Женщины-депутаты в законодательных органах Дальневосточного федерального округа

Бадмацыренова Е. Л., Курпиль В. Н. Женщины-депутаты в законодательных органах Дальневосточного федерального округа // Восточный вектор: история, общество, государство. 2023. Вып. 3. С. 59–63.

Проблема гендерного дисбаланса в российской политической практике в настоящий момент является одной из самых актуальных. Доля представительства женщин в органах законодательной власти является далекой от показателей, на основании которых можно было бы делать выводы о гендерно-ориентированном подходе в политике. В индексах гендерного равенства по показателям политического представительства женщин Россия со 108-го места в 2006 г. опустилась на 122-е в 2020 г. Практически во всех документах государственной политики в отношении женщин констатируется, что доля политического представительства женщин и их участие в деятельности представительных органов государственной власти остаются весьма низкими. Так, например, целью, принятой в 2022 г.

Национальной стратегии действий в интересах женщин на 2023–2030 гг., является «обеспечение реализации принципа равных прав и свобод мужчин и женщин, создания равных возможностей для их реализации женщинами во всех сферах жизни и повышение экономической независимости, политической активности и возможностей самореализации женщин» и в качестве одного из ключевых направлений деятельности сформулировано «обеспечение возможностей для увеличения представительства женщин в органах законодательной и исполнительной власти всех уровней и органах местного самоуправления» 1 . Следует отметить, что высокая доля участия женщин в органах государственной власти резко сократилась в постсоветский период [3].

О. В. Милаева и А. Ю. Питерова указывают, что, «несмотря на попытки обсуждения гендерного равноправия на государственном уровне (отметим, что такие формулировки даже не используются, заменяясь на «равенство между мужчиной и женщиной»), следует констатировать, что с момента подписания Россией Пекинской декларации и Платформы действий в 1995 г., включавших меры расширения женского участия, в том числе и в политической сфере, формирование национальных институций, способствующих ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, значимого улучшения в аспекте интеграции женщин в систему политического управления не произошло» [1, с. 61]. Авторы также обращают внимание, что при анализе процентных показателей представительства женщин в региональных легислатурах, уровень участия женщин в представительных органах власти субъектов Дальневосточного федерального округа, в целом, выше, чем средние показатели по РФ [1, с. 63.] С мнением авторов трудно не согласиться, поскольку можно отметить, что в парламентах нескольких субъектов Дальневосточного федерального округа (ДФО) представительство женщин является достаточно высокой и составляет 30% и выше, а в парламенте Чукотского автономного округа даже выше 50%. Вместе с тем средний процент представительства в органах законодательной власти ДФО в нынешнем созыве составляет всего 22%. Хотя данный показатель выше, чем в других федеральных округах, тем не менее в целом данный процент нельзя назвать высоким.

Анализируя долю представительства женщин в парламентах субъектов ДФО, стоит выделить несколько характерных особенностей. Дума Чукотского автономного округа является лидером среди других субъектов ДФО по проценту представительства женщин (57%). При том почти в каждом созыве данный процент стабильно оставался высоким, а в 4-м созыве составил 67%, что является рекордно высоким показателем для современной российской политической практики. Даже в первом созыве доля представительства женского пола в парламенте не опускалась ниже 20 %, несмотря на то, что средний процент в ДФО в первом созыве составил 12%. Более того, ранее нами выделялся интересный факт, что доля мужчин в Чукотском автономном округе превалирует над долей женщин. При этом общая численность населения в регионе является самой низкой в ДФО и, по данным Росстата, составляет 47 906 человек. В связи с этим можем предпо- ложить, что в небольшом по численности субъекте, где доля женщин составляет менее 50%, социальная среда является чуть менее конкурентной, что, в свою очередь, создает более высокие возможности для выдвижения женщин в органы государственной власти. Вероятно, это могло быть одной из причин высокого показателя представительства женщин, что наблюдается в парламенте Чукотского автономного округа на протяжении всех семи созывов, а также Еврейской автономной области (ЕАО) (37%), Хабаровского (33%) и Камчатского (30%) краев. В ЕАО данный процент стабильно оставался высоким, за исключением первого созыва (13%), а в предыдущем 6-м созыве был даже выше нынешнего и составил 43%. В Хабаровской краевой думе ситуация неидентичная, а в динамике показатели являются неоднородными и при построении на оси координат образовывали бы волнообразную кривую. В первом и втором созывах доли представительства являлись рекордно низкими и составляли 4%. Затем показатели становились то выше, то ниже, и в последнем созыве чуть превысили 30%. В Законодательном собрании Камчатского края процент представительства женщин лишь в последнем 4-м созыве составил 30%. В ранее действующих созывах показатели не достигали даже 20%. Это, вероятно, может быть объяснено тем, что Законодательное собрание Камчатской области и Дума Корякского автономного округа были объединены в единый представительный орган относительно недавно, в 2007 г., и поскольку процесс становления парламента является не таким долгим, как в нескольких других субъектах, то и процент представительства только начинает увеличиваться. Если мы обратим внимание на данные исследования, то мы заметим, что самые низкие доли представительства женщин, как правило, именно в первых трех созывах.

Стоит отметить, что самый низкий процент представительства женщин — в парламенте Магаданской области (10%). Представительный орган власти данного субъекта является исключением из вышеуказанного правила, поскольку самый высокий процент представительства отмечен во втором созыве (18%). Однако в последующих двух созывах женщины вообще отсутствовали. Также один из самых низких процентов представительства женщин в Дальневосточном федеральном округе отмечен в Народном хурале Республики Бурятия (11%). В парламентах Забайкальского края (22%), Амурской области (17%), Республики Саха (Якутия) (16%), Приморского края (15%) и Сахалинской области (14%), как мы видим, доля женщин также невысокая и является значительно ниже даже 30%. Стоит опять же обратить внимание, что при советской системе женщины составляли от одной трети общего числа депутатов Верховных Советов СССР и союзных республик до половины депутатского состава в местных советах. Однако впоследствии, на закате советской эпохи, первые конкурентные выборы, состоявшиеся в 1989 и в 1990 гг., немедленно снизили долю женщин в общегосударственных законодательных органах до 15,7% [2, с. 694]. Затем при формировании российской политической системы и образовании в 1993–1994 гг. представительных органов власти субъектов Российской Федерации проценты представительства женщин в них оставались низкими. В Дальневосточном федеральном округе в первом созыве парламентов средняя доля представительства составляла 12%, во втором созыве — на 4 процента больше (16%), в третьем — также 16 %. В последних же созывах средний процент составил 22%. Мы видим положитель- ную динамику в сторону увеличения количества женщин в законодательных органах власти субъектов Дальневосточного федерального округа. В настоящий момент проблема женщин в политике все больше становится предметом целенаправленных действий современной государственной политики. В Национальной стратегии действий в интересах женщин на 2023–2030 гг. указана ориентация государственной политики, которая, в свою очередь, направлена на консолидацию усилий федеральных органов государственной власти, а также органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и т. д. по обеспечению принципа равных прав и свобод мужчин и женщин и созданию равных возможностей для их реализации во всех сферах деятельности, в частности и в политической1. Полагаем, что в следующих созывах доля женщин в парламентах ДФО будет увеличена на несколько процентов.

Далее рассмотрим особенности представительства женщин на руководящих должностях в органах законодательной власти субъектов ДФО. Самая высокая доля представительства женщин вновь в Думе Чукотского автономного округа (43%). Такой высокий процент может быть объяснен тем, что в данном парламенте небольшое количество депутатов (15 человек) и больше половины из них — женщины. Очевидно, что при таком раскладе повышается вероятность того, что многие руководящие должности будут заняты именно представительницами женского пола. Также один из высоких показателей отмечен в парламенте Хабаровского края (14%). Однако, говоря о самом низком проценте представительства женщин, занимающих руководящие должности, нами был отмечен парламент Приморского края, в котором женщины не занимают указанных должностей. Одним из самых низких показателей отличается представительный орган Камчатского края, при том, что количество женщин в парламенте является достаточно высоким среди субъектов Дальневосточного федерального округа. Отметим, что в нескольких субъектах самые высокие должностные позиции, а именно должности спикера регионального парламента занимают женщины в Камчатском, Хабаровском краях, Чукотском автономном округе и Сахалинской области, а должности заместителя председателя — в парламенте Забайкальского края, Магаданской области и Хабаровского края. Итого среди представительных органов субъектов Дальневосточного федерального округа должности председателя регионального парламента занимают 36% женщин, а вице-спикера — 27%. Данные показатели не являются низкими, однако их нельзя назвать эталонными. Мы видим, что на руководящих должностях также присутствует гендерная диспропорция, которая говорит нам о том, что представительницам женского пола сложнее «пробиться» на руководящие должности, чем мужчинам.