316862

IDS: 140316862   |   УДК: 94(470+571)"191":271.2-9+82-94+378.09   |   DOI: 10.47132/2587-8425_2026_1_227

“Amazing things are happening at our academy!”: Diary of a Student of the St. Petersburg Theological Academy V. M. Losev for 1912

The publication presents the diary of Vyacheslav Mikhailovich Losev (1890– 1942), a student of the St. Petersburg Theological Academy, kept in his personal archive fund in the Manuscripts Department of the National Library of Russia. The introductory article highlights the main stages of V. M. Losev’s biography, reconstructs in detail the period of his studies at the St. Petersburg/Petrograd Theological Academy in 1912– 1916, and provides a description of the manuscript in question. Next, the main part of V. M. Losev’s “academic” diary is published, covering the period from September 23 to November 2, 1912, and is of greatest interest for the study of the St. Petersburg Theological Academy of that time. The published diary entries provide an idea of the students’ daily life, the everyday realities of their stay at the theological school, and the forms of leisure within the walls of the academy and in the urban space. At the same time, the author of the diary touches on a number of topics related to the scientific and educational life of the educational institution: he gives characteristics of individual representatives of the professorial and teaching corporation, describes the holding of trial lectures and the process of defending one of the master’s dissertations.

Текст научной статьи «Удивительные дела творятся у нас в академии!»: дневник студента Санкт-Петербургской Духовной Академии В. М. Лосева за 1912 г.

E-mail: goltsov-                 ORCID:

Leading archeographer of the Manuscripts Department of the National Library of Russia, postgraduate student of the Institute of History of St. Petersburg State University.

E-mail: goltsov-                 ORCID:

* Photos provided by the author.

Ccc)

BY-NC

Практика ведения дневников воспитанниками дореволюционных духовных школ — малоизученная тема, представляющая интерес как с точки зрения церковной истории, так и в контексте автобиографических исследований. К настоящему времени специалистами опубликовано несколько дневников студентов семинарий и акаде-мий1, предприняты попытки проанализировать некоторые из них2. В рамках данной статьи вниманию читателей предлагается еще один документ подобного рода — дневник студента Санкт- Петербургской/Петроградской Духовной Академии Вячеслава Михайловича Лосева (1890–1942), хранящийся в его личном фонде в Отделе рукопи-

сей Российской национальной библиотеки3.

В. М. Лосев родился 4 (17) марта 1890 г. в селе Бацкино Брянского уезда Орловской губернии4. Семья его отца, священника церкви Покрова Пресвятой Богородицы Михаила Петровича Лосева (1861–1939), состояла из десяти детей (двое из которых умерли во младенчестве) и жила, по воспоминаниям автора дневника, «не только скромно, а просто бедно, нуждаясь во всем необходи-мом»5. «Тем не менее отец мой, — свидетельствовал он, — принимал самые героические усилия для того, чтобы дать нам образо-вание»6. Окончив 2-е Орловское духовное училище (1905 г.) и Орловскую духовную семинарию (1911 г.), В. М. Лосев в течение года служил сельским и домашним учите-лем7. По всей видимости, он желал продолжить образование в университете, но его ходатайство о зачислении в число студентов Варшавского университета было отклонено8. В результате, в 1912 г. он поступил в Санкт-Петербургскую Духовную Академию, где учился по историческому отделению9.

«Как я поступил, не знаю, — прямо чудо какое-то! Дрожал как осиновый лист. Многие,

В. М. Лосев. Ок. 1916 г.

(ОР РНБ. Ф. 443. № 5. Л. 2)

подготовленные гораздо лучше меня, поехали домой»10, — писал В. М. Лосев своей

сестре под впечатлением от вступительных экзаменов. В том же письме он делился первыми наблюдениями за академической жизнью: «Ты спрашиваешь, как я чувствую себя в академии? Пока очень хорошо и надеюсь также чувствовать и в будущем. В общем академия меня вполне удовлетворяет. Профессора, хотя и не все, но есть хорошие. Обстановка более или менее хорошая. Стол также хороший. Относительно

Программа патриотического концерта, устраиваемого студентами Петроградской Духовной Академии 7 декабря 1914 г. (ОР НБ. Ф. 443. № 3. Л. 46)

товарищей скажу, что есть очень симпатичные люди, но есть и совершенно неинтеллигентные, но последних мало. Живет наш курс очень дружно. Я среди товарищей пользуюсь более или менее уважением, что выразилось, между прочим, тем, что меня избрали членом т[ак] назыв[аемой] библиот[ечной] комиссии, которая заведует студенческ[ой] библ[иотекой] и читальней. На лекции у нас ходить не обязательно, и я хожу только на интересные, а иные дни и совсем не хожу. Время провожу хотя без особенного веселья, но не скучно. Хожу каждый день гулять на Невский проспект, читаю, сплю, пишу и т. п.»11. Отметим, что в личном фонде В. М. Лосева сохранились некоторые семестровые сочинения12 и про-поведь13, написанные им в период обучения.

В начале Первой мировой войн ы В. М. Лосев стал свидетелем патриотического подъема, охватившего духовную школу14. «В это время все личное отходит как-то на задний план, — писал он семье. — Живешь более общественною, чем личною жизнью. Не знаю, как в провинции, а у нас вой на охватила “всех и вся”. В частности, и академия “живет войной” и уже принесла на алтарь отечества свои посильные жертвы. Так, даже один наш товарищ, студ[ент] III курса, серб Любомир Никол[аевич] Митрович, погиб в Сербии 17 сент[ября] смертью героя. Симпатичнейшая личность! Многие студенты поступили в военные училища, некоторые уехали санитарами, а с 1-го декабря,

как известно, возьмут студентов I курса для поступления в военные училища и производства в офицеры. С другой стороны, студенты работают в лазаретах в Петрограде братьями милосердия, устраивают для раненных концерты, пишут письма, дежурят, устраивают чтения и проч. В скором времени откроется и наш академический студенческий лазарет на 10 кроватей. Это будет лазарет исключительно студенческий, так как существует на студенческие пожертвования посредством самообложения. В высокопатриотическом порыве наши студенты отказались при будущем приеме в военные училища от всяких льгот и в день восшествия на престол государя, 21-го окт[ября], послали ему телеграмму в этом смысле. <…> Кроме этого, студенты участвуют в разных сборах по поводу раненных в качестве сборщиков»15.

Еще в период обучения в семинарии В. М. Лосев проявил незаурядный интерес к изучению истории Орловского края и в 1914 г., желая получить «научную подготовку» для дальнейших изысканий в этой области16, поступил в Санкт- Петербургский археологический институт, который окончил в 1916 г.17 Таким образом, в течение двух лет он был студентом сразу двух высших учебных заведений. В 1915 г. он был избран действительным членом Орловского церковного историко- археологического общества18, с которым активно взаимодействовал в период обучения в высшей школе.

ЗАЛЪ АРМЫ И ФЛОТА (Питейный, 20).

ПОЧЕТНЫЙ БИЛЕТЪ

ДЛЯ ВХОДА ял П/ТРЮТИЧЕСКШ КОНЦЕРН, устрашений студентами ИМПЕРАТОРСКОЙ Петроградской Духовкой АкаденЮ n пользу оборудована™ ими лазарета для ранении и больниц вовноп йь боскресенье, 7-го Декабря 1914 года.

Начало роано аъ 8 час. вечера.

Почетный билет на патриотический концерт, устраиваемый студентами Петроградской Духовной Академии 7 декабря 1914 г.

(ОР РНБ. Ф. 443. № 3. Л. 45)

Между тем, к концу второго курса положение В. М. Лосева в Академии значительно ухудшилось из-за конфликта с ректором, епископом Анастасием (Александровым), причины и суть которого не вполне ясны. Однако известно, что весной 1914 г. наш герой предпринял попытку перевестись в Киевскую Духовную Академию (соответствующая просьба не была удовлетворена19), а 5 июня того же года был отчислен из Санкт- Петербургской Духовной Академии «как не внесший платы за свое содержание в академическом общежитии»20. Фактической же причиной своего отчисления он считал упомянутый конфликт с администрацией21. Впрочем, вскоре В. М. Лосев был восстановлен в духовной школе и уже в ноябре писал сестре: «Мое положение в академии не из приятных. Начальство на меня зло до невероятия, всегда придирается, так что с этой стороны приходится держаться, как говорят, на чеку. Особенно преследует меня ректор. Но пока живу, что дальше будет не знаю. В Академии у нас против ректора идет сильное брожение. Всем он достаточно “насолил”. Все его действия таковы, что порой кажется, не сошел ли он с ума?»22 Несмотря на имевшие место трудности, в 1916 г. автор дневника окончил Петроградскую Духовную Академию со степенью кандидата богословия «за сочинение по истории древнерусского искусства»23 и уже в апреле поступил на службу помощником делопроизводителя в Канцелярию Центрального управления Государственного банка24. Впоследствии он служил в различных государственных и образовательных учреждениях, занимался краеведением, в последние годы существования общества «Старый Петербург — Новый Ленинград» являлся его ученым секретарем25.

***

В личном фонде В. М. Лосева отложился ряд его дневников и записей дневникового характера, охватывающих обширный период с 1912 по 1936 гг.26 Стоит отметить, что их автор впервые обратился к практике ведения дневника в 1905 г., но сделанные тогда записи были впоследствии уничтожены27. Став студентом Духовной Академии, он вновь начал вести дневник, подробно описывая свою жизнь в новом качестве, но на регулярной основе эта работа велась недолго: с 23 сентября по 2 ноября 1912 г.28 В последующие годы пребывания в Академии он возвращался к дневниковой тетради лишь эпизодически, 1–2 раза в год, преимущественно фиксируя в ней свои любовные переживания29. Последняя из таких записей была сделана 24 июня 1916 г.

Таким образом, публикуемые ниже записи «академического» дневника В. М. Лосева за 1912 г. составляют не только бо́льшую по объему, но и наиболее информативную часть этого рукописного памятника, которая может представлять интерес для изучения истории Санкт- Петербургской/Петроградской Духовной Академии предреволюционного времени (более поздние записи дневника не включены в настоящую публикацию как малоценные в этом отношении). Как учащиеся Академии проводили свободное от учебы время в стенах духовной школы и за ее пределами — в городском пространстве? С какими бытовыми проблемами и заботами они сталкивались? Что составляло круг их чтения? Как проходили студенческие сходки? На эти и другие вопросы так или иначе отвечает дневник В. М. Лосева, служа ценным источником по истории повседневной жизни студентов высшей духовной школы начала XX в. Вместе с тем, в нем, хотя и в меньшей степени, затрагиваются сюжеты,

Первый лист дневника В.М. Лосева.

23 сентября 1912 г. (ОР РНБ. Ф. 443. № 11. Л. 1)

связанные с научно- образовательной жизнью Санкт- Петербургской Духовной Академии, например, содержатся характеристики отдельных представителей ее профессорско-преподавательской корпорации, описывается проведение пробных лекций по кафедре пастырского богословия и защита магистерской диссертации священника М. С. Попова.

Текст дневника публикуется в соответствии с нормами современной орфографии и пунктуации с сохранением стилистических особенностей автора. Подчеркивания переданы курсивом. Сокращения раскрыты в квадратных скобках. Сохранены следующие общепринятые сокращения: «р.», «руб.» — «руб ли»; «к.» — «копейки»; «ч.», «час.» — «часы»; «т. е.» — «то есть»; «т. п.» — «тому подобное», «пр.» — «прочее». Пропущенные в рукописи и восстановленные по смыслу слова заключены в квадратные скобки. Предположительные реконструкции утраченных фрагментов рукописи даны в угловых скобках. Явные описки автора исправлены без оговорок. Текстуальные примечания обозначены римскими цифрами и даны внизу страницы, комментарии обозначены арабскими цифрами и представлены после текста документа30.

Из дневника В. М. Лосева

23 сентября — 2 ноября 1912 г.

Дневник В. М. Лосева

  • 23    сен т[ября]. 5 ч. вечера. Еще третьего дня я решил писать дневник. Для лица, не имеющего, подобно мне, ни друзей в полном смысле этого слова, ни приятелей, с которыми бы можно было делиться своими более или менее интимными мыслями, ведение дневника является настоятельной необходимостью. Это обычно так и бывает. Люди, чувствующие себя одинокими в окружающей их среде, ноI тем не менее имеющиеII потребность к общению с другими, когда не находят себе друга, «изливают» свои мысли сами пред собой, т. е. ведут дневники. Что касается меня самого, то я давным- давно собирался вести дневник: еще с духовного училища, класса, кажется, со 2-го. Но вот прошел уже и семинарию, жил в бурное время свобод, когда многое нужно было сохранить на бумаге, многое интересное из общественной жизни, поскольку она касалась меня и нашей семинарии (впрочем, в [1]905 г. я вел что-то вроде дневника, но потом уничтожил); жил и целый год в помещичьей усадьбе, культурном уголке, где также было много интересного и занимательного, и, к сожалению, не вел дневника. И хорошо, что начал вести сейчас. Думаю, решение мое будет твердым. Дай Бог! Буду писать, не заботясь о слоге и красоте выражения; «не мудрствуя лукаво» буду писать все, что <ду>мал и думаю, писать открыто, не стесняясь, как «<на> духу». Не знаю, как выполню я принятую на себя <за>дачу, но хотелось, как бы хотелось, чтобы я выполнил. Иногда буду писать и кое-что из прошлого. В частности, мне хочется поподробнее описать все, начиная от моего отъезда из Каменки1 и «до сего дня».

Сегодняшний день — один из тех дней, с которых я уже не менее тысячи раз давал себе слово исправиться, перемениться внутренне и внешне. Обыкновенно все такие порывы, за исключение разве (порывов)III 2-х последних лет, не приводили ни к чему. Последние два года прошли для меня, благодаря желаниям перемениться, довольно хорошо: я значительно изменился, как внешне (т. е. мое поведение, способIV держаться среди людей и т. п.V), так и внутренне, нравственно (изменение нравств[енного] мировоззрения). Не знаю, чему это приписать: тому ли, что берут свое лета, или чему другому. Во всяком случае, эти два года, как и для моей души, так и для тела, прошли очень благотворно. Все мои стремления исправиться, перемениться хотя были и недолговечны, но довольно часты и этим обусловливалось благотворное следствие. Отчего они были недолговечны? Мне кажется, что до сих пор во всех моих желаниях перемениться был один крупный недостаток, это то, что понимал все свои требования относительно перемены моей жизни и воззрений слишком законнически, фарисейски, хотел исполнить всякую мелочь, что совершенно немыслимо. Теперь с некоторого времени яVI пришел к убеждению, что исполнение всего, что я хочу, немыслимо, и не только в условиях моей жизни, но и вообще. Для успешного разрешения этого вопроса, мне кажется, нужно установить один принцип,

  • 30    Комментарии на имена выпускников духовных учебных заведений даны по: [ Бовкало А. А. ] Списки выпускников духовных учебных заведений // Сайт Александра Александровича Бовка-ло. URL: https://petergen.com/bovkalo/index.html (дата обращения: 30.06.2025).

под угломVII зрения которого и нужно рассматривать все свои поступки, с точки зрения которого нужно их оценивать. Как для истинного христианина таким общим принципом должна быть любовь, примерVIII Христа, так и для себяIX в этом случае я устанавливаю принцип «нравственности». А нравственно относиться к каждой вещи, по определению Д. И. Покровского2, нашего семинарского преподавателя философии, значит оценивать каждую вещь сообразно ее назначению, ее сущности. Итак, я буду отныне всегда руководиться этим принципом. Отвергаю ли я этим принцип христианства? Нет. Он слишком высок для меня и труден. Сначала лучше постараюсь жить по моему принципу, а там, как говорится, видно будет. Во всяком случае, принципы христианства всегда будут для меня моим заветным стремлением. Ведь избранный мной принцип составляетX также и часть христ[ианских] принципов, и только как подходящийXI к моим настоящим силам и способностям избран мной только он, а не все христианские принципы. Этим принципом я начал жить с сегодняшнего дня. Сходил в 10 ч. к обедне. Особенного молитвенного настроения не было, но и бурных мыслей было мало. За обедом, который был сегодня очень хорош, ел умеренно. За обедом, между прочим, подали котлеты с брусничным вареньем, многие чрезвычайно удивились этому, очевидно, никогда не видали ничего подобного. Привезти бы некоторых из них, напр[имер], Замараева3, в Каменку, за обедом, я думаю, совершенно бы растерялся.

После обеда хотел гулять, но не пошел, одному скучно было. «Публика» играла в карты, мне тоже хотелось, но удержался. Гатинский4, мне кажется, играет нечисто. Хотя я и не заметил ничего, но чувствую. Вместо карт читал газеты: ничего интересного нет, вой на балк[анских] государств с Турцией наготове. Читал «Богосл[овский] Вестн[ик]»5, из кот[орого] узнал, что С. Добросердов6 поступил в прошл[ом] уч[еб-ном] году в Моск[овскую] д[уховную] а[кадемию].

Надел в первый раз свою «обновку». Денег (11 р.) она стоит, я уверен. Если переменить воротник (что думаю сделать к весне), пуговицы и т. п., будет очень хороша. Как получу деньги, иду к починщику и буду просить подложить ваты под бок. А как приятно, когда чувствуешь [себя] хорошо одетым: недаром по одежке встречают… С вчерашней глупостью, проигрышем 10 р., приходится мириться, нужно не допускать подобного в следующий раз. — Перед ужином написал письмо Георг[ию] Пант[елеймоновичу]7 в Баку. Раньше думал не писать, но теперь думаю, неловко не написать, ведь год же у него жил.

После ужина и молитвы читал стихотворения А. А. Навроцкого8 на исторические мотивы и отдыхал душой. Дивные стихотворения. Видно, что писал их человек, любящий Россию и все русское, русское — подлинное, а не искаженное европейской цивилизацией. Немного напоминает А. К. Толстого9. Особенно хороши стихотворения «Архимандрит Порфирий», «Иван Разбойник»… да нет… все хороши! Какое удовольствие получаешь, когда читаешь эти стихотворения: восхищаешься широкой славянской натурой, прямой, честной, свободной. Нет, не могу я высказать словами своего восхищения пред этой книгой. Даю себе слово, — непременно купить ее, напишу здесь ее заглавие: «Картины минувшего». Стихотворения и драматические очерки А.А. Навроцкого (Н. А. Вроцкого) СПб. 1881» 10. Интересно стихотворное предисловие, рисующее с самой лучшей стороны воззрения автора:

Картины былого, минувшего времени…

Как ясно носилися вы предо мной Герои великого русского племени, Все дети страны дорогой и родной.

Вы близки мне все; ведь в пылу вдохновения

Я с вами страдал, и любил, и скорбел,

Склоняясь пред вашим величьем смирения,

Рыдая над грудой замученных тел.

До вас не коснулися волны забвения,

Идите ж на суд беспристрастный земли,

Рассудит правдиво народно мнение,

Что сделали вы, и что сделать могли.

Пусть русские люди, за ваши деяния,

По истине каждому честь воздадут,

О добрых — вспомянут, как жертвах страдания,

  • О злых же — и им снисхожденье найдут11.

  • 24    сент[ября]. Встал поздно, чуть не в 10 часов. Лекций сегодня у нас нет совсем. На молитве не был, жаль. За спячку получил достойное наказание — остался без чая, ибо кипятка не хватило, даже не было совсем.

Читал в читальне «Пробуждение», изящный журнал по внешн[ему] виду и содержанию. Очень понравилась повесть В. Ленского12 «Людмила»13. С нетерпением буду ждать продолжения… Взял у П. И. Смоличева14 (завед[ующего] читальн[ей]) печатные листки на бесплатную высылку «Орл[овского] Вестн[ика]» и «Орловск[ой] Речи» в [1]913 г.

После обеда ходил гулять, — погода, по Петербургу, очень хорошая. Ходил с греком Мендриносом15, — интересный субъект. Видел на Лиговке греческую церковь16. После чая опять пошел гулять и совершил большую глупость, — потратил порядочно: на Ни-колаевск[ом] вокз[але] выпили пива и лимонада (конечно, на мой счет: не знаю, отдадут ли?), потом в кафе Филиппова выпили шоколаду. В результате из последнего руб ля остался пятачок! Хорошо бы не делать подобного в следующий раз!

26XII сент[ября]. 24 [сентября] вечером у нас была курсовая сходка для обсуждения разных вопросов, между прочим, об улучшении стола, студ[енческой] библи[оте-ке], пользовании пособиями для семестровых сочинений, студенч[еском] телефоне, курении в спальне и проч. Нужно отдать честь нашему декану И. Степанову17. Он провел всю сходку с удивительным тактом и уменьем. Теперь, я не сомневаюсь, что Силичев18 был бы несравненно худшим деканом, нежели Степанов. Относительно пользования пособиями для семестра постановили, чтобы книги были отданы в распоряжение декана, который и распределяет их между студентами; частное пользов[а-ние] пособиями запрещается. Это очень хорошее постановление, теперь уже не будет того произвола в пользовании книгами, какой был у нас в семинарии. Относительно студ[енческой] библ[иотеки] я старался защищать то мнение, что пользование книгами должно быть в границах «Положения о студ[енческой] библ[иотеке]». Так и решили. Еще постановили уполномочить членов библ[иотечной] комиссии от I к[урса] возбудить на заседании комиссии вопрос об очереди получения книг. Вообще заседание прошло очень хорошо. И странное дело: после этого заседания я был доволен положительно всеми, верно потому, что все товарищи вели себя «по-студенчески» — т. е. с тем энтузиазмом и честностью, которая свой ственна молодежи; никто не старался провести чего-либо противного чести и достоинствуXIII студенчества. Это меня обрадовало, начинаешь верить, что мы, духовное юношество, стоим на высоте своего положения и не посрамим себя.

  • 25    сент[ября]. День прошел в общем удовлетворительно. На молитву утром не попал — проспал. Из лекций был только на одной философии, Св[ященного] Писания не было, и я с Ильинск[и м]19 ходил в город, хотел сходить на педагогику,

но опоздал. После обеда почти до всенощной спал. Во всенощной был. Вспоминал, как торжественна бывала всенощная в этот день в Орловск[ой] семинарии20. После всенощной за ужином пришлось выслушать от Замараева незаслуженный упрек в лицемерии. Сей неинтеллигентный вологжанин21 думает, что в академической церкви уXIV студентов не может быть молитвенного настроения, и если кто, напр[имер], стоит на коленях и молится, то ему кажется, что это лицемерие. Не стал его разубеждать, потому что для него мои слова пустой звук; но горько и обидно слышать такие вещи от студента дух[овной] акад[емии], да еще бывшего первым учеником в семинарии. — Мне, наоборот, кажется, что в академ[ической] церкви ничто не препятствует молитвенному настроению: студенты никогда не разговаривают, не подсмеиваются над усердно молящимися и т. п., что обычно в семинарии (Орловск[ой]). Вообще нужно сказать, что студенты ведут себя в церкви вполнеXV как люди интеллигентные ( интеллигенты духа ) и это нужно поставить им в заслугу.

После ужина студенты- орловцы вздумали послать телеграмму ректору се-минарии22 — поздравить с И[оанном] Богословом. Собрались мы трое: я, Коссов23 и Раевский24 (Ампелогов25 отсутствовал), вспомнили старое, семинарию, поговорили по душе, попили чайку, закусили и составили такую телеграмму: Орел. Ректору духовной семинарии. Считаем приятным долгом принести Вашему Высокопреподобию, учащим и учащимся родной семинарии поздравление с храмовым праздником. Студенты орловцы Петербургской дух[овной] академии Ампелогов, Коссов, Раевский, Лосев. Обошлась по 37 к. с человека.

Сегодня утром (26-го [сентября]) остались многие, и я в том числе, неумытыми вследствие порчи городского водопровода.

Обедня прошла довольно торжественно, Георгий26 сказал слово, потом был молебен. Непосредственно после обедни был довольно приличный обед. После обеда ходил гулять и взять часы из поправки, но они оказались еще не готовы. На Невском встретил, к своему удивлению, Евгению Филипповну27. Она что-то очень скучна. Звала к себе, я сказал, что приду.

Императорская Санкт-Петербургская духовная академия

К чаю сегодня купил ради праздничка, когда-то весело проводившегося, сластей на 16 к.

Да забыл… послал Музолю28 поздравление с Богословом — визитную карточку, — удивится, вероятно. — Вчера получил письмо от Sophie29. Нужно ей написать и спросить поподробнее об избиении Волкова и доносе Аркаши. А когда же я напишу Нине Ник[олаевне]30???

Забыл еще, кажется: на днях балканские государства объявили войну Турции и студ[енты] ак[адемии] болгары и сербы уезжают на войну.

30 сент[ября] 1912. После всенощной. Сейчас выбрал время написать все за минувшие дни. 27 [сентября] утром был только на лекции Малахова31 и с удовольствием прослушал ее. Пред обедом получил два письма из дома. Пишут, что посылают деньги не на мое имя, а на Совет. Это создало бы большие затруднения для меня и было бы обидно32. Поэтому чувствовал себя скверно и весь день до 7 ч. вел себя недостойно.

XV «Вполне» вписано над строкой.

Около 6 час. веч[ера] поехал в компании товарищей на Варшавский вокзал на проводы студ[ентов]-болгар, едущих на вой ну. Как описать все те чувства, которые волновали меня во время этих проводов? Очень трудно. Одно только ясно, — я проникся глубоким уважением к болгарам, ехавшим защищать свою родину (в качестве добровольцев) с таким неописуемым энтузиазмом, какого я никогда не видал и вряд ли увижу. Нужно было видеть их дышавшие отвагой и бесстрашием лица, их страстное желание освободить от векового гнета свою родную, горячо любимую страну и понять ту силу, которая одушевляла их на это дело. Глядя на них, мне невольно пришли на ум древние славяне: такими представляются они мне. Настроением болгар заразились все, особенно когда двое из них сказали небольшие, но полные огня и отваги речи. Потом стали петь «Шуме Марица»33, еще какую-то южно-слав[ян-скую] национ[альную] песню, наконец, «Боже царя храни» и несмолкаемое «ура». Но вот поезд трогается… дивная картина… бросив последние прощальные взгляды, под крики «ура», болгары опять затягивают какую-то песню, машут фуражками, платками, публика тоже. Многие из публики плакали. Меня эта картина тоже растрогала до слез. Но всему бывает конец, кончились и проводы. Все пошли к трамваю. Но вопреки моему ожиданию я шел не с чувством печали, а, наоборот, меня охватило какое-то радостное чувство, чувство гордости за славянское племя, великое, могучее, бесстрашное! Чудные то были минуты, повторятся ли они еще когда-то? Дай, дай, Боже, чтобы повторились! Великое счастье было бы для меня видеть таким гордым, свободным, великим и отважным свой родной народ, русских! Как бы я рад был сказать врагам России: «Нет, шутишь! Живет наша русская Русь!» (А. Толст[ой])34. Да еще, забыл было, один болгарин сказал в своей речи, что врагами славянства являются не только турки, но и немцы. Это в высшей степени верно, и не только для южных, но и для русских славян.

Придя с проводов, написал письмо Sophie.

28 [сентября] вопреки письму из дома, получил на свое имя 200 р. Радовался по сему случаю, так хорошо устранился возможный конфликт. Внес эконому 75 руб-л[ей]. Сходил, смерил пальто, готово будет нескоро, долго придется ходить в летнем.

Вечером 28 [сентября] было заседание библиотечной комиссии. Между прочим, разбирался вопрос об урегулировании количества выдаваемых книг и времени их пользования. Вопрос этот в предыдущем заседании комиссии решено было передать на курсовые сходки. Наш курс, по моему, между прочим, настоянию, решил оставить в силе прежнее правило, т. е. чтобы одновременно на руках у студента было не более 5 книг; также постановил и 2-й курс, 3-й же курс постановил увеличить количество книг до 12. Начались прения. И вышло что-то позорное. Представители нашего курса Беловзоров35 и Каменский36 совершенно не отстаивали мнения нашего курса, а присоединились к мнению III курса. И, конечно, в этом смысле и было постановлено — выдавать 12 книг. Поразительно! Нежели можно сразу читать 12 книг? Будут бедные книжечки опять гулять по Петербургу. Не поддержали меня товарищи и в вопросе об очереди книг и в выписке «Этики» Спинозы37. Позорно для I курса, что выбрали таких дураков и совершенно не интеллигентных личностей. Я был очень расстроен этим и долго не спал.

29 [сентября] утром был в бане. Какое для [меня] испытание баня, если бы кто знал! Это выставлять на вид свое уродство ужасно тяжело. Но что делать. Хорошо, что еще в академии более или менее интеллигентная среда и на это мало обращают внимания. Но все-таки тяжело как-то и неприятно ходить в баню.

Из лекций был на систематич[еской] философ[ии] — сдавал кое-кто практиче-ск[ие] работы. Д овольно-таки трудно сдавать их, особенно мне придется потрудиться над этим. Написал письмо Варе38.

Ночью совершена удивительна вещь. У Гатинского украли 60 р. в спальне. Хотя мне кажется, едва ли здесь кража, наверно, вытащила проститутка, с которой они были, или же сами потеряли. Вообще такая вещь среди студентов академии немыслима.

  • 1-е октября. После обеда 29XVI [сентября] рассказал о поведении Беловзорова и Каменского Чеснокову39, В. С. Иваненко40, декану и др. Все возмущены были и говорили о смене их. Беловзоров случайно подошел и оправдывался. Чесноков и другие настояли на созвании вечером после всенощной сходки.

Пишу 3 окт[ября]. Как трудно, оказывается, регулярно вести дневник. Сегодня уже третье, а я не написал еще события 29 сент[ября]. Постараюсь написать о них вкратце. 29 [сентября] я после обеда спал, потом был во всенощной, с чувством молился и было вообще хорошее настроение. После всенощной был сходка. Ну и досталось же Б[еловзорову] и К[аменскому]. Всякий другой на их месте после таких разговоров о них отказался бы. Но защищался Б[еловзоров] (К[аменского] не было) довольно удачно. Его, кроме того, защищал Силичев. Прошли все мои вопросы: о протесте, об очереди и т. п. Меня благодарили и проч[ее]… После сходки долго ходил и разговаривал с А. Г. Чесноковым по поводу сходки и кражи у Гатинского. А. Г. — очень милый и интеллигентный человек.

  • 30 [сентября] . В церкви не был. После обеда спал. Во всенощной был — настроение довольно хорошее. Написал письма Д. Я. Семенникову и Вас. С. Софронову. 1 окт[я-бря]. Был только в […]XVII обедни. Вспоминал, что в Бацкине престольный праздник41. Вечером долго гулял с Шежемским42. Купили для своего стола лампу за 1 р. 45 к., керосину, бумаги пропускной для обивки стола и проч[ее]. Стол теперь имеет изящный и уютный вид. 2-е окт[ября]. На лекциях не был. Получил письмо от Г. П. Островер-шенко43. Убеждает, между прочим, заняться изучением кооперативных идей. Вместо лекций ходил в Музей Александра III. Отличное помещение, картины, статуи доставили высокое художественное наслаждение. Нужно сходить еще раз, чтобы получше все осмотреть. Написал письмо домой и Нине Николаевне. 3-е окт[ября]. Сегодня видел скверный сон — рыл какую-то яму с червями и др[угими] гадостями; вследствие этого — скверное настроение, не хочется ничего делать. На лекциях не был. Получил письмо от В. С. Софронова, к 4 ч. иду к нему. Пред отъездом получил письмо от Ф. П. Аверьянова. Шлют привет (своей рукой) немки Паулина Целле и М. Адол. Трейнис. Очевидно, он еще в Копали. Даже Николай Пахомов — рабочий и тот написал карандашом на этой же открытке «низкий поклон».

  • 12 октября. Вот уже девять дней, как я не писал дневник. Сколько произошло за это время перемен в моей личной жизни и перемен к худшему, показывающих мое удивительное слабоволие…

  • 14 окт[ября]. Н аконец-то выбрал я время писать дневник, а то и товарищи мешают, и некогда. Буду излагать как можно кратче все случившееся с 3 октября. 3-е: Ходил к В. С. Софронову в военную электрическую школу44 и разочаровался. Не подходит он ко мне. Человек другого круга. Вечером записался членом Богословского кружка студентов С[анкт-]П[етер]б[ургской] д[уховной] а[кадемии].

  • 4-е окт[ября].: На лекциях не был. Подал прошение на пособие в «Общество вспомоществования недостаточным студентам С[анкт-]П[етер]б[ургской] д[уховной] а[кадемии]». Во всенощной был.

  • 5-е окт[ября]. Был в церкви в Лавре. Пел митрополичий хор под управлением Тер-нова45. Служил преосв[ященный] Никандр (наш орловский — Феноменов)46. Хор не произвел на меня такого впечатления, как Синодальный в Москве. Скорее носит характер светского пения, нежели духовного. … Составили с деканом протест против «библ[ио-течной] комиссии». … Ходили к В. С. Софронову, он звал меня по телефону. Заходили в один плохонький ресторанчик; он напился, задевал по улицам прохожих; я хотя смеялся его смешным выходкам, но все-таки жалел, зачем я пошел, тем более, что это стало для меня 1 р. 40 к. Потом он взялся меня провожать, хотел идти в академию и пр. Насилу отвязался от него: завел в кинематограф, а потом сказал, что мне нужно скорей идти, а то пропущу время. Так и уш ел. … Разбирательства протеста не было, т. к. неXVIII

было и заседания. … Читал Орловск[ие] еп[архиальные] вед[омости], напечатано описание И[оанна] Богослова в семинарии и, между прочим, наша телеграмма47.

6-е окт[ября]. Чай утренний проспал. На лекциях не был. Получил письмо от Ольги Ник[олаевны]48, такого содержания: «Многоув[ажаемый] В[асилий] М[ихайлович]. Только сейчас выбрала время Вас искренно поздравить с поступлением в академию. Моя медлительность в ответе может Вам дать мысль о моем равнодушном отношении к этому вопросу, но это было бы неправильно, так как я очень рада Вашим успехам. Но Вы не поверите, что за осень, — за сентябрь только 10 дн[ей] без дождя, Вы можете себе представить, что делается с уборкой в полях. Сегодня (письмо помеч[ено] 3 окт[ября]) все покрыто с утра пеленой снега, а картофель у нас еще в земле. Конечно, Ив. Ив. целые дни ноет, и у меня настроение не важное, так как моя поездка в Баку на виноград все откладывается. Завтра еду (в) Орел и в Москву для Бориса. — В воскресенье 30 (сент[ября]) была в Бацкине, о[т]ца Михаила49 видела (только) что вернувшимся из Орла, конечно он был в духе, что весь этот вызов в консисторию, кот[орый] и ему и другим причинил так много волнительных минут, оказался только из-за того, чтобы его, Зверева50 и Соболева устранить от выборов. Архиерей51 был оч[ень] вежлив, очень извинялся. Но как же там в Брянске оказалась компания, что придумала доносить на тех, кот[орые] громко говорили, что Губонину не будут класть. Его выбрали, но, конечно, из-за принуждения. — 16-го сент[ября] ездили в Жуковку на закладку санатория, было много и оч[ень] хорошо, Михайлов и другие говорили речи, потом был хороший завтрак и здесь же на воздухе, из властей был князь, исправник и полиция, ждали губернатора, тел(еграмм) было много. На обратному пути ночевали у Лесли. Всего хорошего, оч[ень] довольна, что о Каменке хорошее воспоминание, надеюсь, что не забудете. Уважающая О. Островершенко.

Помещение Банка уже доведено до крыши, — кажется, будет хорошо». Адрес надписывала Варя.

Итак, из этого письма важно для меня то, что папу вызывали в консист[орию] по поводу выборов в Госуд[арственную] Думу. Он оказался таким же протестантом против подлости и несправедливости, каким и его сын. Я предполагал немного, когда прочитал в «Биржевке»52 о вызове брян-ск[их] священников в день выборов к архиерею, что не вызвали бы и отца, и это предположение оказалось верным. Но горько и обидно является за русское общество, что возможны всякие подлости, доносы и пр., горько и за духовенство, которое насильственно толкают в политику.

Письмо это получил за обедом. Еще до обеда у меня болела голова, а после обеда пришлось лечь в постель, лежал, спал, дремал до 8 ½ вечера. Во всенощной, конечно, не был. Но когда встал, то почувствовал себя довольно хорошо. Вдруг вижу, садятся играть в карты. Но… не стану описы-

Священник Михаил Петрович Лосев — отец В. М. Лосева (ОР РНБ. Ф. 443. № 801. Л. 18)

вать, как я затянулся в игру, скажу только результат — проиграл 28 р. 50 к.!, ругался, вел себя позорно и… […]XIX. Вообще я перестаю верить в себя…, безвольный я человек, вспомнишь свои, как казалось, твердые решения жить новой жизнью и этот факт — совсем презираешь себя! Как я жалел о 1 р. 40 к., которые я провел с В. С. Софроновым, а теперь вдруг 28–50. Как мне укрепить свою волю? Боже, дай мне твердость воли! Вот только молитва поможет мне перенести этот случай, избавит от отчаяния. К то-то (кажется, Ницше53) сказал: «Нет положения, из которого не было бы выхода»54. Прекрасное выражение! Оно вселяет надежду в душу отчаявшегося и побуждает терпеливо переносить все. Неужели из моего положения нет выхода? Буду надеяться, что будет.

  • 7-е окт[ября]. В церкви не был. День провел в общем «слабовато», несмотря на порыв опять начать новую жизнь. Ходил к портному. Получил письмо от Веры из Орла и от Бориса из Москвы.

8-е окт[ября] . Лекций не было (понедельник). Вечером опять играл и опять проиграл 2 р. 20 к.

9-е окт[ября]. День провел, как помнится, в «смирении». Занялся работами для семестра, — делал выписки из книги Глубоковского55 «Бл[аженный] Феодорит»56.

10-е окт[ября]. На лекциях не был. Читал Глубоковского. Вечером купил манишку, воротнички, галстух и пр. Заплатил за все 3 р. 15 к. Потом опять сел играть и… о, позор!… Опять проиграл 5–6 руб л[ей].

11-е окт[ября]. Крепился, но в общем мое поведение, если оценивать его по 5-балльной системе, = 2 ½. В академии получено письмо иеромонаха Илиодора57 следую-щ[его] содерж[ания]:

«Студентам С[анкт-]П[етер]б[ургской] духовной академии. Милостивые государи, господа студенты С[анкт-]П[етер]б[ургской] д[уховной] ак[адем]ии. Когда я учился там, где и Вы теперь учитесь58, то у нас была в ходу так называемая оконная литература. Полагая, что Вы ни на йоту не отступаете от добрых преданий благородного студенчества, я прошу Вас причислить к разряду оконных литературных произведений ниже помещаемое мое письмо г[осподину] обер-прокурору Св[ятейшего] Синода, посланное мною сего 1912 г. сентября 18 дня. Прошу Вас об этом в надежде, что благодаря Вашему великодушию письмо хотя чрез окна академического здания увидит свет Божий и его (письмо) люди добрые и честные увидят. Правда, копию этого письма я послал и в Св[ятейший] Синод, но ведь в Синоде, как всякому известно, окна темные и простому глазу смертного человека трудно рассмотреть, что там бывает и что делается.

Ваш богомолец инок Илиодор.

Письмо к г[осподину] Саблеру59.

Проклятый мною богоотступник, клеветник, обманувший Царя- Помазанника Божия, насильник, устроивший избиение детей Божиих в храме и засадивший их в тюрьмы за прославление имени Божьего, как дьяволу поклонившийся до земли развратному хлысту — Гришке Распутину, выживший из ума старик, предтеча грядущего антихриста, фарисей, чуждый и по духу и по плоти многострадальному народу — Владимир Карлович Саблер!

Уйди с высокого поста обер-прокурора Св[ятейшего] Синода, не губи Русскую Православную Церковь, не толкай архиереев и священников в грязную политическую борьбу. Истину тебе скажу, по совести, как священник и, значит, и над тобою имеющий власть: твоими руками не святейшее кормило Невесты Христовой держать, а чертям в аду сапоги чистить. Аминь. Свящ[енно]инок Илиодор».

Письмо это распространяется в списках в академии60. Многие сочувствуют ему. В ак[адемии], как известно, учится брат Илиодора — Апполон Мих[айлович] Труфа-нов61, на III курсе, такой же независимый и возмущающийся всякой несправедливости, как и Илиодор.

12-е окт[ября]. Как превосходно начался этот день! Долго буду его помнить! Утром я еще спал или, вернее, находился в полудремоте, в полусне. Вдруг слышу какой-то странный шум над самой головой. Скидываю одеяло, открываю глаза и… что же? Н. И. Ломакин62, оказывается, стучал по кровати моим письмом и от кого же? — От Н. Н.! Я сразу узнал ее почерк иXX штемпель «Брянск», хотя конверт уже не такой, как прежде. Лицо мое расцвело в приятнейшую улыбку. Нетерпеливо, но аккуратно разорвал я конверт, увидал, что лист исписан кругом и сразу же почувствовал, что письмо будет хорошее. Так и оказалось — дивное письмо! Несомненно, она питает ко мне симпатию! Много комплиментов и чуть не нежностью, откровенный тон, много сообщений и о себе и т. п. Вообще я от письма в восхищении, и какой независимый тон письма, самостоятельность суждений, литературный стиль и пр. А за выражение: «За то, что пишете о себе — умница!», — я просто расцеловал бы ее. Вообще она и ее письмо выше всяких похвал. Теперь все мои мысли заняты ею днем и ночью и, удивляюсь, дурных мыслей совсем нет. Увижусь ли я с ней? С одной стороны, хочется увидеть, а с другой — боюсь произвести на нее невыгодное впечатление своей внешностью. Но когда-ниб[удь] ведь это необходимо. И чем скорее, тем лучше. Впрочем, думаю, что едва ли она придает внешности большое значение. Весь день у меня было какое-то восторженное состояние, какое-то приятное томление, радость и т. п., какие-то сложные чувства.

Был на лекциях. По древн[ей] церк[овной] ист[ории] у Бриллиантова63 и получил отвращение и удивляюсь, как возможны такие профессора в академии? Ничуть не заинтересовывает, а, наоборот, прямо-таки усыпляет. Потом был на «Истории философии» у Миртова64. Читает в общем удовлетворительно, я прежде о нем имел худшее мнение.

После обеда учился играть в шахматы с Городец-ким65. Необходимо выучиться, не потому что она (игра) меня особенно интересует, а так просто потому, что она составляет принадлежность всякого б[олее] или м[енее] интеллигентного человека.

Вечером было заседание библ[иотечной] комиссии. Очень бурное. Рассматривался наш протест, к нему присоединился еще протест II курса. Мы настаивали на том, чтобы голосовать по курсам, Таиров66 повел дело иначе. Мы отказались от голосования, от прений, демонстративно молчали и пр. Не буду долго распространяться, скажу только, что среди III курса я приобрел себе врагов, между проч[им], Колесникова67, но с Деревянкиным68 и Таировым хорошо беседовал после заседания. В результате — наш протест и II курса провалился. Необходимо, думаю, еще протестовать. Надо опять «агитировать» среди своего курса. Декан, кажется, мне доверяет и сочувствует. Да и многие меня хвалят и благодарят за деятельность в б[иблиотечной] к[омиссии]. В крайнем случае, если протест наш не будет уважен, буду склонять «публику» отказаться от платежа библиотечных взносов. Пусть тогда посмотрят г. г. библиотекари. Я сам за заседание не особенно доволен собой, все: слова и действия против моей воли выходили у меня не так, как я хотел. … Замечательно, что Таиров говорит: у негоXXI за время его председательствования такое заседание — первый раз. И всю это бурю поднял кто же? Я. Невольно чувствуешь к себе что-то вроде уважения.

А. И. Бриллиантов

Д. П. Миртов

  • 13    октября. Утром был в бане. Из лекций был на «Системат[ической] философии» — и решил, что если и ходить, так на практич[еские] занятия, а в общем Беляев69 — проф[ессор] мало на что годный. Он бы и в семинарии считался быXXII плохим преподавателем, а не то, что в академии. … Кончил читать «Легенды»70 До-рошевича71. Очень оригинальны и дышат поэзией. Особенно хорош «Праздник возрождения» (Ваала)»72 — поэтич[еский] гимн Божеству, еще о «Совести»73 (точн[ое] за-гл[авие] забыл) и «Конце мира»74. Последние дышат верой в великую благость Творца (прощение, напр[имер], Иуды). Вообще «Легенды» достойны внимания и похвалы.

Вечером опять играл и… проиграл около 5 р. Опять безволие, позор и т. п. Но в се-таки я не особенно удручен этим: хочется верить, что если не везет в картах, везет в любви. Но все-таки сегодня я удержался и не кончил игры, хотя, к сожалению, в конце игры, имея 25 к. — но и 25 к. деньги… Во всенощной был…

  • 14    окт[ября]. Опять порыв к новой жизни! Будет ли он продолжен? О, если бы!… Был в литургии. Потом ничего не делал, впрочем, вечером писал дневник и письмо Н. Н., но не кончил… Теперь решил каждый вечер умываться… В общем вполне удов-летв[орительно] провел день.

  • 15    окт[ября]. Сегодня, первый раз за все время пребывания в академии был на утренней молитве и «доволен сам собой».

Утром все время писал дневник до 11 ½ часов. Как, однако, хорошо рано вставать: никто не мешает заниматься, писать, а то ведь как неловко писать дневник, когда кругом тебя сидят товарищи, б[ыть] м[ожет] они и не смотрят, а все как-то неловко… Вечером писал письмо Н. Н., вышло очень большое — 7 стр[аниц] четкого, мелкого письма. Но в общем не особенно доволен им, — как-то, мне кажется, мало чувства.

  • 16    октября. На утренней молитве не был. Чай тоже проспал. Из лекций был только на истории философии. Все время болит голова, настроение сквернейшее, ничего не хочется делать, вся энергия ушла от меня. Высчитал расходы и оказалось, что я проиграл за эти дни с 6 по 13-е [октября] — 41 р. 77 к. «Плачут денежки»… Во всенощной не был. Вечером читал «Русский Паломник»75 — хороша повесть Толшемско-го76 — «Крестоносцы»77.

  • 17    октября. Спал очень долго, встал около 12 часов, прямо сонливость какая-то напала, но весь день чувствовал хорошо, даже очень. Взял билет в Публичную Библиотеку. Пришла хорошая мысль написать Володе Троицкому78 о деньгах, может быть и даст. Впрочем, сначала нужно написать просто письмо, а то денег просить сразу неловко. После вечернего чаю готовил материалы для семестра по книге А. П. Лебедева79 «Церковные историки IV, V и VI веков»80.

    ИМПЕРАТОРСКАЯ ПУБЛИЧНАЯ БИБЛЮТЕКА.



    БИЛЕТЪ №.25488

    на право занят1й въ Читальной шЪ и въ Справочно» оцШ. въ течен!е 1912 г.

    • 1)    Вплоть этой, предъявляется каждый разъ при вхо.ймгь Читальную залу н при получсни! книги. а также ио требованью служащихъ БиблЬотекв.

    • 2)    Воспрещается передавать билегь другому лицу.

    Билет В.М. Лосева для занятий

    в Императорской Публичной библиотеке (ОР РНБ. Ф. 443. № 3. Л. 44)


18 окт[ября]. На лекциях не был, чай проспал, опять какая-то сонливость, не знаю отчего. Написал письмо Володе; если ответит — напишу в следующий раз о деньгах. ХодилXXIII получать пальто, но вышло оно плохо, по этому поводу чувствовал себя скверно; вообще с одеждой мне беда, — всегда терзаешься. Читал Лебедева

«Церковные историки» — для семестра. Сегодня напал на мысль заняться литературной деятельностью, отчего бы правда мне и не заняться литературой, только не знаю, какой род литературных занятий мне избрать? Впрочем, все это «может быть»…

После ужина был на собрании Богословского кружка. Читал доклад студ[ент] III курса С. В. Никольский81 на тему: «Взгляд Василия Великого на мир». Доклад написан был слабо, но интересны были прения после доклада. Из коих я вынес много полезного для себя. Вообще «Богосл[овский] кр[ужок]» я думаю, будет полезен для меня.XXIV После доклада было собрание только членов кружка, на котором я был избран членом кружка. Собрание кончилось около 1 часа ночи.

19-е октября. Был на «Истории философии». Получил два письма, одно из дома, другое от Ф. П. Аверьянова. Удивительно, как не верят мне дома, это недоверие прямо оскорбляет меня. От Аверьянова хорошее письмо. Пишет, что школа будет кончена к 1 ноября. Филиппа Ольга Ник[олаевна] рассчитала. Думаю, написать Ф. П-чу о письме Н. Н., очевидно, эта дрянь- тварь — не ответит. После обеда полу-чилXXV пальто. Теперь, кажется, оно хорошо. Еще получил свидетельство о политиче- ской благонадежности от орловского губернатора. — Вечером занимался по Лебедеву и Глубоковскому.

20 окт[ября]. Был «Систем[атической] филос[офии]». — Сдавали практич[еские] работы. Написал письмо домой. Вечером был во всенощной. После всенощной рассердился на Городецкого, не хотевшего закрыть форточку, захлопнул ее и разбил. Вообще погорячился и вел [себя] плохо.

27 окт[ября]. 21 окт[ября]. Был в обедне. Недоволен товарищеской средой, но чем именно — забыл. После обеда спал. Во всенощной был в Казанском соборе, там завтра

престольный праздник. Хорошо поют.

22-е окт[ября]. Был в обедне в академии. В 2 ч. дня в акто<вом> зале происходила защита диссертации «Арсений Ма-цеевич и его дело»82 на степень магистра петербургским свящ[енником] Поповым83. Титлинов84 сказал речь, которой совершенно развенчал А. Мацеевича85 как идейного борца, низведши его на степень просто жестокого самодура, упрямца. Это мне напомнило еп[ископа] нашего Георгия86, — точный его портрет. Титлинов говорил речь около 2 часов без перерыва и говорил очень хорошо. Я с ним вполне согласен. А автор? автор не сказал в защиту ни одного почти слова. И все-таки диссертацию признали удовлетворительной. Удивительные дела творятся у нас в академии!

Поссорился с Чесноковым. Удивительно болезненное самолюбие. Он, оказывается, не так беспристрастен, как я думал раньше И из-за чего поссорился, что я называю в шутку всех олончан «кореляками»87!

Б. В. Титлинов

Вечером был на торжественном собрании Славянского общества. Жаль, пишу так поздно, если бы написал тогда же, то вышло бы лучше; теперь же одушевление уже как-то проходит. Одним словом, я этим собранием был очень и очень доволен. Воз-

вращался с таким одушевлением, такой верой в славянство, какое редко приходится переживать. Слушал хор Архангельского — дивно пел. Собрание началось (мы были на хорах) пением тропаря свв. Кириллу и Мефодию, — просветителям славянства. Затем — начались речи. Первым говорил член Госуд[арственного] совета, современник первых славянофилов, маститый старец (ок[оло] 90 л[ет]), в оригинальной одежде, вроде какой-то поддевки, Аф[анасий] Вас[ильевич] Васильев88. Но речь его не была особенно блестяща, хотя видно, что он проникнут до мозга костей идеей всеславян-ства. Затем говорил некто Кораблев89, оч[ень] хор[ошая] речь о балканскихXXVI событиях, и наконец Башмаков90, великолепный оратор, с необыкновенным воодушевлением сказал речь. Все речи покрывались громом аплодисментов. В промежутках между речами хор Арханг[ельского] пел национальные гимны сербский, болгарский, черногорский и русский. Общество было избранное — много блестящих генералов, профессоров, духовенства. Собрание прошло с небывалым одушевлением, и я не шел, а летел оттуда на крыльях радостный, веселый. Жаль, что не с кем было разделить свою радость, товарищи мало интересуются этим, и я поэтому являюсь в этом отношении одиноким.

23 число. Встал в 10 час. Брился и стригся. Удивительно, как у нас, в ак[адемии], «премудро» все устроено — все казенное, хотя бреют и стригут очень плохо, и если бы были деньги, то никогда бы здесь не стригся и не брился бы.

Был на «Истории философии». Вечером болела голова, хотел заниматься, но при всем моем желании не мог. Ходил гулять. Послал поздравления с днем Ангела Д. Г. Орлову и Д. А. Михайлову91.

24-е [октября]. Сегодня лекций не было, а происходили «пробные лекции» по пастырскому богословию желающих занять эту кафедру: 1) проф[ессорского] стипенд[и-ата] Коновалова92 («Паст[ырское] бог[ословие] как наука»); 2) свящ[енника] Рутковско-го93 («О молитве») и 3) свящ[енника] Ктитарева94 («О пастырской попечительности»)95. Мне больше всех понравилась лекция Ктитарева, автор — «Вопросы религии и морали в русской художеств[енной] литературе»96, хотя она и страдает, как мне показалось, отсутствием плана.

Страшная лень обуяла меня, прямо не могу ничего делать, какая-то апатия ко всему, но все-таки немного занимался.

25 окт[ября]. Был на лекции по В[етхому] З[авету]. Вечером была курсовая сходка. Возбужден был, между прочим, вопрос о шпионстве. Дело в том, что помощн[ик] ин-сп[ектора] о[тец] Сергий97 знает положительно все, что делается у нас на курсе, даже кто когда начал писать сочинение и т. п. Инициатором возбуждения вопроса был собственно я. Сходка была очень и очень бурная, и настроение у всех возбужденное. Собственно, никого не обвиняли, но было ясно, что некоторые лица, находящиеся в дружбе с Сергием, и передают ему курсовые дела, это — Трофимов98, Силичев, Ломакин и др. Напали, т. е. не напали, а сам себя почти выдал Трофимов. Какая, однако, позорная вещь — шпионство! И это в духовной школе, среди будущих пастырей! Я очень волновался и нервничал. Сходка кончилась около 1 часа.

  • 26    окт[ября] . Был почти на всех лекциях. Немного занимался. Вечером было заседание библ[иотечной] комиссии, я был секретарем вместо отсутствовавшего Силичева.

  • 27    окт[ября]. Был в бане, на лекциях. После обеда оч[ень]XXVII болела голова, спал. Во всенощной был.

28-го октября. Был в литургии. Гулял. Часов в 6 вечера получил два письма от Н. Н. и Софи99. Софи пишет кое-что про Бацкино. Умерли Рататуй и Брисевич. О[тец] Алек-сий100 избил свою жену из-за ревности. Дивное письмо получил от Н. Между прочим, в конце письма она называет меня другом. Я прямо очарован ею, что за дивный человек! А как хорошо пишет, недаром медалистка. К огда-то она в П[етербург] приедет? Это будет для меня в известном смысле вопрос «жизни и смерти».

Пользовался лекциями Болотова101. Под влиянием письма Н. помирился с Чесноковым.

29 октября. Ходил с Чеснок[овым], Гатинск[им] и др. в Этнографический музей при Академии наук. Довольно интересно. Особенно хорош отдел предметов обстановки Петра Великого. Получил письмо от Володи Троицкого. Он еще никуда не поступил, живет у отца. Послал письма священнику Емельянову (Нарышкино) и Софи, последней написал немного нетактично о деньгах. Теперь жалею.

  • 30 окт[ября] . Пробные лекции Коновалова, Рутковского и Ктитарева на тему, назначенную советом: «Насколько допустим научный элемент в проповеди»102. По-моему — лучше сказал опять Ктитарев. Я аплодировал только ему.

|Назначен проф[ессором] Коновалов. 23 ноября.| XXVIII

Днем ничего не делал.

31 окт[ября]. Был на ц[ерковной] истории. Только тоску навевает Бриллиантов. Договорился наконец с портным Г. И. Ивановым. Заказал брюки и переделать тужурку придется доплатить всего 16 р.; отдал пока 6 р.; остальное в долг. Составлял письмо Н., что-то не выходило, все рвал. В общем получилось грустное, вопрос «о счастии» решил печально, под влиянием шпионства.

1-го ноября. Во сне видел Н. Только как-то не похожа она на самое себя. Боже! я уже забыл ее лицо, «ее небесные черты»! Послал ей все-таки письмо.

Был на заседании «Богословского кружка». Читал доклад студ[ент] III курса А. П. Гурич103 на тему: «Учение Св. Василия Великого о молитве». Инцидент с Новиц-ким104. Грубость и некорректность председателя А. И. Соколова105. В общем впечатление скверное, и сюда вносятся личные страсти, желание уколоть других и какая-то фанатическая нетерпимость, нетерпимость раскольников.

2-е ноября. XXIX

ОР РНБ. Ф. 443. № 11. Л. 1–14. Автограф карандашом.

Комментарии

Каменка — имение О. Н. Островершенко в Орловской губернии, где в 1911–1912 гг. В. М. Лосев работал домашним учителем.

Покровский Дмитрий Иванович — преподаватель Орловской духовной семинарии (далее — ДС).

Замараев Борис Николаевич — студент Санкт- Петербургской/Петроградской Духовной Академии (далее — СПбДА) (курс LXXIII, выпуск 1916 г.).

Гатинский Георгий — студент СПбДА (курс LXXIII, курса не окончил) (Список студентов II курса Императорской С.- Петербургской духовной академии // ОР РНБ. Ф. 443. № 3. Л. 14).

«Богословский вестник» — журнал, издававшийся Московской Духовной Академией.

Добросердов Сергей — выпускник Орловской ДС (1910 г.).

Островершенко Георгий Пантелеймонович — горный инженер, кооператор, в семье которого В. М. Лосев работал домашним учителем в 1911–1912 гг. (Лосев В. М.Жиз-неописание. 16 июня 1940 г. // ОР РНБ. Ф. 443. № 1. Л. 1).

Навроцкий Александр Александрович (1839–1914) — генерал- лейтенант, писатель, поэт, издатель.

Толстой Алексей Константинович (1817–1875) — писатель, поэт.

Навроцкий А. А. Картины минувшего: Стихотворения и драматические отрывки А. А. Навроцкого (Н. А. Вроцкого). СПб., 1881.

Навроцкий А. А. Картины минувшего… С. 1–2.

Ленский Владимир (Абрамович Владимир Яковлевич, 1877–1932) — писатель, поэт, журналист.

Ленский В. Я. Людмила // Пробуждение. 1912. № 19. С. 606–609; № 20. С. 627–634.

Смоличев Петр Иванович (1891–1947) — студент СПбДА (курс LXII, выпуск 1915 г.), впоследствии археолог, музеевед, краевед.

Мендринос Николай Лаврентьевич — студент СПбДА (курс LXIV, выпуск 1917 г.).

Имеется в виду ныне утраченная церковь св. вмч. Димитрия Солунского при греческом посольстве.

Степанов Иван — студент СПбДА (курс LXIII, курса не окончил) (Список студентов II курса Императорской С.- Петербургской духовной академии // ОР РНБ. Ф. 443. № 3. Л. 15).

Силичев Леонид Кузьмич (1892–1937) — студент СПбДА (курс LXXIII, выпуск 1916 г.), впоследствии архиепископ Серафим.

Ильинский Сергей Евгеньевич — студент СПбДА (курс LXXIII, выпуск 1916 г.).

26 сентября в Орловской ДС праздновался храмовый праздник в честь св. апостола и евангелиста Иоанна Богослова.

Б. Н. Замараев являлся выпускником Вологодской ДС.

Сахаров Владимир Антонович (1851 — после 1918) — протоиерей, ректор Орловской ДС (1891–1918).

Коссов Александр Георгиевич — студент СПбДА (курс LXXI, выпуск 1914 г.), выпускник Орловской ДС (1909 г.).

Раевский Гавриил Васильевич — студент СПбДА (курс LXII, выпуск 1915 г.), выпускник Орловской ДС (1909 г.), впоследствии священник церкви Иерусалимской иконы Божией Матери в Москве.

Ампелогов Иван Афанасьевич — студент СПбДА (курс LXX, выпуск 1913 г.), выпускник Орловской ДС (1909 г.).

Георгий (Ярошевский, 1872–1923) — епископ Ямбургский, викарий Санкт-Петербургской епархии, ректор СПбДА (1910–1913), впоследствии митрополит Варшавский и Холмский (1922–1923).

По всей видимости, Добрынина Евгения Филипповна — вероятно, родственница В. М. Лосева (В. М. Лосев — С. М. Лосевой, 29 октября 1912 г. // ОР РНБ. Ф. 443. № 393. Л. 5 об.).

Возможно, Музалевский Дмитрий — выпускник Орловской ДС (1911 г.).

Лосева Софья Михайловна — сестра В. М. Лосева, впоследствии учительница Ивни-ковского училища.

Нина Николаевна (далее в рукописи — Н./Н. Н.) — неустановленное лицо, вероятно, возлюбленная В. М. Лосева. Сохранились черновики 12 писем В. М. Лосева к ней (ОР РНБ. Ф. 443. № 400).

Малахов Нил Михайлович (1884–1934) — и. д. доцента СПбДА по кафедре основного богословия, впоследствии протоиерей, профессор духовной семинарии св. Саввы в Сремских Карловцах.

В письме сестре С. М. Лосевой от 28 сентября 1912 г. В. М. Лосев пояснял, чем была вызвана его обеспокоенность: «Наши сегодня прислали два письма и такой чуши наделали, что ужас. Деньги выслали на Совет, не доверили мне и чрез это наказали свой карман, из-за их глупости мне не выдадут пособия» (ОР РНБ. Ф. 443. № 393. Л. 4). «Шуми Марица» — национальный гимн Болгарии (1886–1944).

Цитата из стихотворения А. К. Толстого «Змей Тугарин» (1867 г.).

Беловзоров Гавриил Яковлевич — студент СПбДА (курс LXXIII, выпуск 1916 г.).

Каменский Иван Иванович — студент СПбДА (курс LXXIII, выпуск 1916 г.).

Спиноза Бенедикт (1632–1677) — философ- рационалист, автор сочинения «Этика». Лосева Варвара Михайловна — сестра В. М. Лосева.

Чесноков Алексей Григорьевич — студент СПбДА (курс LXXIII, выпуск 1916 г.), впоследствии преподаватель древних языков в Олонецкой ДС.

Иваненко Василий Семенович — студент СПбДА (курс LXXIII, выпуск 1916 г.), впоследствии преподаватель древних языков в параллельных классах Тифлисской ДС при Кутаисском духовном училище.

Престольным праздником церкви села Бацкино был праздник Покрова Пресвятой

Богородицы (1 октября по ст. ст.).

См. коммент. 7.

Имеется в виду Военная электротехническая школа.

Тернов Иван Яковлевич (1861–1925) — регент, управлявший Санкт- Петербургским архиерейским (митрополичьим) хором (1893–1918).

Никандр (Феноменов, 1872–1933) — епископ Нарвский, первый викарий Санкт-Петербургской епархии, выпускник Орловской ДС (1893 г.), впоследствии митрополит Ташкентский и Туркестанский.

Храмовый праздник в Орловской духовной семинарии // Орловские епархиальные ведомости. 1912. 30 сентября, № 40. [Отдел неофициальный]. С. 1085–1090.

Островершенко Ольга Николаевна — супруга П. Г. Островершенко.

Лосев Михаил Петрович (1861–1939) — священник церкви Покрова Пресвятой Богородицы села Бацкино Брянского уезда Орловской губернии, отец В. М. Лосева.

Зверев Петр Михайлович (1845 — не ранее 1918) — протоиерей, член IV Государственной думы от Орловской губернии.

Григорий (Вахнин, 1865 — не ранее 1919) — епископ Орловский и Севский (1910–1917).

«Биржевые ведомости» — газета, издававшаяся в 1880–1917 гг.

Ницше Фридрих (1844–1900) — немецкий философ.

Слова С. А. Облонского — героя романа Л. Н. Толстого «Анна Каренина».

Глубоковский Николай Никанорович (1863–1937) — библеист, церковный историк, профессор СПбДА по кафедре Священного Писания Нового Завета.

Глубоковский Н. Н. Блаженный Феодорит, епископ Кирский: Его жизнь и литературная деятельность: в 2-х томах. М., 1890. Вероятно, в этот период В. М. Лосев работал над семестровым сочинением по истории древней церкви «Блаженный Феодорит как церковный историк» (ОР РНБ. Ф. 443. № 332).

Илиодор (Труфанов, 1880–1952) — иеромонах, запрещенный в служении, впоследствии расстрижен.

Иеромонах Илиодор (Труфанов) — выпускник СПбДА (1905 г.).

Саблер Владимир Карлович (1845–1929) — обер-прокурор Св. Синода (1911–1915).

См. другой вариант письма иеромонаха Илиодора студентам СПбДА, содержащий копию его письма Св. Синоду: ОР РНБ. Ф. 443. № 876.

Бриллиантов Александр Иванович (1867–1933) — церковный историк, профессор СПбДА по кафедре истории древней Церкви.

Миртов Дмитрий Павлович (1867–1941) — богослов, историк философии, профессор СПбДА по кафедре истории философии.

Дорошевич В. М. Легенды и сказки Востока. М., 1902.

Дорошевич Влас Михайлович (1865–1922) — журналист, писатель.

«Праздник возрождения. (Праздник Ваала)» ( Дорошевич В. М. Легенды… С. 3–10). «Совесть. (Из ста китайских сказок)» ( Дорошевич В. М. Легенды… С. 105–111).

«Кончина мира» ( Дорошевич В. М. Легенды… С. 186–195).

«Русский паломник» — еженедельный иллюстрированный журнал, издававшийся в Санкт- Петербурге в 1885–1917 гг.

Белков Евгений Христофорович (1882–1930, псевдоним «Х. Толшемский») — писатель, издатель, впоследствии священник, участник обновленческого движения. Толшемский Х. Крестоносцы // Русский паломник. 1912. № 21–36, 39, 41.

Вероятно, имеется в виду Троицкий Владимир — выпускник Орловской ДС (1912 г.). Лебедев Алексей Петрович (1845–1908) — церковный историк, профессор Московской Духовной Академии (1871–1895) и Московского университета (1895–1908).

Лебедев А. П. Греческие церковные историки IV, V и VI веков. М., 1890.

Попов М. С., свящ. Арсений Мацеевич и его дело. СПб., 1912.

Попов Михаил Степанович (1865 — между 1933 и 1938) — священник, клирик Николаевской церкви при Балтийском судостроительном заводе в Санкт- Петербурге (1907–1914), впоследствии участник обновленческого движения, обновленческий «архиепископ».

Титлинов Борис Васильевич (1879 — не ранее 1944) — церковный историк, профессор СПбДА, впоследствии участник обновленческого движения.

Арсений (Мацеевич, 1697–1772) — митрополит Ростовский и Ярославский (1742–1763).

См. коммент. 26.

А. Г. Чесноков являлся выпускником Олонецкой ДС.

Васильев Афанасий Васильевич (1851–1929) — государственный и общественный деятель, член-учредитель и член Совета Русского собрания (указание В. М. Лосева на то, что он являлся членом Государственной думы, — ошибочно). Кораблев Василий Николаевич (1873–1936) — филолог- славист, историк литературы, секретарь Санкт- Петербургского славянского благотворительного общества.

Башмаков Александр Александрович (1858–1943) — публицист, правовед, этнограф, панславист.

Вероятно, Михайлов Дмитрий — выпускник Орловской ДС (1911 г.).

Коновалов Николай Александрович (1884–1942) — профессорский стипендиат СПбДА, впоследствии и. д. доцента СПбДА по кафедре пастырского богословия (1912–1918), профессор Пермского университета (1923–1931) и Пермского педагогического института (1932–1938).

Рутковский Александр Леонидович — священник, настоятель Сергиевской церкви при Громовском приюте в Санкт- Петербурге.

Ктитарев Иаков Николаевич (1878–1953) — священник, настоятель церкви св. Николая при Комитете для разбора и призрения нищих в Санкт- Петербурге (1912–1914), впоследствии протопресвитер.

См. более точные названия данных лекций в: Карпук Д. А. История кафедры гомилетики Императорской Санкт- Петербургской духовной академии // Христианское чтение. 2014. № 2–3. С. 193.

Ктитарев Я. Н. Вопросы религии и морали в русской художественной литературе. Горки, 1909. (2-е изд.: СПб., 1914).

Сергий (Новиков, 1864 —?) — иеромонах, помощник инспектора СПбДА, в 1913 г. назначен ректором Московской ДС с возведением в сан архимандрита.

В личном фонде В. М. Лосева сохранилось его ответное письмо С. М. Лосевой от 29 октября 1912 г. (ОР РНБ. Ф. 443. № 393. Л. 5–5 об.).

Иванов Алексей Евлампиевич — священник церкви Покрова Пресвятой Богородицы села Бацкино.

  • 101    Болотов Василий Васильевич (1854–1900) — церковный историк, профессор СПбДА по кафедре истории древней Церкви. Речь идет о посмертном издании его «Лекций по истории древней Церкви» под ред. А. И. Бриллиантова, к тому времени вышло 2 из 4 томов ( Болотов В. В. Лекции по истории древней Церкви. Т. 1–2. СПб., 1907–1911).

  • 102    Более точное название: «Насколько допустимо привлечение научного элемента в церковную проповедь» ( Карпук Д. А. История кафедры гомилетики… С. 193).

  • 103    Гурич Александр Пантелеймонович (1890 — не ранее 1951) — студент СПбДА (курс LXXI, выпуск 1914 г.), впоследствии священник, врач.

  • 104    Вероятно, Новицкий Василий Константинович — студент СПбДА (курс LXXIII, выпуск 1916 г.).

  • 105    Соколов Александр Иванович — студент СПбДА (курс LXX, выпуск 1913 г.).