Вопрос о репертуаре речевых жанров в преподавании русского языка как иностранного

Коммуникативный принцип обучения русскому языку как иностранному предполагает такое представление изучаемого материала, которое связывает воедино не только лексику, грамматику и типы коммуникативных ситуаций, но и, далее, те первичные и вторичные речевые жанры, в рамках которых осуществляется обиходно-бытовое, учебное, деловое и профессиональное общение. Если решение первой задачи опирается на богатую лингвометодическую традицию, последовательно результирующую в качественные учебные пособия и хорошие практические результаты, то вторая задача далека от окончательного решения. Основная причина – в отсутствии достаточно полного и лингвометодически выверенного перечня («каталога», «репертуара») речевых жанров, с которыми целесообразно знакомить и которыми, далее, целесообразно овладевать студентам-иностранцам на различных этапах обучения, желательно с учетом особенностей приобретаемой ими специальности.

Обсуждение основных вопросов, связанных с конструированием лингвометодического каталога («репертуара») речевых жанров, и изложение некоторых результатов работы по конструированию такого каталога составляет основную задачу данной статьи.

Прежде всего, это вопрос о таком определении понятия «речевой жанр», которое пригодно для использования в работе со студентами-иностранцами, то есть о таком определении, которое является компактным и понятным.

Требованиям простоты, краткости и достаточной понятности, на наш взгляд, вполне соответствует двусловное толкование «разновидность речи» (ср.: « Жанр … Разновидность речи , определяемая условиями ее употребления» [1, с. 69]); дальнейшие разграничения: жанры устной и письменной речи, первичные (простые, исходные) и вторичные (сложные, производные) речевые жанры.

Для разъяснения этого предельно сжатого определения представляется достаточным воспроизвести постоянно цитируемое размышление М. М. Бахтина в его работе «Проблема речевых жанров» (1953, первая публикация – 1978), легшей в основу последующей разработки данной проблемы в трудах лингвистов и методистов различного профиля: «Мы говорим только определенными речевыми жанрами, то есть все наши высказывания обладают определенными и относительно устойчивыми типическими ф ормами по стр о ения целого . Мы обладаем богатым репертуаром устных (и письменных) речевых жанров. Практиче ски мы уверенно и умело пользуемся ими, но теор етиче ски мы можем и вовсе не знать об их существовании. <…> Даже в самой свободной и непринужденной беседе мы отливаем нашу речь по определенным жанровым формам, иногда штампованным и шаблонным, иногда более гибким, пластичным и творческим (творческими жанрами располагает и бытовое общение). Эти речевые жанры даны нам почти так же, как нам дан родной язык, которым мы свободно владеем и <без> теоретического изучения грамматики. Родной язык – его словарный состав и грамматический строй – мы узнаем не из словарей и грамматик, а из конкретных высказываний, которые мы слышим и которые мы сами воспроизводим в живом речевом общении с окружающими нас людьми. Формы языка мы усваиваем только в формах высказываний и вместе с этими формами. Формы языка и типические формы высказываний, то есть речевые жанры, приходят в наш опыт и в наше сознание вместе и в тесной связи друг с другом» [4, с. 180–181].

Как видим, речевые жанры в завершающей части цитированного фрагмента трактуются как «типические формы высказываний», а в его инициальной части – как «определенные и относительно устойчивые типические ф ормы по стро е -ния целого» (разрядка М. М. Бахтина). Первое определение соотносится с понятием «первичный жанр» , в пределе находящий выражение в отдельно взятом высказывании, как, например, приветствие, приглашение или просьба, второе определение – с понятием «вторичные жанры» , наборы и способы построения которых в разных речевых средах и разных стилях специфичны, ср., например: доклад (на научной конференции), реферат (диссертации) или статья (проблемная, обзорная и т. п.) в научной речи, доклад (на деловом совещании), реферат (для руководства) или статья (закона) в деловой речи.

Задача конструирования лингвометодически релевантных (пригодных для реализации на практике) и достаточно пространных (обеспечивающих возможность выбора в конкретных условиях учебного процесса) перечней, с одной стороны, «первичных», с другой стороны, «вторичных» речевых жанров на данный момент достаточно полно и последовательно не решена. Лингвистическая (и шире – общефилологическая, психолого-педагогическая, коммуникологическая, риторическая) причина – отсутствие в жанроведении общепризнанных оснований классификации речевых жанров (см., например, специально посвященную этому вопросу диссертацию: [2]), лингвометодическая причина – отсутствие в практике преподавания русского языка (не только как иностранного, но и как родного) достаточно репрезентативного опыта системного изучения различных речевых жанров (а следовательно, и авторитетных речежанровых пособий, достаточно широко представляющих их возможный круг).

В жанроведении справедливо отмечается, что «главная сложность изучения системы жанров состоит в отыскании оснований для их классификации» [Там же, с. 30]; практически бесспорным является лишь исходное для обиходного общения и устных форм других речевых сфер (то есть для «разговорной» речи в широком смысле этого понятия) разграничение фатических (контактоустанавливающих, «речеконтактных», связанных прежде всего с различными формами речевого этикета) и информационных жанров. Такое разграничение полезно, но лингвометодически малопродуктивно, поскольку, во-первых, формулы речевого этикета составляют ядро системы первичных жанров и образуют особую речежанровую область, пронизывающую все сферы общения, все стили литературного языка, во-вторых, вторичные (сложные) жанры всегда включают как фатические, так и информационные компоненты.

В результате обзорные речежанровые работы в настоящее время включают лишь несистематизированные перечни речевых жанров. Так, В. В. Дементьев, предлагая понимать жанроведение как «энциклопедию речевых жанров», во-первых, высказывает эвристически продуктивную мысль, что в качестве именований речевых жанров могут использоваться общеупотребительные отглагольные существительные, называющие различные речевые действия и фактически являющиеся «именами речевых жанров» ( беседа, брань, брюзжание, ворчание, высмеивание, дерзость, доказательство, жалоба, извинение, капризничание, ликование, молва, молчание, мольба, негодование, оправдание, осуждение, порицание, похвальба, предсказание, придирки, пророчество, просьба, прощение, разрешение, раскаяние, рекомендация, ругань, рыдание, слухи, совет, убеждение, уверение, угроза, укор, упрек, ябедничество и др. [7, с. 292]); во-вторых, указывает, что в работах, посвященных вопросам лингвистической концептологии, специально рассматриваются коммуникативные концепты , которые также могут интерпретироваться как именования речевых жанров ( брань, встреча, застолье, конфликт, критика, обвинение, оскорбление, порицание, приветствие, прощание, расставание, спор ) [Там же]; в-третьих, строит список тех речевых жанров, которые на момент написания им своей монографии оказывались объектом специальных лингвистических исследований; этот обширный алфавитный перечень, включающий 280 жанровых именований, открывают акт о хищении, альбом девичий, анекдот, аргументирование, аська (ICQ) и другие жанры электронной коммуникации, афоризм, байки охотничьи, балагурство, бегущая строка и др., а завершают (русскую часть) флирт, форум в электронной коммуникации, чат в электронной коммуникации, шутка, шутовство, экзамен, экскурсия по городу, эпитафия, этический кодекс, юбилейная речь и ябедничество [Там же, с. 294–304]. Списки интересные, полезные, но, к сожалению, не упорядоченные ни в тематическом, ни в стилистическом отношении (по сферам бытования), ни даже по параметру «ядро – периферия».

Вопрос о составе «ядра» речевых жанров безотносительно к их стилевой природе представляется едва ли разрешимым. К примеру, третья часть «Антологии речевых жанров» под названием «Материалы к энциклопедии речевых жанров» включает 15 материалов описательного характера: «Анекдот», «Беседа светская», «Беседа семейная», «Граффити студенческое», «Записка школьная», «Инвектива», «Поздравление», «Проработка», «Просьба», «Разговор», «Разговор по душам», «Рассказывание анекдота», «Ссора», «Флирт», «Шутка» [3]. Представляется сомнительным, что перечисленные жанры (за исключением, пожалуй, «Поздравления» и «Просьбы» и учитывая, что «Разговор» в такой предельно обобщенной формулировке едва ли возможно считать речевым жанром) заслуживают последовательного лингвометодического внедрения в практику преподавания русского языка как иностранного безотносительно к конкретной специальности высшего образования; целесообразно говорить лишь о частичном их использовании в качестве жанровых

«вкраплений» по соображениям методической целесообразности (например, жанры «Беседа светская» или «Рассказывание анекдота» вполне могут быть использованы в рамках специальности «Международные отношения», но едва ли приемлемы для специальности «Лечебное дело», жанры «Инвектива» или «Ссора» возможны для специальности «Правоведение», но едва ли полезны для студентов-географов и т. д.).

С лингвометодической точки зрения, вопрос о систематизации речевых жанров целесообразно решать по этапам обучения.

На начальном и базовом этапах обучение основывается на первичных жанрах повседневного (обиходно-бытового и обиходно-делового) общения, привязываемых к конкретным коммуникативным ситуациям и типовым формулам речевого этикета.

Коммуникативная ситуация необходимо включает различные неязыковые компоненты (кто, с кем, при каких обстоятельствах, с какой целью и т. д. говорит / кому и т. д. пишет); речевой жанр, с одной стороны, содержит все эти неязыковые компоненты в «снятом», виртуализованном («подразумеваемом») виде, с другой стороны, в случае конкретно-практического использования «адаптируется» под заданные внеязыковые условия. Специфика коммуникативной ситуации, понимаемой как совокупность обстоятельств общения, обусловливается особенностями сферы общения и результирует в своеобразие речевого жанра / жанров. В этом случае речевой жанр целесообразно понимать как минимальную относительно целостную единицу речевого взаимодействия. Иными словами, речевой жанр – вербальное (словесное) оформление типичной ситуации социального взаимодействия.

«Этикетные» ситуации и формулы общения в их «ядерной» части рассмотрены в многочисленных работах Н. И. Формановской, которые на протяжении многих лет служат основой конкретно-практического лингвометодического конструирования, ср. воспринимающийся уже как хрестоматийный перечень: обращение, привлечение внимания; знакомство (без посредника и через посредника), приветствие, прощание, поздравление, пожелание, благодарность, извинение, просьба, приглашение; совет, предложение; утешение, сочувствие, соболезнование; комплимент, одобрение; разговор по телефону [11]. Вопрос о списке других первичных «этикетных» (то есть этически регламентированных) речевых жанров на данный момент не имеет исчерпывающего решения; по существу, это вопрос о перечне элементарных этикетных речевых актов – таких как вопрос (с огромным разнообразием конкретных типов вопросов), приказ, требование, угроза, предупреждение, предостережение, согласие и несогласие, отказ, извинение и мн. др.

На продвинутом и профессиональном этапах освоение речевых жанров связывается с овладением основами практической стилистики деловой, научной, публицистической и художественной речи, желательно с учетом вузовской специальности: так, в случае студентов-международников и политологов целесообразно особое внимание уделить жанрам политического дискурса ( программа, манифест, устав, предвыборная платформа, персональное обращение, интервью, политическая реклама ) [9], в случае студентов-социологов – «убеждающим» жанрам ( характеристика, подтверждение, обоснование, размышление, назидание, возражение, порицание ) [10], для будущих специалистов по информационным технологиям полезно специальное знакомство с современными «интернет-жанрами» ( чат, форум, блог ) [8] и т. д.

Разумеется, отбор конкретных речевых жанров в случае профессионально ориентированного обучения русскому языку как иностранному должен основываться на задаче формирования профессионально важных качеств будущего выпускника, краткая характеристика которых в качестве необходимого компонента включается в профессиограммы – описания особенностей профессий. Как известно из профессиографии, различают специализированные и неспециализированные профессионально важные качества. В ряду неспециализированных, в равной мере значимых для представителей самых разных профессий, – такие как ответственность, корпоративная солидарность, нравственно-профессиональная этика, коммуникативность как владение системой правил и ролей в общении, умение варьировать их в зависимости от ситуации и др. Соотнести цели формирования данных качеств с конкретными технологиями формирования коммуникативных умений и навыков – дело преподавателей всех учебных дисциплин, применительно к методике преподавания русского языка как иностранного – это задача распределения речевых жанров «по специальностям» высшего образования.

Однако в основе детализации «по специальностям» необходимо лежит общее представление о спектре («репертуаре») наличных лингвометодических возможностей, в ряду которых особого внимания требуют жанры деловой и художественной речи: первые – в силу их профессиональной необходимости для студентов всех специальностей, вторые – в силу их лингвострановедческого потенциала, возможностей знакомства с самыми разнообразными сторонами русской культуры и российского менталитета.

В сфере деловой речи основные жанры письменных деловых документов, составляющие основу делопроизводства: положение об организации, устав, правила внутреннего распорядка, приказы, инструкции, служебные письма; докладные, объяснительные и служебные записки; протоколы и выписки из протоколов, планы работ и отчеты , а также документация по личному составу организации – автобиография, характеристика, рекомендательное письмо, заявление, контракт . Жанры устной деловой речи: в общем случае это публичное выступление – подготовленное или неподготовленное, монологическое или диалогическое, основные частные разновидности – презентация, деловая беседа, деловые переговоры , в том числе по телефону.

Художественная речь (целостные произведения художественной литературы или их репрезентативные фрагменты, адаптированные или неадаптированные). В той мере, в какой в преподавании русского языка как иностранного используются тексты художественных произведений (подробно см., например: [5]), целесообразно использовать обычное разграничение эпоса, лирики и драмы, условно синони-мизируя их с прозой, поэзией (стихами) и театром. Введение дальнейших жанровых разграничений обусловливается спецификой избираемых для чтения произведений. В рамках эпических текстов естественно разграничивать роман, повесть и рассказ , в необходимых случаях говорить о новелле как о рассказе со сжатым энергичным сюжетом и неожиданной парадоксальной развязкой, а также об очерке – жанровом феномене, пограничном с публицистикой, различая документальные, собственно публицистические и художественные очерки.

Поскольку драма как род литературы в практике преподавания РКИ практически не представлена, то жанровые именования трагедия, комедия, драма целесообразно рассматривать в их обиходных, а не в собственно теоретико-литературных значениях.

Лирические жанры в практике преподавания РКИ специально рассматривать едва ли целесообразно; студентам-иностранцам нефилологических специальностей вполне достаточно общего жанрового именования стихотворение (условные синонимы: поэтический текст, лирическое стихотворение ); на продвинутом этапе в случае особого интереса преподавателя и аудитории к русской поэзии выбор жанровых форм обусловливается соображениями методической целесообразности (термины песня, идиллия, ода, баллада и т. п. – как полезная терминологическая «подсказка» к выявлению художественных особенностей и внутреннего смысла конкретного произведения).

Жанры научной и учебно-научной речи составляют предмет особого внимания. Помимо очевидной необходимости знакомить студентов-иностранцев с такими жанрами письменной научной и учебно-научной речи, как монография, статья и тезисы, учебник, учебное пособие и справочник, сборник упражнений, учебно-методическое пособие и практикум , следует обратить внимание на два вопроса, смежных с жанровой проблематикой.

Во-первых, это вопрос о книговедческой информации, о необходимости знакомства со структурой книжного издания (научного или учебного), а следовательно, с терминами типа оглавление, содержание, рубрикация, глава, параграф, ссылка, сноска, примечание и т. п.

Во-вторых, это вопрос о специфической переакцентировке понятий «первичный» и «вторичный» жанр в учебном процессе. В ходе работы с научной и учебной литературой студенты оказываются перед необходимостью строить тексты учебных «вторичных» жанров, отражающих процесс и результат освоения прочитанного, а именно: устные пересказы различного вида, выступающие как «метод освоения содержательности» текста [Там же, с. 51–59], устные и письменные отзывы и аннотации, рецензии, выписки, планы и тезисы, конспекты и рефераты – всё то, что входит в содержание понятия «прикладное книговедение» [6], что известно в дидактике как методы и приемы работы с книгой. По отношению к этим учебным «вторичным» жанрам исходные тексты оказываются «первичными» – разумеется, не в строгом филологическом смысле этого термина, а в смысле дидактическом и лингвометодическом – как результаты освоения студентами рекомендованной научной и учебной литературы.

В заключение назовем некоторые «дальнейшие» лингвометодические задачи, требующие специальной проработки в проекции на специфику преподавания русского языка как иностранного.

Вопрос о содержании и способах теоретического ознакомления студентов с особенностями текстов различной жанровой природы. С точки зрения теории речевых жанров, решение этой задачи основывается на принимаемой преподавателем «модели жанра», на конкретных «параметрах модели» жанра, например, по В. В. Дементьеву: коммуникативная сфера, предмет речи, стиль (и шире – коммуникативная тональность), лексика, особенности синтаксической структуры, целеполагание, социальный и аксиологический факторы, общая внешнекультурная и внутрикультурная парадигма [8, с. 84].

Вопрос о фатических речевых жанрах в условиях учебного и научного общения (см., например: [12]), в том числе в проекции на возможную собственную педагогическую работу студентов-иностранцев.

Наконец, вопрос о том, как соотносятся речежанровые знания, необходимые, с одной стороны, для преподавателя русского языка как иностранного, с другой стороны, для студента-иностранца, с последующими конкретизациями по параметру «общее / специализированное речежанровое знание» (в зависимости от специальности и профиля обучения).

Tver State University