Влияние административно-территориального деления Сибири на функционирование пенитенциарной системы иркутского генерал-губернаторства в конце XIX - начале ХХ вв

Введение. Тема сибирской ссылки, особенно политической, является популярной для исследования. Чаще всего рассматриваются отдельные аспекты данной темы, хотя в последнее время набирают популярность междисциплинарные исследования.

Так, например, А.А. Иванов рассматривает, как организовывалась политическая ссылка в центре Российской империи и на окраинах [1]. Здесь мы в первую очередь видим противоречие центральной власти и власти на местах. С одной стороны, столичная власть пыталась выселить неблагонадежных политических субъектов из крупных центральных городов, чтобы они не вели запрещенную агитацию. С другой стороны, это, наоборот, способствовало тому, что данные люди не только вели антиправительственную агитацию в Сибири, но и из-за своей столичной образованности даже попадали на местную государственную службу. Центром революционных брожений в конце XIX в. был Иркутск и только потом Красноярск, или другие более мелкие города. Это совпадает с тем территориальным делением, которое существовало на тот момент, ведь, как известно, Енисейская губерния подчинялась Иркутскому генерал-губернаторству, что отразилось во всей структуре управления, включая и организацию ссылки в Восточную Сибирь.

В.Н. Максимова рассматривает гендерную составляющую политической ссылки в Восточную Сибирь на примере Енисейской губернии [2]. Она делает вывод о том, что увеличение ссыльных женщин совпадает с увеличение ссыльных мужчин после революции в России в 1905–1907 гг., и никогда ссылка не была массовой. Отмечается, что женщины вели активную антиправительственную пропагандистскую деятельность. Несмотря на подчиненность Иркутску, в Енисейской губернии было гораздо больше ссыльных женщин, и размещались они в основном в Приан-гарском и Туруханском крае. Многие из них позже станут видными деятелями советской власти.

В научных работах часто исследуется тема политичесой ссылки в Сибири. Так, А.А. Иванов, С.Л. Курас и Т.Л. Курас напрямую не затрагивают Енисейскую губернию, тем не менее, при рассмотрении вопроса ссылки дает понять, как в соседнем регионе обстояло дело с политическими ссыльными евреями [3]. Дело в том, что евреи до 1880-х не участвовали в политической жизни России ввиду своей обособленности. Но после увеличения евреев в политической жизни страны к ним стали применятся более суровые наказания, чем к христианам, что может быть также обусловлено проводимой национальной политикой Российской империи. Таким образом, для полноты исследования было бы неплохо рассмотреть еврейский контингент среди ссыльных в Енисейской губернии и определить их численность. Стоит также проанализировать, кто из них шел по политической статье, так как в соседнем Иркутском регионе генерал-губернатор А.П. Игнатьев жаловался на «еврейское засилье».

Особенности административно-территориального управления Сибирью в конце XIХ – начале XX вв. хорошо показаны в диссертации доктора исторических наук Д.Н. Гергилева [4]. В ней отражены не только реформы центрального аппарата, но и особенности крестьянского самоуправления в Сибири. Показана специфика управления в регионе кочевыми коренными народами и включение их в общеимперскую парадигму развития региона на рубеже веков.

Для лучшего понимая социального состава губернаторов Енисейской губернии по таким параметрам, как сословное происхождение, вероисповедание, возраст, имущественное и семейное положение, уровень образования, соответствие чина занимаемой должности, опыт службы на данном месте и в ведомстве, географический фактор (с какой территории прибыл) следует обратиться к статье Т.Г. Карчаевой [5]. Ведь губернаторы имели большой вес в принятии решений касаемо тюремного дела на местах.

Группой ученых Сибирского федерального университета, а именно Т.Г. Карчаевой, Д.Н. Гергилевым и Г.М. Лущаевой, был рассмотрен вопрос присутствия потомственных чиновников в кадровом составе управленческого аппарата в отдаленных территориях Российской империи на примере Восточной Сибири XIX – начала XX вв. [6]. Это поможет проследить, насколько чиновники были компетентны в рассмотрении тех или иных вопросов, в том числе функционировании пенитенциарной системы.

Территориальные рамки исследования ограничены границами Иркутского генерал-губернаторства. Оно включало Енисейскую и Иркутскую губернию, а также Якутскую область, в конце XIX – начале ХХ вв.

Хронологические границы исследования включат период с 1879 по 1914 г. Нижняя граница обусловлена тем, что в 1879 г. Александр II начал проводить тюремную реформу, которая с разным успехом шла вплоть до революции. Верхняя граница обусловлена началом Первой мировой войны и связанных с этим изменениями в организации ссылки в Сибирь.

Цель исследований . Проследить влияние административнотерриториального деления Сибири на функционирование пенитенциарной системы Иркутского генерал-губернаторства в конце XIX – начале ХХ вв.

Методология исследования. В рамках данного исследования нами будет использован нарративный метод. Он позволит постепенно рассмотреть проблему в доступных источниках и данных. Также этот метод поможет последовательно структурировать полученную из источников информацию. Дальнейшая деятельность сосредоточена вокруг выстраивания причинно-следственной связи явлений и той структуры, что они образуют для выстраивания релевантной базы данных работы. Это обуславливает использование историко-генетического метода. Отдельно выстраивается сравнительный метод как средство для выделения ключевых критерий сравнения пенитенциарной системы прошлого столетия с ее последующей эволюцией. Использование этих трех методов позволит выделить информацию, выстроить то, как развивалась и преобразовывалась тюремная система.

Результаты исследования и их обсуждение . Следует начать с того, что стадия доставки заключенного до тюрьмы в Сибири, в которой он должен был отбывать свое наказание, не входила в его срок. Это продлевало в той или иной мере общий срок пребывания политзаключенных, ссыльных и обычных преступников без возможности выхода на свободу и участия в политических и иных акциях против власти. Зачастую ссыльные задерживались и в пересыльной тюрьме, ожидая появления другой партии заключенных и возможности быть переведенными в следующую тюрьму для продвижения общей очереди.

Также были критические недостатки в персонале и материальном обеспечении сибирских тюрем по сравнению с другими регионами государства. Это, например, нехватка обученных кадров тюрем, конвойные команды сопровождения заключенных, формировавшиеся из местных армейских частей, и слабое развитие промышленности на местах. Все это не позволяло активно вовлечь заключенных в экономическую деятельность. Исключением являлись отдельные частные инициативы, производственная и добывающая сферы деятельности. Как результат, тюремный товар был более низкого качества и продавался на рынках гораздо дешевле. В свою очередь, это показывает большое количество денежных затрат на функционирование пенитенциарной системы в Сибири по сравнению с ее материальной отдачей.

Для решения вопроса территориального учета деятельности тюрем и мест заключения был создан Институт тюремных инспекторов. Он представлял собой связного между центром и губернской администрацией. Губернский тюремный инспектор подчинялся губернатору, в тюремном вопросе обладал правами вице-губернатора. Право назначения служащих тюрем в губерниях оставалось за губернаторами. Тюремными инспекторами зачастую становились государственные служащие, ранее находившиеся на должностях центрального тюремного управления, а также служащие, перешедшие в Министерство внутренних дел из судебного ведомства. Это де-юре совпадало с территориальным управлением Сибири, где Енисейская губерния подчинялась Иркутскому генерал-губернаторству, а оно, в свою очередь, подчинялось цен- тральной власти в Санкт-Петербурге. Но де-факто вся власть, в том числе и по вопросу содержания тюрем на местах, была сосредоточена в руках губернатора.

Стоит отметить, что в пенитенциарной системе к снабжению и поставкам как самих строений для заключенных, так и продовольствия, допускали частных лиц, что имело негативный опыт: несвоевременность поставок, резкий рост цен на товары, несмотря на стремление государства штрафовать при каждом нарушении и не допускать одно и то же неблагонадежное лицо к тюремному обеспечению вновь.

Вопросы финансирования и обустройства тюрем подвергались тщательному вниманию чиновничьего контроля, а также были подвержены финансовой экономии, из чего следовали нарушения условий содержания и побеги [7].

Проблема контакта и логистики снизилась на рубеже XIX–XX вв. в связи с введением в эксплуатацию железной дороги в Сибири. Как следствие, политически неблагонадежные заключенные из центра могли быстрее перемещаться и влиять на умы населения. Кроме того, они начали осуществлять пропаганду среди железнодорожных рабочих и местного населения. Это приводило к распространению их политических взглядов в большей степени, чем это было возможно при обычном поэтапном перемещении заключенных в Сибирском регионе [8].

Имело место скученность в центральных сибирских городах из-за высланных туда на житье преступников и недостаточная возможность надзора за политическими преступниками в целом. В рамках Иркутска на железных дорогах трудоустраивали бывших студентов, отправленных в ссылку, предоставляя им высокий размер жалования, а также места для работы с государственным имуществом и контролем [9].

Данный фактор позволяет сделать вывод о малой степени участия центральных органов в деятельности на уровне губернаторов и локальных властей в губерниях, что характеризует отношение к методам взаимодействия с политическими заключенными как крайне свободным и идущим к идее поощрения, чем наказания, в отличие от обычных правонарушителей, оказывавшихся в сибирской ссылке.

В пределах Иркутского генерал-губернаторства первоначальные места ссылки могли быть изменены по мере продвижения сроков к их концу, после чего ссыльные могли повлиять на свой перевод из отдаленных районов губернии ближе к самому Иркутску [10].

Заключение. В рамках исследования необходимо отметить несколько ключевых аспектов развития пенитенциарной системы в Сибирском регионе в целом. Прежде всего, надо указать сна пецифику этого региона в составе Российской империи и малую заселенность его огромной территории. Большие территориальные единицы с меньшим количеством населения на 1 квадратный километр несут в себе определенные проблемы. Это проблема логистики, обмена информации с соседними единицами в административном плане, а также бюрократические процессы, необходимые для учета населенных пунктов и передачи их в центр для анализа и дальнейших действий. В силу этого, полноценная централизованная власть была представлена в виде контроля локальной администрации губернатором. Губернатор регулировал большую часть процессов с малыми ограничениями от центра и был ключевой фигурой для решения вопросов с заключенными и ссыльными, за исключением контроля перемещения и охраны указанных лиц до их прибытия на подконтрольную губернатору территорию.

Проблемы логистики также предопределяли и проблему регуляции наказаний и методов осуществления тюремного заключения. Центральная власть хотела осуществления именно карательной функции пенитенциарной системы. В то же время местные власти осуществляли интеграцию политзаключенных и ссыльных, которые прибыли на поселение в Сибирь. Им давали рабочие места и предоставляли возможность для применения своих навыков и образования в просветительской и низшей чиновничьей деятельности.

Региональная потребность в квалифицированных кадрах и сложность прямого контроля центра над местной администрацией Сибирского региона создавали основу для тех отличительных характеристик, которые будут влиять на местное управление и функционирование пенитенциарной системы вплоть до революции 1917 г.