Запрещенные для использования в спорте субстанции: уголовно-правовое регулирование

Спорт является важной частью общественных отношений, в том числе на международном уровне. Антидопинговый кодекс Всемирного антидопиногового агентства (далее – ВАДА) устанавливает такой обя- зательный принцип спорта, как его чистота, означающий, что спортсмены должны быть честными и демонстрировать физические способности, данные им от рождения и усовершенствованные в результате тренировок или приобретенные в результате таковых1. Употребление запрещенных субстанций с целью победы в соревнованиях является обманом и нарушает принцип чистоты спорта, поэтому запрещено как на международном, так и на национальном уровне.

В комментарии по делу Камилы Валиевой Президент Российской Федерации В.В. Путин потребовал в медицине спорта высших достижений привести все вопросы в должный порядок2.

В России ответственность за использование допинга в спорте установлена в КоАП РФ (ст. 6.18) и в УК РФ (ст. 230.1, 230.2). Кроме того, использование допинга может послужить причиной увольнения спортсмена или тренера на основании ст. 348.11-1 Трудового кодекса Российской Федерации.

Эффективность применения вышеуказанных уголовно-правовых норм довольно слабая. Так, в первом полугодии 2025 г. в суд поступило одно уголовное дело в отношении одного лица по ч. 1. ст. 230.1 УК РФ. Данное лицо не было осуждено, дело прекращено в связи с истечением сроков давности3. Аналогичная ситуация имела место в 2021 г., только лицо привлекалось в качестве обвиняемого по ч. 2 ст. ст. 230.1 УК РФ. Уголовное дело прекращено за отсутствием в действиях лица состава преступления4. Речь идет о следующих ситуациях. В 2021 г. УМВД России по Архангельской области предъявило обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 230.1 и ч. 1 ст. 234 УК РФ в отношении инструктора, вводившего спортсменам на тренировках тестостерон, и направило материалы дела с утвержденными прокурором обвинительными заключениями в Северодвинский городской суд для рассмотрения по существу5. В данном примере остается не совсем понятным, почему вменена была статья о склонении, а не об использовании запрещенной субстанции. В 2024 г. в Челябинской области также было предъявлено обвинение тренеру, склонявшему спортсменов к использованию запрещенных субстанций6. Тренер не был осужден (хотя в средствах массовой информации сообщается об осуждении и назначении наказания в виде лишения свободы). Уголовное дело прекращено по реабилитирующим основаниям.

Статья 6.18 КоАП РФ применяется чаще. По данной статье отделом расследований РУСАДА в МВД России ежегодно направляется для проверки достаточно большое количество материалов, по результатам рассмотрения которых значительное число лиц привлекаются к административной ответственности (табл.).

Вестник Сибирского юридическогоинститута МВД России

Таблица

Сведения о количестве лиц, в отношении которых возбуждено административное производство по ст. 6.18 КоАП РФ, принятых решениях и назначенных наказаниях за 2012-2024 гг. в России1

Год	Рассмотрено материалов (по числу лиц)	Производство прекращено в связи с освобождением от ответственности и от наказания	Подвергнуто наказанию	Письменное предупреждение	Административный штраф	Дисквалификация
2012	-	-	-	-	-	-
2013	-	-	-	-	-	-
2014	2	1	1 (должностное лицо)	-	-	1
2015	-	-	-	-	-	-
2016	1	-	1	-	1	-
2017	1	-	-	-	-	-
2018	-	-	-	-	-	-
2019	9	-	3	-	3	-
2020	50	5	20 (в том числе 2 должностных лица)	-	20	-
2021	66	6	29 (в том числе 1 должностное лицо)	-	29	-
2022	97	2	50	-	50	-
2023	99	16	43	1	42	-
2024	68	7	36	-	36	-

Перечень запрещенных для использования в спорте субстанций и методов формируется и утверждается Министерством спорта Российской Федерации2. Данный перечень разделен на структурные элементы по критерию объема запрещенности того или иного препарата (полностью запрещен или запрещен только в соревновательный период), по виду препарата (стимулятор, анаболический агент, гормон, диуретик, маскирующий агент, наркотик, бета-блокатор и др.).

Квалификация склонения спортсмена к использованию запрещенной субстанции в соответствии с ч. 1 ст. 230.1 УК РФ осуществляется по ст. 230 УК РФ в случае, если запрещенной субстанцией выступало наркотическое средство или психотропное вещество. Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ инъекция наркотического средства оценивается как его сбыт в случае, если наркотическое средство не принадлежало лицу, которому оно вводилось3.

Вместе с тем в уголовном законе отсутствует ответственность за оборот иных запрещенных для использования в спорте субстанций, если таковые не относятся к наркотическим средствам, психотропным веществам, их аналогам, прекурсорам, растениям, содержащим наркотические средства или психотропные вещества, а также к сильнодействующим и ядовитым веществам. При этом многие из запрещенных в спорте субстанций, указанных в соответствующем перечне, обладают губительным для организма человека эффектом, если принимаются без необходимости терапии.

Рассматривая опасность аналогов наркотических средств и психотропных веществ, В.А. Шеслер справедливо утверждает, что, несмотря на схожую опасность для здоровья населения наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов, не все действия, совершаемые с аналогами, криминализованы [12, с. 13]. Полагаем, что в рассматриваемой нами ситуации уместно провести аналогию и с запрещенными для использования в спорте субстанциями, не относящимися к контролируемым препаратам. На сегодняшний день в УК РФ не предусмотрена ответственность за отпуск препаратов без рецепта. Разумеется, введение такой нормы было бы демонстрацией излишней уголовной репрессии, однако в каждом конкретном случае необходимо оценивать степень общественной опасности деяния. В этой связи согласимся с С.М. Мальковым, отмечающим, что при определении степени общественной опасности наркопреступлений (а в нашем случае деяний, связанных с оборотом запрещенных для использования в спорте субстанций) необходимо учитывать содержание предмета преступления, специфику способа совершения преступления, особенность мотивов и целей преступления [7, с. 130-131].

Учитывая степень общественной опасности распространения запрещенных для использования в спорте субстанций, обусловленную, в частности, количеством поступающих из РУСАДА в МВД России сообще- ний о нарушениях антидопинговых правил (табл.), а также уровнем смертности спортсменов от употребления допинга, считаем целесообразным рассмотреть вопрос о необходимости борьбы с оборотом запрещенных субстанций уголовно-правовыми средствами.

Официальная статистика по уровню смертности спортсменов по причине использования допинга отсутствует. Однако некоторые исследования, а также сообщения в средствах массовой информации позволяют получить некоторое представление о ситуации.

Так, авторы исследования «Причины смерти спортсменов» отмечают, что смертность от использования допинга составляет примерно 1,8%. Вместе с тем далее указывают, что кардиальная смерть составляет 56% [11, с. 997-998]. Поскольку предполагается, что спортсмены в целом физически здоровые люди, сомнительно, что их смерть в ходе соревнований, перед которыми они проходят медицинский контроль, наступает в связи с болезнью сердца или иных органов. Возможно, некоторый процент действительно обусловлен физической перегрузкой организма, но в большинстве случаев кардиальная смерть также связана с использованием допинга.

Информационный ресурс «Матч» сообщал о пяти смертях спортсменов за два месяца и девяти – за два года. Все спортсмены погибли от сердечного приступа1.

Отмечая трансформацию наркоугроз, П.В. Тепляшин выделяет основные ее направления: приобретение наркоугрозами инверсионных качеств и мимикрию под рекреационное использование подконтрольных веществ [9, с. 320-321]. Считаем, подобные тенденции характерны и для запрещенных субстанций. Общественная опасность использования и распространения запрещенных субстанций заключается в возможном причинении вреда жизни и здоровью спортсмена, нарушении принципа чистоты спорта, обесценивания морально-нравственных основ проведения спортивных соревнований, а также в неправомерном обогащении в случае получения призовых денежных средств за победу, ставшую возможной в результате употребления запрещенных субстанций. Так, использование запрещенных субстанций под видом средств терапевтического использования становится как будто приемлемым среди недобросовестных спортсменов (входящим в «окно Овертона», если говорить словами П.В. Тепляшина). Между тем, как верно отмечают П.Е. Власов и Е.В. Машугина: «Большинство препаратов, запрещенных в спорте, являются лекарствами от тяжелых заболеваний: например, анаболические стероиды созданы для лечения заболеваний, сопровождающихся истощением, а эритропоэтин (ЭПО) применяется для лечения анемии при тяжелой степени почечной болезни» [2, с. 236237].

Более подробно о проблеме выделения специального состава преступления мы говорили ранее, взвешивая аргументы «за» и «против» [подр.: 1]. Однако, проводя исследование, посвященное уголовно-правовой охране спорта в целом, мы скорректировали нашу позицию. Нельзя не согласиться с утверждением о том, что введение специальной нормы об ответственности за оборот отдельных препаратов «может негативно сказаться на их общедоступности» [14, с. 223]. Вместе с тем общественная опасность их бесконтрольного потребления свидетельствует о необходимости реагирования. Разумеется, выработка решения требует подробного обсуждения. В качестве положения для научной дискуссии мы предлагаем следующий вариант. Норма об ответственности за оборот запрещенных в спорте субстанций может быть включена в уголовный закон при условии, если предметом описанного в ней преступления будут выступать только рецептурные препараты, не являющиеся наркотическими средствами или психотропными веществами, их аналогами или прекурсорами, а также сильнодействующими или ядовитыми веществами, но способные причинить вред жизни или здоровью человека в случае их потребления без необходимости терапии. Например, препарат «Эритропоэтин» с одноименным основным компонентом, являющимся запрещенной в спорте субстанцией, отпускают по рецепту в соответствии с предписанием производителя. Следует отметить, что исчерпывающий перечень препаратов, отпуск которых осуществляется по рецепту, отсутствует, поскольку производитель при подготовке регистрационного досье на препарат в каждом конкретном случае определяет, необходим ли рецепт. В соответствии с Федеральным законом «Об обращении лекарственных средств» производитель проводит экспертизу, по результатам которой устанавливается возможный риск для здоровья человека, проводится соотношение «польза – вред»1. Высокий риск свидетельствует о необходимости установления ограничений на данный препарат и отпуск его по рецепту.

Возможно, подобное предложение будет способствовать снижению числа допинговых нарушений (в большей степени административных и дисциплинарных). Вместе с тем не утверждаем, что такое решение единственно верное, поскольку возрастает риск теневого оборота подобных препаратов, с одной стороны, и риск ограничения граждан, не являющихся спортсменами, в получении необходимых препаратов – с другой. Однако последний минимален, поскольку препараты, о которых пойдет речь в норме, уже являются рецептурными, но их отпуск без рецепта сегодня не является преступлением. Тем не менее не можем не согласиться с утверждением Н.С. Железняка о том, что «следует не заниматься контрпродуктивным правотворчеством, а делать все возможное для того, чтобы действующий закон исполнялся повсеместно всеми представителями власти и населения и на всех уровнях» [4, с. 52]. В связи с этим предложение о дополнении уголовного закона соответствующей нормой должно быть обсуждено с учетом всех положительных и отрицательных последствий, которые оно может спровоцировать.

Обращаясь к зарубежному опыту регулирования оборота запрещенных в спорте субстанций, не являющихся наркотическими средствами, психотропными веществами, их аналогами или прекурсорами, сильнодействующими или ядовитыми веществами, следует констатировать, что некоторые государ- ства близки к ограничению оборота таких субстанций путем установления уголовной ответственности. Так, ст. 49.1 Уголовного кодекса Польши предусматривает ответственность за нарушение порядка хранения препаратов, входящих в данную группу, сделавшего его доступным для третьих лиц за плату или бесплатно, без разрешения на допуск к торгам, выданного в соответствии с законом [6, с. 166].

Аргументируя необходимость контроля за оборотом запрещенных в спорте субстанций, Э. Немет и В. Вари указывают на использование их спортсменами-любителями, не сдающими допинг-пробы и не привлекаемыми к дисциплинарной спортивной ответственности [15, с. 172]. Степень опасности такого потребления запрещенных субстанций даже выше, чем среди профессиональных спортсменов, именно ввиду его бесконтрольности и широты распространения. Кроме того, обращаясь к решению Европола, авторы указывают на преступления, связанные с транспортировкой веществ, содержащих гормоны и другие стимуляторы роста [15, с. 176].

Достаточно широкий круг деяний, связанных с допингом, преследуется по уголовному закону Китайской Народной Республики (далее – УК КНР) [5, с. 162-163]. Так, объективную сторону данных преступлений образуют следующие действия:

– контрабанда спортсменами и их персоналом веществ, установленных в Перечне допинговых средств (ч. 3 ст. 151 УК КНР);

– незаконное использование таких средств в целях контрабанды третьими лицами (ч. 3 ст. 151 УК КНР);

– нарушение государственных правил распоряжения допинг-веществами (ст. 225 УК КНР);

– незаконное употребление запрещенных субстанций на спортивных соревнованиях несовершеннолетними и инвалидами по принуждению их законных представителей и попечителей (ст. 260.1 УК КНР);

– производство и сбыт веществ, перечисленных в Перечне допинговых средств (ст. 133 и 134 УК КНР).

Примечательно, что в данном случае речь идет не только о наркотических средствах и психотропных веществах, входящих в перечень запрещенных субстанций, но и обо всех иных (как отпускаемых по рецепту, так и без него) препаратах.

Отдельные европейские государства также имеют опыт борьбы с оборотом запрещенных в спорте субстанций. Например, в Германии в 2015 г. был принят закон о борьбе с допингом. Параграф 2 данного закона содержит следующие уголовно наказуемые деяния: изготовление, торговлю, сбыт, передачу, иное размещение на рынке, врачебное назначение, приобретение в значительном размере, владение и передачу. При этом наказанием за подобные деяния являются штраф или лишение свободы сроком до трех лет [10, с. 857].

Италия является одной из первых стран, установивших ответственность за оборот запрещенных для использования в спорте субстанций, а также за их потребление самими спортсменами. Субъектом преступлений, связанных с оборотом допинговых средств, выступает лицо, осуществляющее торговлю, сбыт, перемещение таких субстанций без лицензии, вне аптечной сети. В литературе имеются примеры привлечения к уголовной ответственности врачей, осуществлявших сбыт запрещенных субстанций [13, с. 342].

Знаменитый «закон Родченкова» в США предполагает уголовную ответственность за любую причастность лица к использованию спортсменом запрещенной субстанции в ходе спортивных соревнований [8, с. 152]. Интересно, что данный закон, по мнению законодателя, должен распространяться на всех лиц, независимо от их национальности, места нахождения, территории проведения соревнований. Единственным требованием является причастность США к данным соревнованиям. Такая причастность может выражаться в любой форме – от участия в соревнованиях американских спортсменов до привлечения американских компаний в качестве спонсоров. Таким образом США реализуют принцип экстерриториальности уголовного закона. По нашему мнению, подобное толкование данного принципа некорректно, поскольку в ряде случаев допинговое нарушение не затрагивает интересы США вовсе и не направлено против них. Ведь в подобных преступлениях важно устанавливать направленность умысла. Так, спонсору спортивного соревнования далеко не всегда причиняется вред в случае, если результат соревнования искажен. В данной ситуации самая серьезная опасность для спонсора – вред его деловой репутации, но даже и он косвенный и вряд ли напрямую может быть связан с интересами государства в целом.

Деяния, за которые лицо, согласно указанному закону, может преследоваться, варьируются от непосредственного употребления спортсменом (как американским, так и иным) запрещенной субстанции, до ее сбыта, рекламы и иных действий, направленных на распространение.

Ответственность поставщиков допинговых средств была предусмотрена в специальном антидопинговом законе Кении, принятом в 2016 г. в связи с большим количеством допинговых нарушений, допущенных страной на официальных спортивных соревнованиях в предшествующие периоды. Наказание за поставку запрещенных для использования в спорте субстанций согласно данному закону составляет до трех лет лишения свободы [3, с. 38].

Анализ зарубежного законодательства показал, что ряд государств так или иначе пытаются контролировать оборот запрещенных для использования в спорте субстанций. Создаются специальные перечни веществ, не просто являющихся допинговыми, а именно тех, оборот которых ограничен. Однако не во всех случаях излишняя регламентация позволяет сократить риски. Так, несмотря на достаточно строгие меры, принятые в Италии по контролю за допинговыми субстанциями, по данным Всемирного антидопингового агентства, страна оставалась одним из лидеров по допинг-нарушениям в период с 2014 г. по 2022 г.1

В заключение следует констатировать факт, что Россия нуждается в установлении определенного контроля за препаратами, которые могут быть использованы, прежде всего, спортсменами-любителями для улучшения своего спортивного результата. Такая необходимость обусловлена опасностью подобных препаратов для здоровья населения, а не высоким уровнем допинг-нарушений. Именно в контексте развития массового спорта необходимо вести речь о подобном контроле во избежание негативных последствий для жизни и здоровья спортсменов. Разумеется, перенос зарубежных антидопинговых норм в законодательство Российской Федерации должен быть тщательно продуман с учетом существующих правил оборота рецептурных препаратов, а также уже имеющихся положений административного и уголовного права. Принцип экономии уголовной репрессии должен сохраняться и находиться в гармонии с принципом защиты человека, его прав и свобод.

1 В Италии можно сесть за допинг. Казалось бы, при чем тут уход норвежских звезд перед Олимпиадой? // Спортс : сайт. URL: (дата обращения: 11.12.2025).