Влияние нутритивного статуса на параметры физического развития и некоторые аспекты состояния здоровья школьников Республики Мордовия

EDN:

Школьный возраст – это важный период формирования здоровья, который характеризуется не только физиологической, но и психологической перестройкой организма ребенка, ростом его самостоятельности с ослаблением родительского контроля, усилением влияния социальной среды (сверстников, масс-медиа и др.), отражающимся в том числе на выборе пищи и формировании вкусовых предпочтений [1]1. С другой стороны, именно в этот период представляется возможным формирование правильного пищевого поведения через семью, образовательные организации, социум [2; 3].

Рациональное питание обеспечивает адекватное нейропсихическое развитие ребенка и закладывает потенциал его дальнейшего метаболического и когнитивного здоровья не только в первые 1 000 дней жизни, но и в периоды интенсивного роста и развития, к которым относится школьный возраст, в соответствии с уровнем образовательной и физической нагрузки2. Однако несбалансированное питание (как избыток, так и недостаток нутриентов) нарушает рост и развитие детей, а также выступает фактором риска развития различных заболеваний и патологических состояний [4].

По данным научной литературы, доминирующими тенденциями в питании современных школьников являются: низкое потребление овощей и фруктов, молочных продуктов и рыбы, избыточное потребление жиров, добавленного сахара (сладкие газированные напитки, соки), соли (в том числе в составе готовых к употреблению продуктов – колбасных и мясных продуктов, кондитерских изделий), а также продуктов быстрого приготовления. В результате отмечается повышенное употребление насыщенных жиров, сниженное потребление высококачественного белка, кальция, витамина D и других микронутриентов [5].

В настоящее время одной из приоритетных задач государственной политики Российской Федерации, реализуемых в рамках Национальных проектов «Новые технологии сбережения здоровья» и «Технологическое обеспечение продовольственной безопасности», выступает разработка эффективных способов профилактики нарушений питания у детей и подростков путем организации горячего питания в детских образовательных учреждениях [6]. В то же время происходит расширение лучших практик социального питания на семейный рацион, поддержание традиций национальной кухни и внедрение современных научно обоснованных подходов к организации питания у детей [7–9].

Цель исследования - комплексная оценка фактического питания, нутритивного статуса и здоровья учащихся Республики Мордовия, получающих питание на основе рациональных норм потребления за счет бюджетов различных уровней непосредственно в государственных (муниципальных) учреждениях (социальное), в сравнении c детьми, находящимися на «традиционном» питании.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Под руководством Союза Педиатров России и Федерального исследовательского центра питания, биотехнологии и безопасности пищи Российской академии наук на базе образовательных учреждений г. Саранска проведено одномоментное кросс-секционное исследование 144 учащихся в возрасте 7-10 и 14 лет (средний возраст 11,97 ± 2,23 г.). Из обследованных участников мальчиков 49,3 %, девочек – 50,7 %. Было сформировано две группы обследуемых: 1 группа (n = 67) - дети, получающие исключительно социальное питание (воспитанники Республиканского лицея для одаренных детей и Ялгинской школы-интерната с круглосуточным пребыванием); 2 группа (n = 77) – дети, обучающиеся в обычной городской школе, получающие 1 раз в день обязательное горячее питание в школе (завтрак / обед) и домашнее питание.

Исследование проведено с одобрения Локального этического комитета при МГУ им. Н. П. Огарева (протокол № 136 от 31.01.2025 г.). Добровольное информированное согласие родителей было получено.

Анкетирование детей относительно характера их питания проводили с использованием интернет-сервиса «Nutrilogic» (версия PRO), сопоставляя полученные данные с методическими рекомендациями по потребности в энергии и пищевых веществах для детей3.

Опрос включал 9 модулей, в которых содержалась информация об участнике, его здоровье, физической активности, характере домашнего и школьного питания, с указанием употребляемых продуктов в граммах за три дня. Для удобства использовались картинки, на которых были изображены вид и вес продуктов в готовом виде.

Всем детям была проведена антропометрия с расчетом индекса массы тела (ИМТ) с учетом сигмальных отклонений. Статистический анализ результатов осуществлен с помощью программ Microsoft Office Excel 2019 для Windows XP и пакета программы StatTech v. 3.1.10 (ООО «Статтех», Россия). Значимость различий между группами определялась по t -критерию Стьюдента ( p < 0,05).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

При оценке калорийности рациона питания в обеих группах установлено преобладание рационов, дефицитных по энергетической ценности. У четверти детей, получающих социальное питание, калорийность рациона удовлетворяла возрастную потребность, а в группе традиционного питания таких детей было только 11,7 % ( p < 0,05). Избыточная калорийность рациона диагностирована по результатам анкетирования в 22 % и 24 % случаях у школьников обеих групп независимо от характера питания ( p > 0,05).

При анализе макронутриентного состава рациона (рис. 1) установлено, что уровни потребления жиров и углеводов значимо выше у детей, получающих социальное питание, в сравнении с детьми, получающими традиционное питание (p = 0,007, p = 0,015 соответственно), тогда как по уровню белка статистически значимых различий не выявлено (p = 0,141).

По результатам анкетирования установлено, что дети обеих групп употребляли рыбу и морепродукты реже двух раз в неделю, отдавая предпочтения белку в составе мяса птицы. Дети второй группы в целом чаще отмечали употребление мясных продуктов, однако под мясными продуктами они подразумевали колбасы и колбасные изделия (половина опрошенных школьников, находящихся на «традиционном» рационе, употребляли колбасные продукты ежедневно 2 раза в сутки). В обеих группах выявлены единичные случаи полного отказа от потребления животного белка.

При оценке поступления холестерина с продуктами питания выяснилось, что нормальное его потребление значимо чаще регистрировалось у детей, находящихся на социальном питании (43,3 %), относительно школьников, получающих традиционный рацион (16,9 %, p < 0,05).

Установлено, что антропометрические данные большинства детей обеих групп разного возраста соответствовали нормативным значениям (табл. 1).

Показатели роста выше нормы зарегистрированы незначительно чаще у детей первой группы (4,5 против 1,3 % во второй группе, p > 0,05), а значения ниже среднего – у детей группы «традиционного» питания (5,2 % против 1,5 %, p < 0,05). Средние показатели роста были несколько выше у школьников второй группы, но статистически значимой разницы отличия достигали лишь у детей 9 лет. Отклонения показателей массы тела от нормы выявлялись одинаково часто у обучающихся обычной городской школы и детей, проживающих в детском доме и школе-интернате ( p = 0,254). Дефицита массы тела по индексу массы тела (SD ИМТ > -2) не было установлено ни в одной группе; однако низкие значения (SD ИМТ от -1 до -2) имели тенденцию к более частому обнаружению у школьников второй группы: 8 (10,4 %) против 6 (8,95 %) в первой ( p = 0,057).

а)

б) %

Р и с. 1. Сравнительный анализ уровня макронутриентов рациона в зависимости от формы обеспечения питанием: а – группа, получающая социальное питание; б – группа, получающая традиционное питание F i g. 1. Comparative analysis of the level of macronutrients in the diet depending on the form of nutrition: а – group receiving social nutrition; b – group receiving traditional nutrition

Источник: здесь и далее все рисунки составлены авторами.

Source: from here on all drawings are made by the authors.

Т а б л и ц а 1. Сравнительный анализ показателей физического развития детей

T a b l e 1. Comparative analysis of children’s physical development indicators

Показатель / Indicator	Возраст, лет / Age, years	1 группа / Group 1	2 группа / Group 2	p
Вес, кг / Weight, kg	8	34,00 [34,00; 34,00]	34,50 [30,25; 43,25]	1,000
Me [IQR] / M (SD)	9	29,25 ± 4,19	57,25 ± 20,73	0,071
	10	38,67 ± 9,35	43,28 ± 9,78	0,281
	14	56,35 [51,30; 61,00]	57,50 [52,10; 66,70]	0,320
Рост, м / Height, m	8	1,30 [1,30; 1,30]	1,31 [1,30; 1,40]	0,604
Me [IQR] / M (SD)	9	1,31 ± 0,05	1,48 ± 0,11	0,027 *
	10	1,44 ± 0,11	1,48 ± 0,06	0,098
	14	1,68 ± 0,08	1,69 ± 0,07	0,716
ИМТ, кг/м2 / BMI, kg/m2	8	20,12 [20,12; 20,12]	18,87 [18,47; 23,80]	0,617
Me [IQR] / M (SD)	9	17,07 ± 1,74	25,67 ± 7,17	0,093
	10	18,49 [17,94; 19,80]	18,53 [17,04; 21,89]	0,861
	14	19,95 [18,29; 21,76]	20,08 [18,59; 24,02]	0,457

Примечание: М – средняя арифметическая величина, SD – стандартное отклонение, Ме – медиана, IQR – межквартильный размах, ^* – различия показателей статистически значимы ( p < 0,05).

Note: M – arithmetic mean, SD – standard deviation, Me – median, IQR – interquartile range, ^* – the differences in the indicators are statistically significant ( p < 0.05).

Источник: здесь и далее таблицы составлена авторами.

Source: from here on the tables are compiled by the authors.

Т а б л и ц а 2. Средние показатели физического развития детей

T a b l e 2. Average indicators of physical development of children

Показатель / Indicator	1 группа / Group 1	2 группа / Group 2	p
Рост, м / Height, m	1,63 ± 0,14	1,50 ± 0,12	< 0,001
Вес, кг / Weight, kg	49,3 ± 17,1	54,1 ± 13,1	0,005
ИМТ, кг/м2 / BMI, kg/m2	20,0 ± 2,94	20,8 ± 5,1	0,920
Окружность плеча, см / Shoulder circumference, cm	23,6 ± 4,1	24,9 ± 2,5	0,004
Окружность живота, см / Abdominal circumference, cm	64,1 ± 8,4	66,9 ± 7,2	< 0,001

Индекс массы тела SD ИМТ > 2 (что соответствует ожирению) установлен у 5 детей группы «традиционного» питания (6,5 %) и 2 (2,9 %) детей «социального» питания. Средние окружности плеча и живота у детей первой группы не отличались. Хотя число детей с окружностью живота выше нормы среди обучающихся, получающих традиционное питание, составило 11 (14,2 %), против 7 (10,4 %) среди детей, получающих преимущественно социальное питание, различия показателей были статистически незначимыми (табл. 2).

Результаты анализа потребления школьниками минеральных веществ представлены в таблице 3.

Установлено, что в первой группе было в 2,4 и в 2,1 раза больше респондентов с достаточным потреблением кальция и цинка соответственно в сравнении со школьниками второй группы, тогда как недостаточное поступление с пищей данных элементов чаще выявлялось у детей, находящихся на традиционном питании (p < 0,05). Согласно результатам анкетирования, недостаточное поступление йода с пищей было выявлено у детей обеих групп, но чаще – у учащихся обычной городской школы (77,9 % против 52,2 % среди воспитанников социальных учреждений, p < 0,05). Дефицит железа выявлен в обеих группах, хотя в первой он регистрировался в 2,1 раза реже, чем во второй, а достаточное потребление, напротив – в 1,8 раза чаще (p < 0,05).

При анализе потребления витаминов с пищей установлено, что оно далеко от идеального независимо от варианта питания (табл. 4); ни у одного респондента не было зафиксировано избыточного поступления витаминов с пищей. Достоверно чаще потребление витамина А с пищей соответствовало возрастной норме у школьников, получающих

Т а б л и ц а 3. Сравнительный анализ уровня микроэлементов рациона в зависимости от формы обеспечения питанием, %

T a b l e 3. Comparative analysis of the level of microelements in the diet depending on the form of nutrition provision, %

Элемент / Element	Потребление / Consumption	1 группа / Group 1	2 группа / Group 2	р
Na	Недостаточное / Insufficient	13,4	20,8	0,053
	Адекватное / Adequate	1,5	9,1
	Избыточное / Excessive	85,1	70,1
K	Недостаточное / Insufficient	32,8	31,2	0,831
	Адекватное / Adequate	67,2	68,8
Ca	Недостаточное / Insufficient	52,2	80,5*	< 0,001
	Адекватное / Adequate	47,8	19,5
Mg	Недостаточное / Insufficient	34,3	42,9	0,295
	Адекватное / Adequate	65,7	57,1
P	Недостаточное / Insufficient	22,4	28,6	0,397
	Адекватное / Adequate	77,6	71,4
Fe	Недостаточное / Insufficient	28,4 *	59,7	< 0,001
	Адекватное / Adequate	71,6	40,3
I	Недостаточное / Insufficient	52,2	77,9 *	0,001
	Адекватное / Adequate	47,8	22,1
Zn	Недостаточное / Insufficient	46,3	74,0 *	< 0,001
	Адекватное / Adequate	53,7	26,0

Примечание: * - различия показателей ниже нормы в сравнении с нормальным потреблением статистически значимы ( p < 0,05).

Note: * - the differences between indicators below the norm and normal consumption are statistically significant ( p < 0.05).

Т а б л и ц а 4. Сравнительный анализ уровня витаминов в зависимости от формы обеспечения питанием, %

T a b l e 4. Comparative analysis of the level of vitamins depending on the form of nutrition, %

Витамин / Vitamin	Потребление / Consumption	1 группа / Group 1	2 группа / Group 2	р
А	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	56,7 43,3	77,9 * 22,1	0,006
В1	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	38,8 61,2	53,2 46,8	0,083
В2	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	29,9 70,1	100,0 * 0,0	< 0,001
В9	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	46,3 53,7	100,0 * 0,0	< 0,001
В6	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	40,3 * 59,7	57,1 42,9	0,044
В12	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	17,9 82,1	15,6 84,4	0,709
С	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	55,2 44,8	100,0 * 0,0	< 0,001
D	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	98,5 1,5	100,0 0,0	0,465
Е	Недостаточное / Insufficient Адекватное / Adequate	49,3 50,7	53,2 46,8	0,633

Примечание: * - различия показателей ниже нормы в сравнении с нормальным потреблением статистически значимы ( p < 0,05).

Note: * - the differences between indicators below the norm and normal consumption are statistically significant ( p < 0.05).

социальное питание (43,3 %), по сравнению со школьниками второй группы (22,1 %), у которых в большем проценте случаев встречался дефицит ( p < 0,05).

Аналогичная тенденция наблюдалась при анализе потребления с пищей витаминов группы В и витамина С. Так, у детей, получавших социальное питание, потребление с пищей витаминов В2, В6 и В9 в большинстве случаев соответствовало возрастной норме (53,7–70,1 %), тогда как в группе детей, получающих традиционное питание, соответствие физиологическим потребностям для витаминов В2 и В9 не достигалось ни у одного школьника, а в отношении витамина В6 – только у 42,9 % (р < 0,05).

Р и с. 2. Распространенность хронических заболеваний у школьников по результатам диспансеризации (1 группа – дети, получающие социальное питание, 2 группа – дети, получающие традиционное питание)

F i g. 2. Prevalence of chronic diseases in schoolchildren based on the results of medical examinations (Group 1 – children receiving social nutrition, Group 2 – children receiving traditional nutrition)

По обеспеченности витамином С рацион питания удовлетворял возрастную суточную потребность только у 44,8 % детей первой группы и ни у одного респондента – во второй ( р < 0,05).

Потребление витаминов В1, В12, Е и D не имело существенных отличий в сравниваемых группах, при этом соответствующее возрастной норме потребление витамина В12 достигнуто у абсолютного большинства детей обеих групп (более 80 %), а для витамина D, напротив, наблюдался дефицит у 98,5–100 % детей независимо от варианта обеспечения питанием.

При сравнительном анализе заболеваемости (рис. 2) установлено, что дети, получающие питание дома и горячее питание в школе, имеют тенденцию к более высокой распространенности хронических заболеваний.

У детей, получающих традиционное питание, болезни желудочно-кишечного тракта (ЖКТ) встречаются на 3,3 % чаще, болезни сердечно-сосудистой системы (ССС) – на 1,1 %, ожирение – на 3,6 %, эндемический зоб – на 1,5 %, анемия – на 4,8 %, заболевания опорно-двигательного аппарата на 2,3 % по сравнению с детьми, получающими социальное питание.

ОБСУЖДЕНИЕ И ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты проведенного исследования демонстрируют сохранение негативных тенденций в питании школьников в виде избыточного потребления общего жира в обеих группах (у 68,7 % и 44,2 % соответственно), поваренной соли (у 85,1 % и 70,1 %) в сочетании с недостаточным потреблением сложных углеводов (68,7 % и 84,4 %), кальция (52,2 % и 80,5 %) и железа (28,4 % и 59,7 %). Полученные результаты сопоставимы с результатами выборочного обследования рациона питания детей и подростков в возрасте 3–19 лет, проведенного Росстатом в 2013 и 2018 гг. [7; 8]. При этом недостаток сложных углеводов (возможно из-за замены их простыми, «быстрыми» углеводами) и кальция (очевидно, за счет отказа от употребления молока и молочных продуктов) чаще встречается в группе детей, получающих традиционное питание.

По мере взросления дети все реже придерживаются принципов здорового питания и чаще отдают предпочтение ультраперера-ботанной пище. Около 10–15 % детей имеют в суточном рационе питания недостаточное количество фруктов, 15–22 % – овощей (и как следствие – дефицит пищевых волокон и углеводов в рационе), 9–18 % – молочных продуктов (дефицит кальция), 20–23 % – мяса и птицы (дефицит белка), более 50 % – рыбы (дефицит белка и полинена-сыщенных жирных кислот). Вместе с тем, 40–50 % детей регулярно потребляют колбасные и кондитерские изделия, что сопровождается избыточным поступлением соли и может в дальнейшем негативно сказаться на уровне артериального давления и состоянии почек [3].

Оценка потребления микронутриентов подтверждает общероссийскую тенденцию дефицита витаминов, микро- и макроэлементов в питании школьников [9–11]. По результатам анкетирования у детей обеих групп выявлен низкий уровень потребления йода, что можно объяснить природным дефицитом йода в почве на территории Республики Мордовия. Несмотря на то, что в республике уделяют внимание профилактике йододефицита, более чем у половины детей средние показатели йодурии ниже нормы, а зоб наблюдается у 3,8–5,3 % школьников [5].

Учитывая представленные антропометрические и лабораторные данные, можно сделать вывод об отсутствии среднетяжелой и тяжелой белково-энергетической недостаточности у обследованных школьников независимо от рациона питания. В обеих группах у 2,9–6,5 % участников определялось ожирение, причиной которого может служить энергетический дисбаланс, связанный с избыточной калорийностью питания и недостатком физической активности. Однако в рационе детей, получающих социальное питание, минимально содержание ультра-переработанных продуктов, соли, насыщенных жиров, четко регламентирован режим приема пищи, что возможно, вносит свой вклад в профилактику избыточной массы тела и ожирения у этих детей.

В настоящее время в Российской Федерации нет утвержденных нормативных документов и приказов, которые бы регулировали дополнительное обогащение продуктов питания витаминами и микроэлементами, за исключением витамина С, D и йода. Тем не менее, дефицит железа, кальция, витамина С, йода и других микроэлементов регистрируется у большинства школьников РФ, что требует повсеместного внедрения профилактических мер и контроля их соблюдения. Так, обновленной Национальной программой «Родничок-2» по результатам исследования установлен существенный дефицит витамина D у детей РФ независимо от возраста и региона проживания, и обоснован профилактический прием витамина D в более высоких относительно международных рекомендаций дозах [12].

Таким образом, нутритивный статус детей, находящихся на социальном питании, является более оптимальным, чем нутритивный статус учащихся общеобразовательной школы, возможно, за счет более сбалансированного рациона и регулярного питания, но также не идеален и требует коррекции. Полученные результаты указывают на необходимость модификации программы оценки питания с помощью Ин-тернет-сервиса «Nutrilogic», повсеместно используемой в диетологии, для применения при массовых осмотрах детского населения. Данные биоимпедансного анализа состава тела свидетельствуют о менее выраженных нарушениях у детей, получающих социальное питание: у них наблюдались адекватные возрасту показатели роста и удельного основного обмена, а также тенденция к увеличению активной клеточной массы и снижению массы жировой ткани. Учитывая, что сбалансированное питание приводит к снижению частоты алиментарно-зависимых заболеваний, прежде всего патологий органов пищеварения, ожирения и анемии, полученные результаты могут быть использованы при разработке нормативных документов, регулирующих дополнительное обогащение продуктов детского питания витаминами и микроэлементами.